Побочный эффект: Месть Древних

      Корвет «Алайя». 2184 год       Дженни использовала камеру и проектор инструментрона вместо зеркала и с любопытством осматривала свое лицо со всех сторон. Она выглядела точь-в-точь как Джейн. Хотя, конечно, еще видны следы операции: не рассосавшиеся рубцы, блеск сенсоров за роговицей глаз, немного скованная мимика. Выглядит так себе, на самом деле, немного жутко, но должно пройти. Дан заверил, что у синтетических имплантов есть механизмы регенерации. Так что скоро все придет в норму. И волосы отрастут, а то пока сантиметра три всего. На уши уже лезут, но до привычного для Джейн каре еще далеко.       Дженни сотни и тысячи раз видела это лицо. Она делила его с Джейн всю жизнь. Однако сейчас все было иначе.       Шепард оторвала взгляд от инструментрона и выключила проекцию, чтобы оглядеться по сторонам. Ее взгляд уперся сначала в Райдер, потом скользнул без особого интереса по азари и Тейне, на миг задержался на Виторе, пока не остановился на Тали.       — Тали, а у тебя длинные волосы? — спросила Дженни.       — Э... Ну, да, — удивленная вопросом Шепард, ответила кварианка. — А что?       — А как ты собираешь их в шлеме? Я хочу себе тоже волосы отрастить.       — Обычно укладываю с помощью специального электродного геля, — пожала плечами Тали. — Он все равно нужен для интеграции систем скафандра и лучшей работы нейроинтерфейсов.       —О! Интересно. Нужно будет купить.       — Шлемы модифицированные тогда нужны еще, — заметила Райдер. — В армии их не достать.       — Попрошу у Дана, — решила Дженни, приглаживая волосы.       — Я и забыл, что у кварианцев тоже есть шерстный покров, как у людей, — тем временем заметил Тейн. — Вы слишком плотно ассоциируетесь со скафандрами.       — Они теперь часть нашей культуры, — ответил ему Витор. — Сейчас новая серия вакцин позволяет чаще контактировать с внешней средой, но я не помню, чтобы кто-то из-за этого отказался от скафандра.       Дженни только вскользь прислушалась к мужчинам. Сама она не помнила, откуда знала, что у кварианцев есть волосы. Сейчас ее занимали другие вопросы. Раньше у нее никогда не было возможности самой как-то повлиять на внешность, сменить стиль или хотя бы прическу. Сейчас все иначе, сейчас у нее не было никаких ограничений. Это немного будоражило.       — Командование Пятого флота Альянса систем отправит в пограничные зоны Аттического Траверса корабельную ударную группу во главе с дредноутом «Оризаба», — слух Шепард зацепился за транслируемые в кают-кампании новости. — КУГ под командованием адмирала Стивена Хакета в течение нескольких месяцев совершит остановки в различных системах. Представитель турианской стороны Совета Цитадели уже отметил, что «со времен времен битвы за Цитадель, Альянс играет все большую роль в защите наших границ». Также он отметил, что данный поход является первым шагом к партнерству с турианскими миротворческими патрулями.       Дженни выслушала новость с большим интересом и глубокомысленно прокомментировала ее:       — Тревожно.       — Чего тревожно-то? — не согласилась с ней Патриция. — Это только начало, и мы в нем не участвуем почти никак. Как представлю, что сейчас творится в Пятом флоте — в дрожь бросает. Операцию такого масштаба Альянс не проводил со времен Скиллианского блица и Турфана. Сейчас там начнется... — Райдер покрутила в воздухе пальцем, подбирая выражения. — Применение на практике отработанных на командно-штабных учениях оперативных приемов. Зуб даю, что в процессе угробят пару-тройку кораблей и десяток отличных ребят отдадут Богу душу просто по чьему-то раздолбайству. Классика, чтоб ее...       — Мне тревожно за маму... За Ханну Шепард — пояснила Дженни. — Она капитан «Оризабы».       — Хах, забываю, что окружена адмиральскими дочками, — недовольно буркнула Райдер. — Вы притягиваетесь друг к другу, что ли?       — Шепард везло на знакомства, — пошутила Тали. — Она ведь еще Лиару встретила. А еще Рекс, я слышала, вернулся на Тучанку и стал вождем племени.       — В чем-то везение, а в чем-то закономерность, — философски прокомментировала ситуацию десантница-азари. — Дети всегда находятся в тени родителей. Джейн имела удачные для военной карьеры знакомства с детства.       Дженни почувствовала неловкость. Джейн и в самом деле была дочерью офицера Альянса, и это все равно давало ей некоторые преференции. В то время, как отец Патриции оказался в опале, что на корню ломало всякую возможность для них построить карьеру. Похожая ситуация была и с Эшли. Военные династии и традиции Альянса имеют свои положительные стороны, но очень часто они сказываются негативно. Что Эшли, что Патриция не могли раскрыть свой потенциал, им просто не давали это сделать. И если первая из природного упрямства все же продолжала служить в силах Альянса, то вторую он потерял безвозвратно.       — Кто в тени, а кто под зонтиком, — вздохнула Райдер. — Дан сказал, что Кали Сандерс опять как ни в чем не бывало восстановили в должности после недавнего разбирательства. Я даже не знаю, что она должна сделать, чтобы заслужить хотя бы выговор. Работала над ИИ, стащила данные и допустила утечку о нарушении Альянсом конвенции, сорвала проект — наказана, по сути, повышением в звании и назначением на должность преподавателя в Гриссомской академии. Теперь из-за ее разгильдяйства в академии «Цербер» проводил опыты над детьми, был похищен ребенок, она сама ушла в самоволку — и снова как с гуся вода. Думаю, через пару месяцев адмиралом сделают. Чего уж сразу признание героем Альянса по наследству не передают? А то как раз ее папаша, Джон Гриссом, человеческий облик на пенсии теряет.       — Лично меня отцовская должность всегда больше напрягала, — пробурчала Тали. — То нельзя, это нельзя. А о Кали Сандерс я слышала. Недавно она побывала на Флоте.       — Продезинфицируйте все после нее как следует, — от души посоветовала Патриция.       Она давно испытывала неприязнь к Сандерс. Пропадая в очередной миссии на задворках галактики, когда ее колотило от какой-то новой, подхваченной неизвестной болезни, было особенно обидно слышать, что какая-то тупая блондинка участвовала в разработке ИИ, вовремя кинула своих подельников и в итоге заслужила всеобщие славу и почет. Стала востребованным специалистом, работала в тепле и уюте недалеко от Элизиума. В то время как сама Патриция там даже в увольнительной не могла побывать — дорого. И все почему? Потому что ее отец был разжалован и с позором уволен за разработки в области ИИ. Диаметрально противоположное отношение за, по сути, одинаковый проступок. Просто, потому что у кого-то отцом был знаменитый герой всего человечества.       К чести Кали, Сандерс она никогда не демонстрировала своего родства с самим Гриссомом и вообще всячески от него открещивалась, однако в современном мире ее происхождение для руководства Альянса тайной не являлось. Находились люди, которые ее покрывали. Сама Райдер узнала только от Дана, что Сандерс дочь Джона Гриссома.       — Поход КУГ привлекает много внимания, — постарался перевести разговор на нейтральную тему Тейн. — В Совете не все приняли его так же благосклонно, как Спаратус. Некоторые азарийские дипломаты уже обозвали появление «Оризабы» в Аттическом Траверсе актом «пушечной дипломатии».       — И быстро прикрыли рты, когда Удина поинтересовался, какие успехи показывает их классическая дипломатия в переговорах с гетами, — хмыкнула Райдер. — Формально поход же в числе прочего направлен на ликвидацию анклавов синтетиков. Геты понесли большие потери у Цитадели, но даже на Иден Прайм до сих пор идут бои.       — Формально КУГ и с пиратами должна бороться, — качнул головой Тейн. — Но это все равно не дает Альянсу веского повода войти в Системы Терминуса. А, я так понимаю, именно в этом цель состоит.       — Совет не любит ворошить это осиное гнездо, — сокрушенно согласилась Тали. — А между тем Дан говорил, что Коллекционеры почему-то нацелились на людей. С прошлого года в этом регионе оказались опустошены пять человеческих колоний. Последняя совсем недавно. «Сатир» была довольно важным транзитным пунктом в туманности Омега, на ней было много колонистов. Я не знаю, сколько еще колоний должно погибнуть, чтобы Совет начал действовать.       — Все колонии погибли при загадочных обстоятельствах, — припомнила Райдер, — во всех случаях ни следа применения силы. До этого только один раз были обнаружены признаки грабежа, когда раньше Альянса на опустевшую колонию наткнулись мародеры. В остальном ни разрушений, ни убитых, ни раненых, ни свидетелей, ни улик — ничего. Это мне напоминает случай с той разведгруппой «Экзо Гени».       — На Тербине? — тоже вспомнила Тали, которая слышала о случившемся в пересказе Шепард.       — Да, тогда нам поступило задание найти пропавших ученых. Мы обнаружили их брошенный лагерь. Тогда, оказывается, они наткнулись на эти «зубы драконов», которые, не знай уж как, на Тербине оказались. И сами на них понатыкались, и в хасков превратились, — чуть подробнее рассказала Райдер. — Сейчас уже, с «Сатиром» вместе, тысяч пятнадцать колонистов в сумме пропало, а ни одного хаска в округе опустевших колоний не обнаружили. Но в целом все равно ничто не мешает связать одурманивание ученых на Тербине и опустевшие колонии в Терминусе. Можно объявить эти колонии как пострадавшие от нападений гетов, и под этим соусом ввести в Системы Терминуса КУГ.       Тали задумчиво кивнула и заметила:       — Ага, тем более что Совет ожидаемо отклонил запрос на задействование флота Цитадели с формулировкой в духе, что люди теперь входят в Совет и должны сами иметь возможность решать общие проблемы, а не перекладывать решение своих на чужие плечи. Раз под таким предлогом они отказались использовать флот Цитадели, то с чего бы им возмущаться появлению КУГ Альянса в Системах Терминуса? Ну, это по моей логике. Как оно там у политиков работает, я сказать не могу. А ты что скажешь, Дан?       Оказывается, за время разговора в кают-кампанию успел спуститься сам владелец корабля. Он вместе с еще одним гуманоидом вышел из-за переборки, за которой скрывалась шахта лифта. Гуманоид не относился ни к одному из распространенных нынче галактических разумных видов. И если бы его увидела Лиара, то была бы наверняка очень возбуждена и обрадована, потому что это был один из немногих доживших до наших времен протеан.       — Политика сложнее, чем вам кажется, — ответил на вопрос Тали Дан. — Даже если под удар попадут еще три-четыре колонии или даже десять, Совет все равно не одобрит применение военной силы Альянсом. Просто, чтобы умерить экспансионистский пыл человечества. Системы Терминуса существуют в своем нынешнем виде не только потому, что их сложно привести к порядку. Просто это удобное место для отмывания денег и поддержания высокого уровня жизни в Пространстве Цитадели. Дешевое производство, дешевая переработка, легализованное рабство, свободная экономика — удобно.       Дан и протеанин, Грейд, сели за общий стол на свободные места.       — «Сатир» был атакован Коллекционерами, — заявил протеанин. — По крайней мере, судя по активности ретрансляторов, именно в ту область наведывался крейсер Коллекционеров. Есть симптомы их активности еще в ряде колоний. «Сумеречный» засек электромагнитные сигнатуры, характерные для передатчиков хасков. Коллекционеры собирают данные о человеческих колониях. Скоро наверняка последуют новые нападения.       — Не скажу, что мне приятно чувствовать себя причастной к избранному виду, — заворчала Райдер. — Все-таки, почему они нацелились именно на человеческие колонии.       Дан с Грейдом молча переглянулись, прежде чем протеанин неохотно ответил:       — Явик подозревает, что Коллекционеры инициировали производство нового Жнеца. Возможно, они планируют использовать его в качестве замены уничтоженному Властелину и все-таки попытаться открыть канал Цитадели. Почему целью конверсии выбраны люди, я не знаю.       — Конверсия — звучит так... — Тали замолчала, подбирая слово. — Так механически, что ли. Цинично, по отношению к тем жизням, которые губят Жнецы.       — Конверсия есть конверсия, — не понял сложных переживаний кварианки Грейд. — Жнецы превращают органиков в синтетиков. Из органического субстрата они могут воспроизводить самих себя, создавать новых Жнецов. Обычно это происходит во время Жатвы, но теоретически ничто не мешало им оставить производственные линии для создания Жнеца здесь, в галактике, под контролем своих марионеток. Технология конверсии предполагает использование однородного органического материала, поэтому Коллекционеры должны были выбрать какой-то вид разумных существ. Достаточно многочисленный и доступный для сбора. Выбор не так уж велик, так что вероятность того, что в итоге Коллекционеры нацелятся именно на людей, была достаточно высока.       — И что теперь? — уточнила Шепард. — Альянс готовится к походу своей КУГ, но в целом какие планы? И какие задачи конкретно у нас?       — Пока четкого плана нет, — огорошил ответом Дан. — Обработка данных массива Холас завершена, сейчас штабы Альянса и Мигрирующего флота производят анализ обстановки за ретранслятором «Омега-4». До сих пор точно не известно, насколько многочисленная и сильная группировка сил и средств противника там сосредоточена. Необходимо собрать больше информации.       — Стой-ка, — Шепард подняла руку, останавливая Дана, и прикрыла глаза, уже понимая, к чему он клонит. — Альянс ждет новых нападений на колонии?       — Руководство планирует оценить численный состав флота Коллекционеров и его боевые возможности, — ответил Дан. — Да, в том числе анализируя атаки на колонии. Для штурма их базы нужно больше информации, у нас может не быть второго шанса. Пока не предвидится условий, при которых можно было бы организовать блокаду ретранслятора «Омега-4». И пока противник контролирует его пропускной канал, мы не можем рассчитывать на то, что у нас будет шанс воспользоваться им больше одного раза.       — Это жестоко, но логично, — кивнул Тейн.       — Штабы планируют собрать больше информации как о Коллекционерах, так и о ТВД, — продолжил Дан. — Системы Терминуса — сложный регион, требующий особого подхода. Как и сама Тартара. База Коллекционеров расположена в искусственной гравитационной аномалии вблизи сверхмассивной черной дыры. Нужно определить ее пространственные характеристики и выявить возможные закономерности в ее поведении. И отработать тактические приемы для этих условий. Излучение аккреционного диска, приливные силы — это неизвестные факторы, требующие проверки. Альянс начал экстренные исследования возле черной дыры средней массы, чтобы смоделировать различные ситуации.       — На это может уйти слишком много времени, — мрачно заметила Райдер. — Я бы хотела хоть немного отдохнуть перед отправкой в Андромеду, вообще-то.       — Затягивать никто не планирует. Вероятность появления Жнеца в Галактике никого не прельщает, и бессмысленные жертвы Альянсу тоже ни к чему, нападения на колонии должны быть остановлены. В крайнем случае для ликвидации Коллекционеров будет использована КУГ «Оризаба», либо будут использованы другие средства.       — Это сюрреализм какой-то, — постучал пальцем по шлему Витор’Нара. — Почему всякий раз, когда нужно спасти галактику, этому всегда мешают и союзники, и враги? Тали рассказывала, как Совет блокировал «Нормандию» перед миссией на Илос.       — Согласна, — поддержала кварианца Райдер. — Почему нельзя просто собраться всем и навалять хоть Коллекционерам, хоть самим Жнецам?       — О, Явик многое бы вам сейчас высказал, — клыкасто улыбнулся Грейд. — Он недоволен текущим политическим устройством галактического сообщества.       — Уж кто бы говорил, — отмахнулась Тали. — Я слышала, что он там говорил о «космическом императиве».       — Он просто жил в эпоху победившего социал-дарвинизма, — пошутила Райдер. — Прости, Грейд, но сейчас такие идеи никто не поддержит в здравом уме.       — Не поддержит, пока Жнецы не свалятся на их головы, — пожал плечами протеанин. — Хотя я говорил о другом. О двуличии и расизме. Совет Цитадели декларирует равенство всех разумных видов и по своей сути должен способствовать объединению разных видов в единую социальную структуру, в государство. Но на деле все виды как жили ранее порознь, так и продолжают. Не происходит взаимной интеграции Азарийской Республики, Саларианского Союза и Турианской Иерархии, хотя прямых биологических или физиологических препятствий этому нет. Все виды дышат одной газовой смесью и привычны к более-менее схожим климатическим условиям.       — Сложно ожидать другого от Совета, который создали азари и саларианцы, — заметил Тейн. — Первые всегда жили в условиях раздробленности полисов, их Республика до сих пор имеет очень условное единство. У саларианцев же политика слишком плотно завязана на кровные связи и династические союзы — вставиться в такую систему другим видам невозможно по вполне понятным причинам.       — Да тут сами бы Республику, Союз, Иерархию и Альянс до конца внутри себя объединить, — резонно заметила Райдер. — Они все рождались либо в кровавых гражданских войнах, либо в результате интриг, либо под давлением одного гегемона или группы, фактически, диктаторов.       — Что бы ни было причиной, но все виды в основной своей массе сосуществуют параллельно друг другу, — продолжил мысль Грейд. — Колонии всегда основываются одним видом, вооруженные силы независимы, научные институты слабо связаны и их кооперация на слишком низком уровне. Ситуация отлична только на Цитадели, Омеге и в некоторых больших корпорациях. В итоге каждая фракция отстаивает свои интересы и не готова оказать поддержку другой. Если это проявилось даже сейчас, когда необходимо лишь устранить проблему Коллекционеров, то, я уверен, и во время Жатвы, каждый будет сам за себя.       — Мне кажется, для такого полного объединения не соблюдены условия, — заметил Витор. — Общество не знает общего врага, против которого можно было бы объединиться. Истину о Жнецах правительство намеренно или нет, но скрывает. Насколько я знаю, протеане объединили галактику для противостояния искусственному интеллекту. Так вышло, в этом Цикле только нам, кварианцам, почти удалось создать нечто похожее на «Метакон», но геты до последнего момента не проявляли большой активности за пределами Вуали Персея.       — Не очень удачная шутка, Витор, — кисло сказала Тали.       — Обычно общий враг и в самом деле стимулирует объединение, — согласился Грейд. — Хотя во времена Рахнийских войн за все восемьдесят лет были сделаны лишь небольшие шаги по интеграции и объединению, если бы не появление кроганов, то, скорее всего, Жнецов встречала бы галактика, населенная рахни. Возможно, это был бы не худший исход.       — Зато потом был шанс, что вся галактика окажется заселена кроганами, — пошутила Райдер. — Тоже было бы забавно.       — Кроганы — вид инвазивный и примитивный. Я предположу, что они просто уничтожили бы сами себя так же, как это сделали на Тучанке, когда лишились сдерживающих их естественных факторов. И Жатва была бы отсрочена на несколько тысячелетий, — насмешливо высказался Грейд. — Генофаг мог бы стать для них шансом изменить стратегию выживания, которым они, естественно, не воспользовались.       — Ты только это самим кроганам не говори, — хмыкнула Дженни. — Не все из них поймут шутки. И численность протеан в галактике резко сократится.       — Да, протеан осталось слишком мало для доминирования в галактике, — вернул усмешку Шепард протеанин. — Слишком мало. Но Жнецам потребовалось больше трех сотен лет, чтобы завершить прошлый Цикл. А кроганы пали менее, чем за двадцать, от сил куда менее могущественных. Выживают сильнейшие — это принцип космического императива. Однако под сильнейшими протеане понимали не только грубую силу. Ум и социальность — это тоже часть силы. В этом Цикле только у турианцев социальная и политическая структуры могли сравниться с Империей. Они даже сделали шаг к созданию галактического государства новой, межвидовой формации, взяв волусов под протекторат. Однако физиологические различия не позволили волусам органично вписаться в Иерархию. У ханаров и дреллов ситуация получше, но сами они не имеют должного веса в галактике.       — Технически членство в Альянсе Систем тоже не имеет ограничений по видовому составу, — внезапно заметил Дан.       Дженни, не без интереса слушавшая беседу, задумалась над словами кварианца и внезапно для себя поняла, что это и в самом деле так. Хотя одной из изначальных целей Альянса было объединение стран Земли в том числе и перед вероятной угрозой внеземных цивилизаций, но в его уставе нет ограничений насчет того, какой вид разумных существ населяет присоединяющиеся к нему страны или организации. Скорее даже наоборот, были пункты про отсутствие расовой дискриминации. А где раса, там и вид. Сейчас многие вообще путают эти понятия.       На Земле до сих пор существуют отдельные государства, у многих из них даже есть свои колонии на других планетах, или они владеют ими через прослойку корпораций. Сейчас, кроме Земли, к Альянсу присоединились и независимые человеческие колонии. А что бы помешало сделать то же колонии не человеческой? Взгляд Шепард тут же устремился к Витору и Тали. Пара кварианцев тем временем смотрели на Дана и явно тоже поняли, к чему он клонит.       — Очень сомнительная идея, — первой отреагировала Тали.       — Потребуется время, чтобы ее принять, но я считаю, что это вполне возможно, — спокойно ответил Дан.       — О! — осенило Райдер. — Стой-ка, стой-ка! Ты что, думаешь присоединить кварианцев к Альянсу?       — Я вижу это приемлемым вариантом. Хотя для этого потребуется воля обоих видов, желание или непротивление чужим культурам и создание общей.       — Ну... Сложно будет, — задумалась Райдер. — В этой галактике вообще все сложно. У нас, в Инициативе, как-то проще все. Это скорее корпорация, и разный видовой состав в руководстве и среди сотрудников там никого не удивляет. А вот Альянс... Как-то в голове пока не укладывается такое.       — Мне кажется, сложнее что-то подобное представить нам, — высказался Витор. — Почти все кварианцы бывали в Паломничестве и жили в инородной среде, но мы всегда возвращались на Флот. Мы слишком долго жили изолированно и жили мечтой о родине. Нам сложно влиться в чужое общество. За это нас недолюбливают, так мне кажется.       — Нет ничего невозможного, — уверенно высказал свое мнение Дан. — Нужно думать о будущем и перспективах. Технологии кварианцев до сих пор имеют большую ценность и могут дать толчок промышленности людей. Экономический потенциал и политический вес которых способен вернуть Мигрирующему Флоту нормальную жизнь.       — Да, да! Помню я про взаимовыгодное сотрудничество, и откуда у нас современные вакцины, — немного раздраженно ответила Тали. — Все равно странная идея слишком.       — В любом случае, это задача на будущее, — не стал спорить Дан. — Пока у нас есть другие дела.              Иллиум. 2184 год       Тела Вазир решительно вышла из своего шаттла и раздраженно одернула подол платья. Раньше ей не часто приходилось наряжаться в официальную одежду и мантию. Сейчас на официальных встречах статус обязывал придерживаться делового стиля, что не добавляло бывшему Спектру хорошего настроения. Хотя первопричина ее недовольства была все же в другом.       — Надменные тупые суки, — тихо процедила она, уверенно шагая в сторону входа капеллы Атаме на Иллиуме.       Эта колония никогда не отличалась высокой духовностью и моралью, которые постулировал культ Атаме. Но, как ни парадоксально, концентрация религиозного населения здесь была больше, чем на той же Тессии. Однако в основной массе оно было из низких слоев — рабы, слуги, рабочие многочисленных фабрик. Поэтому святилища Атаме на планете присутствовали, а в последнее время инфраструктура и ресурсы культа все теснее переплетались с бывшей фракцией Бенезии. Ныне - фракцией Вазир.       Как матриарх, она отошла от прошлой линии Бенезии, которая постепенно реформировала культ, превращая его во все более светскую организацию, а храмы — в дома культуры. Ранее у фракции была задача сохранить наследие предков и постепенно раскрыть секрет протеанской основы культа. У Вазир были иные цели и задачи. Ей нужны были влияние и ресурсы для борьбы со Жнецами. Она консолидировала храмы и возрождала религиозную общину. Пусть в несколько новом формате, в немного ином наполнении, но ей необходимо было собрать азари. Где-то мягкой силой, где-то деньгами, где-то напором, а где-то и фанатизмом. Культ позволял компенсировать ослабевшие медийные возможности фракции и влиять на общественное мнение. А влияние на общественное мнение у азари равнялось влиянию на политику, благодаря развитой электронной демократии. Настолько развитой, что ее уже впору было назвать охлократией — властью ведомой лидерами толпы. И, чтобы эту толпу вести, нужны были деньги и ресурсы, которых в достатке было на Иллиуме, у местных корпораций и бизнеса. А вот чего у них не хватало, так это духовности и приверженности культу.       — Работать здесь в сотни раз сложнее, чем с монастырями ардат-якши, — Тела неприязненно поделилась мнением с Яллис.       — Но полученная прибыль компенсирует затраты, — резонно ответила Алестия.       Вазир сдержанно вздохнула. Они подошли ко входу в капеллу. Здесь она разительно отличалась по стилю от центрального храма Атаме — стекло и сталь, как и все на Иллиуме. Но это все еще было святилище, здесь можно встретить прихожан, и показывать им свое раздражение не стоило. Тела постаралась вернуть себе спокойствие.       — Пока наибольшим нашим достижением можно считать поддержку от Кумуна Шола и его концерна, — с долей иронии ответила Алестии Вазир.       — И это уже много, — сказала Алестия. — Шола можно считать сколько угодно эксцентричным, но он умеет зарабатывать деньги. Их у него хватает, чтобы двадцать лет содержать личную армию наемников и по велению высших сил вести раскопки на Кленкори.       — Но он хочет узнать природу этих его «существ света» и помочь ему найти их, — задумалась Тела. — Я даже не представляю, как это можно сделать.       — Этим займутся другие, — легкомысленно отмахнулась Алестия.       — И все равно иронично, что один из главных наших спонсоров не азари, а волус, — качнула головой Вазир, принимая слова своей советницы. — Финансы и коммерция — это, конечно, их конек, но все же они не склонны вкладываться в религиозные организации. Хотя от того, кто слышит голос высших существ, можно и не такого ожидать.       В капелле Вазир и Алестию встретила азари, служащая в этом в святилище. Обменявшись с ней приветствиями, они прошли дальше и поклонились статуе Атаме, и только после этого спустились на нижний этаж. Посетителей капеллы в этот час было немного, так что удалось миновать главное ее помещение без задержек. Сейчас же они оказались в жилых и подсобных помещениях. Эта капелла уже традиционно служила Вазир временной резиденцией на Иллиуме. Удобно расположена, имела свою посадочную площадку, и тут удобнее было работать охране.       — Вас ожидают, — сообщила как раз одна из охранниц.       — Очередная встреча, — вздохнула Тела, на ходу поправляя платье и собираясь с мыслями. — По крайней мере, теперь заметен прогресс.       — Я бы сказала, что он даже выше ожидаемого, — заметила Алестия. — Тебе удалось удачно оседлать волну ажиотажа в монастырях после появления этой Моринт и обернуть его в религиозный ренессанс. Я не ожидала подобного.       — Я просто направила энергию юных дев в нужное русло и смогла добиться несопротивления настоятельниц, — слабо улыбнулась Тела. — Думаю, теперь с этой финансовой поддержкой можно заняться расширением боевого крыла фракции.       За разговором азари подошли к рабочему кабинету Вазир. Здесь их встретила пара десантниц. За матовыми стеклами дверей смутно виднелись силуэты гостей на фоне льющегося сквозь панорамные стекла солнечного света. Тела попыталась вспомнить, с кем у нее на это время назначена встреча. Кажется, Шиала упоминала то ли наемников, то ли квази-государство из Систем Терминуса. Их фракция поддерживала в том, что опосредованно сотрудничала с Альянсом в расчете на долю в технологиях Коллекционеров и с перспективой на передел сфер влияния в самих Системах Терминуса.       Это, на взгляд Вазир, была чистой воды авантюра, и она не особо много уделяла ей внимания, не рассчитывая получить от нее большой выгоды. Инициаторами были Алестия и Шиала еще до присоединения к фракции Телы. Им она и оставила руководство над этим делом, сосредоточившись на становлении матриархом и управлении самой фракцией. На что-то, кроме этого, сил и времени оставалось критически мало. Однако все же в общих чертах с авантюрой своих новых союзниц Вазир ознакомилась. Сейчас в жизни Телы был неспокойный и бурный период. Он мог вынести ее наверх, а мог и погубить. Чтобы пережить его, нужно было держать ухо востро. Особенно с союзниками. Но стоило автоматическим дверям распахнуться, Вазир тут же забыла о своих опасениях.       В кабинете ее ожидало трое существ. Они не принадлежали ни к одному из ныне распространенных в галактике видов. Однако Тела была знакома с архивами в центральном храме Атаме и базами данных Серого Посредника. Она моментально узнала своих гостей. Двое из них, несомненно, были протеанами. По крайней мере, они принадлежали к одному из доминирующих видов того периода. Третий отличался, но все же имел что-то схожее с первыми двумя. Его видовую принадлежность Вазир тоже определила без труда — Коллекционер.       Все они синхронно повернулись в ее сторону. Один из протеан и Коллекционер сидели в креслах для гостей. Второй протеанин стоял у панорамного окна и секундами ранее любовался видами Иллиума.       — Занятно, — на миг остановившись на входе в кабинет, произнесла Тела и уверенно шагнула вперед. — Таких гостей я точно не ожидала. Похоже, Алестия, вы с Шиалой мне не все рассказали о своем дельце. Рада видеть вас у себя в гостях. Что же... Матриарх Тела Вазир. Рада знакомству.