Убежище

В доме на площади Гриммо Гермиона появилась ровно в семь вечера. Не успела она выйти из камина, как на неё налетел маленький черноволосый мальчуган с криком: — Миииии! Годовалый Джеймс Поттер только начал ходить, но уже умудрялся убегать от родителей, стоило лишь отвернуться. За ним в дверь вошёл Рон: — Ты только посмотри на неё — не успели развестись, а ты уже в объятиях другого! Рон хотел взять ребёнка на руки, но тот не желал отпускать любимую крестную. — Ты сам упустил такую девушку, так что не жалуйся теперь, Рональд! — Джинни, с уже округлившимся животиком, подошла к Гермионе и крепко обняла подругу. — Если бы ты опоздала еще на десять минут, то точно получила бы от меня кричалку! Надеюсь, ты не поселишься на работе теперь, когда ты свободная девушка? — Джин, покорми меня, пожалуйста. Я с утра ничего не ела, а потом я готова выслушать все твои советы о том, как себя вести незамужней девушке, — с этими словами Гермиона вместе с Джеймсом на руках направилась на кухню, откуда шел восхитительный аромат. Только теперь она осознала, насколько сильно была голодна. С тех пор как Гарри и Джинни переехали на Гриммо, дом по-настоящему преобразился. В библиотеке нашлось заклинание, как снять кричащий портрет матушки Сириуса, а Кикимер стал вполне милым и в меру услужливым. Хоть Джинни и предпочитала готовить самостоятельно, старый эльф неплохо справлялся со всей работой по дому. Ужин проходил в непринужденных разговорах о новых проделках Джеймса, квиддиче и новинках во «Вредилках». Гермиона в основном молчала — из головы всё не шёл сегодняшний посетитель. После ужина Джинни ушла укладывать сына спать, Рон и Гарри отправились в гостиную, всё ещё обсуждая последний матч между «Соколами» и «Гарпиями», а Гермиона вызвалась прибрать посуду и принести закуски к вину. Гермиона раскладывала фрукты, когда на кухню вошёл Гарри. — Ты сегодня слишком молчалива. У тебя всё хорошо? Я знаю, что ваш развод не повод для грусти, но если ты хочешь поговорить — я рядом, — в голосе друга слышалась тревога. — Всё хорошо, правда! Просто сегодня был длинный день. Мне поручили открытие Заповедника. Это будет самый масштабный проект в моей карьере, и я немного волнуюсь. — Это твой билет на место главы Департамента. — Гермиона посмотрела на друга с удивлением. — Я слышал, как миссис Уилкинс обсуждала этот вопрос с Кингсли. И ещё там фигурировало имя Нотта… — А что там с Ноттом? — друзья уже зашли в гостиную, и Джинни заинтересовалась, услышав знакомое имя. — Он приходил сегодня к Гермионе, — послышался голос Рона: он развалился на ковре рядом с камином. — Так что он такого хотел вам предложить? — Он предложил земли под заповедник на юге Шотландии и полное финансирование запуска проекта с последующими долгосрочными инвестициями. — Гермиона со вздохом опустилась на диван. В комнате повисла тишина — все были удивлены таким предложением. — Даа… а я думал, что слизеринцы вкладываются только в драгоценности, тёмные артефакты или, на худой конец, громкие благотворительные балы, — неуверенно заметил Рон. — На самом деле Нотт часто появляется на благотворительных вечерах и жертвует большие суммы, не привлекая лишнего внимания, — заметила Джинни. — Помните тот случай несколько лет назад, когда в Хогвартсе потребовались новые теплицы? Так вот, он полностью взял на себя все расходы. — Теперь три пары глаз уставились на миссис Поттер. — Что? Мне Невилл рассказывал. А ещё я жена Великого и Прекрасного Гарри Поттера, поэтому все сплетницы Англии пытаются поделиться со мной новостями на всех светских мероприятиях, пока вы трое героически общаетесь с важными шишками. — Джинни закатила глаза, беря в руки бокал с тыквенным соком. — Я его ни разу не видела после школы, да и не слышала о нём толком ничего, — Гермиона задумчиво крутила в руках бокал с вином. — А вот это как раз не удивительно, — по-доброму усмехнулся Рон. — Ты слишком увлечена своей работой. Вон даже за разводом пришлось идти к тебе в кабинет. — Кстати, об этом, — Гарри поднял свой бокал, переводя тему, — поздравляю, ребята! Теперь вам снова придётся отбиваться от толп поклонников и поклонниц. Сегодня вечером возле входа в Министерство уже ошивалась парочка репортеров. — Завтра в «Пророке» должна выйти заметка о нашем разводе. Надеюсь, это немного успокоит прессу, — заметила Гермиона. — Шутишь? — Джинни даже подпрыгнула от волнения. — Вы двое тихо и мирно разводитесь, так словно и не были женаты, и продолжаете дружить, как ни в чём не бывало! Да вам никто не поверит! Должны быть скандалы, измены, драма… а если нет — то придумают! — Джинни перестала размахивать руками, а Гермиона и Рон лишь коротко переглянулись. — Что касается измены… — Рон виновато посмотрел на Гермиону, и все притихли. — Я встретил кое-кого… Ну, то есть это не была измена, мы просто общаемся… Но она мне действительно нравится, и теперь, когда всё официально закончилось, я бы хотел попробовать что-то построить с ней… — Рон замолчал и виновато уставился на стакан с огневиски. Наступившую минуту тишины разрушил звонкий смех Гермионы. — Рон, ты действительно переживал что я не пойму? Мы с тобой уже год живём как соседи и давно освободили друг друга от всех брачных обязательств. Мы не виноваты, что бюрократия занимает столько времени. Ты — мой друг! И я очень хочу, чтобы ты был счастлив! И, конечно же, я никогда не поверю, что ты мог бы мне изменить. Просто будь аккуратен. Джинни права: пресса захочет найти драму. Мне бы не хотелось, чтобы твои новые отношения омрачились этим. Рон встал со своего места и крепко обнял Гермиону. — Спасибо, — прошептал он куда-то ей в волосы. Гарри и Джинни, которые наблюдали эту сцену, только покачали головой и улыбнулись. В образовавшейся тишине голос Джинни прозвучал слишком громко: — Если мы когда-нибудь решим развестись и ты найдешь себе новую девушку в тот же день — я просто убью вас обоих. Даже не надейся, что я могу быть такой милой, как она. — Это потому что у вас настоящая любовь! А у нас всегда была дружба, — заметила Гермиона. — Ага… секс по дружбе, брак по дружбе, развод по дружбе — вы странные ребята! — все весело рассмеялись, а Гарри лишь крепче обнял жену. Остаток вечера прошел в легких разговорах и планах на ближайшие выходные. Домой Гермиона пришла около полуночи. Уставшая, счастливая и свободная, она сразу уснула. Завтра предстоял ещё один долгий день, на выходных — семейный обед у Уизли, а дальше… много работы над новым большим проектом и Теодор Нотт. Но это будет завтра, а сейчас пора спать.