Няньки

      Шел второй месяц их работы на девушек и Виктора Райдера. Дженифер вела занятие, как обычно. Сегодня у второго курса был большой тестовый промежуточный контроль. И вынужденные вписываться в студенческие будни парни сказали, что тоже его напишут «по приколу». Это были Минхо и Сынмин. Чего они оба не ожидали, так это того, что на эту пару приедут Хан и Хван. Те должны были съездить по её поручению, купить что-то. И видимо «проходили мимо». Она как раз хотела раздать тесты, когда оба зашли. Хенджин как обычно был в толстовке и джинсах, по актерски буркнув извинение за опоздание. - Отлично, тогда раздай всем тесты, - спокойно сказала она. Хотя все знали, что обычных смертных студентов она после звонка на пару не пускала в кабинет. Уже после него зашел, тактично постучавшись, Джисон. Тот в универе появлялся не так часто из-за того, что на том самом благотворительном вечере был весь преподавательский состав и парочка учеников с родителями видели их. Так что Хан надел даже не привычное худи, а кофту, что была свободной, но отлично показывала его мышцы. Волосы зачесаны назад, на лице очки с золотистой оправой. Джен же приняла правила игры сразу, замечая его вид. Она улыбнулась, кивая ему. А брюнет только и сделал, что подошел к её столу, поставил на него пластиковый стакан с чаем из кафетерия, затем по-хозяйски взял стул и сел с ней рядом сбоку её стола. Последнего она не ожидала, как и чая в стакане. Но виду на такую самовольность не подала. Только написала ему сообщение: «Чай, Хани? Что вы вообще тут делаете?» и второе тут же: «Прикид отпад, оседлала бы прямо при всех». Он не медлил с ответом, пока девушка повторяла студентам и его друзьям легкие правила поведения и проведения тестирования. Ей на телефон тут же пришли уведомления: «Ты утром кофе пила, чай таежный с облепихой» «Мы все купили, решили заехать» «Извращенка, я это не для тебя надел. Студенточки тут ничего» «Я купил тебе тампоны и обезбол кстати, у тебя через два дня месячные, а в шкафчике в ванной пусто» «Почему я должен следить за твоим циклом?» «Я тебя выебу за такую беспечность прямо при парнях в кабинете» Джен прочла это, как только наступила тишина и посмотрела на невозмутимого Хана, вскинув брови. Ответы не заставили себя ждать: «Хани, ты прелесть, за подготовку к дням отдельное спасибо ☺️» «И ты же знаешь, что все связанное с сексуальным для меня не угроза?» Затем она зашла в общий чат с сестрой и всеми парнями под названием «Зоопарк», написав: «Сегодня вечером приезжает Виктор, хочет проверить, как у нас дела. И у него какая-то безумная идея. Кто там дома, Ликс, Ян, помогите Деборе с уборкой и намутите покушать» Минхо: «Ненене, я лучше свалю с твоих пар, раз парни тут, сам приготовлю с Мином мясо вкусное. Пусть убираются» Хан: «Ты хули в телефоне, тест решай давай» Джен: «Кто из вас троих хуже решит тест, тому достанется наказание» Хван: «Я вообще не подписывался его решать! И почему Джисон не участвует?!» Хан: 😈 Чанбин: «Вы че там учиться решили?🤣 Вовремя, мужики» Чан: «Замолчи, ты проиграл Кристин и Микки в камень-ножницы, иди надевай лосины, а не болтай тут» Ян: «Бинни в лосинах? Ну почему я не поехал сегодня» Аника: «Бинни, занятие начнется через 5 минут, ты где? Без тебя не начнем» Хан: «Блять, можно фото или видео, это легендарно😂» Джен: «Булочка, ещё один мат и этот вкусный чай в моей руке будет у тебя на штанах и кофте» Минхо: «Он и так горячий, куда ты его ультануть собираешься. У тебя тут списывают, строгая училка» Только тогда Дженифер отвлеклась и решила размять пятую точку, проходясь по рядам. Когда она обходила задние парты, то Ким в шутку ущипнул её за бедро. За что быстро получил тихий дружеский подзатыльник и взгляд полный возмущения. - Мисс Шейн, - вдруг решил приколоться и Минхо, - я нашёл ошибку в вопросе. - периодически он бесил её на парах идиотскими вопросами или уточнениями, не имеющими существенного значения. Из серии «в древней Греции почти все были полиаморными» или «Линкольн не любил осень». - Где же? - она сдерживалась, чтобы не начать нервничать, а парней это даже забавляло. И теперь она решила, что наказание будет для этих обоих точно. - Вот тут, - он ткнул в вопрос карандашом, а потом им же на её глазах написал на листочке рядом с вопросом «Продай мне ответы». - Нет, тут все верно написано, - и она ушла на свое место, взяв телефон и написав в Зоопарке: «Отмена. Ким Сынмин и Ли Минхо наказаны. Готовите всем завтрак и ужин неделю. И убираются после на кухне. И всю неделю таскаетесь со мной в колледж на зачеты. С кофе. Джинни, Хани, вы можете всю неделю отдыхать» На это она получила от двоих друзей с задней парты убийственные взгляды, и от Хвана улыбку. Хан же старался сохранить невозмутимый вид, но ему было смешно от этого цирка. Его позиция бойфренда для универа была крайне удобной. Особенно в данный момент. Но такая она была только для чужих глаз. На деле они все ещё просто периодически трахались. Правда она перестала его отталкивать, как прежде. Теперь он ночевал у неё так же часто, как у Аники это делал Бин. И если по началу он отталкивался от её желаний на ночь: просто спать или перед этим расслабится, то к этому моменту он мог смело проявлять инициативу. Брюнет знал, что обе сестры выбрали себе ночных любимчиков. Однако замечал ее взгляды на Хвана, их переглядки. И от этого внутри становилось неприятно. Неужели и с ним спит? С ним она такая же податливая, местами властная и дикая в постели? Никто не запрещал ей иметь не одну секс-куклу. Она свободная и вольная женщина. Почему же был такой осадок? Возможно, он влюблялся. И каждый раз он бежал от этой мысли, отмахивался, как от назойливой мухи. Тем не менее, он хотел брать от этой работы все. Так что зашел с ней в чат, отправляя: «Отдыхать? А кто будет охранять твой сон, пока это двое готовят завтрак?» Она прочитала но не ответила, а вместо этого мягко коснулась его плеча, обращая на себя внимание и одними губами прошептала: «Ты». Это вызвало у мужчины самодовольную улыбку. Он лишь встал с места, наклонился к ней и прошептал на ухо, чтобы было слышно только ей: - Ты напряжена, сегодня тебя расслабим, поиграем перед сном. - Да, конечно, - и она улыбнулась ему так, словно соглашалась на покупку йогурта в магазине, а не на горячую ночь. Хан знал, что это умелая маска. Но все равно немного не ожидал. А потом телефоны всех пятерых в аудитории завибрировали и в общем чате появилось фото Чанбина в розовых лосинах, майке, стоящего у станка в первой позиции на ровне с десятилетками. Сдерживать смех было практически невозможно, поэтому Джен тут же сделала вид, что пьет чай, Хан отвернулся от студентов к доске, а парни тихо ржали сзади. - Я все, - первым не выдержал Джинни, кинув ей на стол «тест» и покидая аудиторию. Парни сдались следом, нагоняя его. И за дверью в коридоре тут же стал слышен их смех. Дженифер кивнула Джисону на дверь: - Питер, пусть будут тише. - Ладно, милая, - и он открыл дверь, высовываясь к ним, - эй, парни, не орите тут, люди учатся, - а сам делал паузы меж словами длиньше обычного, тоже улыбаясь.       Чан сидел на стуле рядом с Аникой и все документировал. Друг проспорил детям и теперь занимался с ними. Это было одновременно мило и комично. Он не мог это так оставить и не поделиться с парнями. У самого приступ смеха закончился и он просто наблюдал. - Вторая, - командовала рыжеволосая, - Линдси носочек, вот так. Плие, - она наблюдала за всеми, но такой Бин и его красная мордашка доставляли ей особое садистское удовольствие. - Глубже плие, Чанбин. Носок в сторону. Хорошо, поднялись, третья, поворот, нога на станок. Чанбин, нога на станок. Все ждём, пока Со Чанбин… хорошо, - ей было сложно сдерживать смех, она слышала смешки детей, но держалась и прерывала их. Занятие шло своим чередом. По окончание возмущенный Со ринулся в мужскую раздевалку и душевые. - Не дай ему это забыть, Чани, - улыбалась Аника, когда они остались в классе вдвоем. - Это было шикарно. - Не боишься, что тебе ночью за такое достанется? - Крис усмехнулся, садясь на пол и спиной опираясь на бетонную колонну зала. В ответ он встретил удивленный взгляд, но лишь вновь издал смешок, - Идиот в нашем доме и тот будет знать, что вы спите, Аника. Как и Джен с Ханом. А мы ещё и общаемся между собой. И все слышим. - Что ж, мой ответ нет, я не боюсь. А что такое? Завидуешь ему? - Ты красивая, интересная, но я на тебя не претендую. Хотя мог бы, - он пожал плечами. - но я ценю дружбу с Бином больше, чем твою красоту. - Чан, а как ты… - она вдруг задумалась, решив узнать давно интересующий её вопрос, раз у них было время, - как так вышло, что ты собрал в одной охранной конторе в Лондоне корейцев? - Ну эм, - он аж запнулся, ожидая любого вопроса, но не этого, но потом улыбнулся своим воспоминаниям, - сначала я познакомился с Джисоном. Я сам приехал из Австралии, хотел заниматься музыкой, и у меня получалось. Но на этом много не заработаешь, я учился и работал. Ну и я закончил только один курс школы продюсеров. Больше не смог платить. Там же я нашел Хана. Он сбежал из дома ради того, чтобы попасть в школу искусств в Лондоне, очень хотел петь. Но не прошел два прослушивания. Кстати в эту самую. Потом мы везде случайно находили ребят. Минхо просто согласился с нами работать, он вообще-то хореограф, как и ты. Чанбин был спортсменом. Мы сами их везде искали с Ханом. Это была наша идея фикс. Так и создали коллектив, последние пять лет мы работали на дедушку с неплохим доходом. Он все боялся, что его настигнет его прошлое. Но он полтора года назад умер, а мы остались без работы. Без постоянной работы в этой сфере. - Так вы все творческие ребята, получается, - Аника вдруг задумалась. И почему она не спросила это раньше? Она ведь могла их устроить, дать им все. После окончания их контракта, она могла дать им будущее. И она, и Джен. - Скажи мне, ты все еще заинтересован в продюссерстве и прочем? - Возможно, но мне уже почти 30, не уверен стоит ли… - Замолчи про возраст, - она махнула рукой. - Хорошо, что Дженифер дала Хану передышку. Завтра вы с ним едете со мной сюда. Я вас познакомлю кое с кем, посмотрим на ваши способности. - Аника не нужно… - Замолчи, пока я не передумала! - резко отрезала она, - Это приказ! И Хенджина тоже возьмем с собой. Покажу его нашему художественному комитету, тут скоро выставка будет, ему не помешает показать свои работы. И почему я раньше об этом не подумала… - Хани, - Джен сбивчиво выдохнула, когда он просто взял и за бедра резко отпустил её попой на её стол. Перед этим он предусмотрительно закрыл на ключ кабинет, отправив Минхо и Сынмина готовить ужин домой, а Хенджина в кафетерий за булочкой и кофе. - Джисон, не веди себя, как похотливая сука, - запричитала шатенка, пока сильные ладони легли на её бедра и сжали их, а мягкие губы впились ласками в шею. - Заткнись и просто получай удовольствие, - пробурчал он ей в шею и ключицы, - сама надела короткую юбку, как на панель. - Хан Джисон, - сказала она уже более строго, ладошками упираясь в его мускулистую грудь. - Если ты сейчас не остан… ах, блядь ты такая… - пришлось прерваться на стон от этих губ, что нашли на шее самую чувствительную точку, жадно терзая её, - не остановишься, то игры перед сном отменяются. - Мф, - он рыкнул и поднял голову, все равно сверху-вниз глядя на Дженифер, оценивая ситуацию. Он видел, что немного надавить и она будет согласна и сейчас, но поиграть хотелось сильнее. На лице появилась усмешка и снисхождение, и хитрость, - Ладно, но тогда в игре я веду. И я выбираю комплект на ночь, а ты будешь в нем на ужине с братом. - Я вот не пойму, ты, песик мой, по-моему перепутал, - она смотрела на него и хлопала глазами, обдумывая такой ультиматум, - ты меня сторожить и оберегать должен, а не приказы раздавать и не нападать на меня средь белого дня. - тем не менее у нее в жизни давно не было такого. Сексуальные игры казались давно забытыми. По телу пробежала волна мурашек, стоило ей представить, что она будет в каком-нибудь крайне интересном нижнем белье сидеть рядом с братом, который понятия не имеет, чем закончится её вечер. Будет ложью вспоминать, что такое с ней впервые. Нет, она святой вообще не была ещё в студенческие годы. И вот поставленное Ханом условие манило с каждой секундой все больше. Так что она притянула его к себе, кротко целуя пухлые губы: - Но я согласна, Хани. Перед сном тебе придется как следует постараться. - Хорошо, - он победно ухмыльнулся, отходя от девушки, чтобы открыть дверь. Тут же в неё зашел Хенджин с булочками и кофе на всех, недовольно ворча: - Вам дома что ли ебли не хватает? Заперлись тут, умники, - он поставил на стол купленное. - Угощайтесь. - Мы не ебались, - буркнул Джисон на друга. - Конечно нет, я бы услышал, кто-то же не умеет быть тихоней, - он немногозначно посмотрел на Дженифер, отпивая свой кофе. - Или у тебя уже начался цикл и поэтому я ничего не слышал? - Хван, - от такого прямого вопроса стало неловко, Дженифер слегка покраснела. Забавно правда? Ей плевать на разговоры о сексе, но когда дело касалось её жизненных ритмов, она смущалась. - Через два дня. - Ладно, - он только кивнул, - закупим тебе твоих любимых сладостей к тому времени. - У меня через полчаса ещё одна пара и мы свободны. Лекция у первого курса, - она с наслаждением взяла булку, краем глаза наблюдая как Джисон милейшим образом набил свои пухлые щеки такой же булкой и слушал их. - Я тогда нарисую тебя, - Хенджин сел на первую парту попой, - у меня с твоих лекций целый альбом уже. А что за план там у твоего брата? - Я не знаю, какая-то безумная идея, пришедшая в его голову. И она касается нас с сестрой. Хотя я немного догадываюсь. - И каковы твои догадки? - Хан сел рядом с другом, продолжая жевать. - Я думаю, что он собирается делегировать часть управления бизнесом, чтобы сохранить его. У него с недавних пор реальные проблемы, и если что-то произойдет, то все рухнет. Пара контрактов недавно треснули по швам. - А кому после него достанется этот бизнес? - Кому-то из нас, - она пожала плечами, сев на свой стул. - Но никто из нас с сестрой в нем не заинтересован, вот в чем дело.       Вечером парни приготовили вкусный ужин и даже нормально оделись. Как и девушки. Двойняшки надели похожие платья со свободными юбками. Только вот у Аники оно было синее, а у Джен красное. - Как у вас тут дела? - Виктор оглядел всех. Конечно, он знал все абсолютно. Кто что делал, с кем спят его сестры, кто и что говорит. - Раз девочки не жалуются, полагаю вы нашли общий язык. - Бин заставляет меня заниматься в зале, будто мне в школе не хватает тренировок, - нарочито слишком по-детски надула губы Аника. - А мне ставят ультиматумы и не дают пить больше одной чашки кофе в день, - подхватила её Джен. - Удивительно, что парни смогли на вас влиять, вы ведь их слушайтесь, - Виктор усмехнулся. - Ну два раза чай был на моей одежде, но в остальном… - протянул Сынмин, жуя мясо. - Нужна просто правильная мотивация, мистер Райдер, - подал голос Джисон, сидящий напротив него. - Ох, я не сомневаюсь, что вы находите верную, - спокойно сказал брюнет, - особенно ты и Чанбин, - эта фраза заставила парней слегка покраснеть, а вот сестры сидели, словно ничего не произошло. - Ничерта от тебя не скроешь, Вик, - Аника усмехнулась, прожевав еду. - И так что там у тебя за идея такая была? - Меня волнует вопрос моего бизнеса. Его у меня довольно много за все время вышло. Пора разгребать набитое и нажитое. И я тут кое-что прознал про вас, парни. И решил мотивировать вас. У меня есть три музыкальные студии, которые мне нужно передать в ближайшее время. Чан, Хан, Чанбин. Я понаблюдал за вами и вашим отношением к моим сестрам. Я знаю о вашем прошлом в музыке. Я хочу подарить вам эти студии по окончании вашего успешного контракта об охране моих девочек. Хенджин, тебя будет ждать художественная мастерская и личный выставочный зал. Минхо, тебя будет ждать своя танцевальная студия, три штуки в Лондоне. Феликс тебе я отдам свою небольшую сеть компьютерных клубов. Сынмин и Чонин, вы получите мои клубы пополам. Девочки, основной бизнес все же будет ваш. Как и второй теневой. Если вы бы ещё хотели… - Дорогой братец, а ты умеешь удивлять, я тебе скажу, - первой нарушила внезапную тишину Дженифер. - Подарки парням, это круто. И никто от них отказываться не станет, - она сказала это довольно твердо, как бы убеждая в данной фразе и остальных,- но лично меня твой основной бизнес, твои владения, не особо интересует. Как и теневой. Я отлично живу и без этого, родной. - Но у тебя есть полгода, чтобы подумать, принцесса, - Виктор говорил спокойно, без нажимов. Он знал позицию своих сестер относительно его дел. Но в душе все ещё теплилась надежда, что они передумают. То, что он когда-то получил от отца, было намного меньше того, что есть сейчас. И пускай всю чернь и криминал из своих дел он вывести не смог, как минимум потому что дела с ним ведут такие же люди, но этого оставалось мало. Кроме двойняшек у него никого не было. Он знал, что где-то растет его дочь. Алиса. Где-то далеко и понятия не имеет, кем была ее покойная родная мать и кто ее родной отец. В то время к детям он был не готов. А создавать семью сейчас… он просто так и не смог найти свою любовь. Этого мужчину хотели многие, он был на обложках журналов, на мероприятиях. Но все хотели лишь его деньги. Все, кроме его двух малышек. Самых близких и родных сердцу. Они не осуждали его никогда. Даже в то время, когда он сказал им, что хочет отключить отца от аппаратов жизнеобеспечение после нападения на него. Даже тогда, когда он рассказывал им истории с работы и говорил, что пришлось заказать чью-то смерть. Они были единственные, кому он мог рассказать все. И доверить что-либо. Включая свой бизнес. Но сегодня он был на ужине серьезнее и более формален. В доме все ещё чужие для него, но не для девочек, охранники. Он для них все еще начальник. Тот строгий, статный и властный, жесткий местами Виктор Райдер. А не теплый, улыбчивый Вик.       И двойняшки видели это. Джен внешне не показывала, что ей грустно от такого общения. Она соскучилась по настоящему Вику. Она хотела сесть с ним на диване, сгрузив на брата конечности, обсуждать всякую ерунду и смотреть тупую комедию. Но в том белье, что было сейчас на ней, она такое делать была не готова. - Я согласна с Джен, но мы обещаем подумать, - мягко сказала Аника, глядя на брата. Они обе любили его, знали, как ему тяжело одному во всем этом дерьме. И обе в глубине души хотели ему помочь.       Хан сидел в её спальне на краю ножного конца кровати и любовался видом перед собой. Капризная, властная и временами холодная Дженифер осталась за дверью этой комнаты. Теперь в приглушенном красном свете умной люстры она сидела подогнув под себя ноги на мягком ворсистом белом ковре прямо у его разведенных ног. На глазах плотная кожаная маска, не позволяющая видеть. На теле - красный атласный комплект из тонких ремешков, оплетающих шею, грудь, корпус и бедра. Тонкие ремешки на упругой груди третьего размера имитировали бюстгальтер, но иной ткани не было. Три линии собирались прямо у сосков широким кольцом, не позволяя закрывать горошины, что появились от легкой прохлады комнаты. Вместо привычных лямок ремешки от «чашек» уходили в нахлест к шее, образуя чокер. Затем от него же от кольца в виде сердечка шла золотистая цепочка, что вела прямо к правой руке Джисона, держащего «поводок». Бедра атсласные ремешки обтягивали сродни привычным портупеям на костюмах для взрослых. Руки заведены за спину и мягко фиксированы согнутыми в локтях с помощью красной плотной веревки. И вот она в полной покорности сидит перед ним, готовая исполнить любое желание. Готовая получить любое наказание за свои капризы и колкости. Джен хотелось увидеть его, узнать по его глазам о его желаниях. Но отсутствие способности видеть только усиливало любые ощущения. Но Хан молчал и только наслаждался видом. Когда он узнал о наличии у девушки разных наборов и приспособлений для подобного рода развлечений, он был удивлен. И она призналась, что чаще их использовала на других, чем это использовали на ней. Но она бы хотела побывать на месте этих других и ощутить на себе чужую власть и безысходность. Ощутить себя куклой в руках мастера. Они заранее обговорили «табу» для неё: никаких «шлюха», она это слово не терпела, как и «сука»; нельзя бить по лицу; боль может быть лишь умеренной; и никаких сильных укусов. И его это устраивало. - Ты бы себя видела, - протянул он низким голосом с хрипцой, - такая обманчиво покорная. Готова понести наказание за свое плохое поведение на этой неделе? - но в ответ она лишь тихо угукнула, желая ахнуть только от этого голоса. Шатенка совсем не ожидала, что он может говорить так, что все внизу живота станет моментально сводить, а душу вывернет в желании подчиняться. - Мне нужны слова, детка, - он наклонился и довольно грубо взял за подбородок, чуть подняв на себя ее лицо. - Да, господин, - вместо уверенности, вырвался какой-то жалкий скулеж. Джен и сама от себя такой реакции не ожидала. Неужели она может быть такой? Настолько слабой и ведомой? И не испытывать от этого дискомфорт. Возможно дело было в маске на глазах. Возможно дело было в единении. - Хорошо, ты с благодарностью примешь все, что я с тобой сделаю, - он удовлетворенно улыбнулся словно хищник, играющий с желанной добычей. Не отрывая рук от бархатной кожи, спустился ладонью к шее, сжав её не сильно. Но этого в купе с эффектом неожиданности хватило, чтобы она несколько открыла рот и шумно попыталась вдохнуть. В этот же момент Хан плюнул, попадая ей на язык, ослабляя хватку на горле, но руку не убирал: - Проглоти, - приказ жесткий и властный вновь вызвал очередной спазм внизу живота. Она повиновалась, а он ощутил, как под рукой перемещаются хрящи её горла. - Хорошая куколка. А теперь перейдем к части получше, - он потянул за поводок на себя, вновь садясь ровнее, - встань, - и тут Хан думал, придется немного страховать, чтобы не упала. Как бы все сексуально не было, отчитываться за её ссадины или синяки перед ночующим здесь через комнату Виктором он не хотел. Однако она медленно, но смогла встать без рук. Они договорились не жестить сильно. Это была легкая игра. Так что и он всего лишь баловался. Мужчина вновь потянул поводок на себя, заставляя девушку врезаться коленками в край кровати. Рука, что держала поводок, намотала его на собственное запястье. Обеими руками он сжал её аккуратную талию, возможно синяки все таки будут. Даже обладая властью над ней, этому телу хотелось поклоняться. Он уже был готов кинуть её на постель и выбить все, кроме своего имени. Член неприятно упирался в ширинку брюк, доставляя сильный дискомфорт, требуя внимания. Но было слишком рано. Одним рывком он дернул девушку на себя, усадив на бедра. Джен вскрикнула, рефлекторно согнув ноги в коленях, упираясь ими удобнее в мягкую постель и прижимаясь грудью к голой мужской груди. - А теперь, - низкий голос прямо в шею, руки огораживают бедра, - как ты назвала меня сегодня? Песик? Ходила в блядской юбке. Сколько ты вредничала на этой неделе? Ты сейчас сама мне ответишь, - он все же оставил на её шее мягкий ласковый поцелуй и тут же создал контраст бодрым шлепком по правой ягодице, - считай вслух. - Ох… Один, - это и правда выбивало из колеи, заставляло мозг становиться сладкой ватой. Она обожала такой контраст. Ещё один удар прошелся по второй ягодице и был немного сильнее первого, - Д-два, - не очень громко, но чтобы он слышал. За ним последовал и третий, четвертый, пятый, чередуя упругие половинки. Не жалея силы удара. На седьмом кожа тех раскраснелась, становясь ещё более чувствительной, а в уголках голубых глаз появились слезы, голос стал сдавленный, жалкий. Однако высокий болевой порог позволял все ещё получать удовольствие от этого наказания. - Цвет? - в голосе Джисона на секунду появилась забота, когда он оторвал себя от любования алых булочек, понимая, что увлекся, и услышал на своем прямом плече скулеж. - Зеленый, - судорожный выдох, затем сразу получила ещё один удар. Но уже не такой силы, немного слабее. - Восемь, - слова через очередное поскуливание. Тело слегка потряхивало, в противовес боли тело реагировало заинтересованностью: она была слишком близко к его брюкам, намочив собой ткань. И конечно, он это заметил: - Посмотри на себя, ты испортила мне хорошие брюки, - он фыркнул это, - придется отработать. Что ты сделаешь? - Все, я сделаю для вас все, господин… - Правильно, - он в последний раз огладил половинки, ощущая мелкую дрожь хрупкого тела в своих руках. Эта крошка так удобно умещалась на его коленях, что не хотелось менять такое. Но стоило продолжать эту игру, которая не вызывала уже ничего, кроме возбуждения и наслаждения для обоих. Его левая рука потянулась в сторону, где рядом лежал небольшой кейс с игрушками. - Ты подготовилась, как я тебе велел? - Да, - она коротко закивала. - Да? - правая рука быстро нашла чувствительный сосок и сжала, слегка прокручивая, вырывая вскрики - Да, Господин, простите, Господин, - залепетала она, часто дыша. - Посмотрим, - он достал из кейса флакончик смазки и небольшую анальную пробку. Тут же ощущая её ерзающие в предвкушении бедра. - Не ерзай, - прошипел он от трения на своем паху. Послышался щелчок открывшейся смазки. Он выдавил её на два своих пальца, грея в них, отводя в сторону одну из половинок. Прикосновение пальцев заставило колечко мышц инстинктивно сжаться от неожиданности. - Расслабься, детка, - Джисон стал ласково покрывать её шею и плечо поцелуями, медленно надавливая на преграду. - Впусти папочку, - и когда пальцы вошли в растянутый, но все ещё тугой вход, оглаживая внутри, тщательно распределяя смазку, он свободной рукой взял ее подбородок и затянул в глубокий поцелуй. - Умница, ты хорошо постаралась, - большим пальцем руки, что все ещё держала её за подбородок, Хан провел по пухлой нижней губе, затем протолкнул его глубже. Податливые губы тут же обхватили, покорно посасывая, пока в растянутой попке два его пальца слегка расходились на манер ножниц, лучше подготавливая к игрушке. - Вот так, детка. - смотреть на это казалось настоящей пыткой для него самого. Однако мужчина сам от себя не ожидал такой выдержки. Ему хотелось продолжать эти сладкие пытки. Все же ввела пальцы из манящих отверстий, он смазал игрушку и мучительно медленно вводил, видя как она утопает в тугих чувствительных стенках. Джен шумно выдохнула, когда игрушка была внутри полностью, оставляя за собой ощущение непривычной распираюшей заполненности. Выдох и стон последовал, стоило ему немного пошевелить ту. - Тебе нравиться, как я использовал твою сладкую попку? - Мгм, - она могла лишь нервно сглотнуть, находясь на пределах возбуждения. - Словами, - снова шлепок по все ещё красной коже ягодиц. - Д-да, Господин, с-спас-спасибо, Господин, - снова быстрый лепет. - Хорошая девочка, - без какого-либо предупреждения он поднимает ее под бедра и бросает на кровать на живот. Мужчина снимает такие мешающие и мокрые от её соков брюки. Он сам был без белья, не посчитав нужным его надеть к ней в эту спальню. Его взгляд падает на Джен на кровати. Она часто дышит, закусывает нижнюю губу. Только сейчас замечает, что руки хоть были завязаны слабо, но явно затекли. - Цвет? - Зеленый, - отвечает с задержкой, но не страшно. Он лишь кивает сам себе. Хотелось использовать ее ротик, но тогда он кончит слишком быстро. Так что он под удивленный вздох развязал руки, слегка проминая и, не дав осознать, перевернул её, словно безвольную куклу на спину, фиксируя веревку за запястья к спинке кровати. Он удобнее устроился меж ее ног, разводя. - Такая красивая девочка, - Джисон осмотрел ее с ног до головы и жадно облизнулся. Хотелось съесть её всю. Но все же он чуть отстранился, не позволяя чувствовать себя. Она шумно выдохнула, когда её живота коснулось горячее дыхание. Ласковые поцелуи от солнечного сплетения спускались вниз, а пальцы, захватившие в плен чувствительные соски и грудь, сжимающие, щипающие до легкой боли, создавали невероятный контраст. Вырывали из груди стоны. Унося за края осознания самой себя на грани своего возбуждения. - Такая чувствительная куколка, - Хан вдруг шлепнул по внутренним сторонам бедер, призывая развести ноги шире, - моя любимая послушная игрушка, - он засмотрелся с жадностью на блестящую от естественной смазки промежность. У самого уже разум был слишком затуманен, чтобы думать что говорить и что делать. Он просто поддался своему желанию, с силой хватая за нежные бедра, сжимая до белеющих синяков, и при этом довольно нежно всей длиной и шириной языка проходясь по влажным складкам. Сверху очередной стон и уже громче. - Вот так, малышка, не смей сдерживаться, - и вновь он сделал это, наслаждаясь её сладким вкусом, - я хочу, чтобы все слышали, - Джисон выдохнул это на уровне чувствительного клитора, чтобы затем втянуть его губами, чтобы языком раздвигать нежные сладки, пробираясь глубже, доставляя удовольствие до мушек перед глазами. Позже к языку добавились пальцы: сначала один, затем второй, нарочно медленно нажимая на нужные точки внутри. С пересохших сухих губ вперемешку со стонами срывались «да, господин, да, пожалуйста». Она хотела большего. Хотела его член в себе. Красивый, ровный, с крупной гладкой багровой головкой, истекающей смазкой, увитый узором проступающих вен. В уголках глаз были слезы желания и подчинения. Макияж явно смазался. Волосы липли ко лбу от метаний по постели. Пальцы ускорялись и безжалостно растягивали узкие бархатные стенки. Губы терзали чувствительные сладки и бугорок, пару раз чуть прикусив. Все прекратилось так же внезапно, как началось. Она разочарованно выдохнула. Но тут же с ее глаз была снята маска. И она увидела его в приглушенном красном свете комнаты. Его взгляд совершенно темный от возбуждения. Его влажные губы и подбородок от её соков. То как он возвышался над ней. Это вызвало внутри очередную волну желания подчиняться. Словно он был древним могущественным богом, сошедшим с небес. Ей хотелось принадлежать ему. Чтобы он навсегда сделал своей. Ни под кем ей до этого не хотелось быть так сильно, как сейчас под ним. И Хан видел, как восхищение и благоговение застыло на её лице, как манящий рот приоткрылся, не в силах ничего сказать, а по щекам стекали дорожки слез. Это было чем-то новым для него. Никто ещё так не смотрел на Джисона. - Моя игрушка будет хорошей и примет меня? - а в ответ лишь короткие кивки и учащенное дыхание. - Слова, Дженифер, - и вновь этот приказной низкий невероятный тон. Теперь, когда она его видела, это распаляло ещё сильнее. И вело хлеще любого наркотика. - Да, Господин, пожалуйста, - она смотрела ему прямо в глаза, - я очень хочу вас внутри, пожалуйста, Господин. - Умница, - и вновь хищный оскал. Хан рывком перевернул её, заставляя встать на колени, а голову прижать к подушкам. Одну он кинул ей, прекрасно понимая, что произойдет, - закуси, детка, - а после огладил все еще саднящие от сильных шлепков половинки, слегка надавил на пробку, затем медленно её вынул, отбрасывая, - Это нам больше не нужно, ты должна ощущать только меня, - и Джисон провел рукой по ноющему без внимания стволу, распределяя свою смазку, издав низкий стон. Затем провел головкой вверх вниз вдоль влажных складок и медленно погрузился на всю длину узкого и горячего, влажного лона, издав животный рык. Снизу послышался протяжный стон. Сначала он вышел до конца, вновь погружаясь полностью. Зрелище было шикарным. Не он был на грани, так что после толчки стали намного жестче, резче, быстрее и грубее. Стоны Джен смешивались с её скулежом и сбивчивыми «да, да, да, не останавливайся, пожалуйста, да, ты такой большой, так хорошо». Они становились все громче и заглушались подушкой в зубах. Слезы сами шли из глаз от сильной стимуляции. Джисон лишь шептал низко и хрипло между собственными стонами, продолжая неумолимо двигаться внутри: «Так хорошо принимаешь меня, моя умница, моя девочка, моя послушная принцесса». Он ощущал как ее мышцы вокруг члена сжимались неконтролируемо сжимались минимум дважды, а аппетитные бедра дрожали, не в силах удерживать позу. Уже близко к концу он резко вышел из неё и перевернул на живот, выходя и изливаясь несколькими струями, попадая на упругую грудь, живот и даже немного на губы шатенки. Та тяжело дышала, прикрыв глаза, и облизнулась, ощущая вкус его спермы, проглатывая. Разум был не с ней, где-то в космосе. Так казалось. Хан лег рядом, восстанавливая дыхание. Затем нежно и с заботой развязывая запястья, собираясь вытереть салфетками свои следы на её груди и животе. Но она остановила его за руку, молча взяла в свою, провела по следам его рукой, собирая все, затем поднесла к лицу и слизала все, до последнего. Словно демон искуситель, глядя ему прямо в глаза. Он лишь шумно выдохнул, приоткрыв пухлые губы. И сам затянул девушку в поцелуй. Ленивый, нежный, прижимая за талию к себе. - Я готова подчиняться тебе вечно, Хан Джисон, хочу быть твоей, - сказала она, все ещё не совсем пройдя в себя, засыпая в его объятиях.