Повесть о непростой жизни музыканта

Когда Кори Тейлор и Джои Джордисон в очередной раз подрались из-за курения первого, потому что он постоянно подкашливал, а на концертах задыхался и не мог петь половину того, как было еще недавно, все остальные участники поняли, что Джои прав. Они не прерывали их драки, считали, что Джои — именно тот, кто может дать коряну пизды. И несмотря на весь негатив со стороны Кори в свой адрес, Джордисон знал, что творится с ним в последнее время, поэтому не сильно давил на него. Драки, в частности, случались из-за агрессивного и несдержанного поведения со стороны Тейлора, ведь он часто приходил не в настроении и резал себя прямо во время репетиций. Ему делали замечания, даже пиздили некоторые участники, такие как, допустим, Шон или Джим, но ему было плевать, ведь он никогда никому не подчинялся. Он ненавидел, когда ему запрещают делать то, что он хочет, поэтому спорить с ним было бесполезно. Только Джои, как самый эмоциональный и активный, но в то же время понимающий, мог понять и принять состояние Кори и пытаться ему помочь. Однако, не всегда у него получалось это сделать спокойно и чаще всего это переходило в драку, которую начинал кто-то из них и они не могли остановиться, пока у кого-то откуда-то не пойдет кровь. Печально, но что поделать. Кори такой человек, и себя доведёт, и собеседника. Или сразу всех, кто есть в компании. Таков уж наш Кори Тейлор, самая мощная глотка Де-Мойна. Тем временем, Кори последний раз, уже намного слабее, ударил Джои в грудную клетку, послал его куда черти ссать боялись и ушел на улицу. Там был лютый мороз, но он вышел в чём был: футболка и широкие джинсы. Его кеды утонули в снегу, который даже сейчас валился на землю, создавая сугробы за считанные минуты. Он стоял и пытался зажечь сигарету, но она тухла из-за сильного ветра. Самому Кори было неприятно находиться на таком холоде, но ему, если честно, было плевать. Его здоровье было немного крепче, чем нихуя, поэтому он не считал нужным, выходя на пару минут на улицу, надевать куртку и шапку. Его одежда сплошь пропитана сигаретным дымом, под глазами мешки настолько огромные, будто белка спрятала там все свои запасы на зиму, да еще и насрала туда в придачу. Нижнее веко на правом глазу было слегка красное от того, что он случайно, когда вдыхал очередную порцию известного нам порошка, неожиданно и резко чихнул, от чего немного всей этой дряни попало прямиком в этот глаз. Он болел и чесался, от того уже несколько дней все созерцали результат его ночной смены в сексшопе, где ему просто нехуй было делать, только наркоманить. Тем временем, его сигарета всё же зажглась, он закурил и глубоко втянул дым. Его нервозность накалилась и руки стали потряхивать, будто он носил с непривычки килограмм так 20 картошки или разгружал всю ночь вагоны. Он попытался это скрыть, на случай если его кто-то сейчас может увидеть, и спрятал руку в карман. Его кожа была ледяной из-за его упрямства и нежелания адекватно одеваться в такой мороз, но ему было настолько плевать, что он даже облокотился на такую же ледяную стену, чувствуя как его легкие пронзает густой дым, а снаружи его кожа скоро буквально отделится от его тела и уйдет по съебам. Когда он докурил, он вдохнул свежий морозный воздух, отряхнулся от снега и ушел назад в помещение. Он отряхнул свою обувь и зашел обратно в помещение, чтобы забрать свой микрофон. В этот момент у него случился очередной приступ кашля, настолько сильный, что он почти выблевал всё, что съел за весь день, а это, ни много ни мало, бутылка виски, которую закусили парой бутербродов из хуя и нихуя. Он не мог остановиться и постепенно осел на пол, придерживаясь за стену. Его легкие, казалось, сейчас пошлют его нахуй и уйдут на тот свет, но он поднял голову и увидел, что кто-то стоит над душой. Он долго не мог поднять голову от такого приступа, поэтому этот человек стоял рядом и терпеливо ждал, пока тот соизволит поднять голову. Когда Кори всё же нашел в себе силы посмотреть на небеса, он увидел темный коридор и лицо Джои. Очень сердитое лицо Джои. Он держал в руках бутылку воды, которая была у Кори в рюкзаке, и опирался на стену, показывая всё свое раздражение и безразличие к Тейлору. Кори такая мина не понравидась и он решил подколоть Джои: — Ты хули тут забыл, пидор ебучий? Иди с Эриком потрахайся в автобусе. Он сказал как плюнул в лицо Джордисону, который считал, что об этом инциденте никто не знает, но виду он не подал. Он даже бровью не повел. Джои просто демонстративно поднял руку, в которой была бутылка, разжал пальцы, наблюдая как пузырёк летит аккурат в лицо Кори. Он даже не стал задерживать взгляд на нём, просто развернулся и ушел в комнату под невероятно громкие возгласы и ругательства Тейлора в перемешку с громким кашлем с ужасной хрипотцой. Он поднял голову и увидел, что остальные ребята уходят, взяв свои инструменты. Они обходили его, будто не замечали и делали вид, что на их пути никого нет. Парни вышли и захлопнули за собой дверь. Репетиция закончилась, а Кори опять повёл себя как малолетка, устроив сцену, толком не дав позаниматься ни себе, ни людям. Но он заметил, что свет в комнате еще горит и дверь закрыта. Он с трудом преодолел свой кашель, жадно выпив почти всю воду из своей бутылки, а затем встал и дернул ручку двери. Она была закрыта. Он решил не мешать и уйти спать в подсобку, которая чудом была не закрыта на ключ Шоном. Он расположился на диване среди всяких запасных проводов, поломанных инструментов и всякого прочего барахла для аппаратуры и уборки. Воняло мышами и чем-то жжёным, свет здесь не включался, а все вещи остались в комнате. Ему было настолько плевать, что он просто плюхнулся на этот диванчик так, будто это та самая кровать в люкс отеле. В последнее время он плевать хотел на комфорт. Вдруг он услышал как Джои играет на гитаре и его этого начало раздражать. Он закрыл дверь и звук хоть немного стал тише. Он достал свой канцелярский нож, которым планировал резать на работе скотч на коробках, но сейчас он держал его в руке и не смог удержаться. Он легким движением руки сделал очередные несколько порезов на запястьях, но забыл, что его новый нож, представьте себе, острый. Его кисть напряглась почти до судорог из-за боли, которую он испытал. Он чувствовал, что переборщил и лучше бы он делал это при свете. По его руке стекала кровь и любое движение запястьем было затруднительным из-за ощутимых глубоких порезов. К счастью, кровотечение было не столь обильным, но требовало обработки. Тем временем он услышал, что Джои играл уже на барабанах. Он часто садился за микшерский пульт и иногда что-то записывал на аппаратуре, делал неизвестные Кори манипуляции и потом его гитара звучала идеально. Он дописывал туда бас и затем сидел всю ночь, редактируя и записывая как ему больше нравится. Сейчас он делал тоже самое и Кори знал, что его в этот момент беспокоить нельзя, но Тейлор не был бы Тейлором, если бы не испортил такой момент, ведь так? Он очень любит поговорить Джои в любом деле, потому он дрожащей от боли рукой открыл дверь подсобки, дошел до комнаты и что есть сил застучал кулаком по двери. Но реакции не было. Скорее всего, Джои был в наушниках. Вы спросите, нахуя Кори понадобилось именно в эту комнату и именно сейчас? Неужели в здании нет туалета? Удивитесь, но туалета действительно нет, а вот раковина и аптечка для таких уникумов как Кори есть. Но есть одно "НО". Всё это находилось в комнате, а комната находилась в гараже, где есть лишь комната, небольшой коридор и подсобка для всякой всячины. Вот и весь секрет. Да и все вещи Тейлора находились именно в этой комнате, поэтому другого выхода у него не было. Он продолжил стучать в дверь до онемения руки, в надежде, что эта наглая морда всё же рано или поздно услышит его стук. И Кори подумал, что парень его услышал. Джои перестал играть, но он не подошел к двери. Он начал с кем-то говорить, потом, как выяснилось, он говорил с самим собой о том, как лучше сделать именно в какой-то отрывок текста. Просто он любил размышлять вслух. Тем временем, Тейлор осел на пол спиной к двери и выругался себе под нос. Его одежда пропиталась кровью, она была размазана по его руке и, слава богу, крови таки соизволила остановиться. Запястье всё еще болело, но ему было уже не важно. Он сидел в таком положении, пытаясь найти в себе силы встать, но просто заснул. Вот так просто, отрубился, даже не перешел на тот диванчик, заснул в коридоре, по которому иногда побегали мыши, там было натоптано грязными ботинками и были маленькие лужицы от снега. В маленький щели в дверях свистел ветер, завывая и убаюкивая. Он проснулся только рано утром, когда было еще темно. Джои открыл дверь и Кори упал на пол. Джордисон знатно прихуел от такого поворота событий, а затем пнул Тейлора в районе поясницы. -- Вставай, ублюдок, хули валяешься на проходе? Джои вышел из комнаты, проходясь по кисти Кори. Она слегка хрустнула, но, хоть рука и осталась целой, Тейлор этого не простит. Он еле разлепил глаза, поднялся на ноги и взял Джои за воротник. — Слышь ты, спермоприемник, ты хочешь чтобы я твою голову о твои же барабаны разбил и в жопу тебе гитару запихал, или что? Джои невозмутимо пожал плечами, скрутил его руку и специально провел ногтями по его раненой руке. Уж он то знал, что это ужасно больно. Пока Кори хватался за свою руку, Джордисон усмехнулся и вышел из коридора на улицу, оставив Кори одного. Больше в этом здании никто не появится до среды, а значит, ему тоже надо отсюда съебывать. Всё же, каким бы он распиздяем ни был, на работу ходить надо. Кори зашел в комнату, отправился к умывальнику и отмыл свои руки от крови. На его лице была нечитаемая физиономия, но в ней чувствовалась неимоверная агрессия и тоска. Его пожирало изнутри чувство отвращения к своей группе и к людям вокруг него в целом, к своей работе, своей бабушке, к своим родителям, которым впринципе было похуй на него, как и ему на них, а в первую очередь ему был противен он сам. В его голове была лишь одна мысль — наркота. Единственное, что способно остановить его круговорот мыслей о суициде, и при этом, о желании быть просто понятым. Он думал, что его все ненавидят, но он не понимал, что все отвернулись от него от его же поведения, поэтому он считал что вокруг одно дерьмо и лишь он один здесь нормальный. Много времени понадобится, чтобы он это осознал, но, что поделать. С этими мыслями, едва он отмыл кровь, залил всё зеленкой и замотал все бинтами, он сразу же ударил в стену со всей своей чёртовой дури. Он едва сдержал крик, но это действие его успокоило. На костяшках показалась кровь и он обрел спокойствие на ближайшие полчаса до следующего приступа суицидальных мыслей. Его задело то, что на его боль и впринципе на его состояние никто не обращает внимания, но он никогда в этом не признается даже самому себе. Через несколько дней, в ночь на среду, он был на ночной смене на своей "любимой" работе протирателя пыли с секс игрушек на полках. Клиентов было мало, выручки мало, платили мало, но он нихуя не делал, что его и радовало. Ничто не может радовать так, как "нихуя-не-деланье". Он в очередной раз рассердился и начал вдыхать заветный порошок, но в этот раз он взял стафф у другого продавца и он оказался не шибко качественным. Вскоре Кори уже валялся возлежал туалета, потому что решил, что запить все это энергетиком будет заебись какой идеей. В общем, не смена, а ахуеть какое приключение. Вырубился он тут же, в проходе между складом и толчком. Очнулся он в собственной ссанине и от этого его еще раз вырвало, только уже на пол. Он выбросил эту одежду в мусорку, переоделся в сменную одежду и лег досыпать на диван. Тем временем на часах близилась цифра 6, а это значило, что скоро его смена закончится. Он проспал до 5 утра и затем встал с дивана, оглядываясь по сторонам непонимающими глазами. Он вроде как что-то соображал, но ему никогда не было настолько плевать на всё, что происходит вокруг. Он с трудом разлепил глаза, посмотрел на то, что осталось на полу и в туалете после его ночных приключений и принялся за уборку. Вскоре он всё закончил и вспомнил, что им поставили новый дилдо. Ничего необычного, просто цветной резиновый хер. Он взял один и в обычной манере покрутил его в руках, оценивая внешний вид и какой предмет на ощупь, а затем просто забрал его с собой, уходя со смены. Он жил с каким-то челом, который держал его у себя за то, что Кори дает ему часть наркоты бесплатно, тем самым Кори обеспечил себе бесплатное жилье. Ну, почти бесплатное. И когда этот парень уходил на поиски очередной пизды для быстрого секса, а уходил он весьма надолго, Тейлор пользовался моментом и пробовал на себе некоторые секс игрушки. Его эрекция была слишком вялой из-за постоянного злоупотребления запрещенкой, но из-за стимуляции простаты всем известным способом, он как-то ещё умудрялся дрочить и успешно получать хоть немного удовольствия. Об этом не знал никто, только сам Кори. Из-за описанной выше проблемы, девушек у него было много, но они менялись посточнно после первого же секса с ним, а получать хоть какое-то удовольствие хотелось. Вот и в этот раз он решил подрочить, но у него совсем не вышло. Из-за того, что ночью его воротило до чертиков, он чувствовал постоянную небольшую тошноту и это мешало возбудиться даже от просмотра порно. Он бросил это дело, закурил прямо в квартире, открыл банку крепкого пива, улегся на диване на кухне и, смотря в окно, наслаждался этим снежным днём. За окном была метель, как туман. Ничего не видно, только снег и белые крыши домов напротив. В квартире было холодно, его взгляд зацепился на отклеивающиеся от сырости старые обои, ободранный потолок и лампочку, висящую под потолком на проводе, который даже частично лишен изоляции. Вся квартира уже давно была прокурена, этот диван пропах ссаниной, спермой и блевотиной. Смрад стоял, мягко говоря, отвратительный. На столе заплесневела кружка с кофе, на полу следы от разлитого пива, у стены стоит гитара. Она, пожалуй, единственная радость, оставшаяся в его жизни. Когда-то он жил с бабушкой, она вытаскивала его с того света, возя по больницам после передозов в его совсем еще детском возрасте, но кроме бабушки он никому не был нужен. И вот, она умерла. Всё внутри Кори, который давно уже был мёртв, умерло окончательно. С того момента он начал резать себя до ужасной глубины, потом сам зашивал, получал гной, обращался в больницу, лечился и снова резался. И всё вокруг него не имело больше смысла. Тогда он собрал группу "Stone Sour", чтобв хоть как-то справится со своими эмоциями, направив их в музыку, потом его пригласили в "Slipknot". Здесь он мог вылить всё свое дерьмо на ребят, к которым присоединился только недавно, но они оказались ничуть не лучше. Каждая стычка доводила до страшных рваных ран и иногда кого-то даже до перелома. До Кори постоянным посетителем травмпункта был Шон, но даже он иногда ахуевал от действий Тейлора. Они просто не знают, на что этот парень иногда способен под наркотой, но это уже совсем другая история. И вот Кори взял свою гитару и напел какую-то мелодию, затем перебрал пару струн, пытаясь подобрать ноты, а затем начал несмело играть последовательность аккордов. В его голову пришла идея и он быстро записал текст на куске бумаги. Вечером он принесёт это на репетицию и там уже они рассмотрят эту мысль. Однако, Тейлору стало невыносимо тоскливо от того, что он только что написал. Он подошел к окну и распахнул деревянные ставни, дом был старым и они встретили его со скрипом. Кори посмотрел вниз и задумался, а затем сел на подоконник и снова взялся за тот нож. Его руки тряслись и он сделал несколько порезов, прежде чем понял, что его снова тошнит.