A Hundred Ninety-Nine Degrees / Сто девяносто девять градусов

Путь к дому Уилла на велосипеде был пыткой. Настоящей, физической пыткой. Он так стремительно вылетел из дома, что даже не помнил, как схватил ключи, выкрикнув на ходу: «Я ушел, к ужину не ждите». И вот теперь он расплачивается. Он обещал Уиллу десять минут. Это было нереально. Но Майк Уилер, видимо, решил, что он самый целеустремленный человек на планете. Каждый толчок педали отзывался в сознании острым, жгучим импульсом, а легкие рвались наружу. То, что у него стоял колом, тоже не помогало — скорее мешало. Лицо горело, и дело было не в жаре и не в скорости. Майку было дико стыдно. Все его тело было одним сплошным смущением. Он молился, чтобы не встретить ни одного знакомого — не то чтобы он знал весь город, но со своим везением? Он втянул голову в плечи, будто это делало его невидимкой, надеясь, что вселенная сжалится и позволит добраться до Уилла без лишних глаз. Когда Майк наконец добрался до дома, он спрыгнул с велосипеда на ходу. Закатил его на крыльцо и глянул на часы. Двенадцать минут. Он еще никогда не приезжал так быстро, даже приблизительно. Он присел, приподнял тяжелый горшок с цветами, порылся в земле, пока пальцы не нащупали холодный металл запасного ключа. Из-за дрожи в руках ключ выскользнул в первый раз, но со второй попытки он сумел его ухватить. Путь до комнаты Уилла казался бесконечным. Он не был длинным — дом довольно маленький, — но до комнаты Майк шел целую вечность. Его рука остановилась на дверной ручке и слегка дрогнула. Что он вообще делает? Мчаться через весь город со стояком, как идиот, только потому, что его парень попросил? Это абсурд. Майк сделал глубокий вдох и наконец переступил порог комнаты, полагая, что готов ко всему. Но ничто, абсолютно ничто не могло подготовить его к открывшейся картине. Уилл полусидел на кровати, слегка облокотившись на подушки, в одной футболке, его руки были заняты тем, что, судя по всему, являлось их совместным комиксом. Ноги Уилла были слегка разведены, открывая Майку все, что тому так хотелось увидеть. Однако, когда брюнет осознал присутствие своего парня, он сомкнул их так стремительно, что они едва не хлопнули. — Привет? — тихо произнес он, медленно кладя комикс на тумбочку. Майк преодолел пространство комнаты с осторожностью, чтобы не выдать, как он горит желанием, как сильно хочет прикоснуться к своему парню. Но вряд ли его лицо могло скрыть что-либо. — Ты работал над нашим комиксом, — отметил Майк, кивнув в сторону тумбочки. — Почему? Брюнет отвел взгляд, его глаза бегали по комнате, будто он видел ее впервые. — Ты сказал не трогать себя. — Я сказал, что ты можешь поиграть с сосками, — проговорил Майк, застыв у кровати. Его руки горели желанием прикоснуться, ощутить под пальцами хоть малую часть Уилла. Ему не пришлось тянуться. Уилл сделал это первым. Его пальцы обхватили запястье Майка, притягивая ближе. Движение было почти невинным, но намерение за ним читалось безошибочно. — Я так и сделал, но… — Уилл простонал, явно раздраженный. — Через несколько минут стало больно, а ты сказал, что нельзя трогать себя. Пришлось отвлекаться. До чего же послушный. — Черт, не могу поверить, что ты мой, — пробормотал он, устраиваясь напротив другого парня, его руки легли на колени Уилла. — Раздвинешь для меня ноги? Ноги Уилла раздвинулись сами собой, открываясь как раз настолько, чтобы Майк мог приблизиться. Это было похоже на безмолвное приглашение, на которое он тут же откликнулся, переместившись телом в образовавшееся пространство. Его губы нашли губы Уилла в поцелуе, который был всем чем угодно, только не нежным — лишь яростное сплетение языками и легкие укусы зубами, будто он сдерживался слишком долго. Уилл мгновенно растаял в нем, вцепившись руками в футболку Майка, чтобы притянуть его ближе. Их губы сплелись в небрежном, торопливом поцелуе, зубы иногда стукались, делая все неуклюжим и сбивчивым, будто они не могли попасть в ритм. Майк определенно спешил. Его ладонь легла на челюсть Уилла, мягко фиксируя ее, большой палец скользнул по щеке. Брюнет издал в поцелуй тихий звук — нечто среднее между вздохом и стоном, — и Майк прижался еще ближе, инстинктивно двигая бедра вперед. — Встань на четвереньки, — пробормотал он, прерывая поцелуй. — Я тебя вылижу, хорошо? — Нет, — Уилл отрицательно покачал головой, его ладони легки на руки Майка — не отталкивая, а мягко пресекая попытку уложить его в нужную позу. На мгновение Майк просто уставился на него, нахмурив брови, пытаясь понять, почему тот сопротивляется. Это не имело никакого смысла. — Ты не хочешь, чтобы я тебя вылизал? — он слегка склонил голову. — А что тогда хочешь? — Я хочу, но не в этой позе. Я хочу видеть тебя. Ох. Он просто хочет лежать на спине. Майк дал Уиллу еще один короткий поцелуй, прежде чем приподнять его футболку, обнажив участок теплой кожи. Он склонился, сначала коснувшись губами, а потом осторожно захватив кожу зубами. Он потихоньку покусывал, оставляя слабые следы, которые позже потемнеют. Мысль о том, что Уилл потом будет разглядывать их, пробежала по нему волнующей дрожью. Это было тихое напоминание Уиллу, что он принадлежит Майку. Он отстранился, чтобы посмотреть на свою работу, проведя большим пальцем по краю одного из следов. Он спустился ниже, крепко взявшись за бедра Уилла, мягко направляя его в более удобное положение — ноги шире, зад слегка приподнят, чтобы все было хорошо видно. Он взялся за обе ягодицы, раздвигая их. Уилл дернулся бедром, когда язык Майка добрался до его отверстия. Он чувствовал, как пальцы Уилла впиваются в его волосы с каждым движением языка. Он чередовал прямые движения вверх-вниз с круговыми вокруг самого края. Майк не был уверен, как долго он дразнил парня, прежде чем резкий рывок за волосы оторвал его. — Майк, внутрь, — он потребовал, пытаясь снова надавить на его голову, но Майк сам быстро убрал его руки со своих волос. Он приподнялся, перехватив оба запястья Уилла и прижав их над его головой. Его хватка была твердой, не оставляя сомнений, кто здесь главный. Руки брюнета заерзали, пытаясь вырваться, его глаза расширились, и из губ вырвался тихий стон. — Почему ты капризничаешь? Не тяни меня за волосы, попроси вежливо — и получишь, что хочешь. Его большой палец мягко провел по запястьям Уилла, напоминая, что он на самом деле не сердит. Честно говоря, ему даже немного нравилось, когда его дергали за волосы, но он скорее сгорел бы заживо, чем признался бы в этом вслух. — Прости. Я хочу, чтобы ты был внутри, — пробормотал он, смягчая тон. — Пожалуйста. — Вот так-то лучше. Открой, зайчик, — он приказал, прижав два пальца к губам Уилла. Парень на секунду замешкался, взгляд метнулся к лицу Майка, прежде чем он медленно взял пальцы в рот и стал сосать их с излишним усердием. Обычно они пропускали эту часть, но сегодня смазка закончилась, и это было нужно, чтобы не причинить боли. Неожиданной была реакция Уилла. Его зубы слегка коснулись пальцев Майка, почти робко, но в том, как он сжал его руку, чувствовалась искра нетерпения — будто он боялся, что ее отнимут. Он медленно вынул пальцы из его рта, опустил их ниже и мягко надавил на проход, прежде чем войти внутрь. Это действие заставило Уилла громко застонать, слегка сжавшись вокруг пальцев Майка. Он несколько раз раздвинул пальцы, прежде чем начал ритмично вводить и выводить их, отыскивая ту самую точку. Тот был удивительно тесным, даже с учетом того, что он ласкал себя пальцами совсем недавно. Как это вообще возможно? — Майк, Майк, остановись, пожалуйста, я хочу язык, — заныл Уилл, его глаза стали слегка затуманенными. — Пожалуйста, я старался быть хорошим. Я был хорошим, да? Майк… — его бормотание казалось бесконечным, слова лились почти бессвязно. Дрожь в его голосе и мольба делали невозможным для Майка не дать ему именно того, чего он хочет. — Ты был хорошим мальчиком. Ты всегда такой послушный для меня. Майк вынул пальцы из Уилла и снова склонился, позволяя языку найти дорогу к его отверстию. Он дразняще провел им, оставив мокрый след, прежде чем погрузить язык в парня, проникая все глубже с каждым толчком. Каждое такое движение заставляло Уилла крепче вцепиться в волосы Майка. А те звуки, что вырывались из его груди — сдавленные, полные блаженства стоны — были для Майка усладой для ушей. Ничто другое не было важнее, чем доставить Уиллу удовольствие. Он добавил один палец, чтобы работать в унисон с языком, и это заставило Уилла слегка пошевелить бедрами, пытаясь принять их глубже. Хотя на губах Майка появилась улыбка, его руки быстро нашли свое место на бедрах парня, удерживая его на месте. — Можно мне… прикоснуться к себе? — выдохнул Уилл, снова потянув Майка за волосы, чтобы поймать его взгляд. — Я хочу кончить. — Ты можешь кончить, давай, но руками не помогай. В ответ Уилл откинул голову на подушку с преувеличенным вздохом, словно проиграл битву, которую очень хотел выиграть. Он легко ткнул пяткой в матрас, уставившись в потолок. Он наконец пробормотал «ладно», это прозвучало так по-детски обиженно, что Майк едва не сдался и не позволил парню подрочить. Едва. Майк опустился ниже, капля слюны упала на отверстие Уилла. Он наклонился и медленно, намеренно провел языком, будто дегустируя его. Его пальцы снова вошли в него, погружаясь глубже. Они попали прямо в ту самую точку, заставив бедра Уилла дернуться. Он ускорил темп, вытягивая из него сдавленные стоны, которые становились громче с каждым толчком. Майк понял, что его парень близок, по тому, как тот все сильнее сжимался вокруг его пальцев, а его бедра начали дрожать. Он поднял взгляд, и Уилл был в полном беспорядке. Его глаза были влажными и затуманенными, слезы прилипли к ресницам, пока он неровно дышал. Один палец был во рту — наверное, не чтобы заглушить себя, а скорее потому, что он не знал, куда еще его деть. Майк застыл, глядя на то, как тот прикусывает его. Может, он слишком перевозбудился? Его рука мягко скользнула вперед, освобождая палец Уилла. Тихий стон, который он за это получил, заставил Майка наклониться и заменить палец своими губами. — Ты такой растрепанный, — пробормотал он в поцелуй. — Мой красивый мальчик. — Только твой, Майк, черт, мне нужно… — слова Уилла прервал его собственный стон. Пальцы Майка резко надавили на его простату. Он знал, чего хочет Уилл, напоминать было не нужно. Его отверстие сжималось так сильно, что Майку пришлось замедлить темп движений пальцами. Забытый член Уилла был так сильно возбужден, что Майк почти потянулся к нему. Почти потянулся, потому что его свободная рука легла на сосок Уилла, слегка щипая его. Крики Уилла «еще» были последним, что он произнес, прежде чем его глаза закатились под веками. Он кончил с громким стоном, а теплые струи спермы покрыли его живот. Пальцы Майка нежно двигались в его влажном входе, помогая Уиллу пережить пик. Он слегка согнул их, надавив прямо на его простату. — Стой, ах, хватит, — его пальцы обхватили запястье Майка, пытаясь остановить его. — Пожалуйста. — Ладно, зайчик, — он вынул пальцы, вызвав у Уилла тихий стон. — Ты так хорошо постарался для меня. Майк откинул волосы с его лба и нежно поцеловал его. — Что насчет тебя? Я хочу помочь. Майк почувствовал, как у него пульсирует член. Как он вообще мог забыть об этом? Он был болезненно возбужден с самого начала их разговора по рации. Неужели он так сосредоточился на том, чтобы доставить удовольствие Уиллу, что отодвинул собственные потребности? Он одним плавным движением стянул с себя шорты и трусы. Это был один из немногих плюсов лета — возможность быстро освободиться от одежды. Его член, твердый и уже влажный от возбуждения, прижался к животу. — Нет, я позабочусь об этом сам. Просто смотри на меня, — он приказал, взяв Уилла за подбородок одной рукой, чтобы тот смотрел на него. Он обхватил свой член рукой, двигая ею вверх-вниз. Он не сводил глаз с Уилла, глядя на его развращенное, заплаканное лицо. Этот вид — все благодаря ему, потому что он так хорошо позаботился о своем парне. От этой мысли он усилил хватку. Не думая ясно, он направил свой член к отверстию Уилла, медленно проведя им по самому краю. Снова увлажняя его, на этот раз не слюной, а собственной смазкой. Один толчок и… — М-м, Майк, перестань, — заныл Уилл, слегка ерзая. — Пожалуйста, я слишком чувствительный. — Дурачок, я ничего не буду делать. Прошло всего несколько минут, и Майк уже был на грани. Он продолжал обхватывать головку своего члена, глядя прямо в глаза Уилла. Его бедра дернулись, когда он довел себя до конца в тугом кулаке, и с громким стоном он кончил на розовое отверстие Уилла. Легкий поцелуй коснулся головы Уилла, прежде чем Майк сполз с кровати. В следующие мгновения Майк уже вытирал его, и Уилл тихо постанывал, когда салфетки касалось его самого чувствительного места. Трусы снова оказались на его бедрах, и Майк улегся рядом, медленно водя ладонью по его пояснице. Вокруг них растянулась тишина, и он чувствовал, как в груди нарастает напряжение. — Итак… тебе понравилось? — тихо спросил Майк. — Прости за этот разговор по рации. Знаю, это было немного странно, и я увлекся, так что… да, извини. — Да, мне понравилось это. Все было хорошо. — Все? — Да, мне, эм… понравился один момент, — он сделал паузу, перебирая пальцами ткань футболки Майка. — Когда ты назвал меня «малышом» по рации. В животе у Майка что-то екнуло, а щеки залились румянцем. — Да? — голос его слегка дрогнул. — Я думал, ты не заметил. — Я заметил, я просто ничего не сказал, — пробормотал он, избегая взгляда своего парня. — Если тебе понравилось. Может быть… — Майк запнулся, прикусывая щеку изнутри, взвешивая, стоит ли произносить это вслух. — Может, стоит это ввести в привычку? Взгляд Уилла прояснился, и уголок его рта дрогнул в легкой улыбке. — Да, можно попробовать. Майк кивнул, его пальцы погрузились в волосы другого парня, поглаживая их легкими, успокаивающими движениями. Он знал, что Уилл что-то не договаривает, мелочи, спрятанные за его покрасневшими щеками, но не стал настаивать. Уилл слегка пошевелился, прижавшись к нему, и уткнулся лицом в грудь Майка, несмотря на духоту в комнате. — Оставайся здесь сегодня. Надо поработать над следующей сценой, — его слова утонули в ткани футболки Майка. — Ага, и тебе нужно закончить ту часть, от которой ты отказался ранее. — Заткнись, это ты виноват, — буркнул он в ответ, и Майк почувствовал, как губы его парня растянулись в улыбке прямо у него на груди. Майк быстро поцеловал макушку Уилла. — Хорошо, хорошо, признаю вину. Уилл тихо фыркнул, прижимаясь еще ближе, и Майк ощутил тепло его тела. Больше ничего не нужно было говорить — тихий ритм дыхания Уилла и то, как тот доверчиво опирался на него, говорили сами за себя. Докучливая летняя жара все еще весела за окном, но почему-то это больше не имело значения. Быть здесь, рядом с Уиллом, делало жизнь лучше. Может, он и правда немного зависим от него, но об этом не обязательно знать всем.