История, которую я написала

      Вернувшись в мой дом, мы с Эвелин принимаемся за просмотр книг из моей личной библиотеки в попытках найти решение проблемы с тёмным лордом или хотя бы подсказку к ней. Бросая на неё быстрый взгляд и замечая, что она тоже поглядывает на меня периодически украдкой, я всё же задаю следующий вопрос просто чтобы убедиться, хоть и прекрасно знаю ответ на него сама:       — Мы ведь вместе живём здесь, да? Тебе не тесно со мной в одной кровати.       — Да, мы живём вместе, и нет, мне всё нравится, — отвечает она с тихим смешком, так похожим на перезвон колокольчиков. — Иногда ты задаёшь такие странные вопросы. Неужели моё соседство теперь тебя расстраивает, и ты хочешь, чтобы мы разошлись?       Её вопрос задан, очевидно, просто чтобы подразнить меня, однако мозг не успевает сообразить раньше, чем я выдыхаю торопливо, хватая её за руку обеими своими:       — Нет! Конечно, нет, ты же знаешь, как для меня важна, как мне хорошо с тобой, и я бы хотела...       Она смотрит на меня в ожидании, а я прикусываю губу от досады, понимая, что собиралась сказать нечто, относящееся к Эвелине из моего мира, но не к книжной. Молодец, Амелия, ты едва не совершила самую большую глупость в жизни! Вот кто знает, как эта девушка отреагировала бы, если бы узнала, что я не так Амелия, которую она полюбила. Да, по сути, мы один человек, у нас одна манера поведения, одни привычки, одна внешность и одни мысли, одна любовь к ней. Но ведь есть какая-то разница, и чем раньше я пойму, в чём она заключается, тем быстрее уменьшу шанс быть пойманной ей. В конце концов, выбраться из этого мира я уже не сумею, поэтому придётся забыть о нём и жить дальше.       Честно говоря, у меня практически не было причин стремиться вернуться: с одноклассниками мы не особо ладили, из друзей у меня была только Лилит, порой ведущая себя так, что я задумывалась, стоит ли вообще с ней дружить, и продолжала просто чтобы не оставаться совсем одной. Эвелин... Эвелин есть и в этом мире, но здесь, по крайней мере, мои ожидания точно не будут обмануты: ведь это я её написала, эту её версию я хорошо знаю, в отличие от оригинала. И с ней у меня хотя бы есть какие-то шансы.       Единственная причина, по которой мне хотелось бы вернуться — это родители. Боюсь представить, что с ними случилось, когда пришлось узнать, что их единственная горячо любимая дочь умерла. А назвать себя любимой дочерью я могу без сомнений: несмотря на большое количество работы, они всегда находили время поговорить со мной, помочь с проблемами, старались поддерживать во всех идеях и начинаниях, понимать любые мои поступки, даже если сами они никогда бы так не сделали. Они старались подарить мне всё, что я хотела, мы часто шутили с папой вместе, когда занимались домашними делами, секретничали с мамой обо всём на свете... Почти обо всём. И хотя я знаю, что они бы не приняли никогда мою тягу к девушкам, ибо для них это отчего-то кажется неправильным, мне безумно будет их не хватать, ведь я действительно люблю своих родителей.       На глазах наворачиваются слёзы, и я поспешно их смаргиваю, выныривая из омута мыслей и возвращаясь к чтению книги, спустя всего мгновение слыша обеспокоенное:       — Эй, что случилось? Ты выглядишь слишком грустной сегодня. Сомневаешься в том, что сможешь разобраться с Тёмным лордом, потому что в этот раз не можешь сразу сказать, что с ним делать? Всё хорошо, слышишь? Вместе мы найдём решение, всё будет в порядке.       Пальцы Эвелин приподнимают мой подбородок, пока второй рукой она осторожно вытирает мои слёзы, мягко и нежно улыбаясь. Этого не было в моём романе. Интересно, это сильно повлияет на сюжет? Наверное, мне нужно его придерживаться, если не хочу, чтобы что-то пошло не так.       — Ты права. Всё хорошо, — я улыбаюсь тепло, стараясь не выдать внутренние горести, однако Эвелин заметно хмурится и качает головой, недовольно замечая:       — Ты ведь мне сейчас врёшь. Ами, что случилось? Что тебя на самом деле беспокоит?       По спине бегут мурашки, но не потому что ме страшно или я волнуюсь, хотя и это в какой-то совсем малой степени тоже. Просто странно видеть, что она поймала меня на лжи. Я ведь прописывала Эвелин как немного недогадливого персонажа, недостаточно проницательного, чтобы знать, когда Амелии из этого мира трудно, когда она не справляется, пусть и поддерживающей. Так почему она подловила меня на лжи так быстро, если прописано было по-другому? Должно быть, я что-то упускаю. Нужно быть осторожнее при ведении сюжета, надеюсь, такая мелочь на него не повлияет.       — Вспомнила о родителях, — всё же признаюсь я честно, тихо вздыхая. — Я скучаю по ним. Хотелось бы увидеть их, провести ещё хоть немного времени вместе...       — Могу понять, — Эвелин кивает, грустно улыбаясь и обнимая меня за плечи, кладя голову на плечо и чуть потираясь об него плечом, словно котёнок. — Мне бы тоже хотелось своих увидеть снова. Скучаю по ним безумно.       Девушка замолкает резко, словно радио, неожиданно выдернутое из розетки, а я и не спешу спросить, что не так: какое-то внутреннее чувство подсказывает, что сейчас не стоит, я с этим знанием не справлюсь. Да не дают отчего-то покоя её слова, как и реакция на мои, хоть я и знаю, что всё правильно, именно так мы и должны реагировать, как все нормальные люди: с горечью переживать утрату дорогих для нас людей. Даже если в моём случае это, скорее, не моя потеря, а их.       Минута нежности проходит — и вот мы снова корпим над текстами моих многочисленных книг, пытаясь найти решение, однако я и сама понимаю, снова и снова продолжая поиски: здесь решения проблемы нет и никогда не было. В конце концов, я написала этот сюжет так, чтобы в доме Амелии из этого мира не нашлось способа избавиться от Тёмного лорда. Что очень кстати, если смотреть на то, что так сюжет книги интереснее, и вообще некстати, если учитывать, что я проживаю этот сюжет на самом деле.       — Может, у дриад есть какие-то знания или источники, что могли бы помочь нам найти нужное зелье или заклинание? — я смотрю на Эвелин с мольбой, прекрасно зная, что и у них ответ мы не найдём, и моя девушка, как должно по сюжету, отвечает с коротким кивком:       — Можно попробовать узнать, я обязательно расспрошу остальных своих сестёр. А пока давай отдохнём немного: голова уже кругом ото всех этих книг.       Я соглашаюсь моментально: и сама устала просматривать без конца фолианты, которые ничем нам не помогли. В то же время пытаюсь вспомнить, что же я писала про дриад из этого мира. Все дриады — обитательницы Изумрудного леса, крайне редко покидающие его территорию и предпочитающие держаться подальше от людей, охраняя природу от нарушителей и защищая Сердце леса, благодаря которому Изумрудный лес до сих пор жив и полон магии, наполняет ей всякое растение и живое существо, делая их способными стать компонентами зелий или заклинаний. То, что Эвелин из этого мира ушла от своих сестёр и стала жить среди людей, лишь изредка навещая родных — это действительно смелый поступок, проявление истинной любви, учитывая, что ближе сестёр у дриад никого нет и, как правило, быть не может, и редкая дриада выберет отношения с кем-то, а не семейные узы. Даже неловко, что я прописала её такой. Ведь сейчас из-за меня она нечасто контактирует с семьёй и уже меньше времени посвящает родному лесу, хотя он буквально наполняет её жизнью, является её предназначением, тем, что даёт ей силы и могло бы помочь куда более долгую и наполненную силой жизнь, нежели у меня. Своими словами на бумаге я заставила её сразу полюбить меня, не дав права выбора, лишив возможности решить, хочет ли она вообще отношения со мной или тоже выберет семью. Я могла бы прописать отношения Амелии и Эвелин из этого мира ближе к концу романа, могла хотя бы перенести в середину, могла выбрать для героинь другие имена и внешность... Но мой эгоизм связал их накрепко с самых первых строк, и я чувствую себя паршиво, даже зная, что настоящая Эвелин сейчас в реальном мире, у неё всё хорошо, она учится в школе, общается с друзьями и наверняка даже не переживает, что я умерла, покинув реальный мир, оказавшись здесь и доведя себя до того, что испытываю угрызения совести за то, что написала и вынуждена теперь проживать.       — Если тебя тревожит, что я покинула лес и оставила сестёр ради тебя, не думай об этом. Думаю, при таких обстоятельствах так даже лучше, — неожиданно нарушает тишину моя девушка, с чуть укоряющей за сомнения улыбкой глядя на меня.       Не успеваю я спросить, что она имела в виду под обстоятельствами", как Эвелин уже покидает дом, отправляясь к сёстрам, а я неожиданно понимаю, что по сюжету книги не было этого разговора и странного намёка на обстоятельства, даже подводку к нему я не писала. Почему же сюжет двигается с малейшими изменениями? Почему Эвелин ведёт себя не так, как я её прописывала, пусть и всего лишь в мелочах?       Мне страшно изменить случайно сюжет, ведь тогда я не буду знать, что мне делать, да и понятия не имею, не разрушит ли это как-то мир. А ещё страшно выдать себя случайно, дать Эвелин понять, что я из другого мира, оригинальная версия себя, если можно так сказать. Она влюблены в ту, что прописана в книге, в опытную ведьму, которая всегда знает, что делать, как решить любую проблему, с которой она хорошо знакома уже не первый год, но начала отношения незадолго до начала сюжета романа после множества лет дружбы. Наверняка она будет разочарована и зла тем, что я заняла место её возлюбленной. И от этого ещё сложнее, потому что я люблю её, как люблю оригинальную её версию, но должна притворяться другой собой, чтобы сохранить отношения. И это действительно гложет.       Стараясь отвлечься, я прохожусь по дому, стараясь вспомнить предназначения тех или иных растений и предметов в нашем доме, вызвать воспоминания прошлой меня о магии, чтобы хотя бы уметь её использовать в экстренной ситуации, если такая возникнет. Похоже, я хорошо помню, как гадать по ладони, как использовать гадальные карты или хрустальный шар, что редко применяю, больше предпочитая работать с силами природы. Помню и как летать на метле, однако становится интересно, сохранились у меня только воспоминания, или мышечная память у этого тела тоже при мне?       Желание проверить оказывается сильнее всего остального, так что я тут же хватаю метлу за древко и спешу со всех ног на улицу, уже снаружи забираясь верхом и стараясь вспомнить в деталях, как вообще ей пользоваться. К счастью, воспоминания моей версии из этого мира возникают легко, и я отталкиваюсь ногами от земли, всем сердцем желая подняться в воздух, стараясь всеми фибрами души соединиться с метлой. Летательное устройство поднимается в воздух в тот же миг, я крепче сжимаю древесину пальцами, отклоняя древко в попытках повернуть и подняться выше. Уже скоро мне удаётся полностью разобраться в том, как пользоваться новым способом передвижения, так что это даже начинает нравиться, если не считать, что места для сидения слишком мало, при сильном ветре сложнее удержаться и выше ганс простыть, да и поясница быстро начинает болеть от полётов. Сомнительное удовольствие, вряд ли я буду пользоваться этим способом часто.       Приземлиться удаётся довольно быстро, и я возвращаю метлу на место, решая попытаться вспомнить сюжет написанного мной романа получше, чтобы сделать меньше ошибок и разобраться со всеми необходимыми задачами, не испортив ничего случайно при этом.       Я помню, где взять способ для ослабления Тёмного лорда и победы над ним, помню общие детали сюжета, но есть одна проблема: тот способ придумала я из романа, но я совершенно не подумала детально расписать, в чём он заключается, а потому понятия не имею, что делать. Даже с воспоминаниями из этого мира мне ничего не приходит на ум, задача кажется слишком сложной, потому что получается, что я не просто узнаю, как решить проблему, в нужный момент (есть такой шанс, но что-то мне подсказывает, что всё не так просто, ведь это не воспоминание), а должна буду использовать знания из этого мира и сама найти решение проблемы. Что если я не справлюсь? Я же не ведьма, не химик, не физик, не... Какие вообще могут быть нужны знания для победы над сильным тёмным магом?       Паника подкатывает к горлу. По сюжету я смогу победить его вместе с Эвелин и жить дальше счастливо, ни о чём не тревожась, но что если ничего не получится? Что если я испорчу сюжет, позволю нам проиграть и отдам в его руки наше королевство? Ответственность слишком большая для меня, ни одни отношения не стоят такого, лучше бы я просто открыла глаза сейчас, вышла из комы, увидела родителей и решила, что счастлива в своей обычной жизни, пусть даже Эвелин и плевать в ней на меня.       Но что-то внутри подсказывает: я не очнусь, ведь в том мире уже мертва. И никто не сможет решить мою проблему, кроме меня самой. А значит нужно взять себя в руки и сделать всё, что в моих силах.       Скоро домой возвращается Эвелин, и я понимаю по её выражению лица, что всё вышло так, как и думалось мне ранее: ей ничего не удалось узнать. Присев рядом со мной за стол, Эвелин качает головой, кладя руку мне на плечо и добавляя спокойно, точно в попытке утешить меня и придать уверенности:       — Не волнуйся, мы обязательно что-нибудь отыщем. А если не отыщем, то придумаем. Всё будет хорошо.       И я верю ей. Потому что, кроме неё, у меня больше нет никого близкого и родного здесь, в этом мире. И пусть я сама прописала её такой, наделила личностью, сейчас она кажется такой же живой, как если бы мы не просто следовали сюжету или хотя бы пытались это сделать, но проживали всё на самом деле, как люди с полноценной свободой воли, своим правом на выбор.       — Конечно, отыщем, — усмехаюсь я немного устало из-за всех произошедших за день событий, прежде чем задать следующий вопрос, который волнует меня сейчас ничуть не меньше, чем предстоящее нападение армии Тёмного лорда:       — Твои сёстры... Как они? Как отреагировали на твой визит? Я понимаю, что твоё место там и было бы лучше, если бы ты осталась...       Её длинные изящные пальцы, соединённые вместе, ложатся на мои губы, и девушка фыркает тихо, прежде чем высказаться по этому поводу:       — Замолчи. Я ведь уже сказала, что не жалею, что ушла из Изумрудного леса и осталась с тобой, слышишь? Это был мой выбор, и я ничуть не жалею, что выбрала дорогого человека. Ты ведь не жалеешь, что мы вместе? Ответь мне честно.       — Не жалею, — я улыбаюсь, понимая, что ничего честнее сегодня уже не скажу. Как будто я могла бы когда-нибудь жалеть об отношениях с Эвелин, даже если не с реальной, а прописанной мной для приключенческого романа, что помог мне отвлечься от невзаимных чувств и получить хоть какое-то утешение.       Невольно вспоминается Эвелин из того мира, чуть более молодая, одетая в стильную белую рубашку с красным клетчатым галстуком и такую же короткую юбку, всегда носящая серьги-крестики в ушах и простое серебряное кольцо на большом пальце левой руки. Длинные распущенные русые волосы блестят на солнце, зелёные глаза кажутся двумя прекрасными прудами, заросшими тиной, в которых хочется тонуть снова и снова. В любом мире она остаётся прекрасной, но в том она казалась ещё и недостижимой, похожей на несбыточную мечту, ту, о которой можно лишь грезить тихо, надеясь хотя бы в следующей жизни получить шанс на исполнение.       Она всегда была окружена подругами, много болтала и громко смеялась, была ко мне добра, жалела меня, но любить так же, как это делала я по отношению к ней, очевидно, не могла: ей часто признавались парни, её приглашали на свидания, а по школе ходили слухи, что у неё отношения с Робертом, учившимся на класс старше нас. Неудивительно, учитывая, как хорошо они друг другу подходят: оба красивые, популярные у других, любимые учителями и способные провести любое мероприятие так, чтобы оно запомнилось. Я бы никогда не смогла сиять так же ярко.       — Я говорю, что верю в тебя каждый раз, не просто потому что хочу утешить, — неожиданно выдёргивает меня из своих мыслей голос Эвелин. — Я действительно так считаю. Ты и правда талантливая ведьма, что не раз доказывала, ты много раз помогала принцессе и королевству... А потому я знаю, что и в этот раз справишься, и я буду рядом, чтобы помочь тебе всем, чем смогу.       От её слов я чувствую облегчение, а потому оглядываюсь на девушку, мягко улыбаясь ей, прежде чем обнять крепко и выдохнуть, прижимаясь к ней, наслаждаясь столь желанной и долгожданной близостью:       — Спасибо. Я счастлива, что у меня есть ты. Не знаю, как я обходилась раньше без твоей поддержки. Я верю и действительно рада, что у меня такая замечательная помощница и любимая девушка. Ты права, мы обязательно справимся, сможем спасти королевство.       Окончательно сомнения не уходят, однако мне всё равно становится легче от её слов. Что-нибудь придумаю, как-нибудь освоюсь, время ещё есть. Что угодно, лишь бы не разочаровать её, не подвергнуть опасности. Дать понять, что чо она сделала правильный выбор.       Мы снова вместе штрудируем книги до того самого момента, как к нам снова приходит посланник принцессы, приглашая во дворец и замечая вслух, что дело срочное, лучше не откладывать. Очевидно, что касается Тёмного лорда, поэтому мы с Эвелин и спешим поскорее на место, благодаря открытому мной порталу, заклинание для которого всё же удаётся вспомнить. Принцесса Ринетт кажется особо хмурой, ожидая нас, нервно притопывая ножкой в изящной туфельке и сжимая в кулаке лист бумаги. По всей видимости, новое письмо от злостного захватчика, и ничего хорошего в нём ожидать не стоит.       — Ну каков нахал! — багровая от гнева, она стремительно поднимается по лестнице к трону и ударяет по подлокотнику с силой кулачком, вызывая грохот, прежде чем сесть вальяжно на трон, перекинув через тот же подлокотник ноги, отчего платье чуть задирается, что, разумеется, было бы действительно неприлично в сеттинге Средневековья и фэнтези, но, к счастью, книгу писала я, выбрав для истории более свободные нравы.       — Снова хвастается захваченными территориями? — без тени улыбки уточняет Эвелин, когда как принцесса слегка приподнимается с места, снова начиная вещать с возмущением, активно жестикулируя:       — Нет, ну как только наглости хватает! "Скоро захвачу ваше королевство...", "Готовьтесь получше, я хочу видеть самых сильных магов и рыцарей вашей армии...", "Не разочаруйте меня, как остальные...", "Разумеется, я позволю вам остаться в замке после его захвата..." Он мне позволит! Это мой замок, и только я имею право решать, что позволяется в моём королевстве, а что нет! Ну ничего, он ещё узнает, на что способны люди Фрезии. Вы ведь сможете найти что-нибудь, что ослабит его или защитит от его магии? Если нет, лучше скажите сразу: попробую получить помощь от кого-то из магов и обеспечу лучшую тренировку рыцарям.       — Мы справимся. Я найду решение, — я сама не верю в свои слова, но стараюсь звучать решительно, словно решение проблемы уже в моих руках и с этим нет вообще никаких проблем.       Раз он уже ближе к границе нашего государства, нужно постараться и поспешить отыскать то, что поможет против него. Нельзя проиграть.