Искры

Сцена была оживлённой, зрители, затаив дыхание, наблюдали за каждым движением на сцене. Свисс, с его харизмой и неотразимой улыбкой, ловко манипулировал вниманием публики. Но в этот момент что-то изменилось. Его взгляд упал на Содо, который стоял немного в стороне. — Содо — прошептал Свисс, приближаясь к нему с игривой ухмылкой. — Ты знаешь, как я люблю делать шоу особенным… Содо почувствовал, как его сердце начало биться чаще. Он попытался сохранить профессионально ять , но Свисс был слишком близко. Его пальцы легонько коснулись руки Содо, вызывая мурашки по коже. — Может, стоит добавить немного… тепла в наш номер? — Свисс продолжил, его голос стал ниже, соблазнительно. - Зрители это оценят. Содо почувствовал, как его щёки начали пылать. Он знал, что Свисс любил экспериментировать, но это… Он кивнул, не в силах противиться. Свисс, улыбаясь, провёл рукой по его спине, оставляя за собой след из мурашек. На сцене свет приглушился, оставив только их двоих в центре внимания. Свисс начал свой монолог, но теперь его слова были наполнены намёками, каждый жест, каждое слово — приглашение в запретный танец. Содо почувствовал, как его тело реагировало на каждое прикосновение, на каждый шёпот. Он знал, что это непрофессионально, но Свисс умел стирать границы. Содо понял — он уже не сможет отказаться. — Ты дрожишь, — прошептал Свисс, губы почти касаясь уха Содо. — Боишься, что они увидят, как ты таешь от каждого моего прикосновения? Содо сжал кулаки, но не отстранился. Где-то в зале кто-то ахнул — свет поймал момент, когда Свисс прижал его к себе, их тела разделял лишь тонкий слой ткани. — Они хотят зрелища. Давай покажем им то, о чём они мечтают… Его рука опустилась ниже, скользнув по бедру Содо, и тот резко вдохнул. — Свисс… — голос сорвался, но протеста не последовало. — Просто играй со мной, — Свисс притянул его ещё ближе, так что их бёдра соприкоснулись, и Содо почувствовал жар, растекающийся по всему телу. Зрители замерли, заворожённые. Свисс улыбнулся — он знал, что выиграл. Сцена была наполнена энергией и ярким светом, но за кулисами царила напряженная тишина. Содо стоял, скрестив руки на груди, его взгляд был как острые кинжалы, направленные на Свисса. Тот, в свою очередь, пытался сохранить спокойствие, но в его глазах читалось беспокойство. — Ты вообще понимаешь, что ты делаешь? — начал Содо, его голос звучал угрожающе. Свисс, не теряя самообладания, улыбнулся. — Содо, ты знаешь, что это всего лишь часть шоу. Зрители обожают такие моменты. — Моменты? — Содо шагнул ближе, его дыхание стало горячим от гнева. Свисс, чувствуя, как напряжение нарастает, решил действовать быстро. Он закрыл расстояние между ними и, прежде чем Содо успел что-либо сказать, притянул его к себе и страстно поцеловал. Содо, ошеломлённый, на мгновение поддался этому чувству, но затем отстранился. Они стояли друг напротив друга, пространство между ними было наполнено невысказанными словами и обещаниями, которые, возможно, никогда не будут исполнены. Но в этот момент, за кулисами, где только они двое, всё казалось возможным. Содо почувствовал, как жар разливается по всему телу, его мысли запутались в паутине противоречий. Свисс стоял так близко, что их дыхание смешивалось в единый ритм, как будто они были частями одного механизма, который вот-вот выйдет из строя. Его руки, все еще напряженные от гнева, дрогнули, когда Свисс провел пальцами по его руке, словно проверяя границы. — Ты действительно думаешь, что я позволю тебе играть со мной, как с марионеткой? — Содо произнес это почти шепотом, но в его голосе звучала угроза, смешанная с неуверенностью. Свисс улыбнулся, его глаза сверкали, как огонь, готовый поглотить всё на своем пути. — Я не играю, Дью. Я предлагаю тебе то, что ты давно скрываешь даже от себя. - Он в одночасье разгадал все, что скрывал Дью эти долгие дни, недели, месяцы, годы... Содо почувствовал, как его сердце учащенно забилось, а в горле пересохло. Он хотел отступить, но его ноги словно приросли к полу. Руки Свисса скользнули к его талии, и Содо не мог скрыть дрожь, которая пробежала по его спине. Он закрыл глаза, пытаясь собраться с мыслями, но Свисс был уже слишком близок, его дыхание обжигало кожу. — Что ты делаешь? — Содо прошептал, его голос звучал как предупреждение и одновременно как мольба. Свисс не ответил. Вместо этого он прижался губами к шее Содо, оставляя горячие следы на его коже. Содо почувствовал, как его тело начинает реагировать, несмотря на все его попытки сопротивляться. Он схватил Свисса за руку, но это было скорее слабая попытка остановить то, чего он сам боялся, чем реальное сопротивление. — Ты всегда знал, что это произойдёт, — прошептал Свисс, его голос звучал как обещание и угроза одновременно. — И ты знаешь, что не сможешь остановить это. Содо замер, его разум боролся с желанием, которое пульсировало в каждой клетке его тела. Он мог оттолкнуть Свисса, мог остановить всё, но чем дольше он думал, тем яснее понимал — он не хочет этого. Ему нужно больше. Содо резко вдохнул, когда губы Свисса скользнули к его ключице, оставляя влажный след. Его пальцы впились в плечи Свисса, но не оттолкнули — просто замерли, дрожа от напряжения. — Ты… чертов манипулятор… — вырвалось у него сквозь стиснутые зубы, но голос сорвался, когда Свисс провел языком по чувствительному месту под ухом. Свисс лишь усмехнулся, его руки скользили под рубашкой Содо, обжигая кожу. — Нет. Я просто единственный, кто не боится тебя. Содо зажмурился, чувствуя, как его сопротивление тает с каждым прикосновением. Он чувствовал это - как тело предательски отзывается, как кровь стучит в висках, как низ живота сжимается от желания. — Перестань… думать… — Свисс прошептал прямо в губы, прежде чем захватить их в жесткий, но безболезненный поцелуй. И Содо сдался. Его руки вцепились в волосы Свисса, притягивая его еще ближе, отвечая на каждый укус, каждый вздох. Он больше не боролся — он хотел. Хотел этого огня, который пожирал все его доводы. Свисс оторвался, его глаза горели триумфом. —Вот видишь… ты всегда знал, что будешь моим. Содо не ответил. Он всегда хотел этого. С прихода Свисса в группу, с первого перформанса вместе, он думал лишь о нём. Долгая дорога от концертного зала до отеля пожирала Дью. Свисс сейчас рядом с Фантомом. "бесит..." - пронеслось в голове. Наконец-то отель. Стая и Папа отправились на ужин, оставляя Свисса и Содо одних. Они сейчас были голодны, но этот голод нельзя утолить едой. Гостиничный номер был наполнен смесью запахов: дорогой парфюм, свежие простыни и адреналин. Свисс, всё ещё в своём костюме, прижимал Дью к стене, не давая ему опомниться. Его дыхание было горячим, а голос низким, с лёгкой хрипотцой, когда он прошептал: — Ты сегодня… просто невыносим. Его пальцы впивались в бёдра Дью, оставляя следы на коже. Дью усмехался, запрокидывая голову. Его губы горели от недавних поцелуев. — Это ты меня довёл до такого — бросил он, цепляясь за плечи Свисса. Одежда слетела на пол, оставляя кожу открытой для прикосновений. Дью оттолкнул его на кровать, но Свисс мгновенно перевернул ситуацию, прижимая его под собой. Свисс не спешил, наслаждаясь каждым моментом. Его губы скользили по коже Дью, оставляя следы поцелуев на шее, груди, животе. Дью вздрагивал, но не сопротивлялся, отдаваясь полностью. — Ты мой — повторял Свисс, и его слова звучали как заклинание. Дью стонал, впиваясь ногтями в его спину. — Докажи. И Свисс доказывал — медленно, безжалостно, пока Дью не терял дар речи, хватаясь за простыни. Они теряли счёт времени, погружённые в друг друга. Их мир сузился до этого номера, где не было места ничему, кроме их желаний. Утро застало их всё ещё сплетёнными, кожа к коже. Они не говорили о том, что будет дальше. В этот момент существовало только здесь и сейчас.