Куница и Росомаха

       Постепенно все просыпались, в Джет вошли Джин и Шторм, что-то осторожно обсуждая, но увидев спящую девушку, свернувшуюся кое как в небольшом сиденье, в котором вчера сидел Логан, решили продолжить снаружи. Джин очень мягко послала ей мысли о скорейшем пробуждении, и вскоре дверь самолёта открылась, и у входа показалась сонная Мэдди, глаза её были заплаканные, мгновенный рывок, и вот Феникс уже копается в её мыслях, всё больше хмурясь. Она поверить не могла, что подобное вообще было в силах случиться, но судя по состоянию девушки она решила не беспокоить её с раннего утра, лишь коротко обняв и проходя во внутрь. Дэл сидела на траве в той самой одежде Бобби, дышала свежим воздухом, тихим дыханием друзей и напряжёнными движениями Росомахи, закурившего почти сразу выйдя из палатки. Взгляд его сразу наткнулся на одинокую кошку, и прожигал до момента, пока из Джета не вышла Шторм, указывая на то, что стоит всех будить и собираться на базу. Напряжение росло. Роуг пыталась поговорить с подругой, но та молчала. Мэдди не могла связать и слова, в голове было пусто, глаза не открывали ответов на вопросы, только одна Джин знала, в чем было дело. Спустя час команда уже летела на Джете, собранные. Друзья смотрели на костюмы за стеклом и что-то спрашивали у взрослых, Пиро общался с Магнето, иногда кидая задумчивые взгляды на рыжую. Что-то с ней случилось за эту ночь, но никто не мог дать внятного ответа, потому что никто и не знал, что произошло. Только Курт с пониманием наблюдал за молчанием новой знакомой, за её тихим поведением, она даже не поела, не выпила ничего, чтобы быть готовой к нападению на лабораторию. Её бы не взяли, но она молча находилась рядом. Внимательно впитывала в себя каждый кусочек информации, она думала, что сможет узнать о себе больше, чем помнит на данный момент. Но Магнето не позволил даже Росомахе идти туда, отправив Мистик, в виде мужчины. Вспышка, и Дэл снова в нигде, она никто, опустошённые глаза, ноль реакции. Время шло. Каждая секунда на счету казалась бесконечностью. Маделин смотрела на всех, считывая информацию. Экран с изображением происходящего был на панели задач, но вскоре всё оборвалось, солдаты уничтожили камеры наблюдения, все до единой. Логан пытался что-то услышать от девушки, Джин знала, что остановить её не сможет, и применять насилие не хотела. Она уже чувствовала, слышала мысли рыжей. Она готова, хоть и не говорит об этом. Поэтому молча оборвала все возмущения ребят и они нырнули в базу. Всё происходило как в тумане. Что она может сделать со Страйкером? Чем может помочь? Но когда они вошли в комнату управления, где находилась Мистик, и на скрытых камерах показались движения - дети, Уильям и несколько других, выбор был очевиден. Она ушла даже быстрее Логана, которого пару минут не могли найти остальные ребята. Мэдди шла бегом, по запаху, ориентируясь в пространстве по слуху. Ощутила прикосновение, инстинктивно повернулась, готовая напасть. — Пошли, принцесса, — он пошёл вперёд, оставляя девушку в небольшом недоумении. Но после она быстро его догнала.       Вода капала на бетон, и Мэдди остановилась на мгновение, заставляя Росомаху повторить её действия. Знакомые коридоры слишком сильно напоминали о страхе, что таился в ней долгие годы. Убедившись, через пару минут, что мужчина полностью сконцентрирован на звуке бурления чего-то густого, она повернула за угол, где оставались следы от длинных когтей. Клетки, с десяток клеток были расставлены подряд и друг на друге. Перед глазами помутнело, она откинулась спиной на первые две клетки, прикрывая ладонями лицо. Она видела, как бежит Логан, размахивая своими когтями, он был весь в крови, кричал, как в агонии, разрывая цепи на всём, на чём видел. Глаза раскрылись, она увидела таблички внутри каждой клетки. Имена, кодовые прозвища, мутации, сильные и слабые стороны. Средняя клетка была её. Маделин Варгас. Куница. Помечена золотой печатью, единственная, кто перенёс все перечни пыток, сильные стороны забивали большую части таблицы, из слабых сторон оставалась лишь повышенная эмпатия. Проведя пальцами по одному из прутьев девушка тяжело вздохнула, на них были отпечатки когтей, глубокие. Замок давно сбит, выкинут, но наверняка от него ничего не осталось. Она была уверена в силе Росомахи, в первые дни его существования с адамантием внутри. Голоса за стенами заставили вырваться из собственных мыслей. Она услышала всех и сразу, глаза округлились от потока чувств. Запах Страйкера засел по самое не хочу. Куница сорвалась, как с цепи, и резко остановилась. На Логана нападали сразу двое, женщина, с длинными, металлическими ногтями, и парень, с горящими ненавистю глазами, и Уильям, убегающий всё дальше от них. — Черт.. — прошептала, свернув направо и женщина и парень отвлеклись, посмотрев на того, кто отвлёк их от расправы. Глаза в глаза. Черные глаза соседа по клетке были наполнены злостью, — Раф? Но он молча побежал. — Мэдди, нет! — успел крикнуть Росомаха, прежде чем возобновить схватку с противницей. — Рафаэль, черт тебя подери, это же я, — тот самый пёс, которого считали самым слабым, дрожащего от любого порыва ветра. На мгновение он остановился, но только для того, чтобы обнажить свои металлические клыки. Рыжая рванула с места, но парень был быстрее в несколько раз, и всё же она смогла отвести его дальше от друга, прежде чем ощутить удар в спину. Рафаэль движется быстро, слишком. Низко, рвано, по-собачьи. Металлические клыки щёлкают в паре сантиметров от её горла. Мэдди едва успевает уйти в сторону, бетон сдирает кожу, в плече что-то хрустит. Боль вспыхивает и тут же остаётся, не затягиваясь, не уходя. Регенерация не поспевает. — Ты всегда была сильнее, — рычит он. — А теперь бежишь. Она и правда бежит. Коридоры базы Страйкера тянутся бесконечно, свет мигает, сирены давят на уши. Рафаэль настигает снова и снова, сбивает с ног, вгрызается, рвёт. Металл по кости. Кровь. Белое становится тёмным. Он был слабым. Тот, кого ломали первым. Тот, кто не сбежал. Удар. И их накрывает писк. Церебро. Звук не слышен, он внутри, в голове. Мэдди падает, пальцы скрючиваются, зрение сужается в тоннель. Рафаэль валится рядом, но даже сейчас пытается дотянуться, бьёт вслепую. Их не просто глушит, их стирает. Мысли рассыпаются. Тела отказывают. Писк обрывается. Тишина бьёт больнее. Рафаэль приходит в себя первым, бросок, руки на её горле. Давит. Сильный. Живой. Она царапает, скользит, не может и вдруг не бьёт в ответ. Не выпускает когти глубже. — Раф… — хрипло. — Хватит. Он замирает на долю секунды. Этого хватает. Она выскальзывает, падает, поднимается и бежит. Оставляя слова в воздухе, надеясь, что он услышит хоть что-то, кроме приказов. Гул приходит первым. Не звук, а вибрация. Она проходит по полу, по костям, по зубам, заставляя их ныть. Мэдди замирает, ладонь ложится на холодный бетон, будто она может понять, откуда это идёт. Вода близко. Кошка это чувствует, как чувствуют звери перед штормом. — Логан! — вскрикивает девушка, обращая на себя его внимание. Мужчина порывается вперёд, но не успевает. Рафаэль сзади появляется слишком внезапно, рычит, коротко, злобно, и бьёт по пульту. Искры. Металл скрежещет. Огромные бетонные двери начинают сходиться с глухим, окончательным ударом о удар, будто захлопываются челюсти. — Маделин! — крик Логана растворяется за стеной. И в этот же миг вода прорывается. Холодная, тяжёлая, мгновенная. Она сбивает с ног, рвёт воздух из лёгких. Мэдди успевает вдохнуть только наполовину, и мир переворачивается. Темнота. Давление. Шум крови в ушах. Она плывёт, но Рафаэль быстрее. Он вцепляется ей в шею, пальцы сжимают, тянут вниз. Его тело рядом,горячее, сильное, знакомое до боли. Он держит её, как держал в клетке, не давая выбраться. Лёгкие жжёт. Перед глазами вспышки, лампы, металл, клетки, запах крови. Она не хочет. Не может. Не сейчас. В последний момент её ноготь вытягивается, острый, тонкий, не коготь, а игла. Она почти не видит, куда бьёт. Горло. Сопротивление исчезает не сразу. Секунда, и хватка слабеет. Пузырьки воздуха вырываются из его рта, глаза расширяются. Тело вдруг становится тяжёлым, чужим, обмякает. Регенерация могла бы спасти, если бы было чем дышать. Вода заполняет всё. Слёзы смешиваются с ней, и Мэдди уже не различает, где боль, где сожаление. Она отпускает его, и тут же темнота накрывает полностью. Последнее, что она чувствует, как тело перестаёт бороться.       — Мэдди осталась там! — кричит Росомаха, когда они забираются в Джет, которым управляла Роуг, от испуга. — Что? — испуганный взгляд Шторм заставляет остановиться каждого. Профессор молчал, он был слаб, но чувствовал, видел и слышал, как медленно слабеет сердце девушки, оставшейся внутри базы. — Синий, — Курт мгновенно поворачивается к кареглазому лицом. Тот хватает его за ворот рубашки, — Давай за ней, быстро, мы должны… — Я.. — Вагнер мялся, — Если я не вижу конечной точки, то могу застрять.. — Давай же, давай, — Росомаха почти плачет, перед глазами её лицо, окровавленное, глаза, полные надежды. И сзади появляется этот ублюдок, пёс, загнавший её на верную смерть. — Я.. попробую, — в голове синий представил проход, оттолкнув от себя мужчину, и внезапно, пропал. — Логан, что случилось? — обеспокоенная Джин пыталась засечь двух мутантов, но ничего не выходило. — Это всё Страйкер.. — взгляд его был бешеный, — Мы не можем уйти, если…       Дым. Тёмно-синий. Вода была везде, большая часть ламп потухли, но оставшиеся, с недавно обновлённой защитой от влаги, светили. Он замер, увидев вдалеке рыжую девушку. Она безвольно держалась в одной точке, густые волосы ушли в разные стороны, и раны, истекающие кровью, красили воду вокруг. Стараясь случайно не выдохнуть Вагнер подплыл ближе, крепко обнял её и зажмурил глаза. В Джете стало слишком влажно. — Мэдди, — выдохнул Росомаха, поспешив вперёд. Она оставалась лежать, глаза закрыты, бледная кожа, что всегда была полупрозрачной, сейчас была почти мертвецкой, — Нет-нет-нет.. — О Боже… — выдыхает Роуг, не сдерживая слёзы, она закрыло лицо ладонями, глядя на обеспокоенные лица взрослых. — Эй, милая, давай, ты нам живая нужна, — Росомаха падает перед ней на колени и кладёт её голову к себе на ноги, — Проснись, Мэдди, прошу. И как по приказу, её глаза резко раскрываются. Жуткий кашель, вода сама выходит из лёгких. —...Господи.. — молится Курт на немецком, держа руки в знаке молитвы, он стоит на коленях, глядя на то, что происходит. В этот момент начинается настоящий ужас. Дамба рушится почти без предупреждения. Сначала, низкий гул, как далёкий гром. Потом бетон даёт трещину, и вода срывается вниз сплошной стеной. Она идёт быстро, слишком быстро, давит, ревёт, заполняет всё пространство базы. Все взрослые, кроме Логана, до сих пор держащего на руках Мэдди, пытаясь привести её в чувства, пытаются запустить Джет, паника накрывает мутантов с головой. Их самолёт стоит на посадочной платформе. Турбины воют, но не может взлететь. Батареи заряжены, но ничего. Джин стоит на одном месте, продумывая что-то внутри себя. Взгляд её бегает по лицам близких и родных, лёгкую улыбку вызывает Логан и Мэдди, то, как она уже сидит в кресле, а он перед ней на коленях, упрашивает её сказать хоть что-то. Слёзы застывают на глазах. — Джин.. — резко подаёт голос Профессор, заставляя всех застыть. — А где Джин? — продолжает Скотт, оглядываясь. Её не было внутри. — Она ушла, — произносит Чарльз, и в этот момент Циклоп рвётся к трапу, но и он закрывается. По воле рыжей женщины. Мэдди поднимается на ноги, Логан повторяет, и они подходят к лобовому окну. Внезапно всё запускается, энергии, казалось, хватает, чтобы взлететь. Но не без Джин. Они не могли. — Я иду за Джин, опусти трап! — орёт во всё горло бедный мужчина, обращаясь к беловолосой, — Опускай, Шторм! — Не выходит! — глаза её наполнились тревогой, она пыталась нажимать на кнопки у панели управления, но всё было не в их власти. И мир останавливается. Вода, которая должна была смести всё, замирает в воздухе. Огромная, неестественная масса держится, будто наткнулась на невидимую стену. Металл самолёта вырывается из хватки потока и медленно поднимается вверх. Глаза Джин начинают светиться. Сила рвёт её изнутри - это уже не просто телекинез. Это Феникс, пробуждающийся полностью. Пламя отражается в её взгляде, хотя вокруг только вода и холод. Самолёт взлетает. Медленно, с порывами, дети в шоке хватаются за ремни. — Она управляет самолётом, — вскрикивает Ороро. Мэдди переглядывается с Росомахой, на его лице выражение полного удаления из реальности. Никто не мог в это поверить. Ксавьер сидел, пристёгнутый, лицо его искажалось от боли. — За ней, давай! — слёзы льются ручём из глаз девушки, она хватает Курта точно так же, как сделал это и Логан ранее. — Она не пускает меня, — только и произносит синий. Молчание. Напряжённое. Острое. Таким можно было бы резать, убивать. Мэдди закрывает лицо в ладонях, садясь на пол. Слишком много боли, все боятся. Страх заполняет каждую частичку воздуха. Всё становится невыносимым. — Я знаю, что делаю, — внезапно говорит Профессор, но слишком спокойно для подобной ситуации, — Это единственный выход. Все поворачиваются к нему лицом, Скотт порывается ближе. — Джин.. — голос его дрожал, — Слушай меня.. не надо, — мужчина сдерживался, дабы не заорать, он осознал, он уже всё понял. — Прощай, — не естественная, умиротворённая улыбка расцвела на губах Чарльза. — Нет, нет ,нет! — вскрикивает Росомаха, хватаясь за поручень, когда Джет дёргает вверх. Резкий солнечный свет озарил лица каждого. Мэдди кое как держалась на ногах, а по щекам её текли слёзы, губв дрожали, — Её нет. Её нет… Голос мужчины был отстранённым, он не верил в случившееся, не хотел верить. — Нет! — психует Скотт, хватаясь за Логана, — Не говори так, нужно вернуться! — Ее больше нет, — продолжает монотонно говорить кареглазый, слыша каждый всхлип девушки позади. — Нет, нет.. — Саммерс взревел. Дети ошарашено наблюдали за происходящим. Взрослые плакали от потери. Маделин упала в без сознание, когда ощутила укол вины каждого, кто не смог ничего сделать. Никто не понимал, зачем Джин это сделала, не хотели понимать. Не могли осознать, что её больше не будет рядом. И это ранило больнее всего.       Дни пролетали быстро. Солнце светило ярко, ученики школы Ксавьера возвращались к учёбе, обсуждая с учителями вопросы о безопасности, и в частности, способах защитить себя, если взрослых не окажется рядом. Осадок войны между мутантами и людьми оставил горький вкус на душе. Сегодня день, когда на Мэдди оставили всю школу, она собрала учеников, которые не уехали к понимающим родителям на реабилитацию, и оставалось всех в общем человек двадцать-тридцать, и с каждым общалась, стараясь уделять всем одинаковое количество времени. И вот они сидят в главном зале, некоторые ребята готовят уроки на следующий день, и в это время по новостному каналу показывают новости. Которые длятся недолго, но после первых пары секунд происходит будто небольшой перерыв, Президент на мгновение задумывается, и продолжает, говорить о том, что мутанты имеют право на жизнь в мире, на спокойную жизнь. Без войн, вражды, страха. Глаза накрывает пелена слёз. Дети расходятся, и Мэдди уходит, прихрамывая, в прачечную. Сидя напротив стиральной машины, она не заботится, что сидит на холодном полу в одних лишь шортах и без футболки, в топике на тонких бретельках. Спина согнута, лицо напряжено, словно в ожидании худшего. Дверь тихо скрипнула, но головы поворачивать не нужно было, чтобы понять, кто зашёл. Его запах она почувствовала ещё во время их появления в школе. Запах бензина, крови, старых бумаг и металла. — Мэдди? — Логан нахмурился, увидев синяки на спине и очень медленно заживающие шрамы. Буквально по каждому позвонку расползался один синяк, словно её хватали за кошачий хвост и кидали об стену. Она не говорила ни с кем, после возвращения в школу. Даже с ним. Дети сейчас, конечно, отзывались о их общении во время отсутствия взрослых, но всё было не то. Он не слышал её голос уже около недели, и сам бы столько не говорил. — Я была там.. — медленно моргнув, хрипло произносит, — В лаборатории у Страйкера, пятнадцать лет назад, — глаза мужчины округлились, потом он поджал губы, закрывая дверь на замок изнутри и вставая рядом, — Он ставил на нас эксперименты, делал ставки, кто продержится… — едкий дым заставил щипать глаза, — Я держалась за всех, а в соседней клетке был Рафаэль. Росомаха курил, стряхивая пепел в старую банку из под стирального порошка. Но в одно мгновение понял, что разговор будет долгим, откровенным, и сел рядом, опираясь спиной на стену позади. — Это тот парень который… — Всё таки мужчина всё ещё видел только её спину и затылок. Вся в болячках, синяках, шрамах. — Да, который напал на меня, — шмыгнув носом, отвечает, — Я думала, он умер, когда Страйкер забрал его. Но.. по всей видимости, нет, — в воздухе что-то искрилось, от интимности её слов и состояния, — Ты меня выпустил тогда. — Что? — сигарета тлела, он даже не успел вдохнуть, как получил ответ: — Когда в тебя вкололи адамантий, ты начал убегать, рвать всё и всех, и ты.. задевал клетки, замки. Мой раскрылся и я… побежала по кровавым следам. Молчание. Только жужжание стиральной машины резало состояние души, не окрепшее после нападения старого друга, по крайней мере, Мэдди надеялась, что он был ей таковым. — Черт возьми.. — Логан даже не задумывался в последнюю неделю о том, почему она не говорила, а теперь перед глазами всплыло ещё больше картин из прошлого. Картины, которые стоило бы не вспоминать. — Знаешь, как я попала к ним? — тяжело вздохнув, она продолжает, — Мой отец продал меня Страйкеру. Мама умерла при родах. — Мэдди.. — он услышал, как капля за каплей стекают на пол, увидел, как напряглись мышцы. — Я вспомнила это.. когда осталась в воде, одна, — голова упала на раскрытые ладони, — Раф начал меня душить, но я его убила, воткнула ноготь в шею. И вспомнила. — Иди сюда.. — шепчет мужчина, осторожно прикасаясь к раненому плечу и притягивая к себе, сигарета догорела в банке, а рыжая девушка рыдала навзрыд на его груди. — Я так устала, Логан.. я не хотела его убивать, это всё инстинкты, кошка внутри, — почти выкрикивая слова, наконец-то договаривает, замолкая. — Если бы ты его не убила, он бы убил тебя, — даже думать об этом было страшно. Он не хотел бы потерять ещё одного близкого за один день, а Мэдди была очень важным человеком в его жизни, как оказалось. Она шла за ним годы, даже не подозревая об этом. Пятнадцать лет, запах крови и ощущение боли, скрежет металла, и вот они сидят на полу в прачечной. — А если я хотела бы умереть? — поток мыслей перебивают эти слова. Тусклые, больше не ярко-зелёные глаза смотрят прямо в его, карие, привыкшие к потерям и крови. Слова её выбивают из колеи. Дыхание прерывается, он хотел бы проучить, схватить и по хорошему грубо объяснить, что смерть - не выход. Логан знал как минимум, она не может умереть просто так, слишком везучая, слишком живучая, даже если внутри давно всё мертво. Потому что он сам такой же. Он вспомнил слишком много. Хотел умереть много раз, но не выходило, мутация не позволяла. — Принцесса, не смей так говорить, — и он бы поцеловал её, если бы не писк машинки, и не воспоминание о том, что произошло при их первом поцелуе. Да, он полнейший ублюдок. Мэдди промолчала, поднялась на дрожащие ноги и достала из машинки ту самую белую футболку Логана, которую она оставила в Бостоне, но быстро организовала возврат из дома Бобби. Она не могла отстираться от крови солдата, и это раздражало. Пропал запах Логана, пропало ощущение безопасности, и это уничтожало хлеще чем воспоминания. Она боялась заходить в его комнату, чтобы взять вещей, сегодня был первый день, когда она не убежала от него, не побоялась разговора. — Черт.. она не отстирается, — досадливо, но Дэл всё таки повесила футболку на сушку и протёрла пальцами глаза. — Ты пытаешься отстирать мою футболку? — мужчина тоже выпрямляется, хрустнув позвонками и подойдя ближе к спине девушки. Она в это время досадливо смотрела на еле заметное пятно крови. — Да.. — тихо, — В ней мне было бы спокойнее. — В чём проблема попросить новую? — он действительно не мог этого понять, никогда не было похожих ситуаций. — Потому что… они не пахнут тобой, — поджав губы, она всё еще стояла спиной к Росомахе, но чувствовала, как шестирёнки в его голове начали медленно двигаться. Движение рук, шелест ткани, и протянутая рука с новой майкой. — Одевай, — почти командный тон, но с такой глубокой заботой, что на глаза снова навернулись слёзы. — Спасибо, — Фокси приняла футболку, и через боль и сжатые зубы смогла её на себя кое как надеть, и после повернулась к нему. Футболка висела ней, скатилась с одного плеча, от чего рыжая казалась ещё худее, чем была. — Пошли, ты не отдыхала нормально, — взяв подругу за локоть, мужчина осторожно повёл её к выходу, и вскоре они уже шли по коридорам вечерней школы. Мэдди старалась не хромать, но не получалось полностью скрыть боль, что разливается по всему телу после каждого сделанного шага. Если бы не регенерация, она бы, наверно, стала инвалидом. Ведь когда железо-бетонные двери в той лаборатории закрылись, вода буквально вбила её спиной в твёрдую поверхность. Поэтому на мгновение она потеряла возможность в принципе двигаться. И побои Рафаэля ещё больше ухудшали состояние девушки. — Боже, принцесса, — почти рычит Росомаха, осторожно останавливаясь, и бережно, но быстро подхватывая её на руки. — Эй.. — пытаясь вырваться, она упёрлась ладонями в крепкую голую грудь, и плечи. Бледные щёки залило краской, на удивление, почти румянец, — Я сама могу. — Ты завалишься, если сделаешь ещё хоть один шаг, — дальше он нёс её молча, и Дэл перестала вырываться, понимая всю свою ничтожность в данный момент. В комнате Логана было темно, он подошёл к светильнику, нажал на кнопку и усадил девушку на кровать. — Я могу у тебя помыться..? — зелёные глаза смотрели прямо в душу. Он кивнул, подошёл к комоду, достал новое полотенце и протянул ей. — Сама дойдёшь? — усаживаясь в то самое кресло у окна, уточняет мужчина, закуривая сигарету. На что Мэдди лишь закатила глаза, медленно поднялась и похромала в ванную комнату. Еле как скинула с себя шорты, нагибаться было не так больно, как поднимать руки, поэтому стягивать её пришлось так-же, через ноги, но с топиком сил уже не оставалось. Руки болели, спина не разгибалась, оставаясь в прямом положении, а по щекам пролилось пару слёз. — Логан.. — накинув полотенце на бёдра, девушка выглядывает из-за двери, получая вопросительный взгляд, — Можешь помочь? Глаза её были на мокром месте, только сейчас он увидел, какие синяки и гематомы покрывают её рёбра и живот. Только лишь кивнув, кареглазый поднялся на ноги и в три шага оказался возле неё. — Может, его порезать к чертям? — стоя у хрупкой девушки, уточняет, и даже не дожидается ответа. Скрежет металла заставляет кожу покрыться мурашками, а когда горячие пальцы касаются позвоночника, Мэдди прикусывает губу. Ткань сразу порвалась на месте прикосновения когтя, позволяя без проблем стянуть топик. — Спасибо.. — голос был сиплый, почти не слышный. — Тебе помочь помыться? Вопрос не был задан тоном, от которого стоило ждать чего-то страшного, интимного, развратного. Искреннее переживание, что после попытки натереть себя губкой, она не сможет разогнуться, пока регенерация не вылечит окончательно все побои. — Ладно.. — все ещё тихо, полотенце упало на пол, и Дэл медленно прошла в душевую кабинку, настраивая воду так, чтобы её обижал кипяток. Росомаха остановился возле приоткрытой дверцы и пробежал взглядом по израненным ногам, шрамам, казалось, давним на вид, но решил ничего не говорить. Он потянулся за шампунем, немного попадая под горячие струи. Вспенил в ладонях гель, и начал взъерошивать уже влажные, рыжие волосы. На пару секунд отключил подачу воды, чтобы полностью напенить девушку. Она поворачивалась по его просьбам, и прятала глаза, опуская голову, даже когда он встал на корточки, чтобы, на удивление, помыть ей стопы, и даже между пальцев ног. Кипяток обжёг кожу ещё раз, смывая пену. Росомаха уже подготовил два полотенца, одно на голову, а второе на тело. Помог выбраться из душевой, придерживая дверцу и Фокси за руку. Он протёр её, завернул в ткань, и подхватил на руки. Мэдди уже почти засыпала, но быстро оказалась в его кровати, как в старые добрые времена. — Спасибо.. — кожа стала более здорового цвета, что, скорее всего, к лучшему, и благодаря горячему душу. — Обращайся, принцесса, — он выключил лампу и закурил, чуть приоткрывая окно. Даже не повернул голову, когда Мэдди выползла из полотенец, кинув их на пол, и залезла под одеяло, подрагивая от пережитого. Каждый думал о своём. Дэл не могла уснуть, заново переосмысливая то, что случилось за последние пару месяцев, да и за всю жизнь. Она смотрела на профиль Росомахи, расслабленный, на удивление, но курит, и дым часто попадает в ноздри, заставляя зажмуривать глаза, лишь бы те не начали слезиться. Мужчина же размышлял. Он не знал, как реагировать на откровение девушки, его не возбуждало тело, его будоражила её жизнь и мысли. Хотел бы снова ощутить сладкий, приятный вкус на губах, но позволить себе этого не мог, иначе это могло разрушить всё. Если уже не разрушилось. Мэдди не выглядела так, как в первые дни пребывания в школе. Она действительно умерла внутри, и хотелось зажечь огонь в глазах заново. Было больно видеть, как ей сложно переживать воспоминания. С одной стороны, не маленькая девочка, может справиться сама, но он не мог видеть в ней сильную и независимую, он замечал лишь то, что она хочет найти свой безопасный уголок и надеялся таковым стать. И желал сделать всё, если такая возможность появится. — Логан, — не ожидав шёпота, он даже немного дрогнул, и повернул голову. В свете луны её лицо выглядело ещё более измучено, — Ты можешь… лечь со мной? — застыл на несколько секунд, не веря своим ушам. — Ты уверена? — осторожный кивок, глаза в глаза. — Да.. — тихо, боясь спугнуть. Он всё ещё был без футболки, и решил не стягивать штаны, чтобы не смущать ещё больше. Осторожно поднялся, сначала сел на край, и в конце концов, лёг на спину, оставляя больше пространства раненной. Лежал прямо, как солдат, и Мэдди придвинулась. Сначала чуть-чуть, потом ещё. Пока не уткнулась носом в его плечо. — Пиро сбежал.. — прерывисто вздохнула девушка, начиная свои размышления вслух, — К Магнето… Я слышала, как Роуг и Бобби это обсуждали. — Да, я знаю, — кивает Росомаха, глядя перед собой, но не понимая, к чему вообще здесь взялся Джон. — Он ушёл не только из-за ощущения слабости в школе, но и из-за меня, — Логан всё же повернул голову, глядя прямо в задумчивые глаза, — Когда мы были в Бостоне, в тебя выстрелили, он начал покрывать огнём всё, что видел. Мы с Роуг поняли друг друга, его нужно было отвлечь, — опасные отголоски проявились в ней, а взгляд стал цепким, как у копа, — Я сказала, что если он прекратит, может надеяться на поцелуй, — горько усмехнулась, продолжая дальше, — Он отвлёкся. А потом.. уже в лесу. Он подошёл ко мне, начал утешать, и после моего душераздирающего рассказа о воспоминаниях, предложил поцеловаться, — она подняла глаза, встретившись с карьими, — А потом ты, — грустная улыбка, и осознание накрыло с головой мужчину. — Прости, принцесса, — ему было искренне жаль, что он повёл себя по ублюдски, взяв и поцеловав без разрешения, — Я не думал, что.. — Молчи, я знаю, что ты сожалеешь, — впервые улыбка не казалась такой опустошённой, и теперь они улыбались, как два дурака, глядя друг другу в глаза, — И с тебя новый топик, мне его Роуг дарила. — Боже.. — закатывает глаза, искренне посмеиваясь. — Что? Я жду возвращения кед из Бостона, родители Бобби согласились не сжигать мои вещи, — поводит плечом, и тут же шипит, заставляя мужчину напрячься, чуть приподнимаясь и протягивая руку, — Да ладно.. пройдёт через пару суток. — Мэдди.. — она замолчала. Их лица были в опасной близости друг от друга. Но Росомаха не спешил делать первый шаг. Он ждал. Как зверь, как охотник, желающий увидеть, как она идёт к нему сама. Не хотел, чтобы всё обернулось как обычно, через жопу. — Логан.. — шёпот раздался в голове эхом, а мягкие губы коснулись неспешно, боясь, с трепетом. Одеяло съехало на плечи, оголяя ключицы и то, что ниже, когда он потянул её за себя, бережно, без своей железной хватки, которая всех пугает и ранит. Губы встречались всё чаще, резче. Они даже не дышали, отдаваясь этому поцелую со всеми мыслями, ощущениями, чувствами. — Ай.. — внезапно дёрнулась девушка, когда палец мужчины коснулся большого синяка на плече. — Бля, прости, — задыхаясь, хрипло произносит он, отпуская руки. — Ничего.. — качает головой девушка, поджимая под себя ноги. Одеяло съехало окончательно, обнажая худое туловище. Она осторожно коснулась своей руки и зажмурилась, — У меня всё тело в синяках, пока что ты задел только один, поэтому.. не извиняйся. — Пока что? А ты ждёшь продолжения? — хитрая улыбка расплылась на его красивом лице. Дэл, склонила голову на бок и ткнула его острым ногтем в бок. — Если есть желание меня потом собирать по кусочкам.. — пожимает плечами, и сразу закатывает глаза от боли, — Я даже двигаться не могу, о чём ты говоришь. — Ладно, — руки вверх, в знак примирения, и лёгкая улыбка, — Оставлю это на потом. — Хорошее решение, Логан, — бормочет Фокси, подстраиваясь к его боку, нагло закидывая ногу на напряжённый живот и руку на грудь, — Очень хорошее решение… И почти сразу засыпает, оставляя мужчину один на один с тараканами в голове.       — Маделин, я бы хотел обсудить с тобой кое что, — голос Профессора был мягким, убаюкивающим. Девушка сидела в его кабинете, где он преподаёт ученикам, и смотрела на солнце за окном, немного жмурясь, — Я знаю, что ты хотела уйти, но.. — Думаете, я смогу? — они встречаются глазами, напряжения совсем не было, только умиротворение в чувствах каждого. Чарльз улыбнулся, подъехал ближе и взял её руку в свои две. Взгляд его выражал лишь поддержку и тепло, а в голове всё вставало на свои места.       — Логан? — кошка находит его в спортивном зале, беспрерывно бьющего грушу. Услышав знакомые нотки, он остановил рукой мешок и повернул голову. — Принцесса, с чем пожаловала? — уже вся школа гудела о новости, что Мэдди собирается уходить из школы в люди. Её желание отыскать отца, узнать о прошлом убивало многих. Даже Роуг и Бобби готовы были запереть её в подвале. — Прости, что я без предупреждения.. — начинает она, останавливаясь в нескольких метрах от него. Росомаха не отвечал, смотрел, выжидающе, думая, что она пришла прощаться, — Я тут подумала.. школе нужны учителя, а Профессор решил, что я буду хорошим помощником для Шторм… Она не успела договорить, мужчина понял всё сразу, увидев, как краснеют её щёки, а глаза становятся ярче, в них загорается тот самый огонёк, который он когда-то потерял из вида. Губы слились в поцелуе, требовательном, не терпящем ни отказа, ни лишнего вздоха. Логан прижимал её ближе к своему телу, горячему, только после прогрева, перед основной тренировкой. Капли пота стекали по вискам, а руки были перебинтованы. Мэдди же стояла в любимых кедах и той самой белой футболке с короткими шортами. Выбора у неё уже не было. Мужчина поднял её на руки, и понёс в комнату. Девушка не переставала гладить его по шее, оставлять влажные поцелуи на плече, а приподнимаясь в крепких руках, в подбородок. Дверь открылась с привычным скрипом, слишком резко, не оставалось терпения, и когда она захлопнулась, на кровати уже лежали двое, и раздевали друг друга быстрее, чем когда либо, и с кем либо. — Принцесса, что ты со мной делаешь.. — шепчет Росомаха, стягивая с неё футболку и нагло рассматривая каждый сантиметр груди, ключиц и рёбер. От синяков остались лишь лёгкие пятна, и те в скором времени должны были пройти. Шрамов же почти не осталось. — Без понятия, Логан.. — задыхаясь, произносит рыжая, притягивая его за волосы к своему лицу, — Или как там твоё настоящее имя? — Джеймс, — и впивается в её губы своими, сминая, кусая, до капель крови. Впуская язык и углубляя поцелуй. От грубости, из-за которой адреналин в крови подскакивал, у Мэдди вырвались все возможные вздохи, ахи, стоны. — Джеймс.. — шепчет, когда он опускается ниже, осыпая мягкими прикосновениями губ полоску до пупка. — Да, принцесса? — тканевые шорты треснули по швам от его нетерпения, и горячий язык коснулся там, где его не должно было быть. Глаза расширились, а во взгляде заиграли искорки, когда кончик языка принялся вычерчивать круги вокруг клитора. Тело подрагивало от такой интимности, напряжения, ноги сдавливали его голову, борода щекотала нежную кожу, похотливые руки гуляли по её груди. Член упирался в кровать, доставляя дискомфорт, но поднимая глаза он видел, как она извивается от одного лишь языка, и хотелось большего. Видеть, как она дрожит, просит продолжения и умоляет, выкрикивая его имя. Настоящее имя. — Скажи, как ты хочешь этого, принцесса, — голос был мягким, но требовательным, возбуждённым. Он оторвался от клитора и горячее дыхание касалось промежности рыжей девушки, до того бледной, чуть ли не прозрачной, а сейчас, в неё будто добавили цвета. Взгляды встретились, и Дэл увидела эти потемневшие глаза, подрагивающее веко, пальцы сжимали кожу на ляжках. Язык коснулся углубления, и её как током прошибло, сжав челюсти, девушка откинулась на подушки и инстинктивно схватила его за волосы. — Джеймс.. — протяжно застонала кошка, — Прошу.. не останавливайся. Дыхание сбилось, когда он вновь поднялся, но уже на совсем. Встал между ног на колени и спустил штаны, разрывая шнуровку. Зелёные глаза смотрели на вставший член, покрытый венками и потемнели, но огонь в них не прекращал гореть. — Боже.. принцесса, — головка упёрлась в вагину. Росомаха прикусил нижнюю губу, схватив её за обе груди и медленно вставляя, наблюдая, как тонкие пальцы сдавливают простыни, как глаза зажмуриваются, а рот приоткрывается в надежде вдохнуть немного кислорода. — Джеймс.. прошу, — она обвила ногами его поясницу и попыталась двинуться вперёд, чувствуя, как он входит всё больше, растягивая вагину. Мужчина наклонился, вновь впиваясь в неё своими губами. Протяжный стон разлился по комнате, оставаясь в её пространстве. Грубый толчок заставил Мэдди распахнуть глаза и встретиться с его взглядом. Он двигался резче, грубее, вызывая табуны мурашек по всему телу, член задевал все самые чувствительные точки, и заметив, как принцесса начинает все чаще подрагивать и стонать. Большой палец правой руки начинает стимулировать клитор. — Давай, принцесса, — рычит он, наклоняясь, и прикусывая её ухо, — Моя хорошая девочка. — Черт, Джеймс…! — вагина сжала член, судорога прошлась по напряжённым ногам, вызывая отдельный стон боли, сердце стучало в висках. Ещё несколько толчков, и Росомаха отдаляется, из уретры изливается полупрозрачная, белая жидкость, прямо на живот с отметинами от его пальцев. Тяжёлое дыхание перекрещивается, он падает рядом, и самое главное, не на неё. — Ты так прекрасна.. — задыхаясь, произносит кареглазый, поворачивая голову, поглаживая её по ноге. — Джеймс… — они встречаются губами, нежно, не торопясь, — Дай салфетки… — У меня есть другой вариант, — почти сразу он оказывается на ногах, и тянет её за стопу, подхватывая на руки и утягивая в ванную комнату. В этот день Мэдди поняла, что совсем не хочет знать о своём прошлом. Потому что настоящее, кажется, в сто раз лучше.