«Из друга в поклонники»

Глава 30.

Редакторы: @molly75 // @RedFoxLeka

Хоть Джом еще не слышал будильника, солнечный свет, пробивающийся сквозь тонкие занавески, подсказал ему, что уже наступило утро. Он пошевелился и повернулся, чтобы лениво потянуться. В этот момент он почувствовал резкую боль в пояснице. Боль? Как только эта мысль пришла ему в голову, он со всей силы рванулся вверх, используя обе руки, совершенно забыв, что его левая рука временно не работает. - Ай! Он вскрикнул почти сразу, слезы хлынули по щекам. Боль была невыносимой, крик - искренним, и он вынужден был вернуться в исходное положение. Теснота вокруг его груди исчезла вместе с голосом, который звучал близко, почти у самого уха. - Что случилось, Кроха? Узнав голос, он отпрянул, словно прикоснулся к чему-то горячему, на миг, забыв о боли. Он изо всех сил оттолкнул лежащего рядом с ним человека, а затем уселся удобнее, давая своему сознанию возможность обследовать комнату. Это была его комната, так как же Чин попал сюда? Его комната! Пхет...! Больше, чем присутствие Чина, его потрясла мысль о том, что Пхет мог видеть их с Чином, спящими на одной кровати. Он быстро огляделся и, не обнаружив своего друга, вздохнул с облегчением. Простыни были по-прежнему гладкими, что говорило о том, что Пхет не возвращался со вчерашнего дня. В данный момент ему было все равно, куда ушел Пхет, он был просто рад, что тот не вернулся. Иначе он не знал бы, как объяснить появление Чина в его постели. Успокоившись, он произнес строгим голосом: “Тебе пора идти.” Он услышал, как Чин вздохнул и пристально посмотрел на него. Наконец Чин встал, но медлил уходить, пока ему не пришлось крикнуть: "Убирайся!" Он, с трудом поднялся на ноги и смотрел только на воротник Чина, не решаясь взглянуть выше, чтобы встретиться с ним глазами, или ниже, потому что что-то давило на боксеры Чина, которые он случайно увидел раньше... Стрелки часов едва перевалили за семь утра, а Чин “уже встал и готовился отдать честь флагу”. “Слишком здоровый!” - пронеслось у Джом в голове, но он тут же отбросил эту мысль. - Давай я сначала помогу тебе снять рубашку. Как ты собираешься сделать это один? - спокойно сказал Чин. Сначала Джом хотел отказаться, но, поразмыслив, понял, что ему нужна помощь Чина. Он прикусил губу, подавляя смущение, пока Чин расстегивал пуговицы на его рубашке, не сводя с него глаз. Ему хотелось, чтобы Пхет вернулся, но было уже слишком поздно! Чин медленно стянул рубашку с руки с гипсом. Ему не показалось: он слышал тяжелое дыхание Чина, а его адамово яблоко двигалось, когда он тяжело сглатывал. - Вот. Чин протянул ему рубашку, которую только что снял, и почти всучил ее ему, после чего быстро повернулся и вышел из комнаты. Он уставился на закрытую дверь, недоумевая по поводу действий Чина. Встряхнув головой, чтобы прогнать мысли, Джом отправился в ванную, чтобы заняться своими делами. Выйдя оттуда, он столкнулся с той же проблемой - не мог надеть рубашку. Пока размышлял, как решить эту проблему, дверь открылась, и вошел Пхет. Его друг выглядел так, словно из него высосали всю кровь. Джом нахмурился, глядя на его осунувшийся вид. - Что случилось? И где ты спал прошлой ночью? Его вопрос был продиктован не любопытством, а искренней заботой. - Был у друга, - ответил Пхет, его голос был хриплым, словно он перебрал. Джом прищурился, глядя на друга, пытаясь понять, в чем дело, но Пхет избежал его взгляда и направился в ванную. Позвав Пхета обратно, он протянул ему свою студенческую рубашку. Пхет помог ему надеть ее, зная, что нужно делать. Наблюдая за серьезным лицом друга, как будто наступил конец света, он пошутил, чтобы разрядить обстановку: "Ты выглядишь так, будто тебя кто-то избил". Он поклялся, что просто подтрунивает, но... - Черт! Пхет выругался про себя, на лбу у него вздулись вены. Джом был ошеломлен и сбит с толку такой вспышкой. Пхет убежал в ванную, оставив его молча размышлять. Когда Пхет вышел, он приводил себя в порядок перед зеркалом. Поймав взгляд друга в отражении, он увидел, что тот, похоже, хочет что-то сказать, но не решается. - Я не пойду сегодня на занятия, - наконец сказал Пхет. Это... заставило его напрячься. - Почему? - спросил он удивленно. Пхет не был прилежным учеником, но он практически не прогуливал занятия. - Похмелье, - сказал Пхет, и смысл этого единственного слова был ясен. Он кивнул, но что-то в этом объяснении его смутило. Почему Пхет избегал его взгляда и так крепко сжимал кулаки? Джом не успел задать этот вопрос, пришло сообщение от Чана, что он уже приехал. Вчера Чан, всегда надежный друг, позвонил и предложил забрать его на занятия. Когда Джом спустился вниз, у входа уже стояла роскошная машина Чана, а рядом ждали Кенг и Чин. Когда он сел в машину рядом с Чаном, тот протянул ему пачку "Пеперо", его любимую закуску. Раньше ему приходилось ждать, пока друзья привезут его из Кореи, а теперь, когда он стал продаваться в 7-Eleven, Джом все еще не покупал его, потому что он был дорогим, но даже здесь он полагался на своих друзей! - Чан, ты такой добрый, - широко улыбнулся он и в волнении наклонился, чтобы поцеловать друга в щеку. От удивления вскрикнул не Чан, а водитель и человек, сидевший рядом с ним. К счастью, машина еще не начала движение, иначе они могли бы съехать с дороги. Бедный, ни в чем не повинный, Артит… - Кенг, Чан, успокойте своего друга, - приказал, сурово глядя на Кенга, сидевший на водительском сиденье Артит. Кенг потянулся к Чину, сидящему посередине, чтобы схватить его, но тот увернулся. - Разве я не твой друг, Артит? Джом надулся, притворяясь грустным. Чан рассмеялся и утешительно погладил его по голове. Он ухмыльнулся, показав все свои зубы, и триумфально подмигнул Артиту. - Я вышвырну тебя из машины, - пригрозил Артит. Господи, всего лишь немного поддразнил, а он уже угрожает. Он что, думал, что я испугался? Он обратился к Чану за сочувствием, и когда Чан встал на его сторону, Артит сразу сник. - В тот день, когда Чана рядом не будет, ты умрешь, Кроха, - прорычал Артит, сжимая руками руль. Джом рассмеялся, чувствуя себя победителем, и отвернулся, чтобы посмотреть в окно, наслаждаясь видом полей, который прекрасно сочетался с музыкой в машине. - Чин, почему ты такой тихий? - нарушил молчание Кенг. Он не повернулся, чтобы посмотреть, но и так все слышал. - Не твое дело. - Эй, что за секретность? Дай-ка взглянуть... Ха! Как извиниться перед своей парой? У тебя есть девушка, Чин? Кто это? Почему я не в курсе? - пошутил Кенг, подыгрывая себе. От слов Кенга Джом вздрогнул и повернулся, встретившись взглядом с Чином. Глаза Чина говорили о многом, но он не осмеливался думать, что это касается его. Он отвернулся, заставляя себя игнорировать Чина и не обращать на него внимания. - Правда? Чин, расскажи нам. Я тоже хочу знать, - подначивал его Артит. Чин лишь ухмыльнулся, ничего не объясняя, отчего Кенг расстроился и обратился к нему. - Как человек, близкий к Чину, скажи мне, Кроха. - А? Он повернулся и в замешательстве указал на себя. Когда Кенг кивнул, подтверждая, что Джом понял его правильно, он вздохнул. - Откуда мне знать? - отмахнулся он. Откуда ему знать...? Если бы он знал, с кем встречается Чин, разве позволил бы он своему сердцу так глубоко втянуться? - Хорошо, я расскажу тебе, когда перестану злиться, - ответил Чин Кенгу, но его глаза были устремлены на Джома. И он не понимал, почему его сердце бешено колотится. Ведь Чин разговаривал не с ним. Вот это сюрприз! Джом с облегчением выдохнул, когда все вновь стало по-прежнему. Когда Артит припарковал машину, голодный Джом прижавшись к Чану, направился в кафетерий. “Пеперо”, который он съел, было лишь закуской. Теперь его желудок требовал настоящей еды. Он положил свои вещи на стол и повернулся, чтобы встать в очередь за едой, но тут на его плечо легла чья-то рука. Знакомый вес подсказал ему, кто это... - Что ты хочешь съесть? – с серьезным лицом спросил его Чин, словно он боялся отказа. В итоге он заказал свинину с чесночным перцем и рисом, хотя на самом деле ему хотелось утиной лапши. В такие моменты нужно выбирать что-то простое. Прошло совсем немного времени, и свинина с чесночным перцем и рисом была поставлена… перед Чином, обе тарелки! Когда Джом попытался забрать свою тарелку, Чин авторитетно сказал: "Я тебя покормлю". Прежде чем он успел отказаться, Чин сурово продолжил: "Я же могу тебя покормить? Ведь Чан тебя кормит, значит, и я могу". Не дожидаясь ответа, Чин зачерпнул немного еды и поднес ее ко рту. Джом в панике огляделся по сторонам... никто не смотрел, но все же! Когда он открыл рот, чтобы сказать, что может поесть сам, Чин засунул ложку, едва не задев его горло. Все, что он мог делать, - это смотреть и жевать. Но когда он увидел, что Чин ест из той же ложки, его лицо потемнело, и он почувствовал прилив жара. Он опустил голову, делая вид, что ничего не заметил. Кенг и близнецы вернулись к столу, просто смеясь, но никто не дразнил его, чтобы заставить его сердце биться. Джом понял, что опять много себе надумывает. К тому времени, как он закончил трапезу, он почти умирал от смущения, потому что поздним утром в кафетерии стало появляться все больше людей. Конечно же, некоторые отмечали его поведение как нечто странное. После еды Джому без спроса подали напитки на выбор: чай со льдом и сок. Он пил, просто желая поскорее закончить. Покончив с этим, он поспешил покинуть кафетерий, не оглядываясь. Когда он уже собирался войти в учебный корпус, то случайно увидел Мэла, который сидел и болтал со своими друзьями. Джом улыбнулся и поприветствовал его из вежливости. Мэл посмотрел на него, но ничего не ответил. Это было хорошо, потому что в последнее время ему хотелось немного покоя. Но прежде чем он успел закончить свою мысль, как Мэл встал и направился прямо к нему. - Джом, что случилось с твоей рукой? - спросил Мэл, оглядываясь по сторонам. - Просто несчастный случай. Перелом. Ничего серьезного, - небрежно ответил он. Джом уже смирился с тем, что не сможет участвовать в соревнованиях. Мэл удивленно расширил глаза и быстро уточнил детали. В этот момент он услышал хруст. Обернувшись, чтобы посмотреть, он вздрогнул, увидев суровый взгляд Чина. В руке у того был раздавленный пластиковый стаканчик. - Приятно слышать, что ничего серьезного, - с легкой иронией сказал Мэл. Джом ухмыльнулся, показав зубы. Чин несколько раз подтолкнул его, но когда тот повернулся, чтобы посмотреть, ничего не сказал. Что с ним такое? - Береги себя, Джом. Я волнуюсь за тебя, - заботливо произнес Мэл, его глаза выражали беспокойство. Странно, но Джом не чувствовал себя взволнованным или счастливым. У него не щемило сердце, когда кто-то другой говорил ему приятные слова. Он снова подумал о Чине. Вздохнул, не в силах отвлечься от своих мыслей. - Я тоже беспокоюсь о своем кошельке. Только гипс обошелся мне в десятки тысяч. К счастью, у машины, сбившей меня, была страховка, так что они заплатили сполна. Иначе мне пришлось бы выплачивать его всю жизнь, пошутил он, чтобы разрядить обстановку. - Ты можешь разрешить оплатить мне. Я могу позволить себе платить за тебя всю жизнь, - поддразнил Мэл, взъерошив его волосы. Хруст! На этот раз звук продолжился. Мэл посмотрел на Чина и ухмыльнулся. - Я пойду. Выздоравливай скорее, Джом, - с улыбкой сказал Мэл. Джом кивнул, а Мэл вернулся к своему столику, но то и дело оглядываясь, словно ища кого-то… Джом нахмурился и пожал плечами. Почему все сегодня так странно себя ведут? В этот момент он услышал, как жалуется Артит. - Мой стаканчик! Я только что купил его и даже не успел выпить из него, Чин! Сегодня Пхета не было рядом, и Джом прижался к Чану, как обезьянка к ребенку, заняв место рядом с ним и подтолкнув Артита, чтобы тот сел с Чином. За партами в классе сидели по два человека в ряду. Кенг пошел сидеть с девочкой. Джом достал свои канцелярские принадлежности, приготовившись делать записи, но нахмурился, почувствовав в сумке что-то незнакомое. Он вытащил “это” и обнаружил... тетра пак молока! Не успел задуматься, откуда он взялся, как увидел ослепительно-розовую записку с надписью: “ Прости, Кроха”. - Почему вы поссорились с Чином? - внезапно спросил Чан, поднимая бровь. Он вскочил, быстро сунул молоко и блокнот обратно в сумку и опустил взгляд, избегая взгляда Чана. Сердце колотилось, но он старался говорить спокойно: " Да ничего такого". - Вы двое обычно неразлучны. Почему Чин в последнее время выглядит грустным? Это как-то связано с тем, что Кенг сказал Чину сегодня утром? Чан поднял бровь и улыбнулся. Его лицо покраснело, он подумал, что Чан соединяет слишком много точек. - Например, что ты всегда с Артитом? - спросил он, чтобы выиграть время и придумать ответ. Но Чан покраснел, и сменил тему. Джом выдохнул с облегчением. Он уклонился от еще одной пули! Джом не знал, насколько близкими казались его отношения с Чином другим, были ли они похожи на нечто большее, чем просто дружеские. Но все произошедшее доказывало, что ему все только кажется. Поэтому, пока он не забрался слишком глубоко, ему нужно было держаться от Чина на расстоянии. Даже если это было нечестно по отношению к Чину, он не хотел, чтобы ему снова причинили боль. Он пообещал, что как только сможет контролировать свое сердце рядом с Чином, он больше не будет его избегать. Но сейчас он не мог этого сделать. Он сказал, что злится, потому что Чин солгал, но это было лишь для того, чтобы защитить себя. Чтобы защитить свое слабое "я", когда он понял, что только он один так считает. Чтобы не выглядеть глупо. Может, это и эгоистично - обвинять Чина, но он уже сделал это. Он сгорбил плечи, избегая смотреть в глаза, когда чувствовал чей-то пристальный взгляд. Но убежать не мог. Джом протянул руку в сумку и достал записку, но не смог заставить себя скомкать ее. - Что поделать, если любишь того, кого не должен любить…- прошептал он. Проболтался… Он прикусил губу. Чан вскочил, что отличалось от его обычного спокойного поведения. Он смотрел на Джома не читаемым взглядом, но тот чувствовал, как темные глаза Чана закатываются, словно в глубокой задумчивости. Прошло некоторое время, прежде чем Чан ответил: - Что ты имеешь в виду — что-то возможное или невозможное? - Конечно, это невозможно, - мягко ответил Джом. Глаза Чана потемнели, словно их затянуло легкой дымкой. - Возможно, вам придется двигаться дальше. Но если не можете, боритесь за это и найдите счастье в своем выборе. Счастье и страдание идут рука об руку, и мы сами решаем, как с ними быть. Даже если это неправильно, но делает вас счастливым, примите это. Я бы принял грех, который остался бы со мной на всю жизнь, - сказал Чан, но его взгляд был отстраненным, будто он говорил с кем-то другим Джом прищурился, глядя на него. Чан, похоже, понял, что сказал, покачал головой и слабо улыбнулся Джому. Хотя он и был любопытен, но сейчас не мог справиться даже со своей ситуацией, поэтому пока оставил все как есть. Он не мог поступить так, как предлагал Чан, потому что не он выбирал. Он был лишь тем, кого не выбрали. Не выбран с самого начала! После занятий он чувствовал себя потерянным. Обычно он занимался теннисом или смотрел, как Чин играет в футбол. Но теперь в этом уже не было необходимости. Если он и ходил на футбольное поле, то только для того, чтобы посмотреть, как тренируются Пхет и Артит. Но сегодня Пхет бездельничал в комнате, а у Артита были свои планы. Поэтому он попросил Артита подбросить его до общежития. Он планировал пригласить Пхета на ужин, но когда он вошел в комнату, того не оказалось на месте. В ожидании друга он решил принять душ, потому что весь день ему было жарко. Это заняло почти час, потому что он с трудом снял рубашку. После душа он решил не надевать рубашку, так как был один в комнате. Но тут его желудок заурчал от голода. Он подумал о том, чтобы приготовить лапшу быстрого приготовления, но в шкафу было пусто. Он не мог пропустить прием пищи, потому что у него были лекарства, которые нужно было принимать до и после еды, но спуститься вниз без рубашки, было неприлично. Пока он размышлял, зазвонил телефон. Он улыбнулся, увидев номер Пхета. Идеально. Он был спасен! - Пхет, когда ты вернешься? Я голоден. Купи мне еды. Мне лень спускаться вниз. Рука болит, - сказал он, как только ответил, не дожидаясь, пока Пхет поприветствует его. Он оправдывался, хотя спуск на три этажа не влиял на его руку. Его план состоял в том, чтобы запутать Пхета и заставить его согласиться. Но... [-Я не приду.] Голос Пхета звучал неуверенно, но если слух Джома не обманывал его, он слышит знакомый голос на заднем фоне. [-Попроси кого-нибудь из своих друзей купить еду для маленького Джома. Не будь таким жестоким.] Он слышал голос Мэла! Не может быть!!! Он энергично покачал головой. Задумавшись об этом, Джом не услышал, что Пхет сказал дальше и когда повесил трубку. Он вернулся к реальности, услышав стук в дверь. Вскочив, он машинально пошел открывать, не задумываясь о том, кто это. Когда дверь открылась, он увидел Чина с кучей вещей в руках. Он поднял бровь, когда Чин слегка вздрогнул и отвернулся. Раздраженный тем, что Чин постучал, но при этом вел себя странно, он заметил, что левая рука Чина, его щеки и ухо покраснели. Он посмотрел на себя, осознавая свое состояние, и был на мгновение ошеломлен, но не показал этого. Смутившись настолько, что ему захотелось спрятаться, он сказал себе, что для такого мужчины, как он, обнажить кожу - не такая уж большая проблема. - Я принес тебе ужин, - быстро произнес Чин. Он говорил так быстро, что казалось, его язык вот-вот завяжется в узел. Джом бросил взгляд на Чина, который, похоже, знал, что он очень голоден. Пхет не мог ему этого сказать, потому что тот только что повесил трубку. Конечно, он не был глупым гордецом, как героиня тайской драмы, которая отказывается от доброты, даже когда умирает от голода. Для него еда и выживание всегда стояли на первом месте. Он протянул руку, чтобы взять пакет с едой, и толкнул дверь, чтобы закрыть ее, но кое-кто толкнул его в ответ. - Если не хочешь отдавать, забирай. Джом раздраженно щелкнул языком и протянул пакет обратно. Чин поднял бровь. - А когда я говорил, что не дам? Воспользовавшись моментом, Чин толкнул дверь, пока она не захлопнулась, а затем шагнул в комнату и закрыл ее за собой. Поставив еду на обеденный стол, Чин открыл гардероб, достал футболку и надел ее на него, как в детстве. Он не был уверен, но ему показалось, что он услышал звук скрежета зубов. Закончив, Чин вздохнул с облегчением, будто выполнил важную задачу. Пока Джом был в замешательстве, Чин отнес пакет с едой на кухню, умело расставляя посуду, как будто он здесь хозяин. - Иди есть, - раздался голос от человека, сидящего на диване и ведущего себя как хозяин комнаты. - Ты принял лекарство перед едой? - спросил Чин. Когда он покачал головой, Чин сходил за сумкой с лекарствами и передал ее ему вместе со стаканом воды. - Подожди, поешь через пятнадцать минут. Ты очень голоден? Казалось, парень разговаривает сам с собою, потому что снова покачал головой… Через пятнадцать минут пришло время трапезы, но не успел он взять тарелку, как Чин уже зачерпнул немного риса и поднес к его рту. Устав спорить с ним, Джом открыл рот, чтобы поесть. То ли от голода, то ли еще от чего, но он доел все до конца. Чин тихонько убрал тарелку, а когда вернулся, протянул ему большой пакет из 7-Eleven. Джом поднял бровь, прежде чем открыть его, и поднял бровь еще выше, когда обнаружил, что он наполнен закусками “Pepero”, как он получил от Чана этим утром. Там был полный комплект! - В "7-Eleven" за кампусом и рынком было только столько. Если не хватит, я завтра проверю другие "7-Eleven", - сказал Чин с невозмутимым лицом. И он верил, что так и будет. Он прикинул на глаз, что коробок было не меньше десяти, и если он съест их все, то либо заработает кариес, либо диабет. Джом охотно съел две коробки “Pepero” хотя был так сыт, что едва мог двигаться. Он с трудом уселся на кровати, чтобы почитать комиксы, пока “незваный гость” удобно устроился с ноутбуком перед телевизором. Джом не стал отправлять его обратно в комнату, потому что знал, сколько бы он ни говорил, Чин не станет слушать. Он продолжал читать свои комиксы, а Чин - работать на ноутбуке. Каждый находился в своем собственном мире. Однако в этой тишине у него проскальзывала мысль: "А ведь все не так уж плохо". Эта мысль его пугала и он глубоко вздохнул. Почему Чин так поступил? Почему он был так добр к нему? Он совершенно не понимал, почему.