Зайчик в огороде саду 3.0

Утро после кошмара было тихим, но напряжённым. Антон так и не сказал Оле, что Сова ему снилась, а отец, Борис, упорно делал вид, что ночной разговор был просто детской блажью. Антон сидел на диване, вертя в руках пульт, когда в дверь позвонили. Звонок был резким, требовательным. Сердце Антона ёкнуло. Первая мысль ударила током: *«Киллер. Тень из сна»*. Он замер, прижав уши к голове. — Антон, открой! У меня руки в муке! — крикнула с кухни мама. Сглотнув вязкий ком в горле, Антон на ватных ногах подошёл к двери. Посмотрел в глазок. Выдохнул. На пороге стояли двое в форме. Милиция. Он щёлкнул новым замком. В прихожую, принеся с собой запах холодного табака и улицы, вошли два коренастых барсука. Один был совсем молодым, а второй — постарше, с погонами лейтенанта и умными, цепкими глазами. — Лейтенант Тихонов, — представился старший, показывая удостоверение. — Разрешите войти? На шум вышла мама, вытирая руки о полотенце. Её волчий взгляд сразу стал настороженным. — Что случилось? Тихонов достал из папки чёрно-белую фотографию. На ней улыбался маленький волчонок лет десяти, с задорно торчащими ушами. — Волчонок Вова. Потерялся три дня назад. Не видели? Мама взяла фото, внимательно вгляделась и покачала головой: — Нет. Мы только переехали. — А ты, парень? — Тихонов перевёл взгляд на Антона. — Посмотри внимательнее. Может, в окно видел? Или на улице? Антон вспомнил ночной танец теней за окном. Вспомнил страх. Но Вову он не видел. — Нет, — честно ответил он. — Я видел только... — он запнулся, — только снег. Тихонов вздохнул, убирая фото. Было видно, что этот барсук — не из тех, кто просто отбывает номер. В его движениях чувствовалась усталость честного мента, который действительно хочет найти ребёнка, а не просто закрыть «висяк». — Ясно. Как обживаетесь? — неожиданно сменил он тон, оглядывая коридор. — Не беспокоят местные? — Да понемногу, — ответила мама, расслабляясь. — Только вот Оленька по Новокузнецку скучает. — Скучает, понимаю, — кивнул Тихонов. — Город есть город. Вдруг его взгляд снова остановился на Антоне. Он смотрел долго, словно оценивая. — Могу я чем-то помочь? — не выдержал Антон. Тихонов усмехнулся в усы. — Помочь? Ну, я даже не знаю. Ты же вроде всё ещё юноша, а не молодой мент. Хотя... — он прищурился. — Племянник у меня есть, Ваня. Тоже такой же, в очках. В институт Федеральной службы исполнения наказаний хочет поступать, как я. Он помолчал и добавил уже серьёзно: — Логично было бы тебе, парень, посидеть дома. Никто не знает, что будет дальше на улице. Жизнь после распада СССР пошла... совсем по-другому. — Мне лучше этого не знать, — резко перебила мама. — Меньше знаешь — крепче спишь. Тихонов кивнул, достал из кармана клочок бумаги и быстро накарябал номер телефона. — Вот. Это мой рабочий. На тот случай, если что-то пойдёт не так. Или начнётся что-то... страшное. Барсуки ушли. Антон смотрел в окно, как они садятся в старенький желто-синий «УАЗик» и уезжают в метель. — Мам, а он правда потерялся? — спросил Антон. — Может, просто в лесу заблудился? — Видимо, да, — вздохнула мама. — Бедный ребёнок. В голове Антона щёлкнуло. Если он поможет следствию... Если найдёт хоть что-то... Это ускорит дело. Может быть, за это даже дадут награду? Деньги сейчас были бы очень кстати, чтобы отец перестал так нервничать. Он решительно направился к вешалке. — Я погуляю. — Лучше не надо, милый, — тут же напряглась мама. — Или хочешь, чтобы тебя так же искали по фотографии? А вдруг Вову в лес утащили? Или убили? — Я рядом с домом, мам. Не бойся. — Всё равно. Лучше портфель собери или с Олей поиграй. Мама ушла на кухню. Антон остался в коридоре. Он понимал, что нельзя терять время. Он подошёл к радиоприёмнику на тумбочке и покрутил ручку. *«...Внимание! МЧС России объявляет экстренное предупреждение. На территории Кемеровской области ожидается сильная метель, усиление ветра...»* Антон крутанул дальше. *«...Агломерационной фабрике в Мундыбаше требуются агломератчики. Высокая зарплата, соцпакет...»* Ещё поворот. Из динамика полилась мистическая, тягучая мелодия *Enigma — «Knocking On Forbidden Doors»*. Та самая музыка, под которую танцевали тени. — Мам! — крикнул Антон. — Тут телик сломался, помехи одни! — Ну что я говорила! — донёсся голос мамы. — Вы же своими приставками кинескоп посадите! Ох, горе... — Не бойся, починим! — соврал Антон. Пока мама была занята мыслями о «сломанном» телевизоре, Антон сунул бумажку с номером Тихонова в карман, натянул куртку и выскользнул за дверь. Улица встретила его морозным воздухом. Тайга вокруг посёлка была величественной и пугающей. Антон вдохнул полной грудью, вспоминая Новокузнецк. Девятиэтажку, родной двор, запах гари... и тот день, когда их квартиру кто-то поджёг. Бегство на вокзал, страх, трясущиеся руки отца. Он шёл, глядя под ноги. Вдруг в сугробе что-то мелькнуло. Варежка. Маленькая, детская, с узором. Точно такая, какая могла быть у потерявшегося Вовы. Антон замер. Брать? Это улика. Он огляделся и, быстро схватив варежку, сунул её в карман. — У-у-у... Тихий скулёж заставил его вздрогнуть. У старого забора сидел Щенок. Облезлый, дрожащий, явно бездомный отшельник. — Есть... есть хочу... — прохрипел он. У Антона в кармане был бутерброд с колбасой, припасённый «на всякий случай». Он, не раздумывая, протянул его Щенку. Тот жадно проглотил еду, почти не жуя. — Спасибо... — Щенок поднял на него мутные глаза. — Ты помог мне... насытиться. Слово «насытиться» прозвучало странно, слишком... высокопарно для бродяги. Но Антон не придал этому значения. Вернувшись домой, он постарался закрыть дверь бесшумно, но мама, как радар, была тут как тут. — Я же сказала — дома сиди! Я для тебя пустое место? — Нет, мам. Я же не в лес уходил. Просто воздухом подышал. Мама подошла ближе и принюхалась. — У отца сигареты пропали. Ты курил? — Нет! Она уткнулась носом в его куртку. — Пахнет табаком. Дешёвым. Не отцовским. Где ты был? — Это... сосед курил в подъезде, — быстро нашёлся Антон. Видимо, тот Щенок был заядлым курильщиком, и запах въелся в одежду, пока Антон его кормил. — Быстро всё в стирку и марш мыться! — скомандовала мама. Залезая в ванну, Антон думал о Щенке. «Насытиться»... Может, он обманщик? Может, он знает больше, чем говорит? После душа он прокрался в свою комнату и спрятал улики — варежку и номер Тихонова — в ящик стола. Почувствовав взгляд, он обернулся к окну. За шторой виднелись маленькие заячьи лапки. — Выходи, Оль. Я знаю, что это ты. Штора распахнулась. Оленька стояла, хитро улыбаясь. — А я всё видела! Антон подошёл и ласково почесал её за ушком, разглаживая мягкую шёрстку. — Ну и что ты видела? — Ты что-то украл? Прятал в столе! — Не украл, а спрятал. Для милиции. Там мальчик потерялся, Вова. Глаза Оли округлились. — В лесу? Ой, мамочки... Сейчас же опасно! Вдруг её светлые волосы словно на секунду засветились, создавая ореол. — Я видела, как ты с собакой гулял. Не страшно было? — Нет. Он просто голодный был. — Везёт тебе... — вздохнула Оля. — А меня мама не выпускает. Я умру от скуки! — От скуки ещё никто не умирал, — улыбнулся Антон. — Родители помирятся, и всё наладится. Вернёмся в Новокузнецк, вот увидишь. — Может, мультики посмотрим? — с надеждой спросила Оля. — Давай. Иди попроси у мамы сгущёнку с хлебом, а я включу. Пока Оля бегала на кухню, Антон включил телевизор в её комнате. Экран рябил. Антон покрутил антенну. Сквозь «снег» пробилась картинка. Это были не мультики. Криминальная хроника. *«...В связи с тем, что банда Спесивцева держит в страхе весь Новокузнецк, жители массово покидают город...»* Антон замер. *«...У Спесивцева есть сеть сторонников. Один из них был найден убитым в лесу. По предварительным данным, это дело рук так называемого Хозяина Леса...»* На экране мелькнул кадр: старый Козёл в монашеской рясе, с крестом на шее. Лицо доброе, но глаза... глаза были страшными. *«...Корреспондент: Стоит ли бояться Хозяина Леса? Местная жительница: Нет, милок. Если ты хороший — он не тронет. Он только бандитскую кровь пьёт. Его звери защищают нас...»* Ведущий в студии продолжил: *«Хозяин Леса — так его зовут. Он контролирует территории. Если вы плохой человек — он придёт за вами. А если хороший...»* Внезапно эфир прервался. На чёрном экране загорелась белая надпись: **«ТЕБЯ НАЙДУТ»**. Антон судорожно выдернул чистую кассету из стопки и, дрожащими руками, вставил в видеомагнитофон. Нажал «REC». Он успел записать только конец репортажа. Это нужно показать Тихонову! В комнату вошла Оля с подносом. — Тоша, ты чего такой бледный? Включай мультики! Весь вечер они смотрели телевизор. Когда стемнело, Оля занервничала. — Закрой шторы, Тоша. Сова прилетит. Антон плотно задёрнул шторы. Он сел рядом с сестрой и начал чистить свои длинные уши ватными палочками — успокаивающий ритуал. — Тоша, ты веришь, что она прилетит? — тихо спросила Оля. — Верю, зайка моя. Верю, — честно ответил он. Оля засопела, засыпая. Антон аккуратно перенёс её в кровать, укрыл одеялом. Выключил телевизор, взял кассету с записью репортажа и спрятал на самую высокую полку. — Довольно смотреть, — заглянула мама. — Завтра в школу. Выспись, Соня. Антон лёг в свою постель. Темнота комнаты давила. Он думал о варежке, о странном Щенке, о маньяке Спесивцеве и о Хозяине Леса, который убивает бандитов. *«Может, в школе у меня появится шанс найти друзей?»* — подумал он, проваливаясь в тревожный сон.