Незамеченное в тени

Чимин проснулся оттого, что ему было слишком жарко. Он оторвал голову от того, что, как ему казалось, было подушкой, и только тогда понял, что на самом деле это была грудь Юнги. Чимин вздрогнул, а затем вспомнил всё, что произошло — если верить настенным часам, часа два назад — и резко покраснел. Ему было ужасно неловко, но в то же время в животе порхали бабочки. Они с Юнги спали в обнимку. Хён так заботился о нём, даже извинился, хотя Чимин совсем на него не злился. Всё это казалось сном. Он смотрел на умиротворённое лицо Юнги и совершенно не знал, что скажет ему, когда тот проснётся, и как они будут вести себя после этого. Впрочем, сейчас это было неважно — Чимин наслаждался приятной тишиной и теплом, которое дарили ему руки хёна, лежащие на его талии. После нескольких минут созерцания прекрасного лица Чимин попытался осторожно выбраться из постели, чтобы пойти в ванную, но у него ничего не вышло. Юнги повернулся во сне и прижал его к себе ещё сильнее. Чимин покраснел ещё больше, но зов природы оказался сильнее. — Хён, отпусти… мне нужно в туалет, — прошептал он. — Ммм… что?.. — хрипло пробормотал Юнги, не желая открывать глаза. — Я говорю, отпусти, пожалуйста, мне правда нужно сходить в туалет. — А… да, прости. Иди, — Юнги ослабил объятия. Чимин тут же выскользнул и поспешил к двери. Но Юнги успел заметить его пылающие щёки. «Как же он мило стесняется…» — подумал Юнги.

***

Остаток вечера Чимин провёл за уроками. Он так и не осмеливался поднять глаза на хёна, который сосредоточенно печатал что-то в своём ноутбуке. Но в какой-то момент терпению Юнги, видимо, пришёл конец. Он закрыл ноутбук и, немного нахмурившись, обратился к Чимину: — Чимин, нам нужно поговорить, — серьёзно сказал Юнги. — Если ты будешь делать вид, что ничего не произошло, эти ублюдки останутся безнаказанными и смогут и дальше творить беспредел. Чимин опустил взгляд и сжал пальцы на коленях. — Хён… — тихо ответил он, избегая взгляда Юнги. — Я не думаю, что они будут вредить ещё кому-нибудь. Просто они ненавидят меня за то, кем я являюсь. — Это всего лишь предлог, — твёрдо возразил Юнги. — Такие люди просто ищут способ издеваться над кем-то безнаказанно. Расскажи мне всё, и мы вместе что-нибудь придумаем. С этими словами он придвинулся ближе, сел на стул рядом и осторожно развернул Чимина вместе с креслом к себе. Чимин поднял глаза и посмотрел на хёна — в его глубокие, внимательные глаза — и понял, что больше не сможет увиливать. — Я правда не знаю, кто это был, — начал он неуверенно. — Я знаю только, что их было около пяти… но после иллюзий ко мне подошёл лишь один. Я не разглядел его лицо, я был не в том состоянии… — он сделал паузу, собираясь с мыслями. — Он сказал, что это «урок» за то, что я использовал потусторонний огонь против его людей. Юнги нахмурился ещё сильнее. — Кроме уроков ты когда-нибудь использовал силу? — напряжённо спросил он. — Только однажды, хён, — тихо ответил Чимин. — И ты был там. — Значит, это кто-то из близких того, кто тогда к тебе пристал, — задумчиво произнёс Юнги, на мгновение отводя взгляд. — Кстати… кто тот придурок? Мне кажется, я видел его в твоём классе. — Да… — Чимин нервно сглотнул. — Это мой одногруппник. Он невзлюбил меня с первого дня. — Хм, а я-то думал, он твой поклонник. — Что? Нет, хён! — поспешно возразил Чимин, вспыхнув. — Он меня ненавидит. В первую неделю он сильно меня избил… а потом вообще хотел меня… — его голос дрогнул. — Хотел… неважно. — Что ты сейчас сказал?! — резко повысил голос Юнги, вскакивая со стула. — Какого чёрта ты не подал на него заявление?! Завтра же я с этим разберусь. Чимин испуганно поднял голову. — Нет, пожалуйста, хён, — взмолился он. — После того как ты вмешался, он меня больше не трогал. Я не хочу снова иметь с ним дело. И мы всё равно не сможем доказать избиение… прошло слишком много времени. Юнги медленно выдохнул, сдерживая злость. — Мне очень не нравится эта ситуация, — мрачно сказал он. — С этого дня ты будешь проводить перемены со мной и Тэхёном. Пусть знают, что за тебя есть кому заступиться. От его слов Чимин почувствовал, как в груди разливается тепло. Именно об этом он всегда мечтал — о друзьях, которые примут его таким, какой он есть, и будут рядом, когда станет тяжело. Глаза предательски наполнились слезами. Заметив это, Юнги сразу смягчился. — Эй… ты чего? — обеспокоенно спросил он. — Боишься, что они снова что-то сделают? Не бойся. Мы будем вместе ходить в академию и обратно в общежитие. Всё будет хорошо. Чимин не смог ответить — ком в горле не позволил. Он лишь покачал головой и, не выдержав, обнял Юнги. — Спасибо, хён, — прошептал он, уткнувшись ему в плечо. — Не за что, цыплёнок, — тихо усмехнулся Юнги. — Я ещё ничего не сделал. И даже так, в этот момент Чимин чувствовал себя в безопасности как никогда с тех пор, как приехал сюда учиться.