А как хорошо всё начиналось

Первый официальный рабочий день (после защиты диплома и непомерных возлияний всем курсом) ознаменовался феерическим появлением Джокера после очередного побега. Мы с Ри были в восторге и с фотографиями злодея наперевес поскакали к редактору, вопя о том, что знаем, кто скрывается под гримом. — Вы-то откуда его можете знать? — не поверил Хилл. — Это Эрик Бордер! — обиженно заявил Ри. — Он один из жертв клоуна! — я почти подпрыгивала от нетерпения. Только приступили к работе, и тут такое! Это же какой материал! Да и если крутиться поблизости от Джокера, можно минимизировать жертвы. — Про которого мы писали в прошлом году! — Помните? Клоун говорил, что жертв было двенадцать. — А полиция нашла только одиннадцать. — Хоть он их и не прятал. — Откуда у вас его имя? — прищурился редактор. — Откуда-откуда, — буркнула я — Клоун всегда знакомился с жертвой, потом забирал какую-нибудь личную вещь. У Эрика он забрал клоунский нос на резиночке, это показалось ему очень милым. Мальчик так любил цирк, а теперь будет улыбаться, всегда. — Почему этого не было в статье? — нахмурился м-р Хилл. — Полицейские запретили... — печально вздохнул Ри. — И фотографии забрали, — не менее печально кивнула я. — Мы прямо сейчас хотим поехать по городу... — Нет! — рявкнул редактор. — Этим займётся Филипс, у него больше опыта в подобных делах, — а вот это было обидно. — Но это же наша идея... — удивилась я. — Здесь все идеи общие, — отмахнулся редактор. — А нам что делать? — спросил Ри, по лицу которого было понятно, что он-то уж точно знает, чем заняться. — Найдите сами. Всё, мне некогда... И чтобы на пушечный выстрел к этому психу не подходили!!! — Хорошо, м-р Хилл. — Ри кивнул, и мы вышли из кабинета. — Это было обидно, — заметила я после продолжительного молчания. — Про что писать будем? — Про цветочки в центральном парке, — дёрнула плечом. — Там что, в клумбах пара трупов зарыта? — Это Готэм, брат, там их может быть и больше, но мы будем писать именно про цветочки. — Мы обиделись, — заключил брат. — Да. — И мы совсем не будем копать о Джокере? — Нет. — Почему?! — лицо Ри аж вытянулось от удивления. — Потому что мы его выследим и внедримся к нему. — Думаешь, получится? — нахмурился брат, наблюдая мою безмятежную улыбку. — Ты уже что-то придумала. Вот только знаешь, что мне интересно? — Что? — Джокер появился не сегодня и даже не год назад, почему про него стали говорить только сейчас? — Он просто выжидал чего-то. Он гений, Ри. — Хм, ну ладно. Ты у нас эксперт по психам, так что тебе виднее. Осталось придумать, как внедряться. — Уже братик, уже почти придумала. — Выкладывай, — мы уселись за столик небольшого кафе напротив здания, в котором располагалась редакция. — План предельно прост. Он мужчина, и на этом можно сыграть. — Плохим мальчикам нравятся хорошие девочки? — Ага, — гаденько улыбнулась я. — А как же эта, с хвостиками? — По моим прикидкам они ещё не знакомы. — Как собираешься привлечь его внимание? — Вспомни, кем была Харли до того, как Джокер ей крышу двинул. Как она одевалась? Теперь спроси себя: а зачем психу такая? Ну, конечно же, чтобы сбежать. Но вспомни её потом: разноцветные хвостики, шлюховатый прикид и это дурацкое " Пу-у-удинг ". — Он сломал её и свёл с ума. Потому что ему нужен был кто-то такой же, как и он? — Нет, милый братик, он её сломал потому, что мог, потому, что это было ему интересно. Он гений, но он псих, Ри, полный и отмороженный псих, ему никто не нужен. Ему просто становится интересно что-то, и он берёт это. — Спровоцируем, чтобы Джокер взял тебя? — О, да-а-а... — на наших лицах одновременно расцвели ослепляющие улыбки. Через три дня в не самом благополучном районе Готэма появилась очень маленькая и тихая девушка с печальными голубыми глазами и длинной светло-русой косой. Пожилой хозяин местной забегаловки без проблем принял на работу такую куколку и помог найти дешёвенькую комнатку в мотеле неподалёку. Также он попросил вторую официантку (мать двоих детей, оставшуюся без мужа) присмотреть за этим почти ребёнком, чтобы никто сильно не наглел. Ри продолжал писать в газету под нашими инициалами, ну, а я разносила кофе и бургеры. И это было ни фига не легко! Как хотелось временами залепить кому-нибудь в морду, аж руки чесались. Особенно когда какой-нибудь утырок пытался меня в очередной раз облапать и посадить себе на колени. С Чарли (второй официанткой) отношения сложились хорошие, я частенько помогала ей сидеть с ребятишками. Очаровательные близнецы пяти лет просто покорили меня. Рыжая рослая повариха постоянно пыталась меня подкормить — вдыхая, что я просто заморыш бледный. Через две с половиной недели свершилось: в кафе зашёл высокий мужчина в лёгком потрёпанном плаще и не менее потёртой шляпе, закрывавшей почти всё лицо. Ну, и что это за маскарад? Грим забыл стереть? Обычно в... так сказать — в нерабочее время Джокер не привлекал к себе особого внимания. Сделав заказ у Чарли (а он сел за столик, который обслуживает она), спокойно дождался его, поел и, уходя, одарил очень внимательным взглядом. В следующие полтора месяца он стал нашим постоянным клиентом, садился всегда за столики Чарли, оставлял хорошие чаевые и внимательно наблюдал за мной. Напарница подшучивала, что у меня должно быть как можно больше таких воздыхателей, потому что они хорошо платят за просмотр. Повариха хмыкала — мол, главное чтобы руками не трогали, а за погляд морду не бьют. Я на это лишь краснела до кончиков ушей и начинала слишком яростно отрицать, что он смотрит на меня. И вот настал день, когда нужно было забросить крючок, он достаточно долго за мной наблюдал, чтобы составить своё мнение. Даже спас один раз, ухватив за талию, когда я поскользнулась и начала неловко падать. Принимая очередной заказ и мило краснея от довольно сальной шуточки, слышу знакомый голос. Оборачиваюсь — ко мне идёт нескладный, худой, с длинными тёмными волосами парень. От Ри в нём остался разве что голос. — Ариана, мне нужно с тобой поговорить, — он грубо схватил меня за плечо. — Рик, что-то случилось? — голос взволнованный. — Не при людях, — мотнул давно не мытой головой Ри. — Ариана! Какие-то проблемы? Позвать босса? — заволновалась напарница. — Нет, нет, Чарли, спасибо, — замотала отрицательно головой — Ты не могла бы подменить меня минут на пятнадцать? — Что-то случилось? — Просто брату срочно нужно поговорить. — А, брат. Ну ладно, идите в подсобку, которая около туалета, там можно хоть на ящики сесть, — спасибо, Чарли! Тот для кого это предназначалось, тебя услышал! — Спасибо! А я вечером помогу убрать твои столики, — краем глаза замечаю, как Джокер идёт в сторону туалета. — Ариана, держи, — говорит Ри, как только мы заходим в подсобку. — Что это? — с сомнением смотрю на пластиковую карточку. — Это всё, что я заработал за последний год. — Рик, что случилось? Зачем ты отдаёшь их мне? — Ты сможешь закончить на эти деньги колледж, мне они больше не нужны. — У тебя неприятности? Что случилось? — в голосе послышались слёзы. — Сестрёнка, я нашёл того ублюдка, который убил наших родителей. — Это был несчастный случай, Рик, ему просто стало плохо за рулём и он не справился с управлением! — Нет Ариана, он просто богач и замял дело деньгами, он был пьян в тот вечер! Я достал пистолет, я поеду и прикончу его. — Рик, нет! Так нельзя! Чем тогда ты будешь лучше его? Не делай этого, брат. — Я поклялся на могиле родителей, что отомщу этому ублюдку. — Не надо, пожалуйста. Если тебя посадят, что тогда будет со мной? У меня никого нет, кроме тебя. Не бросай меня... — Я не могу сестра, прости, — в голосе убеждённость фанатика — Оскара ему! — ну и мне тоже чего-нибудь. — Тогда я позвоню в полицию, они найдут у тебя оружие и задержат. — Ну, и какая разница? — Дадут срок меньше, и ты не станешь убийцей, — слёзы покатились из глаз. — Не бросай меня, братик, мне страшно. Ри обнял меня за плечи и начал напевать старую колыбельную, заверяя, что всё будет хорошо и он никогда меня не оставит одну. А потом ушёл. Постояв немного в нерешительности, я дрожащими руками достала из кармана телефон. Глубоко вздохнув, набрала номер полицейского участка. — Алло, офицер... — почти шепчу дрожащим от ужаса голосом, и рука в кожаной тонкой перчатке тут же закрывает мне рот. Из слабой руки забирают дешёвенький телефон и давят его каблуком. — Не нужно никуда звонить, — шепчет на ухо красивый, чуть хрипловатый мужской голос, от которого мурашки разбегаются по всему телу. — Ты же не предательница? — Нет, — мотаю головой испуганно. — Вот и молодец, хорошая, маленькая куколка. А теперь иди, умойся. Такие маленькие куколки не должны ходить с заплаканными глазками, — в секундной ласке провёл кончиками пальцев по щеке. Постояв ещё немного, я действительно пошла приводить себя в порядок. Умывшись и растерев полотенцем лицо, вышла в зал, где ко мне тут же подошла обеспокоенная Чарли. — Ари, с тобой всё нормально? Ты что, плакала? — Ничего страшного, просто с братом немного поссорились, — грустно улыбнулась я. Как же я себя ненавижу сейчас, как же не хочется обманывать этих хороших людей, которые искренне за меня переживают. А главное, зачем? Чтобы высмотреть у Джокера побольше и сдать его полиции или Бэтмэну на горяченьком. Так что засунуть свои сожаления куда подальше и заняться уборкой зала, потом сдать выручку и брести в свою каморку