Товар

      Прошло два дня пока в поместье Луноклык не доставили срочное письмо. Рупен ещё утром отправился в северный посёлок для сбора отчётов о торговле, поэтому посла встретил Бернард. Он же и отнёс письмо герцогу. Зайдя в кабинет, Бернард поклонился Гарету и преподнёс ему конверт. Дворецкий не имел привычки вчитываться в письма, адресованные герцогу, поэтому даже не обратил внимания, кто отправитель письма. Гарет молча взял конверт, оторвавшись от работы с документами. Бернард уже почти вышел из комнаты, как герцог окликнул его.       — Бернард, содержание может быть тебе интересно. — сказал Гарет не отрываясь от текста. — Тебе стоит прочесть его.       — Как пожелаете, господин. — Бернард слегка удивился, но сохранил стойкость дворецкого.       Пожилой волк дождался, когда герцог полностью ознакомиться с письмом и после тоже смог увидеть содержание:       «Ваша Светлость господин Гарет Луноклык, моё имя Тобиас, я помощник вашего дяди со стороны папы — Лекорна Лесовита. Возможно, вы не помните меня, ведь виделись мы чуть больше пятнадцати лет назад. Я служил семье Лесовит ещё до того, как ваши родители обручились, и продолжаю служить последнему представителю рода.       Не сочтите за грубость, но я прошу вас навестить вашего дядю. Господин Лекорн тяжело болен, и вы единственный и последний его кровный родственник. Состояние вашего дяди сильно ухудшилось за последние дни, поэтому я молю вас проведать его перед его смертью. Надежды на выздоровление нет, никакие травы и лекарства уже не помогают. Я знаю, что ваши отношения с господином Лекорном не самые тёплые, но ему необходимо присутствие кого-нибудь из родных.       Я вкладываю все молитвы, чтобы господин Лекорн дожил до вашего приезда. Прошу вас, приезжайте скорее…»       В самом письме про Бернарда не было и намёка, но сам дворецкий узнал отправителя. Тобиас — волк-омега, с которым когда-то давно дружил Бернард, пока учился искусству медицины. Учился он как раз у самого Лекорна Лесовита, и состояние его наставника насторожило волка. Дяде Гарета уже было за восемьдесят, такой возраст очень редкий, в большинстве случаев волки доживали только до семидесяти. Возможно, Лекорн нашёл нужные травы и смог создать лекарство, продлевающее жизнь. Род Лесовит славился своими целительными способностями. Каждый в роду знал качества и применение всех трав, что росли на материке и мог легко смешать лекарство от любой болезни, которую возможно вылечить. Однако был и главный минус в способности каждого члена семьи. Все препараты оказывали разный и порой непредсказуемый эффект на разные организмы. Многие лекарства вызывали зависимость, агрессию или приводили к потере вкуса или запаха. Из-за этого им пришлось приостановить оказание помощи своими методами, но не переставали сами принимать свои лекарства. К сожалению, именно это стало причиной упадка столь богатого и влиятельного рода. Дедушка-альфа Гарета смог излечить себя от смертельной болезни, но за это он полностью лишился зрения и обоняния и умер уже от другой болезни. Другой дедушка после лечения простуды получил хроническую бессонницу и мог поспать только когда терял сознание от недостатка сна. На тот момент у них уже был старший сын — Лекорн, позже, уже перед смертью родителей, у семьи Лесовит появился второй сын, который вышел за муж за предыдущего герцога северных земель.       К сожалению, отношения между дядей и племянником не самые близкие. Гарет всегда игнорировал и был холоден к дяде, а тот в свою очередь ненавидел весь род Луноклык и отца Гарета, за то, что тот обрёк его брата на несчастную жизнь. Вся ненависть попала и на его племянника, Лекорн видел в нём плод долгих мучений и страданий младшего брата. На похоронах папы нынешнего герцога Лекорн в открытую заявил, что именно Гарет стал причиной смерти его брата. После этого случая они больше не пересекались. Лекорн живёт в родительском доме, в отдалении от посёлка. У него давно отказали ноги и за ним ухаживает Тобиас, который когда-то был верным учеником опытного целителя. Теперь же, сам Тобиас был стар. Этот омега ровесник Бернарда, но беты легче переносят болезни и порог жизни у них выше, чем у омег и альф.       Бернард ещё раз прошёлся глазами по буквам, написанные до приятного знакомым почерком. «Давно же не было вестей от тебя, Тоби…» произнёс в голове дворецкий и вернул письмо герцогу. Бернард сохранял спокойствие, но внутри переживал за старого друга и за наставника, поэтому надеялся, что Гарет согласится отправиться к своему умирающему родственнику.       — Господин, вы ведь навестите своего последнего кровного родственника со стороны папы, верно? — аккуратно спросил Бернард, когда Гарет отложил письмо в сторону и продолжил работу.       — Кажется для тебя это имеет больший вес. — не поднимая глаз сказал герцог.       — Господин Лекорн мой наставник, именно он обучил меня всему, что я знаю о медицине. — искренне ответил Бернард. — Мне бы хотелось увидеться с ним и поблагодарить за все те годы, в которые он учил меня.       — Раз так, то готовь карету. — герцог встал и подошёл к окну. В саду он увидел, как Лютик прогуливается с Оскаром и, как Френки следит за каждым их шагом, прячась за кустами. — И скажи Френки, Оскару и Лютику, что они тоже едут с нами.       Бернард выслушал приказ, поклонился и вышел из комнаты оставив герцога в покое. Идя по коридору, пожилой бета вспомнил годы юности, когда только начинал изучать медицину. Позапрошлый герцог, дед Гарета, позволил юному волку посещать занятия у семьи Лесовит в доме целителей. Там же он и встретил Тобиаса, и с тех пор они были близки, пока Бернард полностью не посвятил себя службе семье Луноклык. Последний раз они виделись на похоронах предыдущего герцога, но тогда они даже не смогли поздороваться друг с другом. Теперь появилась возможность увидеться и упускать её нельзя.       Через час всё было готово. Новая карета стояла у крыльца поместья, оставалось только дождаться всех, кто должен отправиться в путь. Френки запряг лошадей и уже сидел на месте кучера. Оскар вышел из дома и вывел за ручку Лютика, словно ребёнка. Лис в свою очередь без опаски шагал за бетой и не отставал от него. Френки недовольно фыркнул и отвернулся в другую сторону. Ни Оскар, ни Лютик не заметили этого. Стражник помог лису забраться в карету, после, сам сел рядом с Френки. Оскар улыбнулся садовнику, но тот лишь мельком зыркнул на него и отвернулся, скрестив руки.       В это время Гарет и Бернард уже направлялись к выходу из поместья. Дворецкий решил поинтересоваться, почему они берут с собой Лютика.       — Мой господин, я понимаю, что Оскар должен всюду следовать за Лютиком, но с какой целью вы берёте с собой самого Лютика. — задал вопрос бета, пока они шли по коридору.       — Ему будет полезно почаще выбираться из стен поместья. — безэмоционально ответил Гарет, но потом его голос едва заметно дрогнул. — Я… не хочу, чтобы он чувствовал себя взаперти.       — Вы великодушны, мой господин. — ответил Бернард. В мыслях он понял, что Гарет всегда хочет оставаться рядом с Лютиком, поэтому он и взял его с собой. Однако, будет лучше промолчать и не подавать виду. — А для каких целей вам нужен Френки.       — Френки тоже будет приятно увидеть Тобиаса, верно? — сказал Гарет и, подойдя к двери, вышел на улицу.       В раннем детстве, Тобиас часто приходил к поместью Луноклык, чтобы передать послания от семьи Лесовит папе Гарета и забрать письма для Лекорна от его младшего брата. Тогда Бернарду было не до друга, он был полностью погружён в работу. Для того, чтобы хоть как-то помочь другу, Тобиас время от времени играл с Френки и тот сильно привязался к нему. К сожалению, с годами они общались всё меньше и меньше, ведь надобность посещать поместье Луноклык постепенно сошла на нет. До определенного возраста Френки сильно скучал по Тобиасу и не понимал, почему тот перестал приходить. В конце концов, он перестал докучать отцу и больше не задавал вопросов. Сейчас Френки никак не отреагировал, что поедет в дом Лесовит, возможно, он не знает, что там живёт Тобиас.       Гарет сел в карету, а дворецкий дал несколько указаний Ариксу и Арчи, которые провожали их.       — Не стоит беспокоиться о нас, мы сможем приглядеть за домом. — тихо ответил Арикс и поклонился старшему.       — Вы же всего на одну ночь, что может случиться? — уверенно сказал Арчи и хрустнул костяшками пальцев. — Если кто влезет, сделаю рагу к вашему приезду, ха-ха!       Арчи негромко рассмеялся от собственных слов, но говорил он на полном серьёзе. Арикс мельком покосился на повара, а Бернард тяжело вздохнул и ушёл к карете, оставив поместье на омег. Бету успокаивало то, что к вечеру должен вернуться Рупен и он то точно обо всём позаботится. Закрыв дверцу кареты, они выехали за пределы территории поместья. Путь был почти такой же, как и к особняку Лейтхарт, но в другую сторону. Гарет сидел напротив Лютика и иногда поглядывал на лисёнка, который рассматривал проплывающие мимо деревья. Бернард сидел рядом с герцогом и тоже смотрел в своё окно. Мысли дворецкого были заполнены переживаниями. Как пройдёт их встреча? Всё ли хорошо у них? Что сказать наставнику на прощание?       Оскар и Френки ехали молча. Только вот стражник любовался окружением, а садовник недовольно смотрел на дорогу. В один момент Оскар решил начать разговор, чтобы скрасить ожидание в пути.       — В последнее время я вижу тебя напряжённым, что-то случилось? — с заботой спросил Оскар.       Френки покосился на него и проигнорировал. Стражник отреагировал с пониманием.       — У тебя что-то болит? — начал гадать Оскар, чтобы узнать причину поведения. — Или у тебя что-то не получилось, и ты расстроился?       Френки продолжал игнорировать его, но внутри сильно злился от того, что Оскар говорит с ним, как с маленьким ребёнком. Стражник продолжил задавать вопросы и терпение у садовника начало лопаться. Последний вопрос попал в точку, и Френки не смог продолжать молчать.       — Может я чем-то не нравлюсь тебе? — спросил Оскар и угадал.       — Да! Ты мне не нравишься! — рявкнул Френки. — Только появился и сразу всем начал нравиться! Вечно подлизываешься к Гарету, всюду таскаешься за Лютиком и остальные даже не подозревают, что ты что-то скрываешь! Самое обидное — никто мне не верит, а верят тебе, проходимцу с улицы, который за одну встречу смог заполучить доверие лиса, а дальше и всех остальных в поместье!       — Неужели это так плохо? — спокойно и с улыбкой сказал Оскар.       — Я потратил кучу времени, чтобы Лютик один раз мне улыбнулся, а тебе он улыбается каждую встречу, ходит с тобой за ручку и даже прячется за тобой от Гарета! — продолжил кричать Френки. — Да и в бою я видел, что ты используешь неведомые силы, чтобы одолеть нас! Твои глаза сменили цвет, словно ты использовал родословную магию! Я читал про это в библиотеке и знаю, что ты скрываешь своё происхождение!       — Мои родители переехали в северное поселение накануне моего рождения. Я не знаю, откуда они были родом, поэтому не могу знать, где жили мои предки. Оба родителя любили меня и учили меня всему на свете: ведению быта, фехтованию, ремеслу и даже магии. — Оскар немного посмеялся, когда вспомнил беззаботные дни своего детства.       — Магии?! — удивился и тут же порадовался про себя Френки, так как был прав. — Простолюдины не могут пользоваться магией! Ты из какого-то знатного рода!       — Ха-ха, видимо я поспешил, когда назвал «это» магией. — посмеялся Оскар.       — Что? — не понял его бета. — О чём ты?       — Магия слов, ловкость лап и никакого мошенничества, и так далее. — пояснил стражник. — Отец научил меня показывать фокус с исчезающим камешком, а папа — распознавать эмоции и чувства собеседника. Конечно, это не чтение мыслей, но я знаю какие нужно подобрать слова, как себя вести и что делать рядом с любым волком, а то и лисом.       Оскар с доброй улыбкой посмотрел на Френки, который был в замешательстве. На секунду он посчитал, что оказался прав, но потом принял стражника за обычного карманника с рынка. Сияющая улыбка вызывала у всех чувство спокойствия и дружелюбия, но никак не у Френки. Садовник оскалился и вновь зарычал на него.       — Хватит улыбаться, это раздражает! — агрессивно сказал садовник.       — Тебе стоит отдохнуть, может я поведу карету? — Оскар предложил свою помощь, но по привычке сделал это с улыбкой, что окончательно взбесило Френки.       — Отвали от меня! — закричал на него молодой волк. — Нашёлся здесь, такой весь добрый, правильный и хороший! Видишь ли, не у всех были такие хорошие и любящие родители, как у тебя, ни у кого из нас не было столько любви и внимания, как у тебя в детстве! Всем своим видом ты показываешь, насколько мы все ничтожны, ведь у нас не было того детства, что было у тебя!       — Нет-нет, всё не так… — Оскар старался успокоить его, но тот не слушал.       — Ты издеваешься над нами, но никто, кроме меня этого не видит! — сам того не замечая, Френки дёрнул за верёвку и лошади остановились. — Лучше б ты никогда не появлялся в поместье Луноклык!       Видимо это стало предельной чертой. Из кареты послышался разгневанный голос герцога. Альфа вышел и смирил взглядом вспыльчивого бету.       — Довольно! — рявкнул на него Гарет и пронзил кровавым взглядом. — Он преданно исполняет свою службу, оказывает поддержку всем, кому может, а ты безосновательно обвиняешь его в издевательстве.       — Нет, он… — Френки хотел начать оправдываться, но Гарет быстро заткнул его.       — Молчать! — грозный голос герцога заставил вздрогнуть даже лошадей, но те не сдвинулись с места. — Если ещё хоть слово от тебя услышу, вылетишь из поместья без права вернуться!       Мурашки прошлись по телу беты, за ещё одно слово, его могут выгнать, а этого он никак не хотел. Гарет смирил его взглядом и тут решил вмешаться Оскар.       — Мой господин, у нас произошло простое недопонимание. — стражник хотел оправдать его, но Гарет и его заставил замолчать.       — Не смей защищать его. — серьёзным тоном сказал Гарет и, не оборачиваясь, сел обратно в карету.       Спустя пару секунд карета вновь двинулась в путь. На этот раз стояла гробовая тишина, до самого дома Лесовит. Подъехав к территории, на которой когда-то жил богатый род травников и целителей, все увидели запущенную лужайку с плохо прочищенной тропинкой. Метровые столбы сорняков полностью вытеснили когда-то росшие здесь целебные травы. Непроходимые кусты уже засохли и подготовили свои корни к зимовке, чтобы весной вновь распуститься. Заехать на территорию не получилось, забор настолько зарос и проржавел, что открыть его было невозможно. Единственным входом была калитка, которая тоже открывалась с большим трудом. Зайдя на территорию, они увидели двухэтажный дом с облезлыми стенами. Было видно сразу, что ни за территорией, ни за домом никто не следит. Хотя возможно за ним и следят, ведь дом ещё не развалился и дорожки слабо, но прочищены. Гарет шёл впереди, за ним шёл Бернард, Оскар с Лютиком и в самом конце плёлся Френки. Садовник осматриваться вокруг и вздыхал, видя, как сорняки захватили всю территорию дома. Дойдя до слегка прогнившего крыльца, их встретил пожилой омега, с очень седой шерстью, покрытой колтунами. Старенький дедушка с морщинистой улыбкой встречал долгожданных гостей. Бернард, увидев своего ровесника и друга детства не поверил своим глазам. Бета остановился и с раскрытыми глазами уставился на старика перед собой.       — Тоби? — не веря спросил Бернард. — Это ты?       — Ну здравствуй, Бернард. — голос у омеги был хрипловатый, но с особым теплом. — Давно же мы с тобой не виделись. Ты стал более статным, чем был раньше.       — Прошло от силы три года. — с тяжестью сказал Бернард. — Что с тобой случилось, почему ты так выглядишь?       — Непомерный труд и переживания сильно старят нас. — ответил Тобиас. — Время никого не щадит. Я благодарен за то, что всё ещё могу стоять на ногах и держать в руках инструменты.       В этот момент из-за всех выглянул Френки и Тобиас сразу узнал его и улыбнулся шире.       — Френки, ты так возмужал с нашей последней встречи. — с душевной теплотой сказал дедушка. — Последний раз, мы виделись, когда тебе только исполнилось пятнадцать. Жаль, что в следующие мои визиты, нам не удавалось никак увидеться.       — Дядя Тоби? — наконец и Френки разглядел в омеге свою няньку, который часто играл с ним и заботился о нём. — Неужели, это правда вы?       — Ха-ха, такой же, как и твой отец. — посмеялся омега, заметив схожесть двух бет.       Френки не задумываясь бросился вперёд и обнял пожилого волка. Тот не успел и охнуть, как оказался в крепких молодых объятьях. Тобиас тоже обнял молодого волка в ответ и похлопал его по спине.       — Почему вы больше не приходили? — дрожащим голосом спросил Френки. — Я ждал вас, но вы не приходили…       — Я заглядывал всего на пару минут, чтобы только отдать послание и вернутся обратно. — ответил ему Тобиас. — Прости меня, я виноват, что толком не попрощался с тобой, я не знал, что мы больше не увидимся.       — Френки, отпусти его. — Бернард положил ладонь на плечо сына и оторвал его от омеги.       Молодой волк отпустил его и отошёл назад. Тобиас наконец поприветствовал герцога поклоном, после он заметил Оскара и лиса.       — Ой, неужели это и вправду лис? — омега по стариковски всплеснул руками от удивления и оглядел Лютика со всех сторон. — Всё-таки, на севере самые правдивые слухи.       — Что за слухи? — спросил Гарет серьёзным тоном.       — Ничего плохого, мой герцог, все слухи ограничиваются тем, что в поместье Луноклык живёт лис. — ответил Тобиас. — И то, что он находится у вас на хорошем счету.       Гарет только нахмурился, но ничего не сказал. Альфа вошёл в дом и за ним следом зашли остальные. Внутри дом был гораздо ухоженнее чем снаружи. Везде сияла чистота и порядок, ни пылинки. Видимо у Тобиаса хватало сил только на уборку внутри дома. Прямо напротив входа была лестница на второй этаж, справа от лестницы — гостиная, слева — кухня и столовая. Жилые комнаты располагались на втором этаже, как раз туда и повёл всех Тобиас. Лютик осматривался по сторонам. На стенах висели картины семьи Лесовит, и каждая подписана. Лис увидел портрет дедушек герцога и его дядю, а также пустую рамку. Вероятно, здесь был изображён папа Гарета, но почему-то его портрет убрали, оставив только рамку. На первом портрете был статный, высокий волк альфа с узорчатым трёхцветным окрасом. На втором портрете был изображён омега с длинной и густой серой шерстью. У обоих глаза были ярко бирюзового цвета и оба имели по небольшому шраму на лице. У альфы он был на брови, у омеги на щеке. Третий портрет принадлежал старшему сыну Лесовит — Лекорну. Этот омега имел холодный и высокомерный взгляд, который вызывал мурашки даже с картины. В отличие от родителей, у него не было шрама на лице и глаза его более тусклые. Его окрас был вперемешку, правая часть тела имела три цвета: рыжий, чёрный и белый, а левая только серый. На последней рамке по контуру были видны кусочки полотна, словно портрет папы Гарета не вытащили, а вырезали прямо из рамки, не снимая со стены. Возможно, семья Лесовит отказалась от своего ребёнка, когда тот вышел замуж за предыдущего герцога, а возможно были и другие причины.       Тобиас привёл всех к концу коридора, где была дверь в комнату Лекорна Лесовита. Пожилой омега тихонько открыл дверь и заглянул внутрь. После, он жестом попросил всех подождать и сам вошёл внутрь. Через пару секунд Тобиас пригласил герцога войти, а сам вышел к остальным и стал ждать в коридоре. Войдя в комнату, Гарет сразу увидел своего дядю. Комната была полупустой, только массивный комод и большая двуспальная кровать в центре, на которой лежал старый волк-омега и почти не шевелился. Вся его шерсть давно выпала и ему приходилось укутываться в одеяло, чтобы не замёрзнуть. Он ослеп и зрачки потеряли свой цвет, почти слившись с белком глаза. Костлявые и сухие лапы были не в силах даже пошевелиться, от чего ему приходиться всё время лежать. Единственное, что у него осталось, это тихий хрипловатый голос, который позволял ему хоть как-то контактировать с окружающим миром. Гарет, увидев истощённого временем старика, на долю секунды отвёл взгляд, всё-таки зрелище было не из приятных. Альфа не стал садиться на стул рядом с кроватью, а просто подошёл к ней. Лекорн открыл слепые глаза и потянул носом воздух.       — Что ты здесь забыл… — хоть голос был тихим и хриплым, грубость в нём присутствовала.       — Всё же, ты не забыл меня, раз узнал по запаху. — холодно ответил Гарет, ему не приносило удовольствие находиться рядом с этим стариком.       — Я никогда не забуду убийцу своего брата. — голос был едва слышен, но у Гарета хороший слух. В каждом слове старика звучала агрессия, его ни капли не пугало, что он говорит так с герцогом, который в праве убить его за такие слова.       — Что бы не взбрело тебе в голову, мне плевать на твою клевету. — Гарет всё так же игнорировал каждое слово своего дяди и не проявлял к нему никакого уважения. — Я здесь только по просьбе Тобиаса, я знаю, что он заботится о тебе и уважаю его за терпение и доброе сердце.       — Ты явно считаешь, что я не заслуживаю всего тепла, что дал мне мой ученик. — Лекорн угадал о чём подумал Гарет. — Чтоб ты знал, я ненавижу только тебя, к остальным я более дружелюбен.       — Ты тоже единственный, кого я ненавижу. — ответил ему Гарет, на что старик усмехнулся.       — Потому что ты отрубаешь головы всем, кого ненавидишь. — с издёвкой сказал омега. — Так чего со мной медлишь, убей меня и дело с концом.       — Тебе и так не долго осталось. — грубо ответил Гарет после чего вышел из комнаты, хлопнув дверью.       Когда Гарет вышел из комнаты, на его лице читалось сильное раздражение. Тобиас занервничал и быстро забежал в комнату, когда вышел герцог. Слуги напряглись, когда увидели Гарета. Альфа случайно зыркнул на Лютика кровавым взглядом. Лис поёжился и вновь затрясся от страха, словно в их первую встречу. Гарет быстро вернул себе привычное лицо и даже проявил сожаление, когда понял, что снова напугал своего лисёнка. Он хотел извиниться и сделал шаг к Лютику, но тот отступил от него и в страхе закрыл глаза. Оскар на свой страх и риск преградил путь герцогу.       — Мой господин, всё в порядке? — с уважением и заботой спросил стражник. Одновременно с этим, он закрыл собой Лютика.       — Да. — сдержанно ответил Гарет и направился к выходу из дома.       Альфа молча ушёл, оставив своих подчинённых и лиса. Позже, из комнаты вновь появился Тобиас и на этот раз пригласил Бернарда.       — Бернард, господин Лекорн хотел бы поговорить с тобой. — сказал омега и впустил бету.       Дворецкий остановился у кровати своего наставника. Вид Лекорна был ужасен, от чего Бернарду стало жаль его. Сев на стул, бета взял его за руку, чтобы тот почувствовал его присутствие.       — Здравствуйте, учитель. — тихо и спокойно сказал Бернард, чтобы не тревожить чуткий слух своего наставника. — Как вы поживаете?       — Здравствуй, Бернард. — Лекорн хотел сжать ладонь, чтобы поприветствовать своего ученика, но сил совсем не было. Вместо этого, он лишь улыбнулся — Как видишь, медленно рассыпаюсь в песок.       — Не стоит так говорить. — Бернард не оценил такой шутки. — Неужели, нет другого выхода?       — Я прожил восемьдесят лет. — хрипло сказал Лекорн. — На двадцать лет больше положенного. Зачем мне ещё продлевать свои мучения?       — Вы правы, простите меня. — ответил Бернард. Лекорн почувствовал, как на его кисть упала слезинка.       — Держи себя в лапах, не стоит оплакивать меня, я же ещё не умер. — омега вновь пошутил, но потом сразу стал серьёзным. — Я хочу спросить тебя кое о чём. Что это за лис?       — Лис? — удивился Бернард, но понял, что смысла скрывать нет. — Да, господин герцог приютил одного лиса, относительно недавно.       — И, какие чувства он испытывает к этому лису? — продолжил спрашивать Лекорн.       — Я не в праве распространять слухи о моём господине. — с сожалением сказал Бернард. Бета удивился, почему его наставник спрашивает об этом. — Почему вы задаёте такие вопросы?       — Я сразу почувствовал, что у него кто-то появился, а когда ты вошёл в комнату, то сразу догадался. — ответил Лекорн. — На нём и на тебе есть один и тот же запах, лисий запах. Запах хорошо чувствуется, значит он живёт с вами довольно давно.       — Вы очень проницательны, наставник. — сказал Бернард.       — Этот лис здесь? Пусть он зайдёт. — попросил Лекорн, но потом немного смутился. — Я чувствую его запах где-то за дверью. Он точно здесь, мне же не кажется?       — Да-да, он здесь. — ответил Бернард, но он сильно сомневался, стоит ли приводить лиса. — Его зовут Лютик, он омега. Вы вправду хотите, чтобы он зашёл к вам?       — Думаешь, я напугаю его своим видом? — немного усмехнулся старик. — Он может закрыть глаза, мне нужно просто поговорить с ним.       Бернард долго думал, но всё-таки сдался и направился к двери, чтобы привести Лютика. Оскар хотел тоже войти, но дворецкий убедил его, что в комнате нет ничего и никого опасного. Сам лис настороженно отнёсся к просьбе старшего, но согласился войти. Бернард предупредил его, что Лекорн очень стар и вид у него не самый презентабельный. Лютик вошёл в комнату не поднимая глаз, так как боялся увидеть умирающего волка. Бернард развернул стул и посадил Лютика спиной к Лекорну, чтобы тот не видел его. Когда старый омега начал говорить, Лютик вздрогнул.       — Значит, это тебя приютил Гарет? — сказал Лекорн.       — Да… — скромно ответил лис.       — От тебя веет страхом, скажи, Гарет уже насиловал тебя? — от этого вопроса у Лютика шерсть встала дыбом.       — Наставник, прошу вас. — Бернард намёком попросил, чтобы Лекорн подбирал слова, прежде чем говорить. — Лютик пережил очень много страданий, прежде чем попасть в поместье Луноклык. Пожалуйста, не напоминание ему о том времени.       — Хорошо. — с пониманием, сказал Лекорн. — Однако, я чую, что течка у тебя не за горами. Как ты собираешься выйти из этой ситуации? Гарет точно потеряет рассудок, когда почувствует аромат твоих феромонов.       Лютика парализовало от страха, вспомнив о проклятье своего тела, омега начал сильнее себя ненавидеть и заплакал. Да, Лютик точно имел чувства к правителю севера, но травмы, простирающиеся с самого рождения, никуда не делись. Гарет уже упоминал, что во время течки точно совершит с Лютиком то, что тот до ужаса боится. Лекорн понимал чувства и страх лисёнка, ведь тоже сильно боялся отношений.       — Не стоит бояться, малыш. — начал успокаивать его старый волк-омега. — У меня есть то, что поможет тебе избежать скорой встречи с моим племянником. Я потратил всю жизнь, чтобы создать это лекарство.       Лютик навострил ушки, а Бернард посмотрел на своего наставника с удивлением.       — Лекарство? — спросил Бернард. — Что за лекарство?       — Специальный порошок, который может отсрочить течку у омег. — сказал Лекорн. — Я принимал его каждый день и у меня ни разу не было течки. Позже, я смог улучшить лекарство, и теперь его достаточно принимать один раз в пять дней, во время обеда.       — Это лекарство может изменить жизнь всем омегам на этом материке. — задумавшись, сказал Бернард. — Это прорыв в медицине.       — Это лекарство может уничтожить всю империю. — вздохнув, сказал Лекорн. — К тому же, пока альфы правят всем, омеги не смогут принимать это лекарство.       — Вы правы. — подумав сказал Бернард. — Однако, вы готовы дать его Лютику?       — Мне оно ни к чему, да и только ты можешь приготовить его. — сказал Лекорн. — Открой верхний ящик в комоде, там есть немного порошка и рецепт. Я обучил тебя всему, что тебе потребуется для приготовление этого лекарства.       — Я очень благодарен вам, но для чего вы делитесь им со мной? — спросил Бернард, когда взял в руки листок с рецептом.       — Ты знаешь императорский закон, если лис беременеет от волка, то лиса обязаны убить, а волка лишить всех званий и вынести приговор. — ответил Лекорн. Слова старика вызвали ещё большее опасение у Лютика. — Если не будет течки, то не будет и беременности.       — Всё же, вы заботитесь о статусе господина герцога. — заметил Бернард, но ошибся.       — Мне плевать на него, я не хочу, чтобы он обрёк Лютика на страдания и неминуемую смерть из-за своих альфьих инстинктов. — пояснил Лекорн. — Я бы с удовольствием прожил ещё несколько лет, чтобы увидеть, как Гарета ведут на эшафот, но я не хочу, чтобы для этого страдал невинный лис. Уж лучше оборвать род Луноклык на нём более мирным способом, чем чужой кровью добиться его скорой смерти.       Бернард вздохнул, понимая, что никогда не переубедит своего наставника на счёт герцога. Его ненависть простирается с самого первого дня знакомства родителей Гарета. Так как родители страдали от побочных эффектов своих же лекарств, то забота о младшем ребёнке полностью легла на старшего. Лекорн понимал, что спасти жизни родителей уже не успеет, но сможет помочь младшему брату. Он пытался создать препарат, который поможет избавить омег от течки, но получалось лишь отсрочить её. Все испытания Лекорн проводил на себе от чего его тело стало меняться. Именно из-за этого, он сначала потерял свой необычный окрас, а после и всю шерсть. Ставя эксперименты над собой, он увеличил срок своей жизни, но полностью лишился зрения и возможности ходить, к счастью, все эти побочные эффекты проявились только к старости. В итоге он смог создать то лекарство, которое не вызывает побочных эффектов и помогает избежать течки. Каково было его разочарование, когда его брата отдали замуж за герцога. Несмотря на многочисленные просьбы, папа Гарета не стал принимать лекарство, ссылаясь на то, что сможет сам всё уладить. На счастье Лекорна, в первую и вторую течку у герцогов не получилось зачать ребёнка, но на третий раз такой удачи не хватило. После третьей течки на свет появился Гарет, но тогда папа не стал брать на руки своего ребёнка сразу после рождения. В своём последнем письме старшему брату, он сказал, что что-то не так и, с того дня, Лекорн больше не получал никаких вестей от брата. Любые попытки связаться с ним заканчивались неудачей, первое и последнее приглашение в поместье Луноклык были похороны, с которых его выгнали за клевету. Из-за этого Лекорн ненавидел Гарета, так как после его рождения его брат изменился до неузнаваемости.