Милые пустячки

У Шарля Леклера была важная миссия: расколоть Макса Ферстаппена доказать, что у Макса Ферстаппена есть сердце. Это был тщательно продуманный план. Даже гениальный. В миссии было три ключевых элемента. Первый: удобно назначенная Ландо ночь сближения у него дома. Неформальная и без подозрений. Они прибудут отдельно; Шарль придумает предлог, чтобы Макс оказался в комнате по собственной воле. Второй: новый (украденный) щенок Олли. Отвлекающе милый и гарантированно способный растопить Макса. И самый важный элемент? Сам Шарль. Последние две недели были, пожалуй, лучшими в его жизни. Он провёл их с Максом, конечно, игнорируя телефон и обязанности. Некоторые вещи могли подождать. Он даже поднялся на подиум рядом с Максом, и ему пришлось приложить все силы, чтобы не начать целоваться с ним в прямом эфире. У него ещё оставалось немного самообладания и достоинства. Они ещё не рассказали остальным, несмотря на настойчивые требования в групповом чате. Насколько те знали, Шарль всё ещё умирал от стыда из-за того инцидента с не тем чатом. Но они не могли скрываться вечно. Шарль был готов это изменить. Он шёл по дому Ландо, поправляя свою нарядную рубашку и делая глубокий вдох. Он поправил манжеты, будто это имело значение, будто это сделало бы его более убедительным в роли человека с планом, а не безнадёжного дурака в любви. Он говорил себе, что не нервничает. Это были его друзья и его Макс. Но он не мог отделаться от чувства тревоги, когда открывал дверь. «Персеваль! Ты здесь!» — воскликнул Карлос, объявляя о его присутствии всей комнате. Шарль ответил сжатой улыбкой, окидывая комнату взглядом. Олли. Он направился прямо к молодому пилоту, который сидел с Кими и крошечной собакой. «Олли! Какой сюрприз, ты привёл свою собаку». «Шарль, ты же сам попросил—» «Тшш… ерунда», — зашикал Шарль, подхватывая щенка, прежде чем Олли мог его выдать. Олли и Кими многозначительно переглянулись, но не стали спорить. Шарль отвернулся и прижал к себе щенка. «Осторожней с Медвежонком!» — крикнул Кими. Олли простонал и шлёпнул Кими по руке. Со своего укромного уголка донёсся смех Фернандо. Шарль проигнорировал их. Миссия: получение эмоционально уязвимого щенка. Статус: завершена. Он уткнулся носом в его шёрстку, облегчённый, что всё идёт по плану. Сзади послышались знакомые шаги. Его облегчение было недолгим. «Мне стоит беспокоиться, что Олли назвал свою собаку «Медвежонок»?» — спросил Макс. Шарль замер, лицо пылает. «Вини Кими. Или Алонсо», — быстро отмахнулся он, сосредоточив внимание на собаке. Макс рассмеялся, наклонившись ближе, и Шарль тихо выругался. Самая простая вещь могла его вывести из себя. Нужно было сохранять спокойствие. Мягко запустить восхищение и эмоциональную глубину их отношений. Макс приблизился, почти к самому уху Шарля. «Ты нервничаешь», — заметил он. Шарль сглотнул. «Я не нервничаю», — сказал он. Его крепкая хватка на Медвежонке и румянец, ползущий по шее, говорили об обратном. «На какой миссии ты сейчас?» — спросил Макс, видя его насквозь. Шарль резко обернулся. «Не обвиняй меня в таком!» Макс лишь усмехнулся. Шарль не мог врать этому лицу. «Ладно, возможно, цель — ты». «Мне нравится, как это звучит», — промурлыкал Макс. Шарль заморгал, его мозг снова дал сбой. «Я не это—» — он замолчал, впитывая вид Макса, стоящего рядом с добрыми глазами. «— имел в виду», — прошептал он, задыхаясь. Он хотел, чтобы комната видела этот нежный взгляд, которым Макс делился с ним и щенком. Как он невольно мягко улыбался. Как мог сломать Шарля одним лишь взглядом. План Шарля был разрушен. Он осознал, под взглядом Макса и в комнате, полной друзей, что им нужно было это знать. Ему нужно было, чтобы Макс доказал, что они реальны. Что они существуют вне их тихих моментов. «Шарль! Верни мне мою собаку», — крикнул Олли, разбивая чары. Макс бросил ему сочувствующую улыбку и отпустил. Шарль сдался и ослабил хватку на Медвежонке, наблюдая, как тот бежит к Олли. Что ж, идея покорить Макса щенком провалилась. Следующим к Шарлю подошёл Джордж с вопросительным взглядом. «Удивлён, что он появился», — заметил он, кивнув в сторону, куда отступил Макс. «Ты к этому причастен?» Шарль покачал головой, сразу же отрицая. «Нет, это смешно!» «Конечно, смешно, Шарль. Конечно». Джордж прищурился, но отступил. Ночь тянулась размытыми фрагментами. Шарль не был пьян, но его подозрительно смешанный напиток от Дэниела оказался крепче, чем ожидалось. Он свернулся калачиком на полу у дивана, смеясь над чем-то, что сказал Карлос. Его взгляд скользнул на Макса через всю комнату, и щёки вспыхнули. Он считал их переглядывания с начала вечера. Это было уже 26-е. Он не знал, было это слишком много или недостаточно. Компания была слишком хаотичной, слишком подвыпившей, чтобы действовать рационально. Что, естественно, привело к объявлению Ландо. «Правда или действие!» — крикнул он, плюхаясь на пол. Шарль поморщился. «Пожалуйста, нет». «Пожалуйста, да», — парировал Дэниел. Круг сформировался быстро. Взгляд Шарля был прикован к Максу, гадая, присоединится ли он и где сядет. Ему следовало ожидать этого, но его всё равно обезоружило, когда Макс сел справа от него. Игра началась сразу же, с Алекса и Джорджа. Шарль не мог сосредоточиться; он был слишком поглощён тем, как бедро Макса касалось его, и как его тело само наклонялось ближе. Всё остальное было просто шумом: от выпитых шотов до несмелых действий. Ему также следовало ожидать, что внимание переключится на него и Макса. «Шарль, твой черёд, — объявил Ландо, потирая руки. — Правда или действие?» Шарль встрепенулся. Его момент. Он был уверен, готов. «Правда». «Скучно. Уф, эм…» — Ландо замолчал, обдумывая что-то коварное. Дэниел наклонился и прошептал ему на ухо. «О! Что тебе больше всего нравится в ком-либо из этой комнаты? Выбирай свой яд». Оскар покачал головой, а Ландо самодовольно ухмыльнулся. Дэниел хихикнул. Шарль выпрямился, его взгляд обратился к Максу рядом. Он мог выбрать кого угодно, но не мог игнорировать силу притяжения, втягивавшую его в Макса. «Мне нравится… насколько они заботливы». Его глаза встретились со взглядом Макса. Слова выскользнули на одном дыхании, легко и слишком уязвимо. «Они честны. И добры. Они настоящие». «Ферстаппен? Хрень какая-то», — проворчал Джордж. Алекс толкнул его в плечо, чтобы заткнулся. Остальные, казалось, затаили дыхание, ожидая реакции Макса. На лице Макса читалось невыразимое выражение. Сердце Шарля остановилось. Он сказал слишком много, не так ли? Момент растянулся, пока он не опустил глаза на пол. Игра продолжилась, едва ли замеченная Шарлем. Он превратился в беспокойную развалину, вспоминая выражение лица Макса. План шёл гладко — Макс был расслаблен, тепло смеялся так, как обожал Шарль. Но ему надо было открыть рот и снова всё испортить. Зачем он это сказал? И почему Макс так посмотрел? Возможно, Макс не хочет того же, чего хочет Шарль. Его внимание вернулось к игре при звуке имени Макса. «Макс Ферстаппен, правда или действие», — объявил Ландо. «Действие», — твёрдо сказал он. Слишком спокоен, слишком собран. «Осторожней, у меня кончаются безобидные идеи», — предупредил Ландо. «Дай мне самое худшее», — ответил он и откинулся на диван, ожидая приказа Ландо. Глаза Ландо загорелись. «Поцелуй человека слева от себя». Сердце Шарля упало. Слева. Шарль сидел слева от него. Вокруг круга поднялся шум, но Шарль не слышал ничего, кроме стука сердца в ушах. «Погоди, ладно, это—» — начал он, но Макс уже был готов. Он наклонился вперёд, мгновенно заставив Шарля замолчать одним простым движением. Воздух наэлектризовался, поймав прерывистый вздох Шарля при зрительном контакте и знакомый запах его одеколона. Макс дрогнул в лёгкой улыбке, а затем поцеловал его. Это не была шутка, не быстрый чмок и даже не действие. Это было до боли реально. Макс поцеловал его — уверенно и медленно, тем сокровенным образом, который Шарль научился запоминать. Это было делом привычки, то, как губы Макса встречались с его и осмеливались требовать большего. Шарль вздохнул в ответ, преследуя чувство, разлившееся по его телу. Обо всём остальном он давно забыл. Его руки дёрнулись, чтобы вцепиться в его рубашку, прежде чем он опомнился. Он даже не слышал возгласов, пока Макс не оторвался, с мягкой улыбкой на лице. Шарль застыл на месте, парализованный. «Пьееерр Гаашли! У нас получилось!» — закричал Дэниел, размахивая кулаками в воздухе. Пьер вскочил на ноги, ликуя вместе с ним. Шарль перевёл внимание на парочку, потом на Макса. Он был так же сбит с толку. «Погоди, что?» — перебил Шарль их празднование. В его мозгу щёлкнул выключатель. «Пьер, это твой план?» Пьер и Дэниел обменялись подозрительными взглядами, прежде чем снова повернуться к Шарлю. «Ну…» — начал Пьер. «Я, так уж сложилось, знал о… заинтересованности Макса», — продолжил Дэниел, тщательно подбирая слова. «И я знал, что между вами что-то есть, — объяснил Пьер. — А потом ты, Шарль, предложил узнать его поближе. Возможность сама представилась, честно». Оба бросили ему сочувственные улыбки и жалостливые большие пальцы вверх, будто это было каким-то утешением. Все замолчали — и от шока, и от забавы. Шарль и Макс были белыми воронами. «Какого чёрта», — пробормотал Шарль. Он не знал, что думать. Его подставили на его же собственной миссии. Он должен был быть шпионом. Вместо этого за ним шпионили, пока он шпионил. Его же лучший друг. Но кое-что другое, и более важное, пришло ему в голову. «Погоди, ты знал о его заинтересованности? Во мне? В прошедшем времени?» Лицо Дэниела побледнело. «Э-э, да, мейт. Полагаю, ты знал, что это давно назревало». Шарль повернулся к Максу, который выглядел виновато-хитро. Макс понизил голос, чтобы слышал только Шарль. «Я же говорил, что знал уже давно». «Как давно?» — честно спросил Шарль. «Я… потерял счёт». «Чему? Месяцам?» «Годам». Шарль, должно быть, ослышался. Потому что что значит — Макс был влюблён в него годами. Боже, какой же он был дурак. Он наклонился вперёд, качая головой, будто это могло облегчить понимание. «Ты… Что?» — запинаясь, протянул он руку к Максу. Макс взял его руку и мягко сжал. «Да», — прошептал он. Мгновение тишины. Затем — новые возгласы. Даже Джордж, после долгих протестов, похлопал. Льюис и Карлос сделали вид, что знали всё с самого начала, а Оскар пригрозил предоставить скриншоты группового чата против них. Даже Медвежонок тявкнул, будто понимал. Шарль и Макс остались в своём пузыре, обмениваясь безмолвными улыбками. «Я тоже знал», — тихо произнёс голос из угла. Фернандо. Все повернулись к нему. Он достал из кармана телефон и начал листать. «Я всегда знаю», — добавил он. «Серьёзно, кто дал ему телефон?» — спросил Олли. Кими и Ландо пожали плечами, несмотря на все свои смелые заявления. Оскар медленно поднял руку. «Что? Серьёзно?» — взвизгнул Ландо, толкая его в бок. Оскар хихикнул и пожал плечами. «Сделано две недели назад у лифта», — сухо объяснил Фернандо, возвращая внимание группы. Он повернул телефон. И конечно же, у него было фото Шарля и Макса. Целующихся. Агрессивно. Шарль прижимал Макса к стене, его руки в его волосах. Все столпились вокруг телефона, и на мгновение всё замерло. Шарль и Макс сидели в тишине, пойманные с поличным. Шарль впервые задумался о карьере в прыжках с балкона. «Это что, спортивная футболка Макса?» — воскликнул Кими. Все закивали в согласии, выпуская раздражённые вздохи и качая головами. «Если честно, мы так и не получили отчёт после того инцидента с признанием в любви», — заметил Оскар. «Верно!» «Принц Шарль и принцесса Макс Эмилиан!» «Говорил же, это настоящая любовь». Пока толпа основательно отвлеклась, а Фернандо наслаждался вниманием, Макс и Шарль выскользнули на балкон Ландо. Прохладный ветерок отрезвлял, ночь была спокойной. Они облокотились на перила, плечом к плечу. «Принц и принцесса?» — скептически спросил Макс, смеясь. «Не спрашивай», — простонал Шарль. Вина подкатила к горлу. «Прости», — извинился он ветру. Макс повернулся к нему лицом. «За что?» Шарль был обнажён под его взглядом. «Я просто хотел, чтобы все увидели тебя таким, каким вижу я. Я не хотел… этого». Он слабо махнул рукой в сторону заполненной гостиной. «Шарль. Мне не нужно их одобрение». «Но—» «Мне нужно только твоё». Шарль посмотрел вверх на глаза Макса, искрящиеся в лунном свете, и рассмеялся — мягко и устало. «Ты разрушил мою миссию, знаешь ли». Уголок губ Макса дёрнулся вверх. «Неужели?» «Думаю, я расколол себя вместо тебя», — тихо признался он. Макс сделал шаг и притянул его к своей груди, привычно растирая ему спину. Шарль уткнулся лицом в Макса, не упуская возможности быть так близко. Где-то между поддразниваниями и правдой Шарль осознал, что это собственное сердце он пытался защитить. «Всё в порядке, — пробормотал он в рубашку Макса. — Мне это было нужно». «Мне тоже», — прошептал Макс, крепче обнимая его. Он поцеловал Шарля в волосы. «Ты заставляешь меня чувствовать себя стоящим. Будто жизнь стоит того. Будто я могу перестать доказывать что-то этому миру», — продолжал Шарль, слова выплёскиваясь из переполненного сердца. «А ты заставляешь меня чувствовать себя увиденным. Будто я имею значение», — ответил Макс. На мгновение никто из них не заговорил. Они погрузились в комфортное молчание, звуки смеха доносились изнутри, машины шумели вдалеке. Шарль думал о том, как его миссии провалились успешно, во всей своей нелепой славе. Может, он отойдёт от заговоров на время. Он был счастлив здесь, в объятиях Макса, окружённый друзьями, смехом и любовью. Макс отстранился, переплетая пальцы с пальцами Шарля. «По крайней мере, теперь они знают», — сказал он. «Знают что? Что я по уши в тебя влюблён?» Макс рассмеялся с озорной ухмылкой, и этот звук развернулся в груди Шарля. «Что у меня есть сердце». Шарль замер, сердце заныло. «Есть. И оно моё», — тихо сказал он. Уверенная, широкая улыбка Макса была ответом достаточным. Шарль поднял руки, чтобы придержать челюсть Макса, и мягко наклонился вперёд. Он поцеловал его, медленно и осознанно, тихий вопрос и ответ одновременно. Такой поцелуй, который спрашивал: «Ты любишь меня?» и отвечал: «Я всегда буду любить тебя». Миссия: Расколоть Макса Ферстаппена — официально провалена.