W+M

Когда руки Майка спустились на шею, Уилл совсем потерял голову. Долго длившийся поцелуй вдруг так четко расставил все на свои места, что хотелось разорваться на мелкие частички от радости. Уилла трясло. Подвал вдруг словно вспыхнул. Дышать было так тяжело, что Байерсу казалось он сейчас умрет. Все его тело, а главное мозг, испытывали такую перегрузку, что слезы покатились из глаз. Он не верил, что все действительно происходит. - Ты чего плачешь, Уилл? - ощутив на губах соленый привкус, спросил, отстранившись Майк. - Десять лет, - прохныкал Байерс. - Десять чертовых лет я ждал это. Майка как сковородкой по голове ударили. В миг в нем сжалось все. Схватив Уилла за руки, он спросил: - Это правда? - Друзья не лгут, - прошептал Уилл. Но его совесть была против, и он добавил: - Хотя однажды я соврал тебе, прости. - Когда? - Когда сказал, что рад за вас с Оди. Майк улыбнулся и покачал головой. - Это совсем не важно. Ты все равно был рад за меня, даже если страдал сам… Уилл, ты самый лучший друг на свете, - радостно произнес Уиллер, не выпуская холодных рук Байерса из своих теплых. - Друг? - переспросил Уилл. В миг все рухнуло. Вместо ответа Майк медленно выговорил: - Я не мог принять свою ориентацию с девятого класса. Когда вы переехали, я вдруг понял, что мне тебя не хватает. Один раз я уже потерял тебя, теперь боялся потерять снова. Но это случилось дважды, и второй раз расставил все на свои места, - Майк старался говорить так, чтобы было не слышно, как дрожит голос. - Мне стыдно, но я использовал Оди только как прикрытие. Как удобный плед, в котором можно закутаться, спрятаться от мира, а главное - от самого себя. Но Одиннадцать не тупая. Придурок здесь только я. Она сказала, что мы не подходим друг другу, бросила меня, но я не горевал. Я радовался, Уилл, понимаешь меня? Стушевавшись от такой откровенности друга, Байерс просто молча слушал все, что тот говорил. Майк редко показывал свою изнанку, редко делился тем, что у него на душе. Уилл боялся его спугнуть. - Прости, это все звучит как бред, - Майк виновато опустил голову. Уилл крепче сжал его ладони, говоря: все хорошо, я рядом. - Я просто… Я просто так боялся показать себя настоящего. Так что я тоже врал, Байерс. Прости. Вместо ответа Уилл просто его поцеловал. Он не планировал, что его первый раз случиться именно тут, в подвале, не ожидал, что случиться это с Майком. Но Уилл был искренне счастлив. - Я люблю тебя, Байерс, - наконец сказал Майк и это стало началом всего. Уилл не мог больше ждать. Он устал терпеть. Слова Майка будто развязали ему руки. Байерс полез к Уиллеру с очередным поцелуем. Боже, как у него это получалось! Майк ни разу с Оди не почувствовал такого подъема от обычного поцелуя. Как будто тебя подняли на Эйфелеву башню, а потом сбросили обратно. Отрываясь на время от поцелуев, Байерс никак не мог отвести взгляд от шеи Майка. Его безумно сводило с ума одно: как двигается его кадык в такт глотанию. Он и сам не знал чем, но этот выпирающий бугорок его заводил. Уилл никогда еще ни с кем не спал и не знал как это делается, но тут все навыки будто появились сами собой. Он действовал расслабленно, но с уверенностью, словно трахался с четырнадцати лет. Майк не протестовал. Наоборот, сам распустил руки и уже касался груди Уилла. Было так странно осознавать, что сейчас перед ним друг детства. Тот, с кем они буквально выросли. А теперь они целуются на диване, трогают друг друга и все кажется необыкновенным. - Я люблю тебя, - шепчет Уилл на ухо, отчего Майк покрывается с ног до головы дрожью. У него уже встал. Ему достаточно было первого поцелуя. Теперь бугорок в брюках окаменел так, что, казалось, могло сравниться с прочностью алмаза. - Я тебя тоже, - они целуются снова, и Уилл чувствует у себя на коленке руку. Внутри все сжимается. Зародившийся внизу живота узел запутывается еще сильнее. От чувств сносит крышу. Он шепчет Майку что-то приятное, а его черные волосы щекочут лицо. Становиться слишком жарко. Майк расстегивает пуговицы на воротнике рубашки, но от спешки руки путаются. Уилл нежно разводит их в стороны и сам расстегивает желто-синюю рубашку, а затем помогает Уиллеру снять ее, как бы случайно касаясь тыльной стороной запястья оголенного участка кожи. Уилл уже видел Майка таким, но года два назад когда ребята решили искупаться в озере влюбленных. В тот день они не позвали девчонок и те как обычно обиделись. Зато Майк, Уилл, Лукас и Дастин прекрасно провели время, а накупавшись еще долго жарили маршмеллоу и болтали о том, как перейдут в старшую школу и все изменится. К лучшему конечно же. - Уильям, - склонившись к шее парня, позвал Майк. От такой формы имени у Уилла тут же перехватило дыхание. Да, такое имя было у него в паспорте, но никто не называл его так. Даже учителя и мама обращались к нему всегда как “Уилл”. Майк знал это и решил сказать именно так. Он знал, что Байерса это тронет. - Уильям, ты дорог мне. Очень, - прохрипел Майк и, приникнув губами к шее Байерса, оставил на ней фиолетовое пятно. Мир вспыхнул миллионами красок. Уилл почувствовал, как не в силах сдерживаться, и из его груди вырвался громкий стон. Майк ухмыльнулся и прошелся по линии его челюсти языком, добрался до уха и слегка прикусил мочку. - Мгха… - вырвалось следом. Они оказались в горизонтальном положении на диване. Уилл обхватил широкую спину Майка руками, цепляясь за нее, как за щит. С ним он чувствовал себя в безопасности, а теперь еще и в блаженстве. Не стесняясь ничего, Байерс все же потянулся и жадно поцеловал Майка прямо в кадык. Парень молниеносно простонал. - Кажется, я нашел твое слабое место, Уиллер, - хитро прищурился Байерс. И поцеловал снова, снова, снова и снова. Стоны Майка были для него музыкой. - А ты оказывается совсем не тихий в постели. - А ты думал я буду молчать? - Майк склонил голову на бок и пристально посмотрел в каре-зеленые глаза друга. - Стони сколько хочешь, дом все равно пустой, - разрешил Уилл. - Ну хорошо, - Майк улыбнулся так, словно что-то задумал. Байерс и подумать об этом не успел, как ощутил руку парня на животе. Она, как змея, двигалась все ниже и ниже, а напряжение усиливалось. Уиллу вдруг стало страшно. Осознание, что вот сейчас произойдет то, что навсегда проведет черту между его детскостью и подростковостью. Прощаться с частью маленького себя было жалко и страшно. Но с Майком казалось сделать это спокойнее. - Уиллер, - надавив на его спину руками так, чтобы майк лег на него полностью, Уилл спросил: - Ты никогда не оставишь меня? - Что? - удивился Майк. - Нет, конечно же нет. С чего такие мысли? - Не знаю. Просто… - Я люблю тебя, Уильям, - откровенно и твердо произнес Майк. У Уилла дыхание перехватывало каждый раз, когда парень сверху невзначай двигался. - Люблю больше жизни. Если я - сердце нашей партии, то ты - душа. Уилл расплылся в улыбке. Нежно чмокнув Майка куда-то между щекой и шеей, он набрался смелости и положил руку ему на бедро. Сжал. Уиллер, отвернувшись, слегка потерся о пах Байерса. Майк так волновался, что покраснел и теперь пытался это скрыть. Все же опыт подобного с парнями у него был впервые. - Продолжай, - чувствуя, как из его тела высекают искры, взмолился Уилл. Майк повторил эти действия, и Байерс под ним застонал еще громче. Он запустил руку в волосы Уиллера, теперь уже сам повторяя за другом. Напряжение между ними росло с каждой секундой. Майк тоже начал постанывать. Особенно громко когда Уилл приподнимал голову и целовал его в шею. На бледной коже уже зияли три засоса. Тут вдруг Майк сам не понял как совершил слишком сильное трение о член Уилла, тот покраснел до ушей и так громко застонал, что Уиллеру все же пришлось попросить: - Давай чуть потише, Уильям. - Заткни меня, - нагло смотря Майку в глаза, произнес тот. Уиллер подавился, ошарашенный приказом, но послушно вскочил и стал стягивать с Байерса брюки. Руки его, конечно же, снова запутались, только теперь в ремне. - Не торопись ты так, - тепло улыбнулся Уилл, прижал Майка к себе, на полминуты заключив его в объятиях, потом сам разобрался с непослушным ремнем и отшвырнул его в сторону. Майк повалил Байерса на диван, устраиваясь перед его ногами. Сердце из груди так и рвалось наружу. Уилл даже дышать боялся: все происходящее вдруг показалось ему таким нереальным. Он, подвал, забытый учебник биологии на столе, их проект с неровным, .но красивым почерком Уиллера, одиноко горящая лампа, стук сердца, горячее дыхание, прикосновения, Майк перед его коленками и Нэнси, которая приоткрыв дверь подвала, заглянула к ним. - А! - раздался резкий девчачий визг словно кто-то разбил тарелку. Майк и Уилл отлетели друг от друга как ошпаренные. Заплаканная Нэнси прикрыла рот рукой и испуганно закрыла дверь. Не говоря друг другу ни слова, друзья посмотрели на себя. Стало холодно, неуютно и страшно. Их только что сложившийся мир вмиг разлетелся на тысячи осколков. Майк плюхнулся на диван и закрыл лицо руками. Уилл быстро напялил брюки и, не застегивая ремня, стал подниматься по лестнице. Ему надо было поговорить с Нэнси. Расставить все точки над и.