Удобный ракурс

***

Отбиваться каждый день от чёрных тварей изматывало. Вся одежда оказывалась в пятнах крови и грязи. Вдобавок она была мокрой от снега, заставляя мёрзнуть на холодных улицах Сибири. Наконец-то можно было просто отвлечься от этого ада под душем. Горячая вода — роскошь, но кто сказал, что завтра все проснутся на базе? Ян решил, что заслужил немного больше расслабления, чем прежде.

***

Капли воды стекали с волос на одежду, пропитывая её остывшей влагой. В душевой было довольно прохладно без пара от горячей воды, но Ян обращал на это мало внимания. Здесь его охватило умиротворение. Конечности ломила усталость, хотелось просто сесть, но рядом лежали бинты, которые ждали его. Он подошёл к зеркалу, осматривая своё усталое лицо. — Наконец-то… — вздыхает мужчина. — По ощущениям, смыл с себя все грехи… — тихо произносит он после. — Сомневаюсь, — вдруг раздался спокойный голос из темноты дверного проема. Кто-то облокотился на него, послышался скрип. Ян не вздрогнул, лишь медленно обернулся к знакомому тембру, склоняя голову в лёгком любопытстве. Гостей он не ждал. — Хочешь проверить? Или, может, покаяться? — предлагает Каин. Может, такое резкое появление было намёком на тепло, но он не улыбался ни на секунду. Прочитать его было невозможно даже сейчас, наедине. Их отношения были непонятными. Вроде близки, помогают друг другу, но в то же время, по-видимому, мало что могут сказать друг о друге. — Ты уверен, что я здесь дальше от Бога? — усмехается Ян, раскрывая руки, словно уже распахнул и душу. — Ну давай, я готов провести ночь в самобичевании, только учти, у меня низкий болевой порог на слова. Всё запомню до скончания дней. — Это нам не помешает, — позволяет себе мягкую улыбку ангел. — Мне просто интересно… Почему ты спокойно помогаешь отряду и не особенно ругаешься с ним...— Он сделал небольшую паузу. Оба понимали, о ком идет речь — разве что жетон в кармане носишь? — Там нет гравировки «самый саркастичный идиот базы», — скрестив руки на груди, Ян продолжает улыбаться. Слегка влажная футболка заставляет по телу пройти волну холода. — Врун из тебя такой себе, — качает головой Каин, чуть усмехаясь и подходя ближе, почти нарушая чужие границы. — Правда. Я хочу правды. Скажи честно. Такая близость должна была, по идее, заставить Яна закрыться. Он замолчал, едва заметно опуская взгляд. Прохладный воздух, влага и пар в нём, стоящий рядом ангел с малоскрываемым любопытством — всё это создало ощущение отдельной комнаты, где слова имеют большее значение, а осуждения не существует. Он не любил лгать, не умел и всегда после обмана мечтал вымыть рот с мылом. Нежелание снова испытывать это заставило его поднять глаза, довольно решительно. – Мне больше некуда идти, — Ян ненароком сглатывает, слова даются ему тяжело. — Меня жжёт обида, но я хочу помогать. Жить среди обычных людей у меня вряд ли получится, я не смогу им сильно помочь... Прости, наверное, слишком много пафоса, — осекается он. Каин внимал каждому слову, дав темноволосому договорить, сделал еще шаг, сокращая расстояние между ними. Сейчас от него на удивление ощущалось нечто не пугающее и неизвестное, а тепло... Простое, такое необходимое, словно глоток воздуха. — Не пафосно. По-человечески, — изучая реакцию Яна, поправляет он. — Мне нравится, когда ты говоришь с такой решительностью, а главное — честно. Ты мог сегодня и не помочь Дмитрию, руки бы остались целыми, — кивает на царапины ангелок. — Пустяки, но погоди... Ты следил за мной? — в непонимании склоняет голову Ян. В его голосе не было настороженности, только любопытство. Взгляд снова устремляется в его глаза. Каин больше не выглядит великим скрытным; бывший охотник видит лишь... Понимание? Никаких оценок, осуждений. — Из интереса, — как ни в чем не бывало, чуть улыбнулся ангел. — За тобой интересно наблюдать, жаль только, что всё так, — кивнув на царапины, добавляет он. — А если бы я остался цел? Ты бы сказал "молодец"? Похлопал по плечу? — едва заметно ухмыляется Ян. — Может быть, — перестает прятаться Каин, начав искренне улыбаться. Его улыбка была тёплой, хитрой. — А, возможно, и позвал бы тебя потренироваться без чужих глаз. Ян снова наклонил голову, на его лице появилась улыбка, и лёгкий азарт начал охватывать его. – Это предложение? – Приглашение, — с ухмылкой поправил ангел. — Но только если тебе интересно, — бросил вызов сверху, в этот ворох чувств, Каин. – О, святейший, я с радостью рискну ради тебя. Только имей в виду, я ужасный ученик, упрямый и дурашливый. – На это и расчёт, — хмыкнул бессмертный. — Отдыхай, думай. Для тебя двери всегда открыты, — добавил он, как бы невзначай, хотя на самом деле эти слова значили много. Он исчез так же незаметно, как и появился. Ян ощущал лишь духоту, оставленную горячей водой, на душе остались тепло и... тоска? Мужчина снова повернулся к зеркалу. Усталости на лице не наблюдалось, вместо этого появился румянец, а на лице светилась озорная улыбка. Ян провел рукой по свежим царапинам. В этот раз он смотрел на них иначе: не с тревогой и не с отвращением, а как на свою историю, которая тоже может быть кому-то интересна. Так и продолжая улыбаться, Ян начал обматывать руки бинтами. Завтра будет новый день, он в этом уверен. Дальше будет всё интереснее.