Поворот или Весна на Заречной улице

*** Когда боевой генерал выходит из себя, - оное испытание не для слабонервных. Однако слабонервные в командиры специальных отрядов и руководители Тайных служб не попадают. Роше с несколько отстраненным видом выслушал все, что счел позволительным для себя и крайне необходимым для него вывалить на голову формально подчиненного заслуженный герой Бренны, а ныне господин регент и местоблюститель престола. Заговорил не сразу, а когда заговорил, голос темерца звучал негромко и выдержанно: - Милсдарь коннетабль, я всегда уважал тех, кому служу, и доверял им, - медленно проговорил Роше, глядя на изысканный витраж за спиной того, к кому обращался. – Однако сейчас все стало иначе. На этакое заявление Наталис аж задохнулся, действительно уставившись в невозмутимое лицо спецагента будто на сумасшедшего. - Тяжкая утрата и испытания, которые обрушились на нашу страну вслед за ней, - меж тем продолжил Роше, - заставили меня надежно уяснить простой урок: моя служба не подразумевает такого излишества, как доверие кому-либо, кроме моего государя. Впрочем, государь – или государыня моя, - по тем или иным причинам могут заблуждаться. Моя же задача – в том числе сделать так, чтобы заблуждений у них оставалось как можно меньше. В этой связи, в моей службе совершенно не уместны переборчивость и щепетильность. В интересах оной службы я и впредь стану использовать тех, кого сочту нужным, и таковым образом, каким сочту нужным. Даже если это всего лишь остроухий голодранец. Даже если это толпа остроухих голодранцев. Заверяю, я вполне способен найти им гораздо лучшее применение на благо короны, нежели подкармливать свежатинкой вылупившихся накеров вдоль дорог. Поэтому применительно конкретно к медику, какой бы трахнутой в голову истеричкой этот парень не был, и какой бы длины уши не отросли у него благодаря наследственности папы-мамы, - мне на это глубоко насрать. Это – лекарь. У него есть лекарство, которое может пригодиться каждому из нас, у него есть знания, которые не только можно, но и нужно использовать, и его самого можно и нужно грамотно использовать, причем не только по прямому назначению. Так что… Вернон говорил размеренно и четко, но в определенный момент позволил расслышать чуть более долгую паузу и прямо взглянул в глаза коннетабля. - Ваша милость, господин регент, действительно может немедленно снять меня с моей должности и вернуть в канаву, откуда я выполз. Может без затей повесить за измену, если впрямь считает в таковой виновным. Но что дальше? Как вы намерены исполнять Императорский рескрипт относительно «белок»? Неужто вы о нем запамятовали? А ведь он есть. И как намерены затем объясняться по поводу неизбежных бунтов, погромов и массовых казней с Императором? Империя только и ждет повода, чтобы крепче надавить на сапог на нашем горле! Я не имею права давать им ни малейшего шанса, - Роше все же закончил свою долгую речь. Молчал и Ян Наталис. Он смотрел на спецагента каким-то новым, несколько озадаченным взглядом, - одновременно напряженно, недоуменно и озабоченно. Словно впервые разглядел человека перед ним и обнаружил нечто для себя удивительное и тревожащее. - Темерия принесла Империи вассальную присягу, - строго напомнил коннетабль. – И ты, Роше, участвовал в этом весьма активно… - Участвовал, к своему стыду. Но выбор между узурпатором и безумцем - не выбор. - Выбор? Какой вы… Король Радовид ведь… Он трагически погиб в результате заговора с участием злокозненных чародеек и их фактотумов-ведьмаков… - Наталис вдруг осторожно отступил к скамье у стены и аккуратно присел, еще пристальнее вглядываясь в лицо верного служаки перед ним, в жесткий прищур карих глаз. – А мы просто были вынуждены пойти на соглашение с Нильфгаа… Ведьмаков, аах! Твой ведьмак! - Король Радовид, к моему огромному прискорбию, был безумен. Чудовищно безумен, - уточнил Роше и добил, вместо того, чтобы опровергнуть внезапную ужасную догадку честного генерала. – А Ее Величество Анаис под его крылом, - если бы и дожила до сегодняшнего дня, то кляла бы каждый из них, мечтая об избавлении. Наталис перевел взгляд на трон. На мгновение прикрыл глаза, проводя растопыренной пятерней вдоль лица, и вновь поднял тяжелый взгляд на бесстрастную фигуру спецагента: - Роше, ты… - выдохнул он. – Ты! - Создавая мою Службу, король Фольтест относил к ее задачам решение самых разных щекотливых проблем, - коротко и сухо уронил тот в ответ. Коннетабль поднялся и прошелся несколько раз вдоль галереи. Хромота, оставшаяся после полученной при штурме Вызимы раны, вдруг проявилась еще сильнее. Вернон бесстрастно следил за генералом взглядом. - Роше… я же помню тебя под Бренной! – голос совершенно неожиданно сел. – Ты же настоящий солдат! Отличный солдат, как ты мог скатиться вот в это?! - Иногда солдатом быть недостаточно, - указал спецагент. – Но как хороший солдат, я знаю свое место и свою задачу. Ничего более. - Место?! Шпионить и - ! - Милсдарь коннетабль, разве шпионаж, сиречь разведка, нужны не для того, чтобы определить местонахождения противника, его сильные и слабые стороны, направление удара? – слегка смягчил тон Роше. - Нынешнюю войну мы проиграли не на поле боя, а наступивший мир – не более, чем иллюзия. Он кивнул подбородком на знамена с нильфгаардским солнцем, висевшие по обоим сторонам от темерского герба. - Ты и правда сумасшедший ублюдочный параноик, Роше! – яростно выругался Наталис. - И твоя наглость переходит все возможные границы! - Как вам будет угодно. Это моя профессия. Роше выждал немного, пока разгневанный Ян Наталис устроил очередную пробежку вдоль статуй почивших королей Темерии и тусклых витражей. Спецагент дал ему время немного охолонуть и заговорил вновь: - Я безмерно уважаю вашу милость и считаю, что вы – единственный человек, который должен стоять сейчас во главе Темерии, дабы наша королева смогла вырасти в сильную и мудрую государыню. Просто смогла вырасти. Проблема в том, что ваша милость, господин коннетабль, не доверяет мне, и по какой-то неведомой причине считает мою Службу лишней. Хотя на самом деле мы еле-еле плетемся где-то в пыли даже памяти покойного графа Дийкстры, а про Империю – не стоит и упоминать… Я не знаю, как убедить вас, что мои действия направлены исключительно на благо Темерии и королевы Анаис, кроме как поклясться именем ее отца, но не думаю, что это впечатлит вас больше, чем доклады, которые я регулярно кладу вам на стол. Мне остается только просить вас, хотя бы не рушить то, что уже делается! Наталис, после долгой заминки, вернулся и сел обратно на скамью, мрачно катая желваками. - Хорошо, Роше, - тяжело уронил он. – Будь по-твоему. Я не стану ничего спрашивать с тебя сейчас. Но спрошу обязательно, будь уверен! И – готовься. У тебя времени собраться - до первой распутицы. Поедешь в Гулету, проводить все свои шпионские игрища в Каэдвене. - Как прикажете, милсдарь регент, - Роше коротко поклонился. - Именно так! – вдруг заорал вновь побагровевший Наталис, бешено вращая глазами. – А как ты думал! Думал, что я оставлю такого, как ты, тут, подле королевы... Не закончив фразы он внезапно судорожно схватился за грудь, с отчаянными хрипами глотая воздух. - Ко мне! – рявкнул Вернон в сторону мнущихся у дверей в приступе непереносимого любопытства адъютантов. Он придержал генерала за плечо, позволяя тому более мягко откинуться и облокотиться на прохладный камень стен. Молниеносно извлек из сумки на боку небольшую фляжку, отвинтил крышку, но поить не стал, всего лишь несколько раз поводя ею под носом у коннетабля. - Темно, темно… - невнятно проговорил тот, криво шевеля губами. - Кажется, хороший лекарь нужен нам сейчас, как никто другой, - с досадой заметил Вернон, отступая, чтобы подбежавшие слуги смогли позаботится о регенте, и грязно выругался. - Будь ты проклят, Роше! Зови! – успел распорядится Наталис, прежде, чем его унесли.