Я загадаю — Тебя с тобой и навсегда

Какаши Хатаке переступил порог своей квартиры и замер. Около входа на коврике стояли знакомые кроссовки, которые он не видел уже три месяца. Взгляд мужчины медленно, будто не веря, переместился на полоску света, пробивающуюся под дверью спальни. Сердце Какаши пропустило удар, а ноги сами понесли его к единственному человеку, который был ему по-настоящему дорог.       Ирука Умино, торопившийся забрать свои новогодние украшения, забытые при переезде, не заметил, как позади открылась дверь спальни. Он стоял на стуле и пытался дотянуться до коробки, стоявшей в самом дальнем углу антресольного шкафа. Внезапно раздавшийся голос заставил Ируку вздрогнуть и быстро обернуться, что моментально лишило его равновесия. Стул зашатался, Ирука разволновался, а Какаши, тут же оказавшийся рядом, весьма ловко подхватил его на руки, не давая упасть.       Двое мужчин замерли, не отрывая глаз друг от друга. Они не виделись три месяца, и за это время каждый из них успел многое передумать. Сейчас все их потаенные мысли всплыли в голове, заставив сердца забиться чаще.       — Отпусти меня, — тихо попросил Ирука, испытывая на руках бывшего неловкость.       Какаши молча поставил его на ноги, а потом непринужденно произнес:       — Давно не виделись, Ирука. Какими судьбами?       — Прости, что ворвался к тебе вот так, — начал мужчина со смущенным видом. — Просто, мои новогодние украшения… те, что подарили мне ученики, я их забыл у тебя. А в новом доме ничего не оказалось.       — Значит, — грустно улыбнулся Какаши, — я обязан новому году. Что ж, я рад тебя видеть, Ирука.       — Ты меня не должен был видеть, — отрезал Умино. — Гай сказал… — тут он замолчал, понимая, что проговорился.       — Гай сказал, что мы отмечаем Новый год в общей компании, — закончил за него Какаши.       — Да, — с вызовом ответил Ирука. — И почему ты туда не пошел? — как бы между делом поинтересовался он.       — Настроения нет, — многозначительно ответил Какаши.       — Обычно у тебя нет времени, — холодно возразил мужчина.       — Ирука, не начинай. Я все понял еще в прошлую нашу ссору.       — И не собирался! Раз пришел, достань мои украшения.       — Хорошо, — покорно согласился Какаши.       Мужчина встал на табуретку и, вытянув руки, достал коробочку с новогодней тематикой. Обернувшись, он протянул ее Ируке.       — Эти игрушки тебе дороже моих подарков, — с горечью произнес он, слезая со стула. — Их ты забрать отказался.       — Потому что, — выпалил Ирука, — я не хотел, чтобы хоть что-то напоминало о тебе!       — Вот как? Я так тебе неприятен? А когда-то говорил, что любишь.       — Ты тоже много что говорил, — отрезал Умино и направился на выход.       — Ирука, постой, — воскликнул Какаши, бросаясь следом.       Тот, не реагируя на слова, поставил коробочку на столик с зеркалом и начал надевать кроссовки.       — Ирука, — вновь воззвал к нему Какаши, понимая, что мужчина, которого он любит, сейчас вновь исчезнет из его жизни. — Я очень по тебе скучал…       Ирука от этих слов весь покрылся мурашками. Именно поэтому, зная себя и свое сердце, он и не хотел видеться с Какаши Хатаке. Одно слово, один молящий взгляд, один поцелуй — и Ирука вновь растает. Нельзя, — приказал он сам себе.       Обувшись, Умино взял свою коробку, а взамен нее положил на столик ключи от квартиры Какаши.       — Возвращаю, — произнес он и повернулся к входной двери. Резко дернув за ручку, Ирука понял — дверь заперта.       — Открой сейчас же, — сказал мужчина, опять поворачиваясь.       — Да я ее даже не запирал, — произнес Какаши. — Как увидел твои кроссовки, сразу же пошел в спальню.       Ирука вновь дотронулся до ручки, демонстративно ее двигая и толкая дверь.       — Тогда что это? — возмущенно спросил он.       — Не знаю, — искренне ответил Какаши.       Ирука подвинулся и приглашающим жестом указал на дверь. Хатаке подошел к ней и тоже попробовал открыть. Но какие бы усилия он ни прилагал, дверь не поддавалась.       — Я честно не понимаю, что случилось, — растерянно сказал Какаши.       Ирука, который прекрасно знал человека, с которым прожил три года, понял, что он не врет.       — И что делать? — произнес Умино. — Будем вызывать мастера?       — Вызывай, — буркнул Какаши и пошел на кухню.       До Ируки донесся звон столовых приборов, а потом он услышал, как Какаши опустился на стул. В голове мужчины сразу же всплыли воспоминания об их редких совместных ужинах и о том, как они иногда использовали этот стол, совсем не по назначению. Покраснев, Умино тряхнул головой, прогоняя непрошенные воспоминания. Решительно взяв в руку телефон, он открыл строку поиска, чтобы найти мастера. Но, забив запрос, Ирука не смог получить ответ, так как вместо искомого телефон выдал надпись: «Нет связи». Быстро сняв кроссовки, Ирука направился на кухню. Переступив порог, он возмущенно произнес:       — У тебя тут нет связи.       — Утром была, — поведал Какаши, отпивая из бокала вино.       — А сейчас нет, — отрезал Ирука. — Хватит пить, проверь свой телефон.       Хатаке взял со стола телефон и, нажав на кнопку, уставился на появившуюся надпись: «Нет связи». Ирука, быстро заглянувший ему через плечо и увидев это, шумно вздохнул и произнес:       — Признавайся, твоих рук дело?       — И как бы я это провернул?       — Не знаю. Но мне надо уйти сейчас же.       — Куда-то торопишься? Встречаешь с кем-то Новый год?       Ируке очень хотелось соврать, что да, но лгать он не умел.       — Нет, — с вызовом ответил он.       Какаши от этих слов повеселел и, встав со стула, отправился за еще одним бокалом. Ставя его на стол и наливая вино, он, протягивая бокал Ируке, весело проговорил:       — Тогда просто подождем, пока появится связь. Наверное, перегруз сети из-за праздника. Потом вызовем мастера, если сможем, а затем, если пожелаешь, то уйдешь. А сейчас давай выпьем, чтобы скрасить ожидание.       Ирука решил, что в словах Какаши есть здравый смысл. Взяв протянутый бокал, он неохотно опустился на стул.       — Как только появится связь — я уйду, — грозно поведал Ирука.       — Хорошо, хорошо, — согласился Хатаке.       Мужчины как по команде сделали глоток, а потом воцарилось неловкое молчание. Прерывая его, вновь заговорил Какаши:       — Как ты поживаешь, Ирука? Как работа, ученики?       — У меня все хорошо, — ровно ответил Умино.       — И ты не спросишь, как я поживаю?       — Нет!       — Почему? — спросил Какаши.       — Потому что я и так знаю, — отрезал Ирука.       — Прости, — внезапно произнес Какаши.       — За что? — язвительно поинтересовался Умино. — За то, что сломалась дверь, или за то, что нет связи?       — Прости, — вновь повторил Какаши.       — А на этот раз за то, что все время работал?       — Прости…       — За то, что не уделял мне времени?       — Прости…       — За то, что бросил меня в нашем запланированном отпуске? — взвился Ирука и залпом выпил вино. Потом тут же потянулся за бутылкой, вновь наполняя бокал.       — За все! — ответил Какаши. — Мне было так плохо без тебя… — начал он.       — Нет, — выкрикнул Ирука и закрыл уши руками. — Не желаю слушать. Сколько раз я попадался на твои слова, а потом вновь оставался один. То тебя вызывали на выходных, то у тебя срочные дела на службе. А об отпуске вообще молчу. Ты даже не представляешь, что я испытал, будучи в отеле один. Ты обещал, — тут голос Ируки завибрировал, и его руки вновь потянулись к бокалу. Быстро опрокинув содержимое себе в рот, он закончил: — обещал приехать. Я каждый день тебя ждал, а ты кормил меня пустыми словами. Мне было больно, тоскливо, одиноко, обидно, — тут Ирука замолчал и отвернулся, так как прошлые переживания, вскипевшие в нем, вызвали слезы.       Какаши услужливо подлил ему вина, а потом неуклюже произнес:       — Прости.       — Это все, что ты можешь сказать? — презрительно фыркнул Ирука.       — Нет, — возразил Какаши. — Я совершил ошибку, и не одну, и я это признаю. Тот отпуск… я понимаю твое возмущение. Я даже не буду оправдываться важностью работы. Когда ты ушел, все в моем мире потеряло краски. Каждый день тянулся бесконечно долго, а ночи сводили меня с ума. Я думал о тебе, Ирука, и очень желал, чтобы ты вернулся. Я уже на следующий день хотел броситься за тобой, но понимал — предложить мне тебе нечего. Я обидел тебя, и должен был за это заплатить. Работа разлучила нас…       — Нет, — подал голос Ирука, — не работа. Я знал, на что иду, когда мы начали встречаться. Нас разлучило твое неумение отказывать начальству, и то, что наши отношения ты ставил не на первое место.       — Ирука, три месяца без тебя были кошмаром, — признался Какаши. — Потом робко спросил: — А ты думал обо мне?       Ирука промолчал, но в душе знал ответ: он скучал.       — Дай мне еще один шанс, — попросил Какаши. — Я обещаю, в этот раз все будет по-другому.       Ирука посмотрел на мужчину и опять понял: Какаши Хатаке не врет. Три месяца без него были морально тяжелыми, а все потому, что как бы он ни злился, то все равно понимал, что до сих пор его любит.       — У тебя будет испытательный срок, — деловито ответил Умино, и вновь отпил вина. — И я ничего не обещаю.       — Да, да, да, — воскликнул Какаши и, вскочив, подошел к Ируке. Подняв его вместе со стулом на руки, он склонился к нему и хотел поцеловать, но тут же спохватился:       — Можно? — спросил он, с вожделением глядя на губы, которые каждый день их расставания являлись ему во снах.       — Пока нет, — отрезал Умино. — И поставь меня на место.       Какаши покорно опустил стул, и Ирука тут же встал и подошел к окну. Там в ночи стали распускаться первые фейерверки, знаменуя наступающий праздник.       — А сколько сейчас времени? — спросил Ирука.       — Двадцать три пятьдесят пять, — ответил Какаши, подходя с двумя бокалами к своему мужчине.       Протягивая ему один, он провозгласил тост:       — Пусть все плохое останется в прошлом, а в новый год перейдет только хорошее! Я люблю тебя, Ирука, всегда любил и буду любить, — добавил Какаши. — На новый год я загадаю — Тебя с тобой и навсегда!       Ирука вновь поверил его словам и протянул руку, чтобы бокалы соприкоснулись. Какаши ловко свел их руки, сплетая как на брудершафт. Умино усмехнулся, но ничего не сказал. Бокалы со звоном сошлись, а потом, опрокинув их до дна, мужчины столкнулись взглядами. Какаши наклонился к Ируке, завершая традицию, а тот закрыл глаза, принимая ее. Когда их губы слились, а сердца застучали в унисон, впуская новый шанс на отношения, дверь в прихожей щелкнула, открываясь, а на телефонах зажглась надпись «связь найдена».       Одзи-сан, — проговорил Хотейошо, — вы и на этот раз справились безупречно.       — Спасибо, — ответил старец к красном. — Эти двое созданы друг для друга, и на небесах их союз был предрешен.       — Да уж. Их нужно было лишь подтолкнуть. Да и Какаши Хатаке дать волшебного пенделя, — засмеялся Хотейошо.       — Вот именно, — согласился Одзи-сан. — Я всегда помогаю искренне любящим сердцам.       — Кто у тебя следующий в эту волшебную ночь? — поинтересовался Хотейошо.       Одзи-сан полез в карман своего красного костюма и вытащил оттуда такую же красную книжку. Потом извлек из другого кармана ручку и, открыв свои записи, сразу же поставил около имен Какаши Хатаке и Ирука Умино сердечко. Затем посмотрел на следующую пару и вслух прочитал:       — Шикамару Нара и Темари.       — Ох! — засмеялся Хотейошо. — И нелегкая тебе предстоит работа!       — И не говорите, — вздохнул Одзи-сан.