Реинкарнация чувств

      Саске стоял на входе в пещеру, вытирая остатки крови с прокушенной губы. Анализируя происходящее, он понимал, что с ними двумя что-то происходит. Он как будто бы был собой, но при этом в нем был кто-то еще. Не кто-то, а Индра, его реинкарнация. Его собственные мысли путались в голове, он не понимал, что из потока его собственные мысли, а что навязанные. И самое главное, он чувствовал эмоции, и свои и не свои одновременно. Даже сейчас он не различал собственные мысли от чужих. Он обернулся на Сакуру, которая лежала в глубине пещеры. Но чем дольше он смотрел на её силуэт, тем сильнее тьма сжимала его разум. Он чувствовал всё сразу: желание ударить, заставить страдать и одновременно страх потерять контроль над собой. И самое страшное — он не мог понять, какие из этих эмоций его собственные.       Саске очень сильно боялся снова поддаться тьме, он потратил столько времени на поиски себя, на искупление своих грехов, но сейчас как будто бы все его нутро раскрывало в нем ту самую тьму, которую он столь усердно старался спрятать. "Стоит держаться от Сакуры на расстоянии". Подумал Саске, до этого ему удавалось сдержать в себе те приступы ярости, которые накатывали на него, когда он поймал девушку на вранье, но кто знает сколько еще он сможет продержаться. Саске боялся причинить Сакуре вред, и мысль о том, что то, что захватило его сознание может это сделать заставляла все сжиматься внутри.       Невольно он вернулся мыслями к недавней сцене, к их поцелую. Это не было похоже на что-то романтическое, скорее отчаянная попытка привести девушку в чувство, и Саске сам не знал, почему поддался этому порыву. Тем не менее это действительно был их первый поцелуй, да и в целом самый первый поцелуй Саске с девушкой. Он невольно вспомнил свой случайный поцелуй с Наруто в академии и сразу же затряс головой, отмахиваясь от этих мыслей, ощутив тошнотворный порыв. Нет. Этот поцелуй явно не шел ни в какое сравнение с тем, что было в детстве. Саске вспомнил губы Сакуры, поначалу такие холодные, затем как будто оживающие. Ему не хотелось поскорее отстраниться, скорее показать этим жестом насколько дорога ему девушка, показать то, что он никогда не мог выразить словами и даже описать в своих мыслях. Он не хотел этого поцелуя, но теперь не мог перестать о нем думать. Индра внутри него шипел о том, что это слабость. А Саске... Саске не знал, что чувствует. Конечно он мог представить, что рано или поздно они с Сакурой поцелуются, он думал, что это произойдет по инициативе девушки, а он просто не откажет, так как больше не собирался отвергать ее чувства. Но то что это произойдет так, в таком месте, где кажется они оба начали терять свой рассудок. Саске невольно усмехнулся, в целом, их отношения никогда не были нормальными, поэтому первый поцелуй в такой манере, был как никогда в его духе.       Также Саске не знал, как вести себя с девушкой, она ведь наверняка начнет задавать вопросы либо вообще не сможет посмотреть ему в глаза от смущения. Это может осложнить план Саске в том, чтобы держать Сакуру на расстоянии, пока они не разберутся, что с ними происходит. Сакура переживала что-то похожее, вот только Саске понятия не имел что. "Суйрен". Пронеслось имя в голове Саске. Если его сознание кажется начало сливаться с сознанием Индры, то сознание Сакуры как-то было связано с этой девушкой из его видений, похожей на нее как две капли воды. Но почему в этих видениях Саске всегда убивал Суйрен... или Сакуру. Кто посылает эти видения и зачем? Он не мог доверять Сакуре, он не мог сейчас доверять даже себе. Они уже шестой день торчат в этом проклятом месте, а вопросов становится только больше. — Черт! — выругался Саске и со злостью ударил рукой о каменную стену, в месте удара камень рассыпался. — О, вижу ты зол. Позволь спросить, что же тебя так разозлило? — услышал Саске мужской голос спереди от себя.       От неожиданности, и от того, что он впервые за эту неделю услышал чей-то голос кроме Сакуры, Саске сразу же активировал шаринган, готовясь к атаке. — Не старайся, я всего лишь клон. Ты же не думал, что я вот так напрямую появлюсь перед легендарным Саске Учихой.       Из темноты показался силуэт мужчины. Серебристые волосы, которые слегка торчали, контрастные темно-карие глаза, острые черты лица, холодный взгляд. Про себя Саске отметил их внешнее сходство, за исключением волос. — Кто ты такой? — резко спросил Саске. — Я хозяин этого места. — Томоэ загадочно улыбнулся. — И как ты уже наверное догадался, это я привел вас с Сакурой сюда. — Чего ты добиваешься? — у Саске не было желания вести разговоры с этим парнем, но в данной ситуации, выбора у него не оставалось. — О, не так быстро. Скоро ты сам все поймешь. Ты ведь уже чувствуешь как он просыпается?       Саске стиснул зубы, чувствуя, как Индра шевелится в его сознании, откликаясь на эти слова. — Это все твоих рук дело? Что это? Гендзюцу? — Саске хотел выведать из него хоть что-то.       Томоэ рассмеялся — звук, похожий на звон разбитого стекла. — Все гораздо проще чем ты думаешь. Я лишь подтолкнул вас к вашей судьбе. Она ведь тоже это чувствует? Чему быть, тому не миновать.       Внутри Саске, что-то перевернулось, когда незнакомец упомянул Сакуру, перед глазами невольно пронеслись видения, где он сидит над ее окровавленным телом. — Зачем было стирать Сакуре память? — этот вопрос был непонятен Саске с самого начала. — Чтобы вернуть ее истинную сущность. Ее безусловная, раздражающая преданность тебе, она могла бы все осложнить. И это могло помешать моим планам. — Томоэ поморщился, говоря о чувствах девушки, как будто сама мысль об этом была ему противна.       Томоэ наклонился, будто делился секретом: — Представь: ты просыпаешься и видишь демона. Но демон улыбается, зовёт тебя по имени... и ты веришь ему. — Его голос стал ледяным. — Её любовь к тебе — такой же яд. — Зачем ты показался? Вести светские беседы? — голос Саске прозвучал как сталь, несмотря на внутреннюю бурю, ни один мускул на его лице не дрогнул от слов Томоэ. — Я лишь хотел убедиться, что все идет точно по плану, теперь я доволен. — Даже не думай, что все это сойдет тебе с рук. Когда я доберусь до тебя, пощады не будет. — отчеканил Саске, и его глаза вспыхнули алым. — Мой дорогой Саске, это мой мир, и все здесь играет на мою пользу, в тебе лишь половина от той силы, что есть во мне, не пытайся бороться с тем, что не сможешь осилить. — улыбка Томоэ стала похоже на оскал. — Ты все вспомнишь, она все вспомнит. И вы исполните вашу трагичную судьбу. — Трагичная судьба здесь ждет только тебя, — хмыкнул Саске.       Глаза Томоэ сузились. Он сложил печать. Саске почувствовал резкую боль, ударившую в голову. Он снова видел пронзенную в живот Суйрен... Сакуру? Свой собственный голос: "Ты хотела лишить меня силы, твой страх это слабость, а ты знаешь, что слабость я презираю больше всего". Где-то за пределами картинки раздался душераздирающий детский вопль. Видения Саске перебили слова Томоэ: — Ты... Вы... Всегда такими были, ты такой же как он. Холодный, равнодушный, безжалостный, надменный. Из-за тебя я лишился всего, что было мне дорого. Из-за тебя я гнию здесь. Как же я тебя ненавижу! Я заставлю тебя страдать, также как страдал я. Я отомщу вам за то, что вы со мной сделали. Я буду наслаждаться, видя как ты причиняешь ей страдания, потому что она тоже заслужила, она всегда выбирала тебя...       Томоэ буквально выплевывал эти слова Саске в лицо, его выражение исказила гримаса ненависти. Саске знал этот взгляд, ведь несколько лет назад, он видел его в зеркале. Этот человек явно был одержим местью и гневом, как он когда-то. Вот только Саске никогда его раньше не видел, хоть и все внутри него откликалось на его присутствие. Чем же он успел ему так насолить? И причем здесь Сакура?       Томоэ резко прервал свою тираду, мгновенно возвращая себе отстраненное выражение лица, развернулся и двинулся прямиком в темноту: — Скоро увидимся...— Томоэ вдруг резко повернул голову в сторону Саске, его глаза стали красными, с тремя томоэ. — Отец.       Глаза Саске расширились от увиденного. Шаринган. Как такое возможно? Но прежде чем он успел среагировать, клон рассеялся, оставляя Саске в одиночестве.

***

      Четверо шиноби Конохи встретились в условленном месте в деревне Ичигуре. — Какие результаты? — с максимально серьезным выражением лица спросил у всех присутствующих Шикамару. — Никто ни разу не слышал никаких упоминаний о жрице. — коротко отчитался Сай. — У меня тоже ничего, — покачала головой Хината, прижав руку к груди, как будто извиняясь за то, что не сумела раздобыть информацию. — Я целый час слушал рассказ какой-то болтливой старушки о том, как у нее дома завелись мокрицы, даттебайо! Оказалось она почти глухая, и услышала вместо жрица, слово мокрица, только зря время потратил, у нее еще чай такой странный, даже думать не хочу, что она туда намешала...— с досадой в голосе проговорил Наруто. Шикамару устало выдохнул, даже не удивляясь, что с джинчурики произошло что-то подобное.       Шел уже шестой день поисков, а они ни на шаг не приблизились к тайне того, что же случилось с их товарищами. Терпение было на исходе, а тревога за друзей зашкаливала. Шикамару сел на землю, смыкая руки в привычном жесте и прикрыв глаза, чтобы спокойно проанализировать ситуацию. Все молчали, никто не осмеливался мешать шиноби, на чьи мозги была вся надежда. Спустя секунд тридцать раздумий, Шикамару резко вскочил с места. — Как я мог забыть об этом! — Ну же, Шикамару, говори скорее, — Наруто не мог сейчас проявлять терпения. — Мифуне-сан! Помните, когда мы пришли в деревню, она рассказывала нам о местной легенде красной луны, тогда мы не придали значения ее словам, потому что знать не знали ни о какой жрице, но сейчас ее слова начинают обретать смысл. — напомнил друзьям Шикамару.       Сай и Наруто переглянулись, вспоминая разговор с женщиной в тот день. Действительно, она упоминала что-то такое. Наруто, обрадовавшись первой зацепке, отчеканил: — Идем к Мифуне, прямо сейчас!       Наруто схватил Хинату за руку, и побежал в сторону дома главы деревни, Сай и Шикамару кивнув друг другу стремительно последовали за ним. Спустя пять минут они уже стояли у двери деревенского старосты. — Мифуне-сан! Мифуне-сан! — нетерпеливо начал звать Наруто. — Наруто, стой, прояви уважение, она все-таки жена главы деревни, — прервав его крики, сказал Шикамару.       Мифуне, выбежала на крыльцо, услышав шум. Слегка с удивлением оглядев шиноби. — Ой, детки, это вы. Молодожены и их друзья. — с тех пор как Мифуне узнала, что Хината замужем за Наруто, иначе как молодоженами их не называла.— Чем могу помочь? Вы нашли своих друзей? — Мифуне-сан, — начал Шикамару. — Прошу прощения за беспокойство, но мы хотели бы, чтобы вы еще раз нам рассказали о жрице, о которой упоминали несколько дней назад, только если можно, то во всех подробностях.       Мифуне, явно не ожидавшая, что ее попросят именно об этом, слегка растерялась. Поразмышляв о чем-то пару минут, она прошептала: — Заходите в дом.       Шиноби послушно двинулись за ней. Рассевшись за столом в гостевой комнате, во главе которого села Мифуне, она заговорила: — А почему вдруг вы заинтересовались этой легендой? Я знаю, что все считают, что я просто рассказываю сказки, — слегка настороженно спросила Мифуне. — Мифуне-сан, пожалуйста, расскажите нам. Мы не считаем это сказками, — неожиданно подала голос Хината, слегка смутившись собственному порыву. — Ну чтож, — Мифуне приняла осанку важной особы. — Раз вам действительно хочется узнать, то я расскажу. На самом деле история о красной луне, это легенда, которая передается в моей семье из поколения в поколения, моя фамилия Судзуки, что означает "исцеление". И эта легенда напрямую связана с моими предками, которые раньше здесь жили и основали эту деревню.       Очень-очень давно существовал один клан, сейчас никто о нем не знает, так как он вымер еще в давние времена, и никто из его представителей с его способностями не дожил до наших дней. Этот клан отличался особыми способностями к исцелению, они могли залечивать практически любые раны, даже смертельные, а называли они себя "Клан красной луны", что ассоциировалось с кровью, еще одной отличительной особенностью этого клана был невероятный контроль чакры и сверхчеловеческая физическая сила. И несмотря на то, что тогда мир был охвачен постоянной борьбой, они были против таких устоев и сохраняли нейтралитет, предпочитая жить отстраненной мирной жизнью и видели свое предназначение в помощи людям и исцелении от болезней. Чтобы иметь возможность оказывать помощь как можно большему количеству людей, они решили разделиться и разбрестись по разным уголкам мира. В наши края пришла девушка, представительница этого клана. Она поселилась в горах, и вела уединенную жизнь, помогая больным, которые обращались к ней за помощью.       В этих местах ее все называли жрицей, несущей жизнь, победившей смерть, она была словно божеством для жившего в этих местах бедного народа, постоянно погибающего от враждующих между собой ниндзя. Однажды, к ней за помощью пришел мужчина, страдающий болезнью, связанной с глазами. Когда он пришел к ней, он был почти слепым, но жрица была способна исцелить даже самый тяжелый недуг. Мужчина был олицетворением тьмы, все боялись его, говорят он обладал разрушающей силой, и никто не осмеливался заговорить с ним, кроме жрицы. Они были противоположностями: он - холодный, грубый, несущий тьму одним взглядом; она - само воплощение доброты и милосердия. И несмотря на это, они влюбились друг в друга. Любовь жрицы к мужчина была настолько велика, что она покинула свое пристанище и последовала за ним, это не точно, но из любви кажется она предала свои собственные принципы, не причинять никому вреда, и стала использовать свои сверхчеловеческие физические способности, чтобы помогать ему в его целях. По рассказам матушки, жрицы не было в этих местах долгие десять лет, прежде чем она неожиданно вернулась и снова обосновалась здесь. Но, к сожалению, ненадолго. Ее собственный возлюбленный убил ее. Это произошло при полной луне. И по рассказам, сами небеса разгневались за то, что кто-то посмел так поступить с жрицей, несущей жизнь. И в назидание о трагически погибшей от рук возлюбленного жрицы, луна окрасилась в красный цвет, символизирующий кровь и название клана, к которому принадлежала девушка.       Потом в эти места пришли другие члены клана, узнавшие о столь ранней кончине жрицы. И в память о своей потерянной сестре, решили основать здесь мирную деревню, чтобы здесь всегда процветал мир и жизнь, таким образом почтив свою сестру. Вот как-то так.       После окончания рассказа Мифуне, во время которого никто не осмеливался ее перебить. Еще какое-то время царило полное молчание. — Это так трагично, погибнуть от руки того кого любишь. — с печалью в голосе проговорила Хината, украдкой бросив взгляд на сидящего рядом Наруто. — Возможно у него были на то причины, — с присущей ему чрезмерной рациональностью прокомментировал Сай. Наруто задохнулся от возмущения. — Да что же это за любовь такая, даттебайо! Человек, который любит, до последнего будет защищать то, что ему дорого! За Хинату, я и жизни не пожалею! — хлопнув по столу на повышенных тонах прокричал Наруто.       Хината резко покраснела от его слов, и не смогла сдержать улыбки. Сай решил уточнить, чтобы разрешить их спор. — Мифуне-сан, а почему этот мужчина убил жрицу? — Я не знаю. Об этом матушка никогда не говорила, думаю причины не знает никто. — Ой, ребята, не отвлекайтесь от задания, — подал голос, молчавший до этого Шикамару. — История конечно увлекательная и драматичная, но мы сюда пришли, чтобы найти подсказки, как нам найти Сакуру и Саске. Мифуне-сан, вы говорили что клан вымер, почему это произошло?       Мифуне слегка задумалась, будто вспоминая. — Насколько я помню со слов матери, так как они всю жизнь переливали свою чакру другим людям, то очень рано умирали, истощая свою собственную энергию. Многие по этой же причине не могли иметь детей, собственно поэтому естественным образом клан и вымер. — Но вы вроде как сказали, что являетесь потомком этого клана, разве нет? — поинтересовался Сай. — Да. По крайней мере мне так говорила матушка, но я никогда не была шиноби, и никаких особых сил у меня нет, разве что, никакая хворь меня не берет, за всю жизнь, ни разу не болела. — женщина слегка сконфузилась, будто бы ее обвиняли во лжи. — Мифуне-сан, это все что вы знаете? — уточнил Шикамару. — Я рассказала вам все, что знала. Это лишь легенда нашей семьи, даже я уже не до конца верю, что все это правда. Но у нашей семьи есть много других интересных историй, например, как мы с матушкой каждый месяц ездили на ярмарки, там всегда столько всего случалось... — в своей манере снова увлеклась Мифуне.       Шиноби, быстро сообразив, что этот монолог может растянуться надолго, поспешно попрощались с хозяйкой дома. Четверка решила за обедом в местном кафе обсудить все услышанное. — И так, что мы имеем. — анализировал Шикамару, — историю о каком-то неизвестном давно вымершем клане, которые были уникальными целителями, и трагично окончившуюся любовь. Пока не вижу никакой взаимосвязи между этой легендой, которая больше похожа на детскую сказку и исчезновением Саске и Сакуры. — Не думаю, что детям стоит рассказывать такие сказки. Все-таки когда в конце кто-то умирает, ребенок может заплакать. — Сай как всегда говорил все, что ему первым пришло на ум. — Я вообще вот ничего не понял. Если она обладала такой силой, еще и была первоклассным медиком, как она вообще позволила себя так просто убить. — Наруто все еще не мог успокоиться из-за несправедливого конца. — Наруто, я же сказал, забудь об этом, нам сейчас важно... — прервал его Шикамару. — Сакура-чан! — неожиданно проговорила Хината.       Трое шиноби устремили вопросительный взгляд на девушку. — Что Сакура-чан, Хината, говори скорее, — нетерпеливо спросил Наруто.       Хината чуть-чуть призадумалась, собираясь с мыслями, потом быстро затараторила. — Я имею ввиду что... целительство, сверхсила, невероятный контроль чакры... Разве это не похоже на... — Сакуру-чан, точно! — перебил ее Наруто, не в силах совладать с эмоциями. — Моя жена гений, и как мы раньше не догадались, даттебайо! — Да и то как эта жрица слепо следовала за своей любовью, несмотря на все принципы, вполне в духе Сакуры, помню она была способна на все ради Саске...— вслух размышлял Сай, приложив руку к подбородку.       Никто не прокомментировал его слова, но внутренне все согласились с мыслью Сая. — Это уже что-то. — констатировал Шикамару. — Предположим, что эта жрица действительно существовала, и каким-то образом связана с Сакурой, но это все равно не дает нам существенной подсказки о том, куда эти двое пропали. — Я пошлю сообщение Ино обо всем, что мы узнали, возможно они смогут сопоставить это с тем, что нашли сами, и тогда картинка станет понятнее. — сказал Сай, доставая пергамент. — Тогда нам остается только ждать, — сказал Шикамару, лениво растянувшись на диване и устало прикрыв глаза. — Я не собираюсь просто сидеть без дела, вы как хотите, а я продолжаю поиски, — сказал Наруто, вставая из-за стола.       Хината сразу последовала за ним, Сай пожал плечами и тоже двинулся следом. Шикамару с неохотой потянулся, но все-таки тоже медленно начал вставать со стола, доставая из кошелька купюры, чтобы расплатиться за обед. — Да, Сакура, Саске, где бы вы сейчас ни были, этот балбес вас точно из под земли достанет. — с легкой усмешкой проговорил темноволосый шиноби.

***

      Сакура еле открыла глаза, обнаружив себя лежащей на полу пещеры, укрытая черным плащом Саске. Ей показалось, что она проспала вечность. Тело ныло, от долго лежания на твердом камне. Кое-как приняв сидячее положение, Сакура огляделась, ее взгляд зацепился за сидящего рядом шиноби, радуясь, что в темноте пещеры не видно, как она покраснела, Сакура хриплым голосом спросила: — Сколько я спала? — Через пару часов уже стемнеет. — отвечая на ее вопрос проговорил Саске, намекая на то, что спала Сакура достаточно долго.       Сакура прикусила губу, вспомнив о том, что вчера произошло. Они оба в какой-то момент словно потеряли рассудок. Точнее она. Ее тело, ее мысли, всю ее сущность как будто бы что-то поглотило. А навязанные ей чужие воспоминания душили и жгли в самое сердце. Еще и этот...поцелуй. Сакура заморгала смахивая наваждение. Не сейчас. — Мне нужно проветриться, — проговорила Сакура, поднимаясь на ноги.       Саске не стал ее останавливать, понимая, что скорее всего у девушки в голове сейчас каша, которую ей необходимо переварить. — Не отходи далеко от пещеры. — сухо проговорил парень.       Сакура столкнулась взглядом с сидящим рядом шиноби. В полумраке она сумела разглядеть, как в его глазах мелькнуло что-то, что-то недоброе. Поежившись, она стремительно покинула пещеру. "Так, Сакура, соберись, тебе нужно привести голову в порядок"       Отойдя на небольшое расстояние от пещеры, Сакура присела на камни. Она сняла со своей шеи кулон. Сакура изумленно потупила взгляд. Он был абсолютно целый. Вчера Сакура четко запомнила, что когда ее накрыло видение, по кулону пошли трещины. Сейчас он выглядел так, как будто бы ей все это приснилось. Это и правда было похоже на кошмарный сон. Сакура вспомнила эти ощущения. Ее накрыло волной ярости, страха, желания отомстить, и все эти эмоции обрушились на Саске. Все эти спутанные видения не давали возможности составить четкой картины. Сакура понимала, что убитая девушка в ее видениях это Суйрен, это стало уже очевидным. Но что за ребенок, которого она видела? Причем здесь Индра? Саске? Как она сама связана со всем этим, оставалось загадкой. Она помнила все, что происходило с ней. Мысли, эмоции, воспоминания, все это как будто принадлежало ей, но одновременно той, другой душе, словно сама Сакура была лишь оболочкой для чужой жизни.       Сакура потрогала свои губы, вспомнив, что из этого состояния ее смог вывести поцелуй Саске. Сакура никогда бы не подумала, что шиноби мог ее поцеловать. Она вспомнила, как ощутила резкое прикосновение его губ на своих. Сначало это не возымело никакого эффекта. Но чем настойчивее он становился, тем стремительнее нахлынувшая тьма вдруг начала отступать, уступая дорогу чему-то светлому, забытому. И ей захотелось ответить на это прикосновение, хотелось еще хоть на мгновение продлить этот миг их единения. Когда Сакура ответила на его поцелуй, она уже была полностью в сознании, но не смогла побороть себя, чтобы сразу отстраниться. Неумелыми движениями, она захватила его нижнюю губу своей и на удивление, шиноби тоже не отстранился. Лишь слегка сбавил напор, делая поцелуй более мягким, осторожным. От этих мыслей в животе Сакуры разливалось тепло. "Интересно, а он уже целовался раньше?"       Почему-то Сакуре не доставили удовольствия мысли, что это мог быть один из тысячи поцелуев Саске. Ведь для нее это был первый в жизни поцелуй. Да, конечно все-таки не совсем таким образом как она себе это представляла раньше в голове, но все равно, этот момент стал для нее сакральным. Внезапная мысль пришла в голову Сакуре: "А что если мы уже целовались раньше?"       Сакура задумалась о том, что если бы они были в отношениях, то нет ничего удивительного в том, что Саске так легко поцеловал ее, но быстро остановив себя, она пришла выводу. "Я ведь просто хочу так думать. Признайся, Сакура, ты в него влюбляешься"       Вот такая простая истина пришла к девушке. Было бессмысленно отрицать, что она начинает испытывать чувства к Саске, и это было вовсе не чувство благодарности, в чем она убеждала себя раньше. Сакура до сих пор не имела четкого представления о том, в каких именно отношениях они находились с Саске. Возможно она была влюблена в него и раньше, но он отверг ее чувства или же они были парой, или все-таки всегда держались только на уровне товарищей. Правильный ответ знал только Саске, вот только выудить из него эту информацию задача крайне непростая.       Сакура задумалась об их нынешнем положении, сейчас ее внезапно нахлынувшие чувства могли все осложнить, ведь она одновременно и доверяла и недоверяла парню. Она видела, что с ним тоже что-то происходит, что в его голове такая же каша как и у нее самой, а значит он непредсказуем и расслабляться нельзя. Может быть стоит рассказать хотя бы частично о том, что она видела и тогда он тоже сможет открыться. Тогда они хотя бы немного начнут понимать, что происходит друг с другом. Приняв решение о разговоре, Сакура пошла по направлению к пещере.       Зайдя в пещеру, она посмотрела на Саске, который сидел на том же месте, погруженный в свои мысли. — Саске, я хотела поговорить...— осторожно начала Сакура. — Я видел нашего врага. — внезапно перебил ее Саске. — Что? Когда? А почему ты сразу не рассказал об этом? — начала тараторить Сакура, пораженная таким заявлением. — Это был лишь клон. Чакру настоящего я так и не смог почувствовать. Он обладает шаринганом, как и я. Я не смог понять, что именно он задумал, и зачем нас притащили сюда, но одно знаю точно, все что сейчас происходит с нами, однозначно его рук дело. — Так значит, он не попытался напасть на тебя? — переваривая информацию уточнила Сакура. — Не думаю, что он намерен ввязываться в драку, его замысел в чем-то другом. — отчеканил Саске, стараясь не смотреть на Сакуру. — Так значит это он посылает нам эти странные видения? — аккуратно подводя к разговору, спросила Сакура. — О каких видениях ты говоришь? — спросил Саске, переводя равнодушный взгляд на девушку. — Я более чем уверена, что мы видим примерно одно и то же. Девушка, Суйрен, в крови, мужчина, похожий на тебя, с мечом в руках, детский плач...— от нервов, Сакура говорила слегка сумбурно, сминая край кофты в руке. — Да, я тоже ее видел, — подтвердил Саске. — А еще мне кажется, что это она вчера заставила меня так себя вести, то есть я как будто бы стала ей на какое-то время, почувствовала ее мысли ее эмоции как свои, поэтому я вчера так себя повела. — продолжала Сакура. — Ясно. — ответил Саске, нервно выдохнув. — А с тобой такое не происходит? Ты не чувствуешь, что в твоем сознании как будто есть кто-то еще? — Сакура выжидающе смотрела на парня. "Давай, расскажи ей правду, чтобы она еще сильнее начала тебя бояться" — Нет. — в своей холодной манере ответил шиноби. — Саске, ты же говорил, что мы должны доверять друг другу, я должна знать, если с тобой что-то происходит... "Зачем ей знать, что я уже в курсе ее страха, она боится моей силы. Из страха люди способны на предательство"       Саске поморщился, пытаясь унять настойчивый голос в голове: — Мне нечего добавить. — слегка резко произнес он.       Сакура не поверила ему, но ничего не стала говорить. Решив сменить тему, она осмелилась задать парню интересующий ее вопрос: — Саске, насчет вчерашнего... ну я про то, что между нами...       Саске устремил свой холодный взгляд на Сакуру. Она замолчала, пытаясь собраться с мыслями, чтобы решится сказать дальше. — Ну в общем, это навело меня на мысли... Поэтому я хотела спросить, ты же говорил что мы были близки, и я... В общем могло быть такое, что мы были чем-то большим чем просто товарищи? — договорив до конца, Сакура опустила взгляд полный смущения в пол. — Мы были товарищами по команде. Все. — последнее слово было выделено с особой резкостью. — То есть мы были близкими друзьями? — Я уважал тебя как товарища по команде, ничего большего.       Сказав последнюю фразу, Саске, поднявшись, пошел к выходу из пещеры. У Сакуры внутри все рухнуло от ответа шиноби, и она была рада, что Саске не увидел, как она сдерживала подступающие слезы.