Тень монстра

Тень монстра Глава 36: Вскоре Мучи вместе с Барымом направились к дому матери Сон Сухо чтобы устроить ту самую личную встречу и исполнить её просьбу об этом. Ко несколько минут стоял возле двери прежде чем постучаться. Мужчина всё ещё сомневался, что это хорошая идея, учитывая нестабильное состояние Чона, но он уже привел его сюда, а значит отступать некуда! — Госпожа Сон, я всё же решил исполнить вашу просьбу, — проговорил Мучи когда дверь открылась и на пороге показалась хозяйка дома, что тут же отошла от прохода чтобы её гости зашли. Ко тут же вошёл в дом и обернулся с непониманием посмотрев на Барыма, что остался стоять на месте почему-то. Чон лишь коротко кивнул, сглатывая поступивший к горлу комок и всё же наконец следуя его примеру. Хотелось развернуться и уйти, но знание о том, что от него что-то нужно, останавливало его от этого пусть он и старался не смотреть на мать у которой они с отцом забрали обоих детей. Одну просто потому что нужен был мозг, а второго во имя воздаяния за убийство почти всей семьи! — Мучи сказал, что вы хотели о чем-то поговорить со мной. Если вы хотите проклясть меня или что-то в этом духе, то лучше не тратьте на это время попусту. Если же нет, то я весь во внимании ведь мне интересно о чем ещё можно говорить с тем, кто убил вашего единственного сына, — спустя некоторое время Барым решил нарушить повисшие молчание и взгляды друг на друга в раздумьях как начать. Всё же Чон хотел знать, что именно ему хотят сказать! — Я уже простила тебя так что проклинать или делать что-то подобное не буду. В конце-концов тебе тоже досталось в этой жизни, да и ненависть ни к чему хорошему не приведёт. Я только хотела бы попросить тебя простить моего Сохо за то, что он сделал и причиной чего стал, — мать Сон Сухо покачала головой. Нет, она уже не собиралась, ни проклинать, ни кричать. Да и просила не за себя, а за того, кто уже мертв! — И за что же я должен прощать вашего сына? А, точно, за то, что он убил мою мать, пусть и защищая меня, зарезал моего отчима пусть мы друг друга не любили, оставил моего младшего брата в горящем доме из-за чего он сгорел заживо, заставил мою младшую сестру ждать своего настоящего брата свыше десяти лет и жить в приюте с мыслями, что за ней никто не придёт, и за то, что из-за него я стал серийным убийцей и теперь вся моя жизнь это ещё больший ад. Впрочем, не мне осуждать его ведь я убил куда больше людей и при том прекрасно понимая, что делаю, и по куда более абсурдной причине чем защита ребенка психопата. Госпожа Сон, прошу прощения, но я не могу исполнить эту просьбу даже если захочу. Я уже убил вашего сына и не мне прощать его после всего. Если это всё, то я пойду так как я не имею права этого делать, — Барым удивился подобной просьбе и собрался было уже уходить. Чон вспомнил того измученного мужчину, его избиение, чтение библии и поджог после которого от него остался лишь горелый труп. Разве после такого юноша может кого-то прощать когда сам ничем не лучше ведь и он сам лишил семьи ещё восьмерых людей? — Но даже несмотря на это, я надеюсь, что ты всё же хотя бы попробуешь ведь едва ли Сухо смог найти покой на том свете. Я не отрицаю, что то, что он сделал это ужасно даже несмотря на то, что после этого Сухо очень долго лил слёзы из-за содеянного. При жизни он не смог добиться прощения так пусть хотя бы после смерти... Ты должно быть и сам знаешь как важно прощение даже если оно ничего не изменит, — но похоже, что мать Сон Сухо было не важно, что Барым и сам давно уже не ангел, и едва ли когда-то им был. От этих слов Чон почувствовал очередной комок в горле и вытер предательски пролитую слезу. Да, юноша и сам прекрасно знал, что значит прощение даже если это ничего не изменит. Он умолял Мучи простить его за смерть брата, отдал всё, что имел, родственникам жертв, свершил чужую месть и все ради того чтобы заслужить прощение и уйти с хотя бы облегченной совестью, без груза чужой ненависти на душе даже если сам себя не простит! — Хорошо, я посмотрю, что можно сделать и попробую простить, — Барым всё же согласился после чего чуть ли не выскочил из дома, ощущая как на щеках снова остаются солёные следы. Но от чему ему снова так горько — из-за вида женщины потерявшей всех дорогих ей людей из-за отца и сына, из-за воспоминаний о своём первом убийстве или из-за воспоминаний о смерти своей фальшивой семьи и причины начала убийств?