Фатальные неприятности

      Телефон громко и мерзко жужжал. Делал он это уже в четвёртый раз за утро. Из-под одеяла высунулась рука, привычным движением нашарив раздражающий объект, попыталась также на ощупь его отключить. Вредный телефон ловко вывернулся из пальцев сонного владельца и сполз с заботливо подложенного под него учебника на стол, от чего гул стал ещё громче и отвратительнее. Дотянуться до него с кровати больше не получалось. Рука, слепо пошарив ещё несколько секунд, вернулась ни с чем и накрыла голову хозяина подушкой. Жуткое жужжание слышалось прекрасно, несмотря на подобные преграды. Оно доходило даже до соседней комнаты, поскольку оттуда вскоре донеслись звуки какой-то возни и крик: — Юра, как хорошо, что у тебя такой громкий будильник! А то я сама чуть не проспала! Вставай, соня! — Мама, уже бодрая и весёлая, постучала в дверь его комнаты.       Обладатель телефона, наконец, выбрался из плена одеяла и нехотя поплёлся к столу, чтобы прекратить ненавистный звук.       Лениво и медленно умывшись, Юра отправился на кухню. Мать суетилась: одевалась, строчила кому-то сообщения, делала себе бутерброды, на ходу допивая чай. — Не мельтеши так, ещё подавишься! — недовольно пробурчал он, плюхнувшись за стол. — Сам позавтракай нормально. Питаешься вечно не пойми как! У тебя ещё полно времени, сделай себе кашу или ещё что. — Вот ещё! — отмахнулся Юра и похитил у неё один бутерброд. Мама лишь весело рассмеялась, шутливо хлопнув его по руке. — И как ты вечно умудряешься опаздывать?! У тебя же ещё куча времени? Неужели так сложно выйти вовремя? — поинтересовалась она, натягивая сапоги. — Весь в тебя! — парировал он, глянув на часы, — ты уже через пятнадцать минут должна быть на работе, а тебе ехать полчаса. — Как пятнадцать минут?! — Она снова заскочила на кухню, чтобы посмотреть на часы. — А какое сегодня число? — Оторвала листок от маленького настенного календаря. — Тридцать первое. Суббота. Тьфу! Чего ты меня путаешь? Я же даже не на работу еду. — А я и удивился, куда это ты в субботу подскочила? — Ты меня вообще слушаешь? Или у тебя всё в одно ухо влетает, а из другого вылетает? Мне надо забрать заказ из магазина, подарок Ане. Потом у меня запись в парикмахерскую. Ещё нужно что-то купить — не с пустыми же руками в гости идти. — А, то-о-очно! Это же сегодня! Я совсем забыл, извини. Хорошо вам оторваться! — Спасибо, тебе тоже. Надеюсь, хоть про свою вечеринку ты не забыл? Вы, кажется, в клуб собирались, — она весело ему подмигнула. — Так всё! Я побежала, а то ничего не успею. Поешь и не опаздывай! Буду поздно. Смотря, как пойдёт. Может, такси возьму и вечером приеду, а, может быть, и до утра у Ани останусь, — она чмокнула его в щёку и закрыла дверь.       Дожёвывая украденный бутерброд, Юра сразу отправился в комнату. До выхода из дома у него оставалось полтора часа. Времени, как говорится, вагон и маленькая тележка. Можно несколько серий чего-нибудь интересного посмотреть или поиграть во что-нибудь, в крайнем случае — даже почитать. Выбор пал на сериал о пришельцах. Сюжет был захватывающим и затягивающим, хотелось узнать, что же будет дальше, с какими новыми трудностями столкнутся герои. Два эпизода пролетели быстро и незаметно. Часы мягко намекали, что начинать третий уже не стоит. Да чего там собираться? Покидал всё в рюкзак, джинсы натянул — и порядок! Соблазн был слишком велик, а колонизаторы из далёкого космоса — слишком загадочны и красивы.       Выскакивал из дома Юра, уже точно зная, что минут на пять-семь придёт позже положенного. Хвала всем богам, препод — мужик строгий, но с юмором, обычно ограничивающийся лёгким подтруниванием. Поворачивая за угол, на всякий случай похлопал напоследок карманы, проверяя, не забыл ли что-нибудь важное. Как оказалось, не зря! Мысленно обругал маму, накануне вечером посчитавшую его куртку недостаточно чистой и зашвырнувшую её в стирку. В карманах новой куртки, разумеется, не обнаружилось ни ключей, ни студенческого с электронным пропуском. Пришлось вернуться. Юра сгрёб все нужные вещи с тумбочки в прихожей и вновь ринулся к метро, развив такую скорость, о которой Усейн Болт мог только мечтать.       Остановился на светофоре, умоляя все высшие силы, чтобы сигнал переключился скорее. Мимо пронеслась машина, жаждущая совершенно обратного и надеющаяся проскочить в последнюю секунду. Лужа, из которой она радостно окатила его штаны была огромной, даже куртке немного досталось. Посылая на голову уже умчавшегося водителя всевозможные кары и кроя его трехэтажным матом, Юра, не переставая отряхиваться, продолжил свой путь. Ерунда — в метро успеет высохнуть.       Поезд как раз подъезжал к платформе, когда Юра выбежал на станцию. Стоило парню подумать, как ему повезло, как голос в громкоговорителе объявил: «Посадки нет, поезд проследует в депо. Просьба выйти из вагона». В ожидании следующего Юра вдруг вспомнил, что не посмотрел в зеркало, когда возвращался в квартиру. Чушь, конечно. Но его умная, и, в общем-то, не мнительная мама обязательно сказала бы, что это дурная примета. Как ни странно ей, рациональной женщине двадцать первого века, были свойственны некоторые замашки, встречающиеся в основном у старушек. К ним относились и допотопные отрывные календари, и советы посидеть на дорожку, и глупые присказки, и некоторые безобидные суеверия.       Всю дорогу Юра нервно поглядывал на часы. Ничего, если подняться по эскалатору бегом, можно выиграть пару минут. Из двух заветных движущихся лестниц, как назло, работала только одна, и перед ней собралась приличная очередь. Уже на ступеньках Юра обнаружил, что на правом кроссовке развязался шнурок. Кто их вообще придумал?! И что этим шнуркам надо? То ходишь месяцами, не развязывая и не завязывая, то в день приходится проделывать это по несколько раз. Однако, что ни случается — всё к лучшему! А то бежал бы и споткнулся об эту дурацкую штуку. Загреметь на эскалаторе — то ещё удовольствие.       В аудиторию Юра ввалился взмыленный, в ещё сыроватых штанах с грязными разводами и кроссовках, с опять развязанными шнурками (в этот раз уже на обоих). — Молодой человек, это уже слишком! Вы хоть представляете, на кого похожи? Пятнадцать минут от пары! Почему ваши будущие коллеги умудряются приходить вовремя или не приходить вовсе, и только вы позволяете себе подобные королевские опоздания. Мы, разумеется рады, что вы удостоили нас своим присутствием. Займите своё место. И, если впредь вы придёте позже хоть на привычные для вас пять минут, я не пущу вас на занятие. — Юра смог лишь потрясённо кивнуть и уселся рядом с посмеивающимся над ним Дэном. — Что это с ним сегодня? — выждав несколько минут, шёпотом спросил он у веселящегося приятеля. — Ему же всегда плевать было на опоздания и прогулы. Чего он сейчас такой злой? — А у них как всегда какие-то неведомые проверки проходят. Их задёргали с отчётами. Пока тебя не было из деканата приходили и возмущались, что нас так мало на паре. Главное, все изнервничаются, замучают преподов, те, в свою очередь, — нас. А толку? Никаких проверяющих, как всегда, не будет, Дэн закатил глаза, всем своим видом демонстрируя своё отношения к институтским порядкам. Юра вздохнул, незаметно под партой завязал проклятые шнурки и, следуя примеру окружающих, уткнулся в экран телефона.       В перерыве ему предстояло отдать реферат по другому предмету. Пожилая преподша, божий одуванчик, никому не напоминала о том, что сдать эти самые работы нужно было ещё неделю назад, о каких-либо взысканиях и говорить не приходилось. К величайшему изумлению Юры, она не только стала сразу читать принесённый материал, но ещё и придралась к какой-то формулировке. И всё это вместо того, чтобы просто отметить в списке, что у него нет никаких долгов. — Юноша, это совсем неприлично! Мало того что вы, как и половина вашей группы сдаётесь спустя несколько дней, так вы ещё и не потрудились вычитать ваш реферат! А вот здесь ещё и опечатка… Так, перепроверьте всё и исправьте недочёты, только тогда я приму у вас работу.       После пар Юра потрясённо пересказал её слова Дэну и подошедшей Насте, завязывая уже задолбавший его шнурок. — Что за день сегодня такой?! Всё идёт через задницу. — Почему-то снова вспомнилось большое зеркало, висящее в прихожей. Может стоило заглянуть в него? — Может мать права с этими своими приметами? Вот я в зеркало не посмотрел, когда возвращался, и всё из-за этого и случается. — Конечно, права! Ты что не знаешь, если в зеркало не посмотреть, дьявол будет преследовать тебя до конца дня. Особенно, если за тобой значатся какие-нибудь грехи, — зловеще подтвердил Дэн и, не выдержав, расхохотался. — Да, не слушай ты его! — Увидев мрачную физиономию Юры, Настя кинулась его утешать. — Просто будут мелкие неприятности, если верить в эту ерунду. — Может, и ерунду, но сегодня Хэллоуин. А в Хэллоуин, как известно, все проклятия имеют небывалую силу, — тем же зловещим и заунывным тоном протянул Дэн ему на ухо. — Ладно, не кисни. Сейчас пойдём потусим — развеешься!       В клубе, несмотря на разодетых в костюмы людей и развешенные к празднику украшения, которые ему всегда нравились, настроение у Юры оставалось паршивым. Компания вышла совсем не запланированной. Кроме Дэна, Насти и пары одногруппников с ними увязались какие-то почти незнакомые люди, ребята с потока, друзья друзей и знакомые знакомых. К тому же алкоголь, к которому он обычно был не очень-то восприимчив, в этот раз подействовал довольно быстро. От долбящей по мозгам музыки разболелась голова. — О, у тебя пуговица оторвалась! — Какой-то уже изрядно набравшийся парень, кажется, чей-то приятель, указывал пальцем ему на живот.       Это известие стало последней каплей. Юра отыскал в толпе Дэна и Настю и, стараясь перекрыть окружающий их гвалт, проорал им, что уходит. Кое-как отбрехавшись от уговоров друзей задержать ещё хоть чуть-чуть, он с облегчением вышел на улицу.       До этого ему казалось, что он провел в клубе несколько часов и что скоро уже начнёт светать. На улице же выяснилось, что время ещё, можно сказать, детское и даже метро по-прежнему работает. До него было рукой подать и Юра решил прогуляться, надеясь проветрить голову и хоть немного облегчить своё состояние.       Чёртов шнурок развязался, наверное, в двадцатый раз за день. Не слишком трезвый мозг решил устранить эту неприятную помеху немедленно. На пустынной улице показалась машина. Водитель заметил парня, застывшего на карачках посреди проезжей части, только в последний момент. — Чёртовы наркоманы! Чтоб вас всех! Я ведь мог тебя задавить! — испуганно рявкнул он на не менее перепуганного парня, и, приправив своё возмущение парой крепких словечек, он объехал представителя «тупой молодёжи» по широкой дуге и скрылся из виду.       Соседнее здание с его собственным домом было огорожено. Строительные бело-красные ленточки тянулись на расстоянии метра от стены. На крыше велись работы по реконструкции. Кусок кладки, размером с некрупную кошку, пролетел в нескольких сантиметрах от его головы и шлёпнулся перед мысками кроссовок. Ещё мгновение и Юра смог бы продолжить путь только на тот свет. С каждым разом сегодняшние неприятности становились всё хуже и опаснее. Уже второй раз за час вселенная пыталась его прикончить. Говорят, Бог любит троицу. Выяснять, какое число нравится Дьяволу, не было не малейшего желания. Юра поспешил домой, в безопасность своей квартиры. Чем быстрее закончится этот поганый день, тем лучше.       Голова раскалывалась, невыносимо хотелось спать. А ещё кофе. Да, определённо, кофе мог бы помочь. Юра включил плиту и поставил на неё турку. Дома было душно и жарко. Он открыл форточку и сел ждать, пока кофе сварится. Где-то в комнате зазвонил телефон. Юра отправился на его поиски. Мобильник нашёлся в заброшенном в угол рюкзаке. — Алло, Юра. Это мама. Я сегодня всё-таки останусь у тёти Ани. У тебя всё нормально? Уже дома? Ну, и хорошо. — Да, мам. Всё в порядке. Отдыхай, веселись. Я сегодня что-то устал. Сейчас пойду спать. Пока. Ага, я тебя тоже. Да, пока-а. — Он остановился напротив злополучного зеркала в коридоре и показал ему язык. Отражение, как и следовало, сделало то же самое. А потом (или Юре только показалось) насмешливо ему подмигнуло.       Юра повесил трубку, недоумённо глянул в зеркало ещё раз. Отражение выглядело абсолютно обычно. Вот, накрутил себя, теперь мерещится всякое. Юра покачал головой и зевнул, спать хотелось просто невыносимо. Еле переставляя ноги, он пошёл в комнату и лёг на диван. Про кофе Юра, естественно, благополучно забыл.       Задувший в открытую форточку лёгкий ветерок погасил огонь в конфорке. Кофе недоварился. Единственный житель квартиры мирно спал и ни о чём не догадывался.