Убежище

Время полетело с невероятной скоростью. Гермиона переехала в новую квартиру, но даже не успела распаковать все коробки. На помощь пришла Джинни, которой, по её же словам, было ужасно скучно: Гарри уехал в командировку на три недели, а все многочисленные братья оказались заняты своими делами. Как и ожидалось, Луне и её жениху очень понравилась идея нового заповедника. Они с радостью согласились отменить все поездки на ближайший год, чтобы стать частью проекта. Гермиона предложила Чарли стать главным магозоологом — и он неожиданно согласился. Оказалось, он давно думал о переезде поближе к дому. Правда, сперва ему нужно было отработать три месяца в Румынии по контракту. К концу третьей недели у них уже была команда из тридцати человек. На территории заповедника началось строительство общежития, а дом решили оставить в качестве административного здания. Многие слышали легенды об Убежище для животных — кто-то верил, кто-то нет… Было решено ни подтверждать, ни опровергать слухи. Гермиона не хотела превращать проект в шоу. Она чувствовала, что для Тео он — нечто личное. С другой стороны, это должен был стать крупнейший заповедник в Великобритании, а значит, требовались инвесторы. Сам же Нотт куда-то исчез. С Падмой они виделись почти каждый день, и та уверяла, что её начальник в курсе всего происходящего.

***

Как-то за обедом Гермиона наконец решилась спросить, как подруга стала работать на слизеринца. — На самом деле, это не такая уж интересная история, — отмахнулась Падма. — Последнее, что я о тебе слышала, — ты работала юристом при каком-то благотворительном фонде… — задумалась Гермиона. — Всё верно. Тео был одним из главных инвесторов, а я представляла фонд. Мы пересекались по разным проектам, а потом он сделал мне предложение, от которого было бы глупо отказаться. — Девушка широко улыбнулась. — Хорошая зарплата, гибкий график (ему всё равно, где и когда я работаю — главное результат), адекватный начальник. Сначала он нанял меня как главного юриста. Для него важно то, что он делает, и ему нужен был человек, который не побоится сказать ему правду. Со временем мы стали друзьями. Он действительно хороший человек. Жаль, мы не поняли этого в школе. — И между вами ничего не было? — не удержалась Лизи. Гермиона невольно задержала дыхание. Падма подняла взгляд от чашки и рассмеялась: — О, Мерлин, нет! Во-первых, Нотт никогда не смешивает работу и личное. — На этих словах Гермиона ощутила странный холодок. — Во-вторых, он не из тех, с кем можно просто “закрутить роман”. Он, конечно, не живет как монах — вокруг него всегда хватает девушек, и некоторым везёт провести с ним больше одной ночи или даже сходить на какой-нибудь прием… — Она лукаво поиграла бровями. — Но знаешь, думаю, когда Тео найдёт ту самую, он будет потрясающим мужем. Преданным и настоящим. — Падма посмотрела прямо на Гермиону. Гермиона смутилась, но Падма уже снова улыбнулась и, сделав паузу, добавила с насмешкой: — Хотя, однажды я всё же провела ночь в его постели. — Что?! — воскликнули в унисон Гермиона и Лизи. — Это было примерно через полгода после того, как я начала у него работать, — начала Падма, довольная произведенным эффектом. — Мы случайно встретились в баре. Меня тогда бросил парень, сестра была занята, и я гордо напивалась в одиночестве. Ко мне пристал какой-то тип, а Тео вмешался — как настоящий рыцарь. На следующее утро я проснулась в его постели от запаха кофе. Захожу на кухню — а там Тео сидит за столом с тарелкой блинчиков и чашкой кофе. Перед ним лежало две папки. Оказывается, мой бывший парень раньше работал на него. Через меня он хотел получить какую-то информацию. Когда не вышло — бросил меня. В одной папке у Тео были документы, которые могли уничтожить этого мерзавца, а в другой — предложение: стать его правой рукой с долей в компании через пять лет. Тео сказал, что выбор за мной: мстить или идти дальше. — Падма улыбнулась. — Как видите, я выбрала второе. — А что стало с тем парнем? — спросила Лизи. Падма хищно усмехнулась, и в её глазах мелькнул холодный блеск: — Тео сам его уничтожил. Я узнала об этом случайно, гораздо позже. Как я и сказала — он очень преданный человек и не позволяет обижать тех, кто ему дорог. Мне повезло быть его другом. К этому разговору они больше не возвращались. Но с тех пор Гермиона всё чаще ловила себя на мысли, что видит в толпе знакомый силуэт, слышит в памяти тихое «в любое время» и чувствует необъяснимое волнение. Когда до пресс-конференции оставалось три дня, в стопке утренней почты она нашла письмо с серебряной печатью. Внутри — всего несколько строк: «Гермиона, Я бы хотел обсудить детали пресс-конференции. Сегодня, в пять вечера в моем офисе. — Т.Н.» Письмо было коротким и официальным. Но что-то внутри неприятно сжалось. Всё уже было согласовано — план, речь, список журналистов. Она вздохнула и взглянула на часы. До встречи оставалось шесть часов.