Вкус одного доставщика

      Мать Чонхо не боялся. Единственное, что она могла сделать – закатить неведомую истерику на частоте дельфиньего голоса. Эта частота появлялась только тогда, когда дело касалось Евы. В первый раз парень испытал его на себе, когда впервые они столкнулись с приступом. Когда же дело касалось Чонхо, волнение ограничивалось болючим подзатыльником.       Он не боялся матери, пришедшей с суточной смены в отделение полиции за своим непутёвым сыном. Он боялся матери, пришедшей с суточной смены в отделение полиции за сыном, не забравшим свою сестру с вечерних занятий.       С момента, как полицейские нашли компанию копошащихся и пихающихся людей и стащили Чонхо с главаря жёлтой банды, прошло три часа. Всё тело болело так, будто вместо него дырку в пространстве залепили огромным синяком. Едва ли даже на алиэкспресс найдётся пластырь такого размера. Напротив него на лавочке развалился главарь скунсьей банды, положив голову на колени своего телохранителя. Из его носа торчали окровавленные тряпочки. Переносица понемногу начала приобретать лиловый оттенок. Широкоплечий дружок хмуро смотрел заплывающим глазом на чёрно-белые локоны хозяина. В уголке теснился малыш Минги, потирая ушибленные места и грустно поглядывая на пустующие без телефона ладошки. От скуки он игрался со своими перчатками, на которые были нашиты металлические пластины. От сияния этого выпендрёжа приходилось щуриться.       Тем не менее, прекрасное зрелище. Прямо бальзамом по ранкам. Смотрел бы и смотрел. Было бы ещё уютнее, не жмись к нему на лавочке Сонхва, старающийся не касаться спящего рядом бомжа. Не смотря на выставленный в бок локоть, Пак умудрился облепить Чонхо всем своим телом и увлечённо ковырял занозы в пальцах.       Лучший способ успокоить дерущихся людей – закрыть их в маленьком пространстве. Обязательно с ароматом жуткого перегара и металлическими прутьями. Ещё и от Чонхо попахивало дымом, после сегодняшних похождений.       Обезьянки в клетке, не иначе.       - Ребят, ни у кого случайно нет с собой чего-нибудь острого? Булавки, например?       Все промолчали. Только бездомный очнулся и принялся шарить в карманах. Чонхо смотрел за решётку, за которой ходили мужчины в форме. Время неумолимо клонилось к концу занятий по плаванию, то бишь и к фантастическим пиздюлям от матери за оставленного ребёнка. Не дождавшись ответа, Пак принялся вгрызаться в пальцы зубами, словно доставая из-под кожи блох. Вдруг на всю камеру раздался рёв желудка, и Сонхва виновато поднял глаза.       - Ребят, может, пиццу закажем?       Никто шутку не оценил. У двери вдруг появился один из полицейских и, звеня ключами, подошёл к камере. Сердце у Чонхо ёкнуло. Лязгнул замок.       - Цыплята, на выход! Стоять! – скомандовал мужчина подорвавшимся Чонхо и Сонхва, - вы ещё посидите.       Расплывшись в хитрых улыбочках, троица вылетела из камеры. Малыш Минги, видимо, страдавший от избытка гормонов, подскочил и лязгнул рукой о прутья напротив лица Чонхо. Тот только моргнул. Сонхва же ударной волной чуть ли не унесло к потолку. Полицейские громко предложили самым шумным посидеть ещё пару часиков. Троица скорчила несколько рож, спешно прихватила вещи и исчезла с горизонта.       Они остались втроём. Чонхо, Сонхва и бездомный. Не считая доблестных полицейских.       - Начальник…. – грустно протянул Сонхва, подойдя к прутьям и прислонившись к ним лицом, - а как же мы?       Откусив с хрустом яблоко, один из мужчин в форме посмотрел на Пака.       - А вам все удобства, дорогой. Пока за вас никто не поручится, будете наслаждаться ещё сутки. Эти прутья как раз для тебя вчера наркоман вылизал.       Мисс женский лицей отскочила от решётки. Судя по его виду, приехать за пацаном могла разве что комендантша из общежития. Чонхо засунул руки в карманы и нервно теребил какую-то бумажку. Он достал её и уставился на надпись.       Чонхо встрепенулся.       - У меня есть право на звонок?       На удивление, через несколько минут ему действительно предоставили телефон. Первым делом он набрал номер сестры. Трубка отозвалась голосом автоответчика. Козявка. Увидит – уши оторвёт за это. Чонхо тут же набрал другой номер, кинув полицейскому, что это за счёт звонка Сонхва. С каждым гудком его затея казалось всё безнадёжнее.       Бип Ну конечно, идиот, потратил лимит на этого засранца.       Бип       Да даже коню понятно, что он дал левую бумажку.       Бип       Это вообще номер или набор рандомных цифр?       Бип       Да не, бред. Тогда бы и гудков не было.       Бип       Если ему сейчас ответит доставка пиццы….       - Да?       Этот же низкий спокойный засранский голос.       Как он там сказал? Если вдруг что?       «Кан Есан» - было написано на визитной карточке.       «Частный психолог» - было написано на визитной карточке.       И телефон, тоже там был написан. Его собственный. Видимо, не такой он уж и профессиональный, раз не раскошелился на секретаршу.       Тем не менее, он приехал. Чёрт возьми. Спустя час нервозного дёргания в помещении появилась знакомая башка с каштановыми волосами.       -Спасибо вам большое! Поклон от всей души. Я обязательно верну! Не всё, наверное, но верну, обещаю! Чонхо, брат, спасибо, что не забыл!       Надо было оставить Сонхва ночевать с бомжом. Виснет теперь на плече, как последняя куртизанка.       - Тебе идти жрать не пора? – процедил Чонхо, освобождая куртку из цепкой хватки. Не хватало ещё, чтобы этот клоун чего-нибудь ляпнул перед любителем пасты. Не то, чтобы Чонхо не было насрать на то, что тот подумает, просто.       Надо же, приехал и внёс деньги. До сих пор не верится.       Сонхва было ударился в исчезновение, но вдруг стопорнулся.       - А вы, случайно, не на машине?       - Пицца. Остынет.       Сонхва был отбитым, но что-то предупреждающе зашевелилось у него в животе. Либо это был инстинкт самосохранения, либо откликнувшийся на упоминание пиццы голод. Он быстро исчез, а Чонхо направился к машине любителя пасты.       - Я смотрю, вы не стесняетесь пользоваться чужими предложениями помощи.       Кан Ёсан сел на водительское сиденье, когда Чонхо захлопнул пассажирскую дверь. Чон в третий раз набрал на телефоне заветный номер.       - У меня отобрали скутер.       - Я вам искренне сочувствую.       Пиздишь       - Пиздишь.       Абонент не доступен. Мужчина бросил на Чхве внимательный взгляд.       - Я бы попросил следить за своим языком. Напоминаю, что вы находитесь в моей машине.       - Пока будешь просить – довези меня до дворца спорта.       Чонхо упорно пялил на капли на лобовом стекле, эта тактика пока его не подводила. Насколько далеко можно зайти, пока его не вышвырнут из машины? Тем не менее -       - Вам совесть по ночам спать не мешает?       Чем больше на окне становилось капель, тем сильнее нервничал Чонхо.       - Так и быть, я позвоню вам, когда мне понадобится психолог. Мы поедем или нет?       Он ударил кулаком по бардачку и повернулся к любителю пасты с диким выражением лица.       Если ты сейчас же не заведёшь это корыто, я вышвырну тебя и сяду за руль.       Ни один мускул не дрогнул на каменном лице.       -Тем не менее, вы уже мне позвонили.       Машина тронулась, и Чонхо вернулся к наблюдению за водой на стекле. Несколько минут они ехали молча.       - Чем от вас пахнет? Вы что-то жгли?       - Котят из пожара спасал.       Мужчина кинул на Чонхо недоверчивый взгляд.       - Ваш рюкзак лежит в багажнике. Надеюсь, на этот раз вы избавите меня от его общества.       Сраный, чтоб его волки сожрали, рюкзак.       Чонхо кивнул. Он крепко сцепил пальцы рук, чтобы не разорвать эту машину на куски от волнения. На улице хлестал дождь, а эта маленькая непослушная девчонка отключила телефон. Чонхо ещё раз набрал на звонок. В трубке даже гудков не было. Почему дорога кажется такой длинной?       Розовое пятно за окном вдруг резануло глаза. Рюкзак. Рюкзак, чёрт подери этот рюкзак!       - Стой! Живо! – Чонхо громко заверещал и навалился на дверь.       - Открой. Дверь.       Или я, чёрт подери, снесу её к чертям собачьим.       По безлюдной мокрой улице под сильным ливнем шла маленькая девочка, вцепившись в мешок со сменкой и ручку от зонтика с Леди-Баг. Она хлюпала носом, всматриваясь в брусчатку. Неожиданно чьи-то руки развернули её за рюкзак.       - Ева, ты что здесь, чёрт возьми, делаешь?!       Чонхо было попытался её обнять, но девочка принялась колотить брата свободной рукой.       - Отвали!       - Что случилось?       Заплаканное лицо скукожилось ещё сильнее.       - Отвали, я сказала! Ты меня бросил! Вы все меня бросили!       Она попыталась закрыться от него зонтом. Красные девочки в масках уставились на Чонхо. Запретите кто-нибудь эту срань. Несколько минут двое боролись, пока Чонхо не выдернул зонт из рук девочки и продолжил держать над ней.       - Какого хрена на телефон не отвечаешь? Ты в порядке?       Ответом послужил лишь стабильный рёв. Парень попытался забрать у ребёнка рюкзак или сменку, но безуспешно.       - Ева, прекрати истерики!       Мокнуть под ледяным дождём было то ещё удовольствие. Под детским зонтом место рассчитано только на одного.       - Ненавижу тебяаааа!       Чонхо схватил сестру за руку. Та будто вросла в землю.       - Пошли!       - Отпусти!       - Ева, прекрати истерики!       - Никуда я с тобой не пойду! Пусти, или я закричу!       Чонхо громко зарычал, сдерживая лезущие из горла маты. Он сложил чёртов зонт и пошёл к машине. Ева осталась стоять, недовольно пялясь в мокрую брусчатку.       - Оставите ребёнка на улице? – спросил мужчина, когда Чонхо громко захлопнул дверь машины. Ещё несколько поездок – и можно смело записывать на этого парня счёт за новую дверь.       - Захочет – сама придёт. Тоже мне, цаца.       Прошло пару молчаливых секунд. Чонхо выругался и вышел из машины. Сестра продолжала мокнуть посреди улицы, не двигаясь с места.       -Идёшь или нет?       Молчание.       Чонхо плюнул, подхватил девочку и закинул на плечо. В ту же секунду в ребёнке включилась оглушающая сирена. Парень запихнул источник звука на заднее сиденье машины, захлопнул дверь и сел вперёд.       - Поехали.       - Я так понимаю, мы отправляемся за кем-то ещё?       Любитель пасты будто уже устал удивляться чужой наглости. Девочка уткнулась лицом в сиденье и продолжала громко выть.       - Теперь домой.       Чонхо назвал адрес и стёр с лица стекающие капли. С его волос на обивку текла вода. Чон заметно повеселел. В отличие от хозяина машины.       - В это кресло кто-то пердел! – кинул он на заднее сиденье. В ответ донесся очередной скачок децибел.       Мужчина бросил на Чонхо недовольный взгляд, как будто самолично охранял свою девственную тачку от покушения пошлых пердаков. Через пару минут ребёнок понемногу затих. Чонхо с поднятым настроением наблюдал за разводами на стекле. Внезапно он решил поиграть в хорошего братика:       - Ты что-нибудь ела?       Тишина. Сидит себе, наверное, дуется. Ничего, сейчас откачаем.       - А я хотел тебе чего-нибудь вкусненького купить…       Снова тишина. Стоит отдать должное: когда говоришь в пустоту, действительно чувствуешь себя непроходимым идиотом.       - Ева?       Ребёнок подозрительно не шевелился. Это был очередной раз, когда Чхве остановил этот BMW силой голоса. Он попытался перелезть внутри, но через пару секунд вылетел из машины, чтобы вломиться на заднее сиденье. Растормошенная девочка разлепила сонные глаза. Мгновенно её захлестнула лавина вопросов вроде: «Ты как? Что чувствуешь? Плохо? Сахар измеряла? Ела давно?». Чонхо держал её за плечо одной рукой, второй яростно шарил по одежде. Ева вяло засопротивлялась, пока ей чего-нибудь не оторвали.       Мужчина за рулём удивлённо наблюдал за происходящим, когда мокрый пассажир вернулся на место и принялся рыться в бардачке.       - Вас ничего не смущает?       - Есть что пожевать? Конфета, яблоко?       Кан Ёсан покачал головой и бросил взгляд на девочку в зеркало. Затем на промокшее под Чонхо сиденье.       - Могу чем-то помочь?       Чон захлопнул бардачок.       - Да. Отвези на мою работу.       -Оооо, сегодня ВИП-персона! Мисс?       Ева шлёпнула ладошкой по лапище Чона Юнхо. Её брат уже выуживал из холодильника сок. Едва девочка успела дойти до кухни, официанты откопали ей полотенце и даже плед. Повариха Альбина принялась стаскивать с ребёнка мокрую куртку, пока та через трубочку высасывала душу из картонной коробочки.       Ребята оставили ребёнка более ответственным людям и ушли в комнату персонала. Рюкзак распахнул глотку, обдав ребят ароматом. Пролежавшая пару дней еда, казалось, была уже на первой стадии эволюции. Оба синхронно сморщились.       -Думаешь, так сойдёт?       Чонхо аккуратно подцепил пакет и кинул в мусорку.       - Или так?       Они по очереди снова заглянули внутрь рюкзака и понюхали его.       -Ты несёшь тряпку, я в туалет за освежителем.