Мы не пьём — мы отдыхаем. Ага, конечно

— Бро, — сказал Хан и с абсолютно серьёзным видом поставил перед собой стопку текилы. — Если я умру сегодня, скажи Минхо, что пусть ищет новую кошку. — Почему? — Феликс моргнул. — Потому что Дори меня убьёт раньше всех. Они сидели в баре, который назывался «Пьяный Пингвин». Уже одно название намекало, что добра не будет. Над входом висела огромная вывеска с мультяшным пингвином, у которого в каждой из двух лап была бутылка. Пингвин выглядел так, будто он видел дерьмо пострашнее, чем налоговая в конце года. Феликс уже был навеселе. Настолько, что пытался украдкой поглаживать стойку бара, потому что «она теплая и добрая, как Хёнджин по утрам». — Послушай, — сказал он, поднимая стакан. — Мы с тобой решили встретить Новый год красиво. — Да. — Хан тоже поднял. — Одной бутылкой шампанского. — Но шампанское кончилось. — Оно не кончилось, — Хан наклонился вперёд. — Мы просто перепутали бутылку с ведром для столовых приборов. Бармен, проходя мимо, мрачно кивнул: — Мужики, вы первые, кто попытались открыть половником шампанское. — Это был художественный замысел! — фыркнул Феликс. Они выпили текилу. Потом ещё одну. Потом обе. Потом нашли на столе третью, которую, видимо, кто-то забыл — но сейчас было не то время, чтобы задавать лишние вопросы. Плейлист бара перешёл на новогодние каверы популярных песен. На экране промелькнула заставка глупой программы с ведущим в костюме снеговика. Где-то далеко заиграл хор, который орал «Лааааааааст Крисмас». — Пиздец, — сказал Хан. — Пиздец, — согласился Феликс. Потом они посмотрели друг на друга. — Бро, — сказал Хан. — Бро? — сказал Феликс. — Ты вообще счастлив в браке? Феликс задумался. На его лице появилась милая, но смертельно опасная смесь эмоций: осознание, алкоголь и то самое «сейчас я скажу правду». — Да… — начал он. — Я люблю Хёнджина, но… Хан наклонился вперёд. — Но? — Но он не разрешил мне купить лампу в форме кота. — Пиздец он деспот. — Реально, — Феликс ударил кулаком по столу. — Я ему говорю: Хёнджин, это эстетика! Это вклад в атмосферу дома! А он: «Нет, она светит в глаза». Хан схватился за голову. — Как он мог… запретить лампу… в форме кота… — Ага! Пауза. — Бро, — Феликс снова поднял голову, — а ты-то счастлив? — Нет, — Хан драматично вздохнул, — Минхо опять сказал, что Дори умнее меня. Феликс изумился. — А что ты сделал? — Я сказал: да, я знаю. — Ну блин, — Феликс потрепал его по плечу, — это же правда. — Спасибо, блять, поддержал. Они вздохнули синхронно, как в плохой дораме. Потом Хан резко хлопнул ладонью по столу. — Надо им позвонить! — Кому? — Нашим му… Он попытался сказать «мужьям», но язык превратился в сырую лапшу. — Мужжжжням, — уточнил он, гордо подняв брови. — Скажем им всё! Феликс широко улыбнулся. — ДА! Он вытащил телефон. — Сейчас я ему скажу, что развожусь из-за лампы. Хан достал свой. — А я скажу, что… Он задумался. — Что я… сейчас придумаю. Они нажали вызовы одновременно. ЗВОНОК №1 — ХЁНДЖИН — Лииииииииииикс? — голос Хёнджина был сонным. — Ты где? — В баре, — заявил Феликс торжественно. — И всё! Пауза. — И? — И… — Феликс поднял палец, хотя никто не видел. — Я ЗА-МУ-ЖЕМ! — … — Ли Феликс, ты пьяный? — Смотри на палееец, — Феликс сунул руку перед экраном телефона, — читай по глазаааам: ЗА! МУ! ЖЕМ! — Я… знаю. Ты мой муж, да? — Хёнджин, — Феликс сокрушённо покачал головой, — гладко стелешь… но чё б не сказал… — Что? — Развод. — ЧТО?! — Быстро сделал шаг назад, ЧЁ, ЗАБЫЛ, ГДЕ ТОРМАЗА?! Судя по тишине на линии, Хёнджин пытался решить: плакать, смеяться или ехать и убивать. ЗВОНОК №2 — МИНХО — Да, Хан, — Минхо был спокоен. Слишком спокоен. — Ты где? — МИНХО… — протянул Хан, — я хочу сказать тебе очень важное. — Ты выпил. — Ещё как. — Что случилось? — Я… — Хан поднял руку. — Я… Он шепнул: — Раз. Во. Жусь. — Что? — Разводимся! — Почему? — Потому что… — Хан обвёл бар глазами. — Потому что я мужчина! Независимый! Гордый! Я могу сам! В этот момент он попытался встать, споткнулся о ступеньку и рухнул вниз. Прямо. Лицом. Телефон упал рядом. — ХАН?! — заорал Минхо. — ХАН?!! Хан поднял голову. — Не ори на меня! Я ЗАМУЖЕМ! — … — Хан. Это я. Твой муж. — Неееет, — Хан махнул рукой. — Ты какой-то хмурый дядька. — Я сейчас приеду. — НЕЕЕЕЕТ! — Хан заполз под стойку. — Не приезжай! Я танец готовлю! — Танец? — Стриптиз. — ХАН! Но Хан уже отключился, пытаясь снять с себя свитер «потому что он меня ограничивает». Хёнджин и Минхо приехали почти одновременно. Парковка перед баром была заставлена машинами, а внутри — царила атмосфера праздника, боли и алкоголя. Первым в бар зашёл Минхо. Он увидел: — Хан стоит на стойке. — Хан размахивает свитером как флагом. — Хан орёт: «ДАВАЙТЕ, МАТЬ ВАШУ, НОВЫЙ ГОД НЕ ЖДЁТ!» — Феликс пытался подсветить его телефоном, как прожектором. Минхо вздохнул. — Господи, за что. Хёнджин зашёл следом. Оглядел сцену. Прищурился. — Ликс. — НЕ ПОДХОДИ! — Феликс вскинул руку, как полицейский, останавливающий движение. — МУЖЧИНА Я ЗАНЯТ. — Ты занят? — Да! — Феликс гордо взмахнул шарфом. — Я замужем! — Ликс… — Хёнджин шагнул ближе. Феликс резко отшатнулся. — ОТСТАНЬ, НЕЗНАКОМЫЙ СНЕГОВИК! — Я не снеговик. — У ТЕБЯ ЛИЦО КРУГЛОЕ. — Это контуринг. Феликс ткнул его пальцем в грудь. — Ты не мой муж. — Я ТВОЙ МУЖ. — НЕТ. МОЙ МУЖ КРАСИВЫЙ. Хёнджин моргнул. — А я? — А ты злой. Тем временем Минхо подошёл к стойке. — Хан, слезь. — НЕЕЕТ! — Хан развернулся. — У МЕНЯ КАРЬЕРА! Я ТЕПЕРЬ СТРИПТИЗЁР! Он сделал па, потом второе, потом третье, потом… Свалился со стойки прямо Минхо на руки. Минхо ахнул и подхватил его. — ТЫ ЧТО, ДУРАК? Хан обвил его шею руками. — Если ты хотел меня поймать… так и скажи… — Пиздец, — выдохнул Минхо. Хан прищурился на Минхо: — Ты кто? — Я твой муж. — Нееет. Мой муж красивый. — Я красивый. — МОЙ МУЖ СТРОГИЙ. — Я строгий. — МОЙ МУЖ — МИНХО! — Я и есть Минхо! Хан задумчиво посмотрел на него. — Не похож. — Чем? — Минхо меньше кричит. — С ЭТИМИ ДВУМЯ? — Минхо ткнул пальцем в сторону Феликса и Хана. — Я кричу ВСЕГДА. — Ну… — Хан протянул, — может быть. Но потом снова нахмурился. — ПОДСТАВНОЙ! — ЧТО? — Ты подставной муж! Ты хочешь украсть меня! — ХАН, БЛЯТЬ! Ты и так МОЙ! Феликс тем временем пытался убежать от Хёнджина, который просто шёл за ним, как кот за неадекватным лазером. — НЕ ТРОГАЙТЕ МЕНЯ! — вопил Феликс. — Я ЗА-МУ-ЖЕМ! — Я знаю. Я твой муж. — НЕТ!!! МОЙ МУЖ СЪЕЛ БЫ ЭТУ ЛАМПУ! — ЧТО? — ЛАМПУ! ЛАМПА-КОТ! — Боже… И тогда Феликс внезапно резко развернулся, ткнул пальцем в Хёнджина и выкрикнул: — ТЫ! НЕ! МОЙ! КОТ! Вся барная стойка повернулась на звук. Феликс почувствовал себя драматичной героиней мексиканского сериала. Хёнджин тем временем устало закрыл лицо рукой. — Ликс… — НЕТ! — Феликс показал кольцо. — ВОТ! ВОТ ДОКА-ЗА-ТЕЛЬСТВО! Я! ЗА! МУ! ЖЕМ! Хёнджин повернулся к бармену. — Два пакета льда, пожалуйста. И два мордника. Бармен кивнул. — Сейчас принесу. В итоге Минхо и Хёнджин схватили своих мужей под руки. Феликс продолжал бормотать: — Отпустите меня, я замужем! Моему мужу не понравится! — Я и есть твой муж, дебил. — НЕ ОБИЖАЙ МЕНЯ, НЕЗНАКОМЕЦ. Хан тоже сопротивлялся: — Я хочу танцевать! Я ещё не сделал пируэт! — Ты никогда не умел делать пируэты. — Зато я умею падать красиво! — Это правда, — буркнул Минхо. Они вытащили обоих на улицу. На улице Хан вдохнул холодный воздух и сразу заорал: — Я МОГУ ВИДЕТЬ БУДУЩЕЕ! — Нет ты не можешь, — сказал Минхо. — МОГУ! Я ВИЖУ… — Хан ткнул пальцем в небо. — Завтра у меня будет… БО-О-О-ОЛЬШАЯ ГОЛОВА! — Это похмелье. — Вот! Я предсказатель! Феликс мягко упал лицом в снег. — Бро… снег пахнет как Хёнджин… — Спасибо, — мрачно ответил Хёнджин, хватая его за капюшон. Они ехали в одной машине, потому что машина Хёнджина была в ремонте. То есть: Минхо — за рулём Хёнджин — рядом Сзади — два полутрупа Хан держал пакет. Феликс держал второго пакета. Каждый из них по очереди собирался блевать. — Я… умираю… — простонал Феликс. — Нет, — сказал Хёнджин, — ты просто дурак. — Но красивый? — Да, — Хёнджин вздохнул. Хан внезапно повернулся к Минхо: — Я знаю, что ты меня любишь! — Да. — Но я замужем. — ЗА МНОЙ, БЛЯТЬ. — Не ори… мне плохо… Феликс повернулся к Хану. — Бро… если я умру… скажи Хёнджину… что пусть купит лампу-кота. — Я скажу… — Спасибо… И он снова упал в пакет. Когда они приехали к Минхо и Хану, всё пошло по пизде. Сначала Хан попытался открыть дверь ключом… от холодильника. Потом Феликс попытался погладить кошку… но это была варежка. Потом Хан решил, что Суни слишком подозрительно смотрит на него. — Она хочет меня убить! — орал он. — Она просто кот. — Но с ТАКИМИ глазами! Феликс сел на пол, обнял Дори и шепнул: — Я твой отец. — Ликс, это кот Минхо. — Я твой отец! — повторил Феликс Дори. Дори мяукнула. Феликс расплакался. — Она признала меня… В этот момент Хан пытался залезть на шкаф. Почему? Никто не знает. Даже он. Минхо посмотрел на Хёнджина. — Давай больше никогда не отпускать их вдвоём. — Согласен. Хан закричал сверху: — Я ВИЖУ СВОЮ ЖИЗНЬ!!! — Слазь. — НЕТ! Феликс вдруг начал юлить: — Хёнджин, ты такой секси, когда злишься… — Не сейчас. — А когда? — Когда ты трезвый. — Я трезвый! Он тут же упал. — Нет, не трезвый. В итоге: — Феликс заснул на ковре, обняв Дори. — Хан вырубился на диване, но успел съесть три мандарина. — Минхо сидел на кухне с валерьянкой. — Хёнджин сидел рядом и держал голову руками. — Новый год, блять, — вздохнул Минхо. — Я видел и хуже, — сказал Хёнджин. — Где? — В нашей спальне, когда Ликс решил покрасить волосы сам. — О, точно… Они переглянулись. — Мы их любим? — Да… — Зачем? — Хрен его знает. Они выпили чай. Сели тише. И ждали, когда эти два идиота проснутся и начнут новую волну хаоса. Феликс проснулся первым. Он лежал… на чём-то мягком. Тёплом. Пушистом. Он улыбнулся. — Хёнджин…? Ответа не последовало. Феликс открыл глаза. И увидел: Он спал, обняв… **когтеточку**. — Блять, — прошептал он. Он отшатнулся так резко, что ударился головой о шкаф. Кошка Дори сидела рядом и презрительно смотрела, как он страдает. — Не смотри так, я и так унижен, — простонал Феликс. Голова болела так, будто в мозг кто-то всунул динамик и включил там EDM на максимальной громкости. Он попытался встать — и понял, что не может. Потому что его шарф… был привязан к ножке стола. — КТО?! — хрипло спросил он. Из кухни раздалось тихое: — Ты сам… Феликс повернулся. Хёнджин сидел за столом, пил кофе и смотрел на него с выражением человека, который видел слишком много дерьма за утро. — Я сам? — Феликс моргнул. — Да. Ты решил, что «надо привязать шарф, чтобы никто не украл». — Украл что? — Тебя. Феликс закрыл лицо рукой. — Господи… Хёнджин сделал глоток кофе. — Это ещё ничего. Подожди, пока увидишь Хана. Хан проснулся в кровати. Вроде бы хорошо? Тепло. Мягко. Уютно. Но было… странно. Он пошевелился — и понял, что не может поднять руки. — Чего…? Он попытался дернуться — и узнал причину. **Он был примотан к кровати скотчем.** — МИНХООООООО!!! — завопил он. В дверь вошёл Минхо. Без эмоций. С кофе. В халате. Уставший как отец троих детей, которые рисуют маркерами на стенах. — Привет, — сказал он спокойно. — ПОЧЕМУ Я ПРИКЛЕЕН? — Потому что ты ночью решил «сбежать посмотреть в окно, сколько сейчас градусов», но ты был без штанов и в носках. — … — И пытался убежать три раза. — … — И в один момент ты решил прыгнуть в окно, чтобы «поговорить со звёздами». Хан закрыл глаза. — Ну почему… — Поэтому — скотч. Хан дернулся. — МИНХО ОТКЛЕЙ, ПОЖАЛУЙСТА! — Нет. — ПОЧЕМУ? — Ты мне сказал ночью: «ТЫ НЕ МОЙ МУЖ, МОЙ МУЖ КРАСИВЫЙ». Хан замер. — Я… это сказал?.. — Да. — И что ты ответил? Минхо сделал глоток. — Что развод будет быстрый. — НЕТ!!! — Хан дёрнулся так резко, что кровать заскрипела. — Минхо, я люблю тебя! — Я знаю. Он поставил кофе на тумбочку. — Но скотч пока не сниму. Спустя 20 минут, когда: — Хёнджин отпил кофе, — Феликс отплёл свой шарф, — а Минхо отклеил Хана (при сильном внутреннем нежелании), они всё-таки собрались на кухне. Феликс сидел за столом, держась за голову. Хан лежал лицом на столе, издавая звуки, похожие на «уууууууууу». Хёнджин и Минхо стояли рядом, как два охранника, которые устали от жизни. — Итак, — сказал Хёнджин, — кто первый извиняется? — Я не могу, — Хан поднял палец. — Я мёртв. — Ты жив, — ответил Минхо. — Докажи. — Ты разговариваешь. — Зомби тоже разговаривают. Феликс простонал: — Я хочу умереть… — Вы оба хотели умереть уже три раза ночью, — сказал Хёнджин. — Но вы были слишком пьяные, чтобы выполнить план. Феликс закрыл лицо ладонями. — Что я делал? Хёнджин сел рядом и начал перечислять. — Первое: ты позвонил мне и потребовал развод. — Я… что? — Потому что я «не разрешил лампу-кота». Феликс застонал. — Но это было важно… — Второе: ты пытался убежать полуголый, потому что «нельзя задерживать свободную женщину». Феликс ударился головой о стол. — Я хочу откатить жизнь назад… — И третье: ты сказал Дори, что ты её отец. Феликс поднял глаза. — А она что? — Мяукнула. — Значит… признала… Хёнджин устало прикрыл лицо. Теперь очередь была Хана. Минхо повернулся к нему. — Твои приключения длиннее. — Сколько… пунктов? — прошептал Хан. — Одиннадцать. — Я умру. Минхо начал: 1.Ты решил танцевать стриптиз на барной стойке. 2.Ты упал на меня. 3.Ты объявил, что я «подставной муж». 4. Ты пытался арестовать бармена. 5. Ты пытался арестовать Феликса. 6. Ты пытался арестовать… стул. Хан закрыл лицо. — Зачем? — Ты сказал, что он «слишком подозрительно стоит». 7. Ты пытался уйти в снег «искать новую семью». 8. Ты кричал на кота за «нарушение личных границ». 9.Ты пытался вскипятить чайник… без воды. 10. Ты признался мне в любви. — Это нормально. — Но потом сказал: «НЕ ПРИБЛИЖАЙСЯ! Я ЗАМУЖЕМ!!!» — … 11.Ты пытался продать мой плед как «антиквариат из Тибета». Хан просто упал головой на стол и застонал так, будто его душа улетела в космос. Хан поднял руку. — Я был… не прав… Феликс поднял вторую. — Я тоже был не прав… Хан повернулся к Феликсу: — Бро… — Бро?.. Они потянулись друг к другу и обнялись. Слиплись двумя страдающими комками боли и стыда. Минхо закатил глаза. Хёнджин сел и потёр виски. — Вам нельзя бухать без нас больше НИКОГДА, — сказал Хёнджин. — Да, — поддержал Минхо. — Вы двое — ходячие катастрофы. Феликс поднял голову. — Но… Новый год же… — Новый год БУДЕТ ДОМА, — отрезал Хёнджин. — Но… салюты… — ТЫ ВЧЕРА ПЫТАЛСЯ ПОДЖЕЧЬ САЛФЕТКУ И НАЗВАЛ ЭТО «МИНИ-САЛЮТОМ», — напомнил Минхо. Феликс замолчал. Хан тоже. И вдруг Хан поднял голову. — А мы… их любим? Феликс повернулся к Хёнджину. — Ага. Очень. Хан посмотрел на Минхо. — Я… люблю тебя… даже если ты строгий… Минхо тихо улыбнулся. — Я знаю. Хёнджин вздохнул, посмотрел на Феликса. — И я люблю тебя. Даже с твоими лампами-котами. Феликс просиял. — Я могу купить?! — Нет. — НО ТЫ СКАЗАЛ— — НЕТ. Хан хмыкнул. — Замужем всё-таки мы. Феликс кивнул. — Да… мы замужем. И оба одновременно упали обратно на стол, потому что у обоих закружилась голова.