сборник всячины.

душа. слово красивое, не так ли? кажется, оно должно отражать всю суть личности. неотъемлемая часть всего живого. люди неизменно верят в существование чего-то неземного внутри нас, что способно существовать вне пространства и времени. с самого малого, оно зарождается в нас, а при смерти покидает, идя по дальнейшему пути. тут мнения людей расходятся: кто-то верит в теорию перерождения, кто-то — в то, что эта самая душа, вместе с сознанием в паре отправляется на небеса. она созерцает все свысока, превращаясь в еще одну звезду там, в необъятной темени космоса, освещая собою еще один кусочек вселенной. что же до меня, то я не склонен верить ни в одну из этих версий. после смерти разум просто отключается, сердце останавливается, как и вся работа тела. не остается ничего, кроме холодной пустоты, которую ты даже не ощущаешь. ты перестаешь мыслить, а значит, быть живым существом. твое «cogito ergo sum» трескается на миллионы частей, из которых ты больше не можешь собрать свое сознание воедино. само существование души для меня — не более, чем нечто метафорическое. но это не означает, что я не могу представить то, как она могла бы выглядеть. позвольте же показать и вам.

***

ледяная вода неторопливо покачивается, едва заметный ветер проходится рябью по ней. это озеро посреди густого, дремучего леса. здесь довольно прохладно: пасмурно, сыро и едва заметно ощущается запах озона. меня чуть ли не передёргивает от прохлады. легкий ветер время от времени покачивает воду. хвойный лес, пышный и зеленый, находится по ту сторону глубокого и небезопасного, такого неисследованного озера. красивый, спору нет. однако, я не имею и понятия, как добраться до этого второго берега. стоя здесь, я знаю, что должен чувствовать безмятежность — вода всегда была источником спокойствия, но не в этот раз. медленно, по нарастающей, внутри зарождается чувство неясной тревоги. будто бы за мной наблюдают исподтишка, насмешливо анализируя каждое действие, уже зная, когда именно лучше будет атаковать. складывалось ощущение, будто бы сейчас эта спокойная вода внезапно утянет тебя на дно. будто бы сейчас начнется сильнейший шторм. ветер малость усиливается, вместе с тем усиливая и течение в воде. это напрягает. несмотря на то, что мне не по себе от этого места, я остаюсь и осматриваюсь: как уже я подметил ранее — озеро здесь небезопасное, и об этом свидетельствует отсутствие плавного берега. напротив, меня встречает резкий обрыв, и если я вдруг свалюсь в воду — выхода не будет. с левой стороны от берега расположилась одинокая и старая ива. она скрюченная, а ее листья близки к тому, чтобы окончательно сгнить. и эти самые листья тихо шелестят от ветра, переливаясь всеми своими сторонами. решив не задерживаться на долго на одном и том же месте, я решаю пойти дальше, в левую сторону. ветки с травой издают характерные звуки под ногами, но я не обращаю и малейшего внимания на это. меня привлекло другое: у этой ивы до одури толстые корни, что проступают даже сквозь землю. я понимаю, что если бы бежал от чего-то, и не смотрел при этом под ноги — я бы споткнулся. совсем недалеко от озера я находишь качели. они такие старые, потертые, в некоторых местах покрыты коррозиями и выглядят даже сломанными: ровно посередине метал разломан, из-за чего две качели вынуждены смиренно наклониться друг к другу. я хмурюсь; что посреди подобного места могут делать качели? с другой стороны, ты я знаю, что не могу ручаться за то, что находится внутри души, потому и особо не удивляюсь отсутствию логики. сидушка и спинка качелей сделаны из темного дерева, а ручки и обивка этих самых деревяшек состоят из железа, окрашенного в ярко-красный цвет. я решаю дотронуться до холодного железа и на пробу толкнуть качель. та противно скрипит, покачиваясь. внезапно, я оборачиваюсь. тревога начинает нарастать еще больше, чем было до этого. никого нет. я стоишь в ступоре пару секунд, а затем разворачиваюсь и начинаю уходить прочь быстрым шагом, совсем скоро срываясь на бег. обветшалые, старые деревья, что по ощущениям, рухнут, если дотронешься до них хотя бы пальцем, крючковатые и сгорбленные, окружают меня со всех сторон. я бегу, чуть ли не спотыкаясь — чувство смертельной опасности накаляется, как будто бы за мной гонится нечто ужасное, но там ничего нет. легкие пронзает боль, тело желает остановиться — это невозможно терпеть, но я из последних сил продолжаю бежать вперед. страх, животный страх, что движет моим телом не дает даже и шанса на сопротивление. в конечном итоге, рано или поздно, меня отпускает, и я останавливаюсь, пытаясь отдышаться. с все ещё присутствующей болью в легких, мне с максимальным трудом удается успокоить дыхание и начать дышать спокойно. я чуть ли не падаю, садясь под ближайшим деревом. прикрываю глаза. это нечто неясное миновало, и теперь я наедине с собой и тихим шумом листвы. в голове кружится лишь одна назойливая мысль: «что это, блять, было».