Восток – Север

Солнце мягко струилось в комнату сквозь занавески, и Мирослава проснулась от лучей, ласкавших глаза. Ночь была поистине спокойной и чудесной — спать в покоях шехзаде было куда приятнее и комфортнее, чем в комнатах гарема. Мирослава приподнялась на кровати, потягиваясь. Ее нагой вид начал ее смущать, и, оглядевшись, она нашла свое вчерашнее платье. Совсем не похоже на привычные ей ночные рубашки… а вот лежащая на полу рубашка шехзаде вполне подходила. Выпутавшись из-под одеяла, она подняла его одежду, аккуратно сложила рядом и надела на себя. Теперь она чувствовала себя куда комфортнее — рубашка покрывала не только стан, но и бедра. Улыбаясь, Мирослава вернулась в кровать. Никогда еще ей не было так спокойно спать. Тело было расслабленным и до сих пор хранило наслаждение после вчерашней ночи. Она вспомнила тот момент, когда все ее тело содрогнулось, и по нему — и по ее душе — разлилась волна счастья. Она никогда раньше не испытывала этого ощущения — все было для нее в новинку. У нее не было любовников: девушка была слишком занята — работа, помощь матери, театр… Да, поклонники у нее были, и она принимала их подарки, ценя внимание, но никогда всерьез не думала заводить отношения. В конце концов, она всегда жила по воле родителей: когда те сказали бы выйти замуж — тогда бы она и вышла. Но сейчас все это казалось таким далеким. Думать о прежней жизни — словно вспоминать детство. Она сама старалась оставаться собой, но обстоятельства изменились слишком резко. Мирослава посмотрела влево — там все еще спал Мехмет. Она чувствовала, что он скоро проснется: сегодня его ждал отъезд, и ему нужно было подготовиться. Пока же он мирно спал, так же тихо, как и она этой ночью. Мирослава надеялась, что и для него эта ночь была незабываемой. Чутье не подвело. Пока Мирослава, лежа рядом, разглядывала его прекрасное лицо, Мехмет, будто почувствовав взгляд, немного повернулся, вздохнул и открыл глаза. Увидев Мирочку перед собой, он сонно улыбнулся. Она все еще смотрела на него — удивленно и немного смущенно, будто ее поймали на чем-то. — Ну, привет, — произнес он, закрывая глаза и потягиваясь. — Доброе утро, — ответила Мира, снова устраиваясь на подушке и продолжая смотреть на него. Ее взгляд мягко скользил по его лицу и фигуре. Но шехзаде этого будто не замечал — влюбленный не замечает ничего вокруг, поглощенный вниманием лишь к одному человеку. Поэтому он так же пристально начал разглядывать Миру. Под солнечными лучами она казалась еще милее и нежнее: светлые волосы торчали в стороны, щеки порозовели, а лунные глаза стали еще больше и прелестнее. И вдруг он заметил, что она была в его рубашке. Вместо того чтобы рассердиться, он лишь усмехнулся и снова лег. — Ты хороша в любой одежде, — сказал он и, приблизившись, поцеловал ее в шею. — Особенно без нее. Мирослава, услышав его шепот, потянулась к нему, подставляя шею под поцелуи. Каждое его слово заставляло ее сердце биться быстрее. Он не был тем мужчиной, который использует комплименты, чтобы воздействовать на девушек. Его слова звучали искренне — к тому же он не разбрасывался ими. Мирославе казалось, что он вообще редко кому-либо говорил подобное. Оттого она чувствовала себя особенной, окруженной любовью и вниманием. А то, как он смотрел на нее, выдавало его истинное отношение: его черные глаза были нежными и добрыми. Поэтому, вероятно, ей и не стоило опасаться, что когда-нибудь она сможет его прогневить, хоть он и был ее господином… Мирослава провела рукой по его телу, ощущая, как быстро бьется его сердце. Этот ритм был музыкой для ее души. Она прильнула к нему, растворяясь в его объятиях. Его тепло делало это место самым уютным из всех возможных. Мехмет в ответ обнял ее, и, кажется, тоже растворился в этом близком контакте. Но затишье оказалось обманчивым — в конце концов, это был Мехмет, который любил озорничать. Все еще обнимая ее, он внезапно приподнял Мирославу над собой, затем легко перевернулся, так что она оказалась под ним, а он — сверху, весело глядя на нее. Лукаво улыбнувшись, он начал: — Итак. Всё, что я знаю о тебе, — это твое имя. Ты из славянских земель? Он просто отметил очевидные признаки: светлые волосы, серые глаза. А еще наверняка заметил крест на ее груди — верный знак происхождения. Да и имя говорило само за себя. Отпираться было бессмысленно, и Мира сразу ответила: — Да, шехзаде. Продолжение главы — на Busty https://boosty.to/mindalnaya/posts/7537f11b-6604-4649-82ae-217d6dd720c2.