My kind of…man?

      И совершенно неважно, какие там места были заняты на этом чемпионате, какие ошибки совершались спортсменами, у кого что во время прокатов болело и кто насколько сильно зажмуривал глаза, наблюдая за неудачными приземлениями других парней с прыжков.       Важно сейчас то, что Влад поражение абсолютно спокойно принимает. Как будто провальных прокатов и не случалось вовсе. Он Гуменника с золотом от всей души поздравляет: сначала просто словами вместе с другими ребятами и тренерами, обнимая за шею двумя руками так крепко-крепко, как умеет, а после этого в пустой раздевалке перед награждением ещё раз поздравляет, только теперь уже по-другому.       Дикиджи всю шею поцелуями жадно покрывает, затем на щёки переходит, а от них плавно к губам. Плевать, если кто-нибудь прямо сейчас зайдёт и эту картину застанет, плевать, что они с Петей друзья лучшие, и друзья так себя не ведут. Парня просто чувства с головой накрывают, и он ничего с собой поделать не может. Приходится действовать.       Вообще, Влад тактильный очень, это и заметно очень по его поведению. Вечно: то руку на плечо положит, то голову, то обнимет. Но на это ещё никто не жаловался, а особенно Петька, на которого всегда эти касания раз в 10 больше всех других людей приходится, и который сейчас того ещё с большей жадностью целует.       Когда они друг от друга всё же отлипают, то договариваются уехать вместе в Петину квартиру после показательных. И теперь темноволосый этого момента будет больше, чем собственного выступления ждать.       После награждения в раздевалке все выступающие парни собираются. Бурно обсуждают всё подряд, и каким-то непонятным образом до темы отношений доходят. Вернее, образ очень даже понятный: Марк интересуется, вместе ли Лиза с Дарио, и получает ответ отрицательный. Так и идёт дальше разговор в духе «не нам судить, но мы обсудим», а то есть «ну они же так мило смотрятся», потом от них парни плавно переходят друг к другу и там уже начинаются Петины нелюбимые вопросы. «Матвей, а тебе нравится кто-нибудь?», «А ты, Жень, нашёл кого-нибудь? А Соня тебе как?», и дальше в таком духе.       И всё было бы неплохо, если бы очередь до Гуменника не дошла: — Петь, ну а у тебя есть кто-нибудь? Девчонка, или, может, парень? — спрашивает Матвей, явно развеселённый этой сплетнической атмосферой. — Не знаю, у меня типо Влад. — Типо Влад? — Ну да. Не знаю, кто он мне… — Пете от происходящего до безумия неловко, поэтому он для разбавления обстановки смеяться начинает, а следом за ним все парни тоже смехом заливаются.

Больше к этой теме они не возвращались.

***

      Вечером, в квартире Гуменника, он этой ситуацией с Владом делится. И тот сам смеяться начинает, а потом говорит, мол: «Ну вот, теперь все знают». Они сидят на кухне с приглушённым светом и пьют крепкий травяной чай. С Дикиджи вообще всегда легко: он на глупости не обижается, всегда любой разговор поддержать умеет, разбавляет напряжённую обстановку, если то требуется. А вот сейчас он голову на плечо чужое укладывает и в потолок смотрит. — Знаешь, — начинает он, — мне даже как-то и не обидно. — Проигрывать всегда обидно, а тут ещё и седьмое место, запас сборной. — Зато ты первый! Наконец-то ты первый! Я ждал! — Спасибо, Владос, но ты-то и сам мог бы первым стать, и всем это известно, просто…не сложилось, наверное? Или как это назвать? — В этих условиях не мог бы, Петручо, не получилось бы так. В лучшем случае третьим, может, но я ошибок сделал столько, что седьмое — это ещё очень даже хорошее место. — А если б не ошибался? — Обезболивающего настолько сильного не было, катал с тем, что есть. — Сейчас как? Сильно больно? — Нормально, наверное. Болит, но не прямо сильно. Слушай, Петь, — тему переводит, — а что ты почувствовал, когда выиграл? — Облегчение, наверное, — честно признаётся Гуменник, — ещё на середине проката понял, что скорее всего я впервые чемпион, и на радостях бабочек наделал. Дурак. — И ничего, что бабочки, это все равно прокат был очень здоровский. Как многие любят говорить — рабочий. Не прокат жизни, конечно, но Петя, главное, что ты выиграл. Всё остальное уже так, детали. — Спасибо, Влад. За поддержку спасибо. Я её чувствовал там.       Гуменник поворачивается и в лоб того целует. А тот улыбается, своими пальцами подбородок чужой цепляет и в губы впивается жадно. Им всегда будет друг друга мало, как бы близко они не находились. Всегда хочется больше и ближе, хочется быть рядом вечно. Ну, вечно — не обещаю, но сейчас — точно вместе, точно рядом, точно близко.       Ночью, лёжа на Петиной кровати, Дикиджи лицом к тому поворачивается и снова улыбается. В комнате темно, только свет совсем тусклый в щель меж штор пробивается, лица парней освещая совсем чуть-чуть. Оба скорее от счастья светятся: от счастья быть здесь вместе, от счастья среди всех найтись именно друг в друге. — Я не выиграл золото чемпионата России, но у меня всё равно оно есть. — смеётся Влад. — Ты сам-то золотой, забыл чтоли уже? Тогда я, получается, дважды выиграл. — и Дикиджи на это только ближе к Пете пододвигается, в грудь тому утыкаясь. Так они и засыпают…