По другому пути

Как именно доставлялась почта в Палантасскую Башню Высшего Волшебства, Танис не знал. Но как-то доставлялась. Нечасто, но исправно, кроме, разве что, письма Карамона, о котором рассказал Рейстлин после путешествия в Утеху. Возможно, это делалось магическими путями — вряд ли кто-то из обычных людей вздумал бы устроить переписку с величайшим чёрным магом современности. Так или иначе, а когда Танис, разобравшись с насущными делами, снова оказался в Башне, там царил лёгкий переполох — Рейстлин собирался с визитом в Сильванести. Накануне он получил письмо от королевы Эльханы, и теперь Даламар ходил за ним хвостом по всей Башне, прося, а то и требуя взять его с собой. Даже Танис не смог надолго отвлечь его от попыток, и это было понятно: тоска по родине была свойственна любым эльфам, вынужденным покидать её. А изгнаннику… Многие из тех, кого изгоняли, сходили от этого с ума… Даламар оказался достаточно одержим знаниями и магией, а ещё упрям, чтобы не только выжить за пределами Сильванести, но и обрести новый дом и вполне хорошо устроиться. Но тоски по родине это совершенно не отменяло. И сейчас, когда призрачная возможность маячила на горизонте, он не мог отказаться от своей идеи. — Ну, шалафи… — трагичным голосом упрашивал он. — Нет, Даламар, — Рейстлин был твёрд в своём отказе. И, кажется, уже устал. — Почему? Ты ведь можешь взять с собой одного спутника. Почему Гилтиас, а не я? — Ладно, Даламар, я не хотел, но… — Рейстлин вздохнул, и Танис уловил сочувствие в золотых глазах. — Эльхана отдельно оговорила, что я могу взять кого угодно, кроме тебя. Им прекрасно известно, кто мой ученик. — Я понял… — едва слышно прошептал Даламар, покачнувшись, как от удара. После выпрямился так, что от одного взгляда у Таниса спина заныла, и куда-то переместился. Молча. Танис обошёл половину Башни, начиная со спальни Даламара и до Галереи Смерти наверху, откуда его чуть не сдуло холодным осенним ветром. Но нашёлся эльф в оранжерее, старательно осматривающим свежие побеги у Лиана, недавно отгулявшего в Роще и возвращённого на привычное место (на радостях он даже зазеленел вдвое сильнее). А может, не осматривал, а искал утешения, подумал Танис, когда Даламар обернулся на его шаги. Веки у эльфа казались припухшими. — Даламар? — позвал Танис. — Ты как? — Всё в порядке, — откликнулся тот, но по голосу было слышно, что нет, не в порядке. — Этого стоило ожидать. Ещё во время изгнания мне дали понять, что мне будут не рады в Сильванести. Возвращение недопустимо, меня пристрелят раньше, чем я самовольно пересеку границу. Но я не мог не попытаться хоть так. — Я понимаю, — тихо сказал Танис, в несколько быстрых шагов приближаясь к Даламару и прижимая его к себе. А что тут ещё было сказать? Эту боль утешить не дано было никому. Но на его месте Танис поступил бы так же. Он почти так и поступил, успев покинуть свою родину, не дожидаясь очередного повода для изгнания и оставляя за собой право если не жить, то бывать на родине. — А ещё я боюсь за шалафи, — чуть погодя признался Даламар, утыкаясь носом Полуэльфу в плечо. — В Сильванести не любят чёрных магов. — Рейстлин уже бывал там, — напомнил Танис. — Но эльфов там не было, — спокойно возразил Даламар, всё так же прижимаясь, словно объятия могли оградить его от дурных мыслей. — Эльхана — не все эльфы, и приглашение королевы может значить не так много, если кому-то взбредёт в голову… дурное. Я не знаю, как отпустить его. Я бы мог принять удар на себя, но шалафи не позволяет. — Глупый, — покачал головой Танис. — Конечно, не позволит. Больше того, Рейстлин — не их подданный, даже не бывший, и имеет право себя защитить. Танис долго ещё обнимал своего эльфа, а после, когда тому стало, кажется, чуть легче, рассказывал, что за дела держали его в Солантусе так долго. В Башню они вернулись ближе к ужину — сегодня была очередь Даламара готовить, да и Танис был не против помочь. Просто чтобы побыть вместе подольше — он ужасно соскучился за то время, когда они могли видеться лишь урывками, если ему нужно было по каким-то вопросам к лорду Палантаса: Совет Солантуса, узнав о его полезных связях, вполне успешно заменил им гонцов, решая дела в разы быстрее. Благо, только по вопросам, касающимся эльфов Квалинести, посредником с которыми и был Танис. — Даламар, после ужина жду тебя в Зале Заклинаний, — сообщил Рейстлин, когда все устроились за столом. — Пожалуйста, поешь нормально, тебе пригодятся силы. Ты нужен мне как проводник. — Как что? — разом спросили Танис и Гилтиас. Даламар только коротко кивнул учителю. — Эльхана пишет, что все их маги — а их после войны осталось немного — не могут справиться с последствиями Кошмара Лорака, — принялся за пояснения Рейстлин. — Кошмар, Гил, — это зачарованный сон, ставший ужасной явью для целой страны, я тебе позже расскажу. Так вот, она просит помощи у меня. — И её даже цвет мантии не смущает, — горько усмехнулся Даламар, но под строгим взглядом золотых глаз смутился. — Прости, шалафи. — Я мало чем могу помочь в восстановлении природы, — вздохнув, продолжил маг. — Но я могу сделать артефакты, впитывающие тьму. Только… это земли эльфов, моя магия долго там не продержится. Мне нужен эльф, способный пропустить тьму через себя и напитать артефакты силой. — То есть, я, — спокойно кивнул Даламар и не смог не добавить: — Им повезло, что я у тебя есть. — И ты вот так просто согласишься? — уставился на него Танис. — После всего? — Это моя родина, Танис. — Эльф больным взглядом посмотрел на него в ответ. — Я не могу бросить её в беде, что бы там ни думали остальные эльфы. Моя родина не они. Это осины, фиалки, чистые воды Тон-Таласа… Я хочу, чтобы всё это продолжило быть. *** — Колдуют? — спросил Гилтиас, садясь на ступень рядом с Танисом. Зал Заклинаний, как и большая лаборатория для экспериментов, тренировочный зал и кабинет Рейстлина, располагался на верхнем уровне Башни — на тот случай, если что-то пойдёт не так, Башня не обрушится от основания, пострадав только сверху. — Колдуют, — согласно кивнул Танис. — Ты только не ходи туда. — Почему? — Помешаешь ещё. Полуэльф выглядел несколько потерянным, словно что-то там, внутри, ему очень не понравилось. Он сидел парой ступеней выше площадки, на которую выходила дверь Зала (кверху Башня сужалась, и несколько последних помещений вдоль лестницы выходили напрямую на неё, а не в кольцевые коридоры вдоль лестничной шахты, как внизу), а у его ног стояло ведро, почти до краёв полное воды. — А это зачем? — вопросил дракон, кивнув на ведро. — Рейстлин попросил принести ближе к полуночи. И дождаться, когда они закончат. Тут из-за двери, прикрытой, как оказалось, неплотно, раздался стон. И не похоже было, чтобы это был стон боли. Скорее, удовольствия. Гилтиас с удвоенным интересом посмотрел на дверь и прислушался. Стон, чуть более тихий, повторился. — И давно ждёшь? — Достаточно… — Танис сжал губы в тонкую полоску и отвёл взгляд, когда Гил поднялся со своего места и направился к двери. Через ставшую шире щёлку слышно было лучше. «Потерпи, Даламар, ещё немного, » — донеслось до чуткого слуха Полуэльфа. Там, внутри, сжалось, глупое, неправильное, горькое. От стона наслаждения, слетевшего с губ Даламара, и вовсе перехватило дыхание. Гилтиас осторожно прикрыл дверь и медленно направился к облюбованной ранее ступеньке. Садясь, правда, чуть не промахнулся. Танис знал, что увидел дракон в зале — обзор от двери открывался на удивление хороший, словно маги нарочно выбрали такое расположение. Хотя скорее им было всё равно, увидит их кто-то или нет. Зал тонул в полумраке, немногочисленные свечи не могли осветить его целиком. Но хорошо освещали фигуры у большого каменного стола: Даламар опирался на полированную столешницу, на которой красным светилась какая-то пентаграмма, придавая эльфу лёгкой демоничности, а сзади, слишком близко, соприкасаясь подолами мантий, расположился вливающий в него силу Рейстлин. Даламар был обнажён по пояс, его мантия держалась на ремне, свисая рукавами вниз, и на гладкой коже то ли кровью, то ли бурой краской расцветали узоры из рун. Эльф сладко изгибался под ладонями шалафи, прижатыми к голой спине, и постанывал так, что ни одной приличной мысли в голове не оставалось… — Ты… — начал шёпотом Гилтиас и осёкся. — Видел, — кивнул Танис. — Колдуют. Даламар как-то рассказывал, что слияние сил магов похоже по ощущениям на секс… Из-за двери донёсся ещё один стон, быстро переросший во что-то недовольно-разочарованное. А следом — возня и быстрые шаги к двери. — Танис, выливай! — скомандовал выскочивший на порог Рейстлин и отскочил на пару ступеней вниз. Танис не сразу понял, куда и зачем выливать, но ведро схватил. И тут следом за учителем показался Даламар: растрёпанный, с одержимо блестящими глазами, явно не в себе. Танис не успел сообразить, что происходит, и на Даламара плеснул даже для себя неожиданно. Эльф глубоко вдохнул, отшагнул обратно в зал от двери, но, кажется, в себя приходить начал. По крайней мере, преследование продолжать не стал, тяжело дыша и переводя взгляд с Таниса на учителя. Руны медленно стекали по коже бурыми разводами. — Послали боги ученика… — пробормотал Рейстлин. Сам он выглядел немногим лучше, тоже встрёпанный и в распахнутой до середины груди мантии с явно оторванной застёжкой. Словно Даламар пытался раздеть учителя и взять силой — его или магию? — Шалафи… — виновато прошептал Даламар, окончательно пришедший в себя и осознавший сделанное. — Танис, отведи Даламара в купальню, — устало распорядился маг. — Пусть прогреется хорошенько. — Эльфы не простывают, — зачем-то вяло возразил Танис, больше даже в пространство, чем кому-то из присутствующих. Внутри было тяжело, словно… словно Даламар ему изменил. Или Танис просто осознал, что он сам этого единения магии дать не сможет. — А Даламар у нас талантливый, — ядовито ответил Рейстлин. — Всё, идите. И не дай ему уснуть прямо в купальне. Гил, а ты помоги мне собрать артефакты, мы их зарядили. Хорошо, что маги настроили порталы внутри Башни, подумал Танис, перемещаясь с Даламаром к купальне — у эльфа сейчас, казалось, даже ходить сил не было, и он устало вис на приобнявшем его Танисе. Сейчас, когда одержимость с него спала, он выглядел совершенно вымотанным. — И всё же, как мы их отпустим? Шалафи сейчас почти без магии, — сонно пробормотал Даламар, когда Танис затащил его под горячий водопадик и принялся смывать краску. — Гил защитит, — уверенно заявил Танис, проходясь мочалкой по спине, словно стирая не только руны, но и прикосновения рук Рейстлина. — А кто защитит моих глупых сородичей?.. На это Танис уже не нашёл, что сказать.