Туман

***

      Утро тянулось на удивление спокойно. С того самого разговорa ночью — правдивого, болезненного, но освобождающего — Алия проснулась с ощущением, будто воздух стал другим. Чище. Сильнее. Она больше не ходила по краю той зыбкой грани между неизвестностью и догадками — теперь она знала.       И всё равно сердце дрожало, когда она думала о нём. Телефон пискнул.       Сообщение от Джаспера. “Я скоро. Заеду за тобой. Сегодня ты познакомишься с нашей повседневной жизнью. Не бойся, они ждут тебя.”       Она быстро оделась, поправила волосы и, поймав своё отражение в зеркале, поймала себя на мысли… что впервые за долгое время ей нравилось то, что она видит. И это было связано с ним. Опасным. Красивым.       Сдержанным только силой воли, чтобы не сломать мир вокруг себя. Её истинным.       Тётя Лия, увидев, насколько Алия взволнована, лишь тепло улыбнулась и сказала:       — Ты сегодня особенно сияешь, девочка. Но Алия только покраснела.       Джаспер приехал бесшумно — как всегда. Машина остановилась перед домом мягко, будто сама боялась нарушить утренний покой. Он вышел, обойдя капот, и когда его взгляд поднялся на неё, Алия ощутила физически, как по позвоночнику пробежала дрожь. Его взгляд был… другим. Более тяжёлым. Более собственническим. И от этого дыхание сбилось.       Он открыл ей дверцу, и только когда она оказалась рядом, сказал тихо, низко, почти нежно-рыча:       — Ты прекрасно выглядишь.       — Спасибо… — выдохнула она, чувствуя, как внутри распускается тепло.       Когда они ехали, Джаспер держался сдержанно, будто контролируя что-то сильное и опасное. Его пальцы лежали на руле спокойно, но Алия видела: мышцы на предплечьях были напряжены. Слишком напряжены.       — Всё хорошо? — тихо спросила она.       Он повернул к ней голову, и уголок его губ чуть поднялся.       — Мне сложно быть спокойным рядом с тобой, — признался он без тени смущения. — Но я стараюсь.       Тепло растеклось по её груди.       Когда они поднялись на крыльцо дома Калленов, дверь открыла Эсме. Тёплая, мягкая, как тёплый свет после затянувшегося дождя.       — Алия, милая, — сказала она, словно знала её всю жизнь. — Мы очень рады, что ты здесь. Проходи, пожалуйста.       Алия почувствовала, как дрожь волнения слегка утихает. Кажется, Эсме обладала даром создавать чувство дома.       В гостиной были почти все. Эммет, огромный, как всегда лучащийся добродушием. Розали, невозможной красоты, стоявшая возле него — холодная, царственная, её яркие глаза смотрели внимательно, но не враждебно. Эдвард, чуть отстранённый, задумчивый, будто где-то в глубине своего разума боролся с какими-то мыслями. И конечно — Карлайл, сдержанная благородная доброта в каждом движении.       — Добро пожаловать, Алия, — сказал он мягко. — Я понимаю, что всё новое и непривычное. Если будут вопросы — я отвечу на любые. Понимаю, что из за вчерашнего ты потрясена и возможно твой мозг от волнения пропустил некоторую информацию, поэтому расскажу все ещё раз.        И он начал рассказывать. Не сухо, не научно — красиво, спокойно, почти поэтично. Об их образе жизни. Об их правилах. О том, как трудно идти против природы — но возможно, если иметь цель. О том, что существуют другие кланы, другие законы, другие силы.       Алия слушала, словно читала миф, который вдруг ожил. Эдвард молча наблюдал за ней — но без вражды. Скорее… оценивая. Розали — холодная статуя — смотрела так, будто взвешивала: сможет ли эта человеческая девочка быть достойной рядом с ним. Но в её взгляде не было прежнего раздражения. Скорее — осторожность. A Эммет вёл себя как Эммет, не желая упустить момент:       — Ну, если Джаспер уже не отходит от тебя ни на шаг, — рявкнул он с весёлой улыбкой, — значит всё серьёзно. Не бойся его. Он выглядит угрюмым, но если что — я тебя спасу.       Розали пихнула его локтем, и он рассмеялся. Алия улыбнулась — впервые полностью расслабившись.       А потом Джаспер тихо наклонился к её уху. Его дыхание обожгло кожу так сильно, что она едва не вздрогнула.       — Хочешь, покажу свою комнату? В его голосе было слишком много — желания, нежности, притяжения.       — …да, — прошептала она. Он взял её за руку. Нежно. Но его холодные пальцы всё равно будто пульсировали мощью.       Когда дверь комнаты закрылась за ними, пространство будто сжалось. Они остались вдвоём. Тишина стала слишком громкой.       Алия огляделась. Комната была такой, какой могла быть у него — аккуратной, строгой, спокойной.       Но именно здесь она чувствовала его сильнее всего. Он подошёл ближе. Слишком близко. Его пальцы коснулись её руки — медленно, будто изучая, запоминая каждый миллиметр.       — Ты стоишь здесь, — сказал Джаспер хриплым, тихим голосом, — и я не могу понять, как мне держать себя в руках.       Её дыхание сорвалось.       Он поднял руку к её щеке, коснувшись так мягко, будто боялся сломать.       — Ты даже не представляешь, как сильно ты действуешь на меня, Алия.       Его губы прошлись по виску — лёгким, обжигающе нежным касанием. Одного прикосновения оказалось достаточно, чтобы внутри всё вспыхнуло ярче огня.       Его ладонь скользнула к её талии, притягивая ближе. Она подняла взгляд, встретившись с его золотыми глазами, полными страсти, сдержанной лишь малой частью его воли.       И когда он наклонился, она закрыла глаза… Дверь резко распахнулась.       — Кража! — звонко объявила Элис, стоящая в проёме с торжествующей улыбкой. — Я забираю Алию! У нас давно назначена прогулка по магазинам! Алия едва не задохнулась от резкого перехода — от поцелуя, который должен был случиться, к полной растерянности. Джаспер выпрямился медленно, очень медленно — и его взгляд был почти опасно недовольным.       Эммет, проходящий мимо, заржал:       — Ну что, ковбой, — сказал он громко, — не переживай! У вас же вечность, чтобы продолжить. Не взорвись раньше времени!       — Эммет, — прошипела Розали и толкнула его локтем. — Хватит. Джаспер закатил глаза, но уголок его губ всё же дрогнул — от смеха или от досады, неясно.       Он наклонился к Алие, взял её руку и тихо, безмолвно прижал её пальцы к своим губам.       — Вернусь живой, — прошептала она, не успев подумать.       — Пожалуйста, — ответил он.       И когда Элис увела её прочь, Алия поймала себя на том, что почти дрожит от того, насколько сильным было притяжение между ними. И насколько сложно было остановиться