Весь мир-мой крематорий

После того как вопрос был решён, Гу Лоуинь решил вернуть бронзовое зеркало в павильон Юньцзянь. Остальные не возражали. Сяо Юань спросил: «Мастер Гу сейчас возвращается в павильон Юньцзянь?» Гу Лоуинь покачал головой: «Я еще не нашел своего Шисюна, и местонахождение трех зеркальных людей также неизвестно». Му Инъян мрачно вмешался: «Все Шисюны теперь любят бегать?» Сяо Юань, казалось, не слышал этого и сказал: «Хорошо, тогда мы найдем его, прежде чем вернемся». "Мы?" Сяо Юань улыбнулся и сказал: «Я давно восхищаюсь величием павильона Юньцзянь и всегда хотел его увидеть, а по дороге попросить кусочек тёплого нефрита. Не хотел бы Мастер Гу отвести меня туда?» Сяо Юань был вежлив с Гу Лоуинем, и тот, естественно, не отказался. «Хорошо». Му Инъян сказал: «Я тоже пойду». Сяо Юань был немного нетерпелив: «Шиди, перестань создавать проблемы». Му Инъян важно прошествовал и сказал: «Разве ты не хочешь просто пойти в павильон Юньцзянь, посмотреть? Я пойду с тобой, а когда закончишь осмотр, ты честно вернёшься со мной в нашу секту». Сяо Юань не стал слишком много спорить с Му Инъяном. Вернуться в свой секту было невозможно, невозможно в этой жизни. Когда он выполнит задание [У всех есть], и больше не будет никаких ограничений, кто сможет контролировать его путь? «Твои ноги принадлежат тебе, можешь следовать за мной, если хочешь. Не говори, что твой Шисюн не предупреждал тебя о том, что обитатели павильона Юньцзянь придают большое значение этикету и манерам, так что, если не смягчишь свой нрав, опасайся побоев». Му Инъян взглянул на Гу Лоуиня и холодно сказал: «Это только в том случае, если у них есть такая возможность». Они оставались в городе Лулин несколько дней и все еще не нашли управляющего Вана и двух других людей; однако Шисюн, которого разыскивал Гу Лоуинь, сам взял на себя инициативу их найти. Официант пришёл, когда они втроём обедали. Му Инъян не был в восторге от стола, полного вкусной еды, и позвал официанта, чтобы сказать, что хочет заказать ещё несколько блюд. Сяо Юань сказал: «Уже почти время идти, разве для вас недостаточно блюд?» Му Инъян уверенно заявил: «Какой смысл иметь много блюд, если они не те, которые я хочу есть». Управляющий поспешно сказал: «Господин Бессмертный может есть всё, что захочет. Что бы ни случилось, этот малыш немедленно прикажет на кухне приготовить». Му Инъян на самом деле заказал: «Краб, фаршированный апельсином, жареные креветочные котлеты, тушеный морской окунь…» Чем больше Сяо Юань слушал его, тем более неправильным он себя чувствовал: «Кажется, это именно то, что я люблю есть, да?» «О, так тебе они могут нравиться, а мне нет?» Сяо Юань чувствовал себя так, будто разговаривал с трёхлетним ребёнком: «Я этого не говорил. Но Лулин находится на севере, и там сейчас разгар зимы. Где они найдут для тебя крабов, зачем ты создаёшь трудности другим?» Гу Лоуинь сказал: «Оказывается, мастер Сяо любит морепродукты». «Эти блюда — фирменное блюдо нашего учителя. Раньше он готовил их для нас…» Му Инъян, казалось, задумался о чём-то, и его голос резко оборвался. Сяо Юань невольно счёл это забавным. Реакция Му Инъяна, казалось, намекала на то, что упоминание о Шицзуне вызовет у него неловкость, но это было совершенно лишним. Шицзунь был таким же, как и Сяо Ду; даже если Сяо Юань когда-то и испытывал к ним пару искренних чувств, теперь они были лишь частью задачи [Все имеют]. В этот момент в зал вбежал молодой человек с криком: «Господин Бессмертный, господин Бессмертный, ваш Шисюн найден!» Услышав это, Гу Лоуинь отложил палочки и поспешно вышел из-за стола. Сяо Юань съел ещё четыре фрикадельки и сказал: «Пойдём, Шиди, посмотрим на братство других». Сяо Юань думал, что увидит слёзы в их глазах, увидит, как они обнимаются и плачут, но оказалось, что его воображение слишком разыгралось. Даже увидев Шисюна, о котором он так мечтал, Гу Лоуинь сохранил холодное и отстранённое выражение лица, лишь уголки его губ слегка приподнялись. Его Шисюн выглядел по-настоящему счастливым. Он, не моргая, посмотрел на Гу Лоуинь и сказал: «После прибытия в город Лулин я боялся преследования со стороны демонической секты, поэтому спрятался и тайно искал своего Шиди. Сегодня я случайно услышал, что меня ищут в особняке губернатора. Я знал, что это мой Шиди, поэтому сразу же поспешил туда». Гу Лоуинь сказал: «Я рад, что с Шисюном все в порядке». «Эту фразу должен произнести я. В тот день, чтобы спасти меня, ты рисковал жизнью, уводя людей демонической секты. Ты был ранен?» «Да», — Гу Лоуинь искоса посмотрел на Сяо Юаня. «Именно этот Мастер Сяо спас меня». Линь Улянь и Сяо Юань переглянулись, слегка ошеломлённые. Му Инъян нахмурился и встал перед Сяо Юанем. Сяо Юань обошёл Му Инъян и, сложив ладони чашечкой, обратился к Линь Уляню: «Мастер Линь, не так ли? Я так много слышал о вас». Линь Улянь был очень красивым мужчиной в синей рубашке. Если бы не меч в руке, Сяо Юань принял бы его за элегантного учёного. Линь Улянь низко поклонился Сяо Юаню: «Благодарю вас, мастер Сяо, за вашу спасительную милость». Сяо Юань коснулся руки Линь Уляня своим складным веером и с улыбкой сказал: «Мастеру Линю не нужно так низко кланяться. Я спас твоего Шиди, так что пусть кланяется он». Гу Лоуинь выглядел немного смущённым. Линь Улянь серьёзно сказал: «Мастер Сяо спас моего Шиди, а это равносильно спасению меня. В будущем, если Мастеру Сяо понадобится моя помощь, я пройду огонь и воду, не оставив камня на камне». ( Ха-ха-ха) Сяо Юань лишь слушал эти высокопарные слова, но не принял их близко к сердцу. Он улыбнулся: «Мастер Линь слишком вежлив». Найдя своего Шисюна, Гу Лоуинь всё ещё хотел остаться в городе Лулин, чтобы найти управляющего Вана и остальных. Линь Улянь сказал, что они оба долгое время отсутствовали в павильоне Юньцзянь, и что вся секта определённо будет встревожена, поэтому им следует сначала вернуться в свою секту. Что касается трёх зеркальных людей, то, скорее всего, они уже покинули город. Поиски потребуют времени и усилий. Лучше отправить больше людей после возвращения в павильон Юньцзянь, чем позволить им вчетвером искать иголку в стоге сена. Сяо Юань сказал: «Мастер Линь прав. Зеркальные люди созданы бронзовым зеркалом, преобразующим обиду. Вместо того, чтобы тратить на них время, лучше сначала раскрыть секреты бронзового зеркала. Возможно, как только бронзовое зеркало будет уничтожено, они исчезнут сами собой». Гу Лоуинь задумался на мгновение, затем кивнул и сказал: «Хорошо, будет сделано так, как ты сказал, давайте сначала вернемся в павильон Юньцзянь». Все четверо попрощались с правителем Лулина, взяли бронзовое зеркало и направились к павильону Юньцзянь. У Сяо Юаня и Му Инъяна не было мечей, поэтому им оставалось лишь ехать на мечах двух других мастеров меча. Сяо Юань и Гу Лоуинь, Му Инъян и Линь Улянь выступили в паре. Му Инъян был очень недоволен таким положением дел и ненавидел то, что его меч не мог поднять его и его Шисюна в небо. Сяо Юань с большим интересом спросил: «Я никогда раньше не пользовался мечом, что, если я упаду с него?» Гу Лоуинь сказал: «Ты не сделаешь этого, если будешь крепко держать меня». Сяо Юань издал звук «ох» и сказал с улыбкой: «Тогда мне придется держаться крепче». Лицо Му Инъяна потемнело, и он холодно произнес: «Бесстыдник». Гу Лоуинь не видел ничего предосудительного в разговоре с Сяо Юанем. Когда Му Инъян отчитал его таким образом, он по непонятной причине почувствовал себя немного виноватым, слегка кашлянул и сказал: «Я не это имел в виду». Сяо Юань посмотрел на меня с недоумением: «Тогда мне не нужно крепко тебя обнимать?» Гу Лоуинь: «…как пожелаешь». Ощущение от полёта меча можно было назвать ужасным. Холодный ветер обжигал щёки Сяо Юаня, и, чтобы удержаться на мече, ему пришлось обнять Гу Лоуиня сзади за талию, пытаясь согреться. Тело Гу Лоуина слегка напряглось, когда он спросил: «Холодно?» Сяо Юань прижался лицом к спине Гу Лоуиня, закрыл глаза и сказал: «Да…» Гу Лоуинь задумался на мгновение и сказал: «Сначала отпусти меня». «Это не сработает, меня унесет ветром». Гу Лоуинь подумал, что, учитывая стройную фигуру Сяо Юаня, это действительно возможно, поэтому он попросил его продолжать держать его, затем достал теплый нефрит, разжал ладонь Сяо Юаня и вложил в нее теплый нефрит. Сяо Юань почувствовал тепло в ладони, а затем и по всему телу разлилось тепло. «Ты дал мне тёплый нефрит, а ты?» Гу Лоуинь сказал: «Я не боюсь холода». Сяо Юань медленно закрыл ладонь и тихо вздохнул: «Мастер Гу, не будьте ко мне слишком добры…» Гу Лоуинь спокойно сказал: «Ты спас меня». Ошибаешься, он не спас Гу Лоуиня, а просто намеренно приблизился к нему, следуя заговору Сяо Ду. Так называемое спасение оказалось всего лишь уловкой. Сяо Юань редко испытывал хоть каплю вины перед этим молодым господином Гу, холодным, как ветер, и ярким, как луна. Когда он обретёт свободу, он должен будет лично извиниться перед Гу Лоуинем. Если он захочет убить или зарезать его… нет, не убить или зарезать, он слишком мало жил. Но если Гу Лоуинь захочет ударить его пару раз, он не станет сопротивляться. Павильон Юньцзянь находился к югу от реки Янцзы, далеко от севера, поэтому даже полёт на мече занял два дня. С наступлением темноты четверо нашли в глуши полуразрушенный храм и решили переночевать там, а завтра продолжить путь. Волосы Му Инъяна были взъерошены, а лицо бледным. Во время полёта меча его затошнило, и он воскликнул: «Вы, практикующие меч, должны заниматься мечом, неужели вы не можете заниматься чем-то другим?» Линь Улянь улыбнулся и сказал: «Мастер Му шутит. Если не мечи, то чем бы занимались заклинатели мечей?» Сяо Юань небрежно спросил: «Поклонниками?» Линь Улянь заметил складной веер в руке Сяо Юаня и тепло сказал: «Мастер Сяо, этот складной веер обладает необыкновенной силой и обладает необыкновенной силой. Должно быть, это настоящее сокровище». «Может быть? Не знаю. Мне это подарил мой учитель на шестнадцатилетие». Лицо Му Инъяна выражало полное удивление. Он не ожидал, что Сяо Юань упомянет Шицзуня так спокойно, словно… говорил о человеке, не имеющем к нему никакого отношения. Линь Улянь сказал: «Вот так, похоже, твой учитель очень любит мастера Сяо». Сяо Юань тихо и уклончиво усмехнулся. Гу Лоуинь спросил: «У этого веера есть имя?» «Да», — Сяо Юйцзянь посмотрел на свой веер и сказал: «Его выбрал мой учитель и назвал [Угуань Фэнъюэ]». «Это имя не имеет ничего общего с романтикой», — пробормотал Линь Улянь. «Это хорошее имя». «Да», — Сяо Юань приподнял уголки губ в улыбке, — «хорошее имя». Свет костра отразился на лице Сяо Юаня, и его улыбка на мгновение озарила полуразрушенный храм. Гу Лоуинь и Му Инъян на мгновение лишились чувств. Когда стемнело, все четверо медитировали и отдыхали у костра. Сяо Юань тихо вышел из ветхого храма, пока остальные трое спали. Вложив духовную силу в серьгу из девятитоновой улитки, Сяо Юань долго ждал ответа. На этот раз с ним снова связался Мэн Чи. Сянь Юань грубо сказал Мэн Чи о недавних событиях: «Если ничего не случится, завтра я буду в павильоне Юньцзянь». Мэн Чи: «Хорошо, ты нравишься Гу Лоуинь?» Сяо Юань: «…нет». Мэн Чи вздохнул: «Похоже, нам всё ещё придётся ждать пятнадцатого числа следующего месяца». Сяо Юань: «Есть одна вещь, которая меня все еще интересует». Мэн Чи: «Что это». Сяо Юань: «В ночь Праздника фонарей Му Инъян тоже был в особняке правителя. Разве достопочтенный господин не знал?» Мэн Чи: «Конечно, Его Светлость знал. Разве можно что-то от него скрыть?» Сяо Юань: «Значит, достопочтенный господин знал, что Му Инъян находится рядом со мной, и согласился на это?» Мэн Чи улыбнулся и сказал: «У достопочтенного господина, естественно, есть свои причины так поступить». Сяо Юань чувствовал себя несколько неловко. Сяо Ду намеренно позволил Му Инъян остаться рядом с ним, и его намерения были явно недобрыми. Мэн Чи: «После того, как ты прибудешь в павильон Юньцзянь, помимо того, чтобы продолжать радовать Гу Лоуинь, тебе нужно будет сделать еще кое-что». Сяо Юань: «Что?» Мэн Чи: «Найди способ заставить Гу Лоуинь отвести тебя в одно место. Это место запечатано техникой кровавого запрета. Владыка много раз пытался туда попасть, но так и не смог». Сяо Юань: «Техника запрета крови? Что это такое? Почему я о ней не слышал?» Мэн Чи удивлённо воскликнул: «Разве твой Учитель тебя не учил? Короче говоря, после того, как запрет на кровь будет установлен, войти смогут только те, кто принадлежит к роду Гу. Именно поэтому Владыка попросил тебя стать спутником Гу Лоуиня в Дао». Дух и кровь соратников Дао смешались. После парного совершенствования Сяо Юань также получил кровь семьи Гу и сможет войти в места, доступные только семье Гу – таково было изначальное намерение Сяо Ду. Когда Сяо Юань осознал это, ему вдруг пришла в голову одна мысль. «Если существует такая техника, почему Господин не применил её ко мне? Чтобы заранее узнать, из одной ли я с ним семьи». Мэн Чи улыбнулся и сказал: «Конечно, Господин воспользовался бы им, если бы мог. Просто младший брат, которого искал Господин, был сыном его мачехи, которая вышла замуж за его родного отца после смерти его родной матери. Так что Господин и его младший брат не являются кровными родственниками».