«Из друга в поклонники»

Специальная -3🔞. Секретная папка

Редакторы: @molly75 // @RedFoxLeka

Джом почти полностью переехал в комнату Чина. Чин незаметно переносил его вещи понемногу, и теперь, всего через месяц после начала нового семестра, его комната была заполнена вещами Джома. Раньше ему приходилось носить одежду Чина, когда его собственная неожиданно пачкалась, а теперь половина шкафа была заполнена его одеждой, что позволяло легко переодеваться в любое время. То же самое можно было бы сказать и о его средствах по уходу за кожей — несмотря на то, что он и так был красив, Джом всё равно должен был ухаживать за собой. И это не потому, что он боялся быть брошенным, вовсе нет! А еще были учебники, комиксы и даже закуски. Все, что он использовал ежедневно, было перенесено в эту комнату. Джом по-прежнему снимал собственную комнату, просто чтобы платить за аренду для удовольствия, как выразился Чин, потому что Пхет тоже исчез. С начала семестра его сосед по комнате вообще не появлялся в общежитии. Теперь он знал, кто была горячая любовница Пхета — это был Мэл. Да, именно так! Верите или нет, но Джом был шокирован, когда увидел это собственными глазами. Он вел поиск “горячей штучки”, что оставляла следы на теле Пхета, почти каждый день и нашел того, кого никак не ожидал. Когда зародилась искра между Пхетом и Мэлом, он не знал, но, похоже, Мэл был очень ревнив. Он правильно понял, верно? Пхет был «женой»? В их группе осталось всего три натурала (?). Артит и Чан не проявляли интереса ни к кому. И Кенг… Он был надежным, но не очень привлекательным. Джом жалел женщин. Его гомосексуальность была утратой для представительниц прекрасного пола во всем мире. Остальные доступные мужчины были похожи на Кенга, и Джом опасался, что качественные партнеры станут дефицитом. Умывшись и почистив зубы, Джом пошел на кухню, в поисках еды. Было девять часов, и его желудок непрерывно выделял пищеварительные соки. Чин все еще спал, потому что засиделся допоздна, заканчивая отчет. Он не стал его будить, зная, что тот проснется, когда проголодается. Только не нужно думать, что Джом оставил весь отчет на Чина. Он закончил свою часть и первым пошел спать, потому что больше не мог бодрствовать. Он не был слабаком, но ему пришлось рано лечь спать, ведь накануне вечером Чин полностью истощил его силы. Доев сэндвичи, которые Чин приготовил вчерашним вечером, и, выпив пакет молока, чтобы вырасти выше, Джим пересел с обеденного стола, чтобы посмотреть корейский сериал по телевизору до конца. Чин еще не просыпался. Не желая его будить, Джом взял ноутбук, которым Чин всегда пользовался, и приступил к корректуре отчета, над которым работал Чин. Он не мог проверить содержание на точность, только опечатки, потому что Чин работал всю ночь и мог допустить ошибки. Экран ноутбука был заполнен папками с рабочими документами и другими вещами, почти не оставляя свободного места. Он искал папку с отчетом, но заметил папку, которая привлекла его внимание больше всего. Папка называлась "XХХ ". Его любопытство не имело себе равных (или, может быть, в этом он мог быть равным только с Кенгом), поэтому он без колебаний щелкнул по ней. В конце концов, он и Чин были... ну, парой. Технически они считались единым целым. От одной только мысли об этом его лицо покраснело. Он энергично покачал головой и снова сосредоточился на загадочной папке, но не смог ее открыть, потому что она была защищена паролем. Из-за любопытства он стал подозревать неладное. Почему нужен был пароль? Что было в этой папке, что Чин не хотел, чтобы он видел? Кроме Чина, Джом был единственным, кто пользовался этим ноутбуком. Чин специально заблокировал его, чтобы Джом не видел? Джом обычно использовал ноутбук Чина только для отчетов или просмотра веб-сайтов, которые Чин открывал для него, так что до сегодняшнего дня он никогда не обращал внимания на экран ноутбука... Чин определенно ему изменял. Его инстинкты подсказывали ему это. Что? Они только начали встречаться, как Джом сможет показаться на люди, если его так быстро бросят? Он не мог этого терпеть! Недолго думая, Джом вскочил, как будто одержимый духом «первой жены», готовый противостоять Чину. В этот момент Чин вышел из спальни, и еще не отошедший от накрученного состояния Джом уставился на него, а Чин улыбнулся ему, несмотря на сонные глаза. Сонное лицо Чина выглядело довольно мило, но Джом не собирался смягчаться. Он сразу же надел строгое выражение лица, от чего широкая улыбка Чина застыла. - Почему такое угрюмое лицо, а? - спросил Чин, обнимая его за талию и нюхая его голову, а затем, опуская нос к шее, пока Джом не шлепнул Чина по уху..., но Чин, похоже, не обратил внимания на его злость. - Хватит дурачиться, - твердо сказал Кроха, с серьезным выражением лица. Чин поднял бровь, слегка отступил, чтобы посмотреть на него, и спросил с недоуменным выражением лица: - У тебя сейчас тот период, Малыш? Ты так рано раздражен. Идиот! Раздражение Джома удвоилось, поскольку Чин не проявлял никакого беспокойства по поводу его текущего настроения. Он больше не играл. Он гневно посмотрел на Чина, чтобы показать, что он действительно зол. Чин поднял обе руки в знак капитуляции и сел на диван, но на его лице все еще был большой вопросительный знак. - Ладно, ладно, не шути. Что случилось? Не смотри на меня так строго, это меня нервирует, - сказал Чин. Он подтянул Джома к себе, чтобы тот сел рядом, прислонившись к нему. Затем Чин повернулся и двумя пальцами поднял уголки его рта в улыбку. Ты думаешь, я твоя игрушка, Чин? Ты поплатишься, говорило лицо Джома. Чин сухо рассмеялся и отдернул руку. - У тебя есть кто-то другой, - выпалил Джом без лишних предисловий. Чин вздрогнул, выглядя удивленным, что тот принял за признак вины. Взгляд Джома стал еще более угрожающим. - Нет! Откуда ты это взял? Чин энергично покачал головой. Джом прищурился, пытаясь уловить ложь. - Я знаю, я видел, - сказал он резко. - Ты все выдумал, - отрезал Чин, слегка подергивая губами. Джом еще больше нахмурился, гневно глядя на Чина. - У меня есть доказательства, - серьезно заявил он, подбирая тон под свое выражение лица. Но Чин не казался таким взволнованным, как он ожидал. Чин кивнул, вызывая его показать доказательства. Хм, Чин, наверное, уверен, что уничтожил все доказательства. Чин, ты козел! - Где твои доказательства? Черт возьми! Ты обвиняешь меня без оснований. Как я мог завести кого-то другого? Понимаешь, я с тобой почти круглосуточно, - сказал Чин, качая головой и протягивая руку, но тот отстранился. - Я не знаю, но у тебя роман, - настаивал он, отходя. Чин нахмурился и, наконец, сказал: - Покажи мне доказательства. Не говори просто так. Это вредит. - Я даю тебе шанс признаться, - сказал Джом напряженным голосом. Он пристально смотрел на Чина, чувствуя комок в горле, с трудом улыбаясь. - Мне не в чем признаваться. Ни один мускул не дрогнул на лице Чина. Если бы Чин не изменял ему, Джом восхищался бы тем, как хорошо Чин сохраняет самообладание. Но сейчас он был слишком разбит, чтобы думать об этом. - Как ты мог так поступить со мной, Чин? - сказал он дрожащим голосом. Слёзы, которые он сдерживал, наконец, потекли. Он быстро вытер их, не желая показывать слабость, изо всех сил пытаясь сдержать рыдания. Чин подошёл ближе, но он отступил. Чин грубо потрепал себя по волосам, выглядя расстроенным. Его волосы были в беспорядке, и на его лице больше не было следов сонливости. - Ты, должно быть, что-то не так понял, Малыш, - сказал Чин, звуча совершенно раздраженно. - Ты мне изменяешь, - повысил голос Джом, поскольку Чин не показывал никаких признаков признания, даже после того, как он загнал его в угол. - Хватит, Малыш. Почему ты думаешь, что я тебе изменяю? Какие у тебя есть доказательства? - спросил Чин. Джом фыркнул, разочарованный тем, что Чин не признавал этого. Он уставился на Чина, пытаясь понять его, но тот первым отвернулся, не желая больше спорить. Джом указал на ноутбук на столе. Чин последовал за его взглядом, подняв бровь, как будто все еще не понимая. Это только еще больше раздражило Джом. - Вот твое доказательство. Ты будешь это отрицать? - резко спросил он, указывая на загадочную папку. На этот раз лицо Чина побледнело. Его скулы заметно покраснели. Необычная реакция не ускользнула от внимания Джома, что еще больше укрепило его в уверенности. - Не можешь сопротивляться, да? Не ожидал, что я найду это, а? Думаешь, я настолько глуп, что ты можешь так со мной поступать? - спросил Джом, голос его был полный гнева, он задыхался и встал в ярости. Вот почему он держал свою комнату. Ему нужно было место, чтобы зализать раны. Хватит с этим лжецом. Ему больше нечего сказать. - Мои вещи и одежду я пока оставлю здесь. Я попрошу Пхета забрать их, - сказал он, стараясь сохранять ровный голос. Он был готов пойти к двери, но, не успев сделать и шага, был внезапно поднят и посажен на колени Чину. - Эй! Отпусти... отпусти, - в шоке воскликнул Джом. Чин не отпускал его. Напротив, он властно прислонился подбородком к его плечу. Когда Джом попытался вырваться, Чин усилил хватку, прижался к его щеке и подул теплым дыханием на шею, заставив его задрожать. Это был обычный способ Чина помириться, и он всегда смягчал Джома. Джом не сдался. Его нельзя было использовать как коврик, которым Чин мог управлять, когда ему вздумается. У Джома тоже были чувства. Отпустить было трудно, но он должен был это сделать. Собравшись с духом и с решимостью в глазах Джом твердо произнес: - Отпусти меня. Мы расстаемся. Я больше не люблю тебя. Его гнев удвоился, когда этот идиот, Чин, ударил его по лицу. Это был не сильный удар, но все равно больно. Посмотрите на него! Он не только изменил, но и причинил ему физическую боль! Джом позволил слезам течь свободно. Он сообщит об этом в Фонд Павена для детей и женщин. Постойте, он же не был ни тем, ни другим. - Почему ты ударил меня? - спросил Джом, его голос дрожал, когда он пытался вытереть слезы, но чем больше он вытирал, тем больше они текли. В конце концов, его лицо было в слезах и слюне. Он отмахнулся от большой руки Чина, который пытался помочь ему вытереть лицо. Такому, как он, не нужна была ничья жалость. Чин опустил голову. Он мягко покачивал Джома, как ребёнка, словно утешая после сильного удара. -Ты не слушал меня, - сказал он спокойно, но с лёгкой грустью, и продолжал говорить вещи, которые мне больно слышать. - Так, значит, мне просто надо было тебя бить? - вспылил Джом, не замечая, что его голос дрожит, а слёзы текут всё быстрее. Почему он вел себя так драматично? - Прости. Можешь бить меня столько раз, сколько хочешь, пока не успокоишься, - сказал Чин в панике, гладя его по голове. Парень наклонился, как будто ожидая, что Джом ударит его, но тот раздраженно оттолкнул его. - Ты пытаешься сменить тему, - сказал Джом. Чин хлопнул себя по лбу и покачал головой, выглядя уставшим. Джом смотрел на него с грустью. Чин, должно быть, действительно устал от него. Его глаза отражали его внутренние чувства, и он услышал, как Чин громко вздохнул, прежде чем схватить его обе руки одной из своих. Игнорируя его сопротивление, Чин поднял его подбородок свободной рукой, заставляя его смотреть ему в глаза. Даже если бы он не хотел, он не мог отвернуться. - Я не меняю тему. Послушай меня, Малыш. У меня нет никого, кроме тебя, - серьезно сказал Чин, глядя ему глубоко в глаза. Когда он попытался отвернуться, Чин приказал: - Посмотри на меня. Я похож на человека, который мог бы тебя обмануть? Джем промолчал, не отвечая на вопрос, и Чин не стал на него давить. Чин громко вздохнул и продолжил более мягким голосом: - Я все время с тобой. Когда у меня будет время на любовницу? Это заявление заставило Джом, который уже начал верить, снова вспыхнуть. - О, так ты говоришь, что если бы у тебя было время, у тебя была бы любовница? - сердито спросил Джом, снова пытаясь вырваться. - Ты заходишь слишком далеко, - сказал Чин, крепче обнимая Джома за талию и взъерошивая его волосы. - Ты называешь меня неразумным? - спросил Джом раздраженно. Чин рассмеялся и громко поцеловал его в щеку. - Ты неразумен. Это заставило Джома гневно посмотреть на Чина, но, к счастью, Чин продолжил говорить: - Ты можешь быть таким, каким хочешь. Мне это безразлично. Просто будь со мной. Я справлюсь с чем угодно, потому что люблю в тебе всё. Ты мой самый близкий человек. Чин поцеловал Джома в щёку, прижав свой нос к его лицу. Слово «любовь» было как волшебство. Бурные эмоции Джома быстро успокоились. - А эта папка... Джом не был готов отпустить предыдущий вопрос, хотя он был более чем наполовину убежден сладкими словами Чина. Не дав ему закончить, Чин прервал его. - Посмотри сам, - сказал Чин Он ввел пароль 050298. - Мой день рождения, - пробормотал Джом, прочитав пароль, введенный Чином. Чин кивнул. - Да, все мои пароли — это твой день рождения. И тогда содержимое папки появилось перед глазами Джома. Он широко раскрыл глаза, быстро моргнул и с трудом сглотнул. Папка содержала десятки видеофайлов и много PDF-файлов, но больше всего его поразили названия файлов. Подождите-ка, эти названия файлов... «Как сделать своего любовника счастливым» «Начните и закончите с удовольствием для мужчин» «Как сделать так, чтобы первый раз для мужчины не был болезненным» Что?! Если бы Джом пил воду, она бы сейчас вылетела у него из носа. Его лицо покраснело, и он уткнулся в грудь Чина, не смея читать остальные названия файлов, которые, вероятно, были похожими. Он услышал, как Чин тихонько хихикнул, но не осмелился поднять глаза. - Должно ли это быть настолько подробным? - спросил он себя, быстро закрывая папку, как будто она была проклята. - Теперь ты знаешь, что у меня нет любовницы, - сказал Чин, поднимая его подбородок, чтобы тот посмотрел ему в глаза. Джом мог только кивнуть, его лицо и уши горели красным. Чин рассмеялся и продолжил: - Я еще не смотрел эти видео. Просто открыв их, я почувствовал тошноту, поэтому быстро закрыл их. Мне пришлось полагаться на чтение. Думая о десятках файлов, Джом онемел, только проклиная Чина в уме. “Тебе нужно было изучать эту мутотень? Ты хотел получить диплом с отличием?” Он знал, что Чин ко всему относится серьезно, но это было слишком! - Ты не хочешь их посмотреть? Посмотри их со мной. Я могу объяснить каждое из них, так что тебе не придется беспокоиться, что я скрываю любовницу, - сказал Чин, смеясь и пользуясь ситуацией. Джем чувствовал, что его лицо вот-вот взорвется. Кто бы мог подумать, что такому человеку, как Чин, нужны такие вещи? Он ни на секунду не поверил, что Чин все еще девственник. Он не поверил бы в это, даже если бы его замучили до смерти. Иначе как он мог быть... ну... таким искусным! В его голове промелькнули образы, как он лежит без сил под телом Чина. Чин явно был экспертом. Казалось, Чин мог читать его мысли. Он рассмеялся, не дожидаясь вопроса. - Я многое пережил. Раньше, не сейчас, - подчеркнул Чин. Было ли это угрызением совести? Но Джом не стал спорить, позволив Чину продолжить. - Но с парнем я никогда этого не делал. Ты мой первый, и я еще больше волнуюсь, потому что это ты. Я хочу, чтобы ты был счастлив. Я не хочу, чтобы тебе было больно или плохо. Я не хотел, чтобы у тебя остались плохие воспоминания о первом разе, поэтому я должен был изучить эти вещи, - мягко сказал Чин. Узнав это, Джом не мог не почувствовать себя счастливым. Его сердце наполнилось неописуемым чувством, зная, что Чин так заботится о нем. Но его настроение быстро испортилось, когда Чин спросил, сверкая глазами. - Ну, что ты думаешь? Я прошел? “Черт!! Что за вопрос? Разве его ночные стоны под телом Чина не были достаточным ответом?” Он гневно посмотрел на Чина, его щеки горели, как будто они могли взорваться, и он молча поклялся отомстить парню... - Просто уйди! Чин наклонился и крепко поцеловал его в щеку, бормоча: - Я никогда не думал о том, чтобы завести любовницу. Я люблю только этого упрямого маленького коротышку. Но приятно, когда ты иногда ревнуешь, - сказал он, весело смеясь, его голос был полон радости. - Я не ревную, - сразу же ответил Джом. Хотя ему было стыдно, он не хотел признавать такое унизительное обвинение. Чин кивнул, но не перестал дразнить: - Ладно, я не ревную. Но ты просто заплакал, потому что боялся, что я тебя не люблю, вот и все, - сказал он уверенно. Этот придурок слишком гордится собой. Джом сердито посмотрел на Чина, чтобы скрыть свое смущение, но вдруг игривое лицо Чина стало серьезным, и его голос прозвучал столь же серьезно. - Не поступай так больше. Джом был сбит с толку, пока Чин не продолжил. - Когда ты сказал, что все кончено, что не любишь меня, не повторяй это снова. Если что-то не так, поговори со мной. Я всегда найду ответ. Но не произноси слово «разрыв» так легкомысленно. Ты не знаешь, как это больно. Голос Чина дрожал, как и его взгляд. Джом понял, что нечаянно глубоко ранил Чина. Он твердо пообещал себе больше не говорить так опрометчиво. Чин грозно сказал: - Если ты сделаешь это снова, три дня и три ночи не выйдешь из комнаты. Его голос звучал так сурово, что Джом сглотнул. Взгляд Чина и сжатые челюсти ясно говорили: он не шутит. Джом сухо рассмеялся, не зная, что сказать. Затем в его ухе снова раздался озорной голос: - Я сейчас действительно испугался. Ты должен меня утешить. Прежде чем Джом успел отказаться, Чин без труда поднял его на руки. Он уверенно вошел в спальню и уложил его на кровать. Озорные глаза Чина ясно давали понять, что он собирается делать. Джом покачал головой, пытаясь отползти, но Чин зло улыбнулся. - Ты только что проснулся, Чин. Голоден? Джом быстро искал выход. Чин медленно покачал головой. - На еду не голоден, только на тебя. - Завтрак важен для здоровья, - сказал Джом, надеясь на небольшой шанс спастись. Он отполз от приближающегося Чина. - Я выпью молока. Услышав это, он быстро предложил: - Я принесу. Чин снова покачал головой, а затем ухмыльнулся. Не успел он опомниться, как Чин спустил ему штаны до колен, протянул руку, чтобы потрогать его маленького Джома, посмотрел на него и ясно произнес: - Твое молоко вкуснее. Что за черт?!! Джом побледнел, и попытался отползти. В этой ситуации он был как добыча, не имеющая возможности сопротивляться, особенно когда его прижали к изголовью кровати. Чин снова улыбнулся ему, прежде чем подполз ближе, говоря медленно, но вызывая мурашки по коже: - Я хочу проверить, работают ли мои теоретические исследования на практике. Джом отчаянно покачал головой, выглядя так, будто он вот-вот заплачет. Разве они уже не прошли испытания? Джом бесчисленное количество раз терял сознание на кровати. Каждый уик-энд он почти не выходил из комнаты, потому что был слишком слаб, чтобы двигаться. Разве этого не достаточно? Он мог только думать, не смея говорить. - Нет, Чин, - воскликнул он в знак протеста. Чин проигнорировал его, наклонив голову, пока их губы не соединились, и его горячий язык не начал нежно лизать. - Сегодня я не остановлюсь, пока мы не перепробуем все позы, - прошептал Чин. Он приблизил свои губы к губам Джома, его глаза горели с большей интенсивностью, чем когда-либо прежде. - Нет, - заныл Джом, пытаясь отвернуть лицо. Жгучие губы Чина прижались к его шее. Он вздрогнул от острой боли, зная без сомнения, что появился еще один след. Сколько бы раз они ни занимались любовью, Чин всегда оставлял следы на его теле, даже если старые еще не успели исчезнуть. Как они могли исчезнуть, если Чин никогда не ждал больше двух дней? В его памяти всплыли воспоминания о предыдущем дне, когда Чин истощил его силы настолько, что он не мог встать с постели целый день. Он энергично покачал головой. Больше никогда. - Завтра воскресенье, я дам тебе отдохнуть, - сказал Чин, как будто читая его мысли. - Но... Джом едва успел шевельнуть губами, как его протест был поглощен поцелуем Чина, который был настолько интенсивным, что он ослабел и не смог сопротивляться. Футболка, которую он надел всего несколько часов назад, была снята и отброшена в сторону, как будто она была бесполезной. Эй, это была его любимая футболка! Но времени на сожаления не было. Теплые губы Чина скользнули по его груди, его теплый язык лизнул один сосок, а грубая рука сжала другой, заставляя Джома извиваться от удовольствия. Он не мог сдержать стона. Чин долго занимался этой частью, так как она была его любимой. - Твоя грудь становится больше, Кроха, - пробормотал Чин, не отрывая рта от его груди. Черт! - Ух... Перестань ласкать мою грудь. Это слишком, - пожаловался Джом. Его голос смешался со стонами, но его тело предало его. Он не только бессознательно прижал голову Чина, но и выгнул грудь, как будто чтобы ему было удобнее. Как его грудь могла не стать больше при таком внимании? Даже в дни, когда они не занимались сексом, Чин все равно настаивал на том, чтобы сосать его грудь, пока они лежали. Если он пытался его остановить, Чин угрожал ему изнасиловать. - Но тебе это нравится, - парировал Чин. Джом гневно посмотрел на Чина и сильно ударил его по спине... Даже если это было правдой, Чин не должен был говорить это вслух. Вместо того чтобы испытывать угрызения совести, Чин сосал его сосок еще сильнее, как будто пытаясь оторвать его. - Ах... Чин, это больно. Когда Джом выразил протест, Чин нежно лизнул его, как будто пытаясь успокоить. Он тяжело дышал от удовольствия, и потянулся, приподняв подбородок для поцелуя. Их языки переплелись, и он уже не мог понять, где, чей язык. Грубые руки Чина блуждали по его телу, остановившись на животе, а затем переместившись на внутреннюю часть бедер. Джом был охвачен страстью и почти не узнавал себя. Когда Чин начал отстраняться, Кроха инстинктивно потянулся к нему. Чин рассмеялся и снова поцеловал его, но на этот раз более страстно. - Я только на секунду, сниму одежду, - сказал он. Чин вернулся через мгновение. Его обнаженное тело прижалось к нему, горячие тела терлись друг о друга. Он застонал. Губы Чина ласкали его грудь, погружая в состояние блаженства. Когда он уже почти растворился в удовольствии, Чин резко вошел в него. Он закричал. Прежде чем он успел привыкнуть к внезапному вторжению, Чин заговорил снова. - Давай начнем с положения стоя, - сказал Чин, поднимая его, не разъединяясь. Джом быстро схватился за шею Чина, боясь упасть. О, это положение. Оно такое глубокое! Джом прикусил губу, уткнувшись лицом в шею Чина, и стал невнятно стонать, пока Чин энергично двигался вперед-назад. - Ах... Чин, это слишком глубоко. Чин расхохотался, а затем резко сказал: - Попробуй, сверху — там ещё глубже. Джом посмотрел на него с изумлением. - Сегодня я буду пить твоё молоко, пока не напьюсь, - добавил Чин почти грозно и так сильно толкнул Джoмa, что тот едва не ударился головой. В этот момент Джом решил, что больше не будет страдать из-за файлов на ноутбуке Чина.