Lost in Paradise

— Ух ты! А ты сегодня неплохо выглядишь. Не то, что обычно. Что за повод? Скара ехидно усмехнулся, когда вошел в комнату. Шерри как раз надевала куртку, готовая выходить. Сегодня, к неудовольствию обоих, их отправили на задание вместе, хотя Шерри кричала, что может пойти и одна. Она считала, что Скара согласится с этим, но он на удивление заявил, что она не справится одна, и вообще ему до сих пор непонятно, как и зачем ее взяли в Фатуи, а ее потолок — это варить кофе на кухне. — Никакого повода нет. Ты о чем вообще? — бросила Шерри, стараясь не обращать внимания на его слова. Скара не знал, но она вела подсчет его положительных комментариев в свой адрес, хотя их скорее можно назвать ядовитыми. Это — максимум, на что он способен. — Ты сегодня прямо сияешь. Накрасилась. — Он уселся в кресло и, закинув ногу на ногу, оценивающе уставился на нее. Иногда он был настолько внимательным, что это пугало. Устало вздохнув, она сказала: — Ты готов? Нам нужно выходить, чтобы добраться до постоялого двора до темноты. — Скара нахмурился, когда не получил ответа, и встал с кресла. Когда они подошли к двери, чтобы выйти из дома, Шерри сказала: — А куртка? И возьми шарф. Там вообще-то холодно. И дождь собирается. Скара совсем уж помрачнел и пробормотал ругательство под нос, но, заметив тучи через окно, все-таки надел шарф. Его почему-то бесило, когда она пыталась заботиться о нем, делая вид, что не замечает, как он презирает ее. Хотя презирает — слишком громкое слово. Скорее уж вызывает непонятное раздражение. Скара был недоволен погодой, но все равно фыркнул: — Это всего лишь вода. И почему люди так ненавидят дождь? — А тебе нравится дождь? Шерри закуталась в шарф, пока они шли. Было прохладно, и сегодня не самый лучший день для вылазки. — Не нравится. Мне просто без разницы. Мне вообще… — он задумался, — ничего не нравится. — Да ладно. Наверняка есть вещи, которые ты любишь. — Шерри только сейчас поняла, что они никогда не разговаривали вот так просто, ни о чем. — Люблю? Это уже слишком. — Он высокомерно усмехнулся. — Есть вещи, которые меня не бесят, и все. И ты, кстати, к этим вещам не относишься. Он довольно улыбнулся, а Шерри закатила глаза. Она знала, что он ее провоцировал, поэтому старалась молчать. Но обычно это не помогало, и Скара, недовольный отсутствием внимания, продолжал. — У нас все взаимно, — не удержалась она. — Я хотела пойти на задание с Чайлдом, но, увы, он не в городе. Поэтому наслаждайся моей компанией. — Не могу поверить, что тебе нравится этот болван, — едко ответил Скара. — Почему это он болван? — изумилась Шерри. — Он хороший и забавный, и находиться с ним приятнее, чем с некоторыми. — Ее раздражало то, какие эмоции он у нее вызывает. Почему нельзя общаться, как цивилизованные люди? — Ты хотела сказать просто клоун, — продолжал Скара, нахмурившись. — А дело клоуна — смешить людей. Поэтому ты считаешь его забавным. Он скривился, пока Шерри гадала, почему Скаре так не нравится Чайлд. Чайлд был ее единственным другом в этой мрачной организации, и ей было неприятно слушать оскорбления о нем. Хотя Скара считал, что эти двое не то чтобы встречаются, а что между ними что-то происходит. Он не верил в дружбу между мужчиной и женщиной, да и вообще ни в какие отношения между людьми, считая, что все друг друга используют. Удрученно вздохнув, Шерри полезла в рюкзак, и, достав оттуда яблоко, в очередной раз не справилась с эмоциями и затолкала Скаре в рот, заставив укусить. Его поведение давало ей право отвечать ему тем же. Он изумленно застыл, а Шерри сказала: — Ты, наверное, как всегда встал не с той ноги. Давай послушаем тишину. — Она прислушалась к грому вдалеке. Если сейчас еще и начнется гроза, день будет окончательно испорчен. Скара недовольно прожевал яблоко и сказал: — А что тебя так разозлило? — Ты, — бросила Шерри и достала яблоко для себя. — Значит, моя цель достигнута, — ухмыльнулся он. Шерри размышляла над тем, почему ему так нравится вызывать ненависть, но она все равно не могла ненавидеть его. Даже наоборот, раньше она хотела подружиться с ним, но быстро поняла, что это невозможно. — Господи, это мой худший день рождения. Ну за что мне это все? — Не выдержав, Шерри в отчаянии заломила руки. Она хотела расплакаться, а еще лучше, чтобы сегодня был выходной. — Что?.. У тебя день рождения? — Улыбка медленно исчезла с лица Скары, и он даже остановился. Шерри тоже остановилась, пожалев, что ляпнула это. — Я… Я не мог забыть… Шерри удивила его растерянность, и она фыркнула: — Ты и не мог знать. Откуда? Что, готовил мне праздничный сюрприз? — Ну… Вообще-то… — Тут он уставился в землю и спрятал лицо за своей дурацкой шляпой, совсем уж застав Шерри врасплох. Ему почему-то стало так неловко, что ей стало неловко тоже. — Проклятый Чайлд! Он сказал, что двадцать третьего, но сегодня тринадцатое! — внезапно воскликнул он. Шерри изумленно застыла, не в силах в это поверить. Это тот самый Скара, который каждое утро портил ей настроение своими ехидными шуточками. Скара, который специально съедал ее еду из общего холодильника. Их комнаты были по соседству, и он специально хлопал дверью по утрам, зная, что она просыпается. Иногда он перекладывал ее вещи, чтобы она не могла их найти. Ему нравилось привлекать к себе неприятное внимание, а самым забавным было то, как потом Шерри врывалась в его комнату, чтобы затеять ссору. — Я его убью! — продолжал Скара. — Подожди-ка минутку, — оборвала его Шерри, придя в себя. — Если ты меня разыгрываешь, то это не смешно. Ты говорил, что день рождения — это самая тупая вещь, которую придумали люди. Уж лучше праздновать день смерти. Скара смутился, видимо, припомнив подобное, а потом ответил: — Я имел в виду свой день рождения. А твой… ну… — Он так и не закончил свою мысль. Шерри медленно подошла к нему и наклонилась, чтобы разглядеть его лицо под шляпой, но он отвернулся, избегая смотреть ей в глаза. — Ты это серьезно? — хмыкнула она, не зная, как реагировать. — Ну… Я думал, что, раз мы направляемся в Ли Юэ, я куплю тебе что-нибудь в том книжном магазине с редкими книгами, о которым ты постоянно говоришь. — Он сделал шаг назад, чтобы она не стояла так близко. Шерри не думала, что он когда-либо слушал ее, но оказалось, что он еще и запоминал. Это было так трогательно, что она в одно мгновение забыла, каким противным он иногда бывает. — Я все испортил! Не нужно было этого говорить, — спохватился он. — Чертов Чайлд… Сама от себя не ожидая, Шерри бросилась его обнимать. Несмотря ни на что, это было так мило, что она подумала, что этот день еще можно было спасти. Оцепенев, Скара беспомощно вскинул руки, не решаясь обнять ее в ответ. Они никогда даже не стояли рядом очень близко, а это уже слишком для его личного пространства. А еще от ее волос так приятно пахло, что он захотел их потрогать, но вовремя остановил себя. — Забудь про Чайлда. Ты же знаешь, у него плохая память. Наверное, он и сам забыл, когда у меня день рождения. Наконец, Шерри отстранилась и улыбнулась, а Скара заметил, что никогда не видел ее улыбку. Он никогда не заставлял ее улыбаться. Только ругаться и закатывать глаза. Впервые за все время он подумал, что это намного приятнее, и смутился. — Ну и что это было? Я же еще ничего не подарил тебе, — хмыкнул он, стараясь нацепить безучастный вид, хотя у него колотилось сердце. — А ты все-таки серьезно собираешься что-то подарить мне? — Она все еще красиво улыбалась, и он не мог сосредоточиться. — Я ведь уже сказал, — нахмурившись, ответил он. — Значит, пойдем в магазин вместе, и ты сама выберешь, что захочешь. — Как мило! Она в восторге подпрыгнула и пошла дальше вприпрыжку, но вскоре остановила себя. Все-таки Скара выстроил между ними такую стену, что Шерри еще не могла вести себя при нем как обычно и чувствовала себя скованно. Догнав ее, он оценивающе хмыкнул и сказал: — Тебя так легко обрадовать. Боюсь представить, что будет, когда мы доберемся до магазина. — Тогда я тебя поцелую, — выпалила Шерри и только потом подумала. Скара смутился раньше нее, и тогда она решила делать вид, что вообще не чувствует себя неловко. Он долго молчал, и она уже подумала, что они сменят тему, но он сказал: — Ловлю тебя на слове. Шерри медленно повернулась и по его довольному выражению лица поняла, что он прочитал ее. Опять. Он избегал людей, но при этом на удивление хорошо разбирался в них, и иногда Шерри казалось, что он знает, даже о чем она думает. Она не ответила, испугавшись, что их разговор сворачивает куда-то не туда. Образ Скары в ее голове перевернулся за одну минуту. Она уже давно привыкла, что он ненавидит ее. А теперь что? Пока они только к вечеру добрались до Ли Юэ, Шерри уже и забыла, о чем они говорили. Хотя теперь в ее груди поселилось теплое и непривычное чувство по отношению к Скаре, она уж точно не собиралась его целовать. Вопреки ее ожиданиям, когда они спускались от книжного магазина, Скара заявил: — И где мой обещанный поцелуй? Счастливая Шерри прижимала новые книги к груди, но, услышав это, она изумленно застыла. А у Скары, к тому же, было такое серьезное лицо, что нельзя было понять, шутит он или нет. Скорее всего да, но обычно он всем своим видом это показывает. Не дождавшись ответа, он, наконец, ухмыльнулся и добавил: — Вот как. Значит, даже теперь я не заслужил хотя бы крошечного поцелуя вот сюда. — Он выставил щеку и указал на нее пальцем, будто ожидая, что Шерри сейчас исправит эту ошибку. Она смущенно оглянулась по сторонам, но, как назло, на улице никого не было. Да что с ним такое? Сегодня он точно превзошел себя. — Ты издеваешься? — сказала она. — Я не издеваюсь. — Он улыбнулся, и это была не презрительная усмешка, как обычно. Или ей просто показалось. — А я ведь правда сейчас поцелую тебя, и тебе это совсем не понравится, — нахмурилась Шерри. Было совсем непонятно, чего он добивается. — Давай проверим. Кажется, он действительно не ожидал, что ей хватит смелости, потому что, когда она приблизилась к его лицу, он перестал улыбаться и растерянно моргнул. Что бы между ними ни происходило, Шерри не хотела это испортить, поэтому решила переиграть его. Все-таки она никогда не поверит, что он хочет, чтобы она поцеловала его. Поэтому, остановившись возле его губ настолько близко, чтобы он испугался, она усмехнулась и сказала: — Ну что? Проверил? Выглядишь, будто увидел призрака. Она улыбнулась, довольная таким исходом. Впервые шуточки Скары обернулись против него же. Минуту назад он был таким храбрым, но теперь, казалось, с трудом боролся, чтобы не сделать шаг назад. У него колотилось сердце и горело все лицо. Скара на ее месте точно добил бы ее, но Шерри не хотела смутить его еще сильнее, поэтому отстранилась и встала на почтительное расстояние. — Как бы там ни было, я правда благодарна тебе за то, что ты вспомнил о моем дне рождении. И я… Она не успела договорить, как он внезапно сделал шаг вперед и поцеловал ее. Нерешительно и совсем легко. Растерявшись, Шерри даже не оттолкнула его, хотя она и не хотела. Наверное? Не встретив сопротивления, он поцеловал ее еще раз, а потом отстранился и неловко уставился в землю. Весь день Шерри не знала, как относиться к нему дальше, но теперь? — Ладно, прости, — угрюмо буркнул он, глядя куда угодно, но только не на нее. Шерри раньше не слышала, чтобы он извинялся. Она не знала, как относиться к нему, и нужно поцеловать его самой, чтобы понять, да? К тому же, эти дурацкие извинения были вообще некстати. Поэтому Шерри, пока он не успел расстроиться, подошла и поцеловала его. Только теперь это не было неловко, а было… правильно? Будто так и должно быть. И это было так мило и приятно, что ей не хотелось его отпускать. Пока не послышался недовольный кашель, и они резко отстранились друг от друга. На террасе сидел мужчина с чашкой чая — он старательно делал вид, что не смотрит в их сторону, но, очевидно, он все видел. — Пошли поедим, — сказала Шерри, чтобы что-то сказать. Скара не двигался с места, и на его лице было непонятное выражение. Шерри никогда не видела его таким ошеломленным. Ей пришлось потянуть его за руку, чтобы он пришел в себя. — Мы сегодня ничего, кроме яблок, не ели. — Да, конечно, — пробубнил он и пошел следом за ней. Было необычно держаться с кем-то за руку. Такого раньше с ним не было. Ее рука была теплой и мягкой, и он, задумавшись, поднес ее к губам и поцеловал. Шерри удивленно оглянулась, но потом сказала с улыбкой: — Спасибо за этот милый день рождения. Скара так и молчал, и она все думала, как расшевелить его, пока они шли к закусочной. Может, она поторопилась и все испортила? — Я соврал, — внезапно сказал он. — Ты… в моем списке вещей, которые меня не бесят. У него был такой смущенный вид, будто он только что признался в любви, и Шерри не смогла сдержать улыбки. — Правда? А что еще в этом списке? — Только ты. Они зашли в ресторан, где почти никого не было — он уже закрывался. И хотя им пришлось довольствоваться остатками, Шерри не могла сдержать глупой улыбки. Скара не мог вести себя, как обычно, и, встречаясь взглядом с Шерри, тут же отворачивался. — Тоже заведу для тебя отдельный список, — сказала Шерри. — Где будешь только ты. Вещи, которые я люблю. Скара снова заметно смутился, но сказал довольно нахально: — Ух ты, я польщен. А на день рождения тоже мне что-нибудь подаришь? — Наконец, он начал приходить в себя, и его лицо уже не было таким красным. — А ты, кстати, так и не сказал, когда он у тебя. Странно, что вообще никто не знает. — Если очень хочешь меня поздравить, — он наклонился ближе и усмехнулся, — ты можешь его угадать. — Ну, тогда, — Шерри задумалась, — тебя ждет триста шестьдесят пять поздравлений. Рано или поздно я угадаю. Скара перестал улыбаться, видимо, представив это. А потом сказал: — Ловлю тебя на слове.