Древнее зло

Автобус мягко покачивался на заснеженной трассе, гулко ворчал мотор, а за окнами тянулось одно и то же зимнее полотно: серое небо, редкие деревья, занесённые снегом поля. Снегопад не прекращался уже несколько часов, и дорога казалась бесконечной. — Ну и пейзаж… — протянул Наги, облокотившись о стекло, его белые пряди, которые пару минут назад заботливо причёсывал Рео, разлохматились. Его взгляд был рассеянным, почти сонным, впрочем, как и всегда. Как на него не посмотри, его фигура буквально описывает вселенскую лень и усталость. — Хоть засыпай, честное слово – послышался усталый зевок. — Ты всегда хочешь спать, — буркнул Исаги, который сидел впереди и старался разглядеть сквозь запотевшее стекло дорогу. — Но я согласен… странно всё это. Такое чувство, будто мы едем кругами. Всё это выглядит так одинаково, что и непонятно где и как мы едем. — Эй! — бодро вмешался Бачира, высунувшись из-за сиденья. Его глаза блестели, словно в них отражались снежинки. — Может, это и есть магия? Типа, застряли во временной петле! Или в бесконечной дороге. Едешь, едешь и никаки не приедешь! Чигири, сидящий рядом с ним, поморщился: — Не неси чушь. Просто пурга. Но внутри у него всё сжималось. Чувство тревоги появилось ещё с утра, когда они только выехали из города. Казалось, воздух вокруг стал тяжелее, а каждый вздох отдавался холодом глубже, чем обычно. Этот день вообще начался странно для них всех. Они проснулись ещё до того, как раздался утренний будильник и начали включать свет. Причём это было у каждого. Никто больше не мог заснуть, и в автобусе все бодроствовали. Чем дальше ехали, тем сильнее дорога напоминала кошмар: деревья выглядели одинаковыми, как клоны, а туман между ними становился всё гуще, через него наверное невозможно ничего проглядеть. В какой-то момент автобус резко дёрнуло — водитель нажал на тормоз. Колёса заскрежетали по льду. — Что за… — Исаги крепко вцепился в поручень. Перед автобусом на обочине стояла фигура. Высокая, закутанная в старый чёрный плащ, с капюшоном, закрывающим лицо. Снег кружил вокруг неё так, будто избегал касаться. — Вы это тоже видите? — едва слышно прошептал Чигири. Бачира ухмыльнулся: — Ну вот и веселье началось. В такие моменты ему не хватало серьёзности. Этот маленький черт словно всё воспринимал как веселье. Хотя почему "словно", это действительно так. Фигура медленно подняла тощую руку и… указала прямо вперёд, в белую пустоту дороги. И в тот же миг автобус с оглушительным шумом заглох. Тишина. Только завывание ветра и учащённые удары сердец. — Чёрт… — водитель несколько раз пытался завести мотор, но тот не реагировал. Исаги почувствовал, как холодный пот скатывается по спине. Его мысли путались: Это сон? Галлюцинация? Почему именно мы?.. Наги зевнул, но в голосе у него слышалось раздражение: — Может, выйдем и спросим дорогу? Рео сидящий с ним, нахмурил брови и закатил глаза, иногда Наги бывает ещё тем придурком. — Ты серьёзно? — Чигири резко обернулся. — Она… или оно… явно не человек! Фигура всё так же неподвижно указывала рукой вперёд. И чем дольше они на неё смотрели, тем отчётливее становилось ощущение, что их подталкивают к чему-то. — Знаете… — негромко сказал Бачира, и его улыбка в этот раз была кривой, нервной. Похоже он устал делать вид, что его это никак не касается. — А ведь в старых сказках именно так и начинается проклятие и прочая бурда. Йоичи посмотрел на него с испугом, в то время как остальные просто закатили глаза. Вроде все видели эту женщину, но они ведут себя так, будто ничего не произошло. Исаги начинает переживать. Через несколько минут автобус снова тронулся. Никто не заметил, как мотор вдруг ожил, будто сам по себе. Но дорога изменилась. Больше не было ни деревьев, ни поля — лишь прямой тоннель из снежной вьюги, ведущий в темноту. В груди Исаги похолодело. Он понял: назад пути уже нет.