Лекарство от одиночества

После встречи с Мудзаном и Доумой Тамаё не могла прийти в себя. А тот факт, что Шинобу встречается с сыном Мудзана, хоть и приёмным, её пугает. – Шинобу, я думаю, тебе стоит прервать все связи с семьёй Кибуцуджи...это опасно. Ты не знаешь на что они способны. – Тамаё-сан, я поняла из вашего рассказа, что у вас было что-то с Мудзаном. Но Доума ведь другой! Тем более, что он приёмный сын, так что он не может быть точь-в-точь как Кибуцуджи Мудзан, – Шинобу просто не хотела верить. Нет, не могла. Как? Доума, который ухаживает за ней на протяжении больше месяца, любит, балует, а также как никто другой понимает. И то, что сейчас ей пыталась сказать Тамаё, было чудовищной клеветой! – Я сомневаюсь, что за эти годы, пока Мудзан воспитывал Доуму, он не изменился. Просто будь осторожней, – Тамаё вздохнула и ушла на кухню заваривать чай. Шинобу легла на диван. Она закрыла глаза, за эти дни Кочо дико устала. А окончательно добила её встреча с Кибуцуджи Мудзаном. Вдобавок, надо будет поговорить с Доумой.

***

– Итоши-сан сегодня приболела, поэтому тебе придётся поработать одному, – владелец кафе сегодня был в определённо хорошем настроении. Только вот теперь Гию не в самом хорошем расположении духа. Ему повезло, что людей было не так много, но всё же успевать принимать заказы, мыть посуду, ещё и полы мыть, не так легко одному. Но Гию промолчал, просто кивнув. Он не предполагал, что сегодня произойдёт что-то особенное. Но мы предполагаем, а Бог располагает... Уже под конец смены в кафе никого не было. Гию решил отпроситься пораньше. Хотелось домой, тем более, что Урокодаки-сэнсэй приготовил его любимое блюдо – жареный лосось с редисом. – Извините, господин Миядзаки, я помыл всю посуду, убрал столы, помыл пол. И людей нет. Могу я сегодня пораньше уйти? – Гию обычно всегда дорабатывал свою смену до конца. Даже если в кафешке было совсем пусто. Но сегодня будто сами небеса нашёптывают ему отпроситься. – Ну, в целом, да. Знаешь, я думаю, может ты хочешь повышения? А на твоё место я присмотрел ещё пару рук. И ног, – добавил господин Миядзаки, усмехаясь своей же шутке. Гию её, естественно, не оценил. Поблагодарив начальника Гию зашёл в специальную комнату для персонала. Да, она было очень маленькой и неудобной, но тут в основном работники оставляли верхнюю одежду, не более. Гию выдохнул, ещё один день в этой серой массе дней, недель, месяцев прошёл. Вообще Гию жил просто от завтрака до ужина. Если он вообще ужинал, иногда даже на это не было желания и сил. Единственное, что заставляет его чувствовать себя живым – это, на его удивление, дурацкие шутки Кочо. Она говорила правду о нём, просто не в самой приятной форме. Томиока надел куртку, шапку, небрежно обмотал шарф вокруг шеи и вышел из мини-гардеробной. Он зашёл за стойку, чтобы проверить, всё ли он выключил, почистил и сложил по местам. После чего Гию вышел из кафе и пошёл в сторону дома. Но какого было его удивление, когда он за углом кафе увидел господина Кибуцуджи. Да, он помнил его, когда тот встречался с Шинобу в кафе. Томиоку тот не заметил, так как увлечённо о чём-то разговаривал по телефону. Гию не любил подслушивать чужие разговоры, подглядывать. Но сейчас, когда Доума разговаривал с кем-то по телефону, Гию стало до жути интересно. Насколько понял синеглазый, Доума разговаривал со своим отцом‐начальником. И говорили они...о Кочо? Гию спрятался за углом. Томиока замечал, что кто-то в чёрном гелендвагене забирает Кочо после очередных пар, но за тонированным стеклом было не видно, да и Гию не любопытствовал. А вот сейчас он понял, что это был молодой господин Кибуцуджи. – Не волнуйся, она влюблена в меня как кошка. А девушкам свойственно закрывать глаза на всё, когда они любят парня до безумия. Я, конечно, не могу сказать, что Кочо из тех самых одержимых идиоток, но она не видит очевидного. Всё моё обаяние пошло в этом деле на пользу. Осталось только дать ей наркоту и она сама подпишет все нужные бумаги. Доума говорил так небрежно и легко, будто это обычное дело, напоить свою девушку, а потом заставить подписать бумаги. Далее Гию прислушался ещё сильнее. Голос в телефоне: – Хорошо. Но если ты сделаешь всё не так и её фирма будет не наша, тогда не сносить тебе головы. Понял? – Да-да~, не парься, я всё сделаю идеально. Послышались гудки, звонок был завершён. Доума шёл в сторону, где прятался Гию. Поэтому синеглазый начал суетиться, а потом быстро выбежал из-за угла. Да, это был самый ужасный вариант, который он мог придумать, но Гию бежал домой, чтобы сообщить об этом Кочо. Всё же на улице не так удобно говорить о таких вещах, тому же было прохладно. Прибежав домой Урокодаки-сэнсэй сразу начал расспрашивать Гию, как прошёл день и т.д. Гию торопился, он не знал когда Доума и его отец собираются воплатить план в действие. Каждая минута на счету. И вот Гию набрал ненавистный номер Кочо. Он вообще не любил ей писать, не то что звонить. Потому что знал, каждый такой шаг к примирению выходил ему боком. Но сейчас он, какого-то чёрта, так сильно беспокоился о Кочо, будто она ему родной человек. Наконец, на другом конце провода послышалось: "Алло". – Алло, Кочо. В общем, я не знаю как начать. Такие случайности наверное...раз в сто лет случаются. – Боже, Гию! Ты вообще нормальный звонить мне в такое время? Говори быстрее, что надо. У меня времени нет, – голос Кочо был раздражённым, но усталым. Впервые Гию слышал её такой измученной. – Короче, твой парень – Кибуцуджи, хочет вместе со своим отцом забрать твою компанию. Они хотят напоить тебя наркотой, а потом заставить тебя подписать бумаги. Чтоб ты им отдала фирму. Вот...я хотел тебя предупредить... Долгая пауза. Это было не к лучшему, когда Кооч молчит, значит взвешивает, облить Гию грязью или мягко сказать, что он сумасшедший идиот, который утонул в своих фантазиях. – Томиока-сан...я вот только одного не пойму... – Что? – Вы головой ударились? Вы вообще нормальный!? Я всегда знала, что вы чудак, но чтобы придумать такую ересь!!? – Я не вру!! Я слышал лично! Они об этом говорили! – Кто они?! – Кибуцуджи и его сын. Я слышал их по телефону!! Поверь мне, Кочо! – С чего мне верить такому, как ты? – Не глупи! Кочо, я говорю правду! Просто поверь мне! Я ведь тебе помочь хочу! Кибуцуджи опасен, он тебя хочет уничтожить!!! – Да иди ты нахуй! Ты просто завидуешь, что у меня есть деньги, личная жизнь, я учусь на отлично! И в отличие от тебя, я не такая бездарность в медицине! – Да ты...ТЫ ПРОСТО НЕ БЛАГОДАРНАЯ ТВАРЬ! – заорал Гию в трубку. Он ненавидел Кочо в этот момент. Какая же она...гордая, высокомерная язва, тварь, да у Гию даже оскорблений не хватает, чтобы описать её в этот момент. Томиока потом жалел, что сказал такие слова Кочо. Но и она ведь была не права! Он ей хочет искренне помочь, а она, как последняя дура, даже слушать не хочет.

***

Зато от общих репетиций презентации проекта Гию с Шинобу не уйти. Естественно, руководила всем Кочо. Она уже придумала всё, начиная от одежды и выхода, каждым словом и уходом. Но всё это было холодно, без шуток, без всяких эмоций. Гию не любил Кочо именно из-за её характера. Но этот самый характер и делал Кочо ею. Без всяких остроумных, резких, саркастичных подколов Кочо не ощущается даже личностью. Всё время репетиции Гию страдал. Он никогда бы не подумал, что станет скучать по бесячему характеру Шинобу. После репетиции они поехали в институт, чтобы уточнить детали мероприятия, точные дату и время. Тогда Гию и понял, что это не просто проект, а его шанс на будущее. Профессор Акаяма пообщал, что поможет найти работу Гию после выпуска с института. Но у них должно получиться всё идеально...а на данный момент это просто невозможно. Теперь их общение стало совсем тусклым и скучным. Если они вообще общались. Гию понял, что они были не врагами, которые ненавидят друг друга, а друзьями, просто их дружба была токсичной со стороны Кочо. А может это он понял ещё давно? Просто не признавал. А ведь так они общались, подшучивали друг над другом, хоть и обидно, но жизни друг без друга не представляли. Вот как? Гию придёт в аудиторию, сядет за парту, а там нет этой язвительной принцессы, которая то бесила его, то смешила своими выходками.

***

В институте они сидели за одной партой, как и раньше, но теперь молчали. Ни Кочо не кидала ему колких замечаний, ни Гию не начинал разговор. Боялся, чего? Сам не знал. Просто не хотелось начинать первым, а потом получить отказ в виде колкости. И всё же, ему было жалко Шинобу. Она потеряла сестру, то же самое пережил и сам Гию, он её понимал. Далее на её плечи взвалилось бремя в виде семейного бизнеса Кочо. Просто Томиоке надо было тогда записать весь разговор...и почему он не додумался до такого? Всё время голова Гию была занята Кочо. И он не знал что делать. Обычно, в таких ситуациях Гию не просил никого о помощи, но сейчас решалась не его судьба, а его однокурсницы. Да, они ненавидели друг друга, но не помочь человеку Гию просто не мог...или это его эгоистичные желания устроиться в будущем на хорошую работу? Он обратился к своему лучшему другу – Сабито. Тот, услышав о сложившейся ситуации приехал к Гию на следующий день вместе с Макомо. – Я понимаю, ты хочешь помочь. Но с чего бы это? Во-первых, ты никогда не лезешь в дела тех, кого ненавидишь, откровенно говоря. Во-вторых...я не понимаю, чем мы можем помочь тебе? – Сабито откинулся на спинку стула. Макомо села рядом и внимательно слушала каждого. – Я сам не знаю...просто, мы...друзья? – это было не то вопрос, не то факт. Вроде друзьями их не назвать. – Серьёзно? Ты говорил, что ненавидишь её. Аа, я кажется понял, – Сабито улыбнулся и эта улыбка означало одно: ты втюрился! – Так, стоп! Я уже знаю эту улыбочку. Мы с ней просто друзья, если так можно назвать нашу "дружбу". И не смотри так, тот поцелуй ничего не значит... – Хехех~. Да кому ты тут говоришь! Это не просто поцелуй был, теперь ты её любишь, да? Да? – Сабито наклонился вперёд настолько, насколько мог. – Давайте вернёмся к делу. Мотивы этого узнаем позже... – Макомо как всегда. Если видит, что Сабито заходит далеко и лезет в душу человеку, то сразу останавливает его, переводя тему на другое, – Начнём с элементарного. Ты записывал их разговор? – Нет. Не подумал. – Ладно, тогда....может у вас есть камеры наблюдения снаружи? – Возможно...я не знаю. Тут уж вмешался Сабито: – Да ё моё! Ты год там работаешь, а до сих пор не в курсе висят там камеры или нет? – Да зачем мне это? – Тогда узнай об этом. Если есть, то нужны записи. Может тогда Шинобу поверит. Дальше Сабито завёл другую тему. Потом ещё, ещё и ещё... Так и пролетело время. Сабито и Макомо, единственные люди, с которыми он не просто общается, не просто дружит, а наслаждается. Разговоры с Сабито никогда не вызывали в Гию негативные эмоции. Правда, его друг мог быть гипер общительным, что иногда утомляло.

***

На следующее утро Гию написал Юки. Он надеялся, что она знает, есть ли камеры, которые могли заснять разговор Доумы с Мудзаном. – Да, Томиока-сан? Что-то случилось? – девушка с беспокойством в голосе спросила. Она говорила с хрипотцой из-за гриппа. – Да, я хотел узнать. У нас есть камеры наблюдения, которые могли бы заснять стену кафе со стороны парковки? – Я даже не знаю...но я знаю кто знает! В подвале соседнего дома сидит Масачика-сан. Он имеет доступ ко всем камерам в том районе. – Ага, спасибо. – Пожалуйста, – любезно сказала девушка. Тепепь надо было идти в подвал к Масачике.