Once upon a december // Однажды в декабре

На секунду Нил не мог поверить в свою удачу, но следующее мгновение доказало его правоту. Как только солдаты начали вторгаться в театр, блокируя все выходы, страх сковал его сердце. И это наконец произошло. После долгого побега, когда он ещё мог найти выход, они загнали его в ловушку. Отвлёкшись, он не успел среагировать, когда светловолосый угрюмый парень — Эндрю, как назвал его Кевин, — ударил его кулаком в лицо. Затем вспыхнула боль, и всё потемнело. Когда Нил пришёл в себя, он оказался в комнате, которую не узнал, сидя за столом. Первое, на что он обратил внимание, его сумки нигде не было видно. Паника пришлась тяжёлым ударом в живот, и он прикрыл глаза, чтобы подавить волну тошноты. Если боль, которая пульсировала в левом виске, пыталась указать на что-то, то, скорее всего, он получил сотрясение. — Вот же сукин сын, — простонал он. Он позволил себе поддаться страху, и Эндрю воспользовался своим преимуществом. Это оказалось роковой ошибкой, которая могла превратиться в фатальную, или может ею стать, если он сейчас же не выберется отсюда. Будь его мать всё ещё жива, она бы выбила из него всё дерьмо. Нил принялся оглядывать окружающую обстановку. Это была большая, круглая комната с двумя закрытыми окнами и одной массивной дверью. Кому бы ни принадлежал этот офис, этот человек явно был богат, если дорогая на вид мебель и деревянная обшивка на стенах вообще чего-то стоили. Он уже намеревался проверить замки на окнах, когда дверь открылась. Вошёл мужчина. На вид он выглядел не старше Нила, но всё в его поведении кричало о завышенной самооценке, высокомерии и власти, а ещё желании доказать свою значимость. Было очевидно, что он прилагал большие усилия, чтобы казаться старше, одевшись в парадную полицейскую форму, демонстрируя награды и ордена, нацепив на голову фуражку, скрывающую консервативную стрижку. Он улыбнулся Нилу, словно повстречал старого знакомого, но Нил знал этот взгляд. Этот человек смотрел на него и видел только плоть, из которой знал, как пустить кровь. — Добрый вечер, — сказал он. — Я Рико Морияма, помощник комиссара. Как вас зовут? — холод пробежал по позвоночнику Нила, когда он услышал знакомое имя. Он должен был избегать полиции любой ценой, а теперь он заперт с одним из начальников. Он знал, кем этот Рико Морияма был. Любой, у кого имелась хотя бы капелька чувства самосохранения, знал. Рико был сыном президента, но Мориямы были древним, аристократическим родом, придерживающимся определённых традиций. Как гласила эта самая традиция, семья делилась на две ветви. Главная ветвь забирала себе первенцев, тогда как остальные младшие братья и сёстры относились к побочной ветви. Как второго по старшинству сына, Рико, сразу после рождения, отослали из Петербурга к дяде, в то время как старший сын воспитывался с отцом в высших кругах государства. Повзрослев, Рико получил это неблагодарное положение в столице, чтобы расследовать мелкие преступления до конца своей жизни, пока его брат готовился принять бразды правления отца. Но, движимый желанием доказать свою ценность, Рико полностью ударился в работу, используя жестокие методы и кровавые расправы, заработав сомнительную славу, которая вышла за стены города. И сейчас он уставился на Нила в ожидании ответа, наклеив на лицо улыбку. — Почему я тут? Улыбка Рико стала шире. — Это немного грубо, не думаешь, не отвечать, когда начальник спрашивает тебя? — Вы не мой начальник. — Но и не равный тебе. Отвечай на вопрос. — Меня зовут Нил. Нил Джостен, — впрочем, ненадолго, подумал Нил. Неважно, что произойдёт, но Нил Джостен не переживёт эту встречу. Если он выберется, то сменит имя. Он прожил слишком много времени, скрываясь под этим именем. — Приятно познакомиться, Нил. Удосужишься объяснить, что ты делал в том театре вместе с Кевином Дэем? Нил нахмурился. Может, в конце концов он попал сюда не из-за собственного промаха. — Я не знаком с ним. Мы просто разговаривали. — Я в курсе, Нил, что ты искал поддельные документы, чтобы покинуть страну, — Чёрт. Эта дама с вокзала казалась довольно дружелюбной, когда объясняла ему, как найти Эндрю, но сейчас это стало доказательством того, почему не стоит никому доверять. — Я не сделал ничего плохого. Мы просто болтали. — Ты просто болтал с двумя самыми разыскиваемыми преступниками в этом городе в старом императорском здании — доступ в которое, между прочим, запрещён, — и ты говоришь, что ничего плохого не сделал? — с каждой секундой ситуация становилась всё опаснее, но Рико продолжал улыбаться, его голос оставался спокоен, и это начало действовать Нилу на нервы. — Я не знал, что они преступники, — это было чистой правдой. Эндрю был чокнутым психопатом, но Кевин выглядел вполне невинным. — Я замёрз, услышал голоса из театра и решил зайти погреться. У тебя на меня ничего нет, поэтому перестань тратить моё время. Улыбка Рико померкла, и Нил ощутил прилив удовлетворения. — Я попрошу всего один раз, сбавь свою враждебность. — Не могу. У меня с этим небольшие проблемы. Улыбка Рико стала опаснее, как будто происходящее веселило его, и новый блеск, появившийся в его глазах заставил Нила опять вздрогнуть. Он приблизился к Нилу, чтобы прошептать в ухо: — Послушай внимательно, Нил. Не общайся с паразитами. Со временем я уничтожу каждого из них, но мне бы не хотелось причинить вред такому милому созданию, как ты, — Спасибо за предупреждение, — это всё было ложным хвастовством, лицо Рико находилось слишком близко к его, отчего Нила чуть не стошнило. Рико опустил палец на его подбородок, предупреждая. — Твои глаза, — мужчина мог заглянуть прямо в них. Нил был ошеломлён от страха, в секундах от того, чтобы избавиться от ужина, который он так и не съел. Сглотнув, он сказал: — Я опаздываю на работу. Наконец Рико сделал шаг назад, освобождая Нилу путь к двери. — Нам бы этого не хотелось, не так ли? Работа и так даётся тяжело. Но прежде чем ты уйдёшь, я, как твой новый друг, дам тебе совет. Будь осторожен, Нил. Нил скорее бы умер, чем стал другом Рико, но у него был шанс смыться, поэтому он в кои-то веки промолчал и поднялся со стула. Он направился в сторону двери, когда Рико остановил его за руку. Впервые с тех пор, как он вошёл в комнату, Рико не улыбался. Сейчас он выглядел так, как описывали слухи: бездушный психопат с безумными глазами, словно убийства и насилие — единственное, что занимало его мысли. — Считай это предупреждением от помощника комиссара Рико Мориямы. Будь очень осторожен. Нил кивнул и, вырвав руку из хватки Рико, направился к выходу из комнаты и из здания, приложив все силы, которые у него ещё остались, чтобы не перейти на бег. Наконец почувствовав на лице прохладу ночного воздуха, он бросился в переулок, прижался спиной к стене, и его вырвало. Пока он пытался отдышаться, вся произошедшая сцена прокрутилась в его голове ещё раз. Он был близок к смерти, но если говорить на чистоту, то у Рико не было ни единой причин, чтобы отпустить его. Единственным утешением стало то, что теперь он знал — Рико не разыскивает его, в противном случае, он был бы уже мёртв. У него зудели ноги, его разум кричал о том, чтобы бежать, очень далеко от этого чёртового места, и как только он собрался это сделать, его взгляд наткнулся на Эндрю Миньярда, стоящего неподалёку с его сумкой на плече.

***

Рико наблюдал, как мальчишка покидает его офис с напряжёнными плечами и ужасом, написанным у того на лице, и испытывал огромное удовлетворение, зная, что это была полностью его заслуга. Это было самым любимым. Бездомные бродили по улицам, думая, что мир принадлежит им, но до тех пор, пока не встречали более могущественного, кто научит их правде, обычно это был Рико. Он получал огромное удовольствие, разделывая каждого из них на части, иногда несколькими способами, и он был бы рад поиграться ещё с этим парнем, если бы того не обнаружили вместе с Кевином. День и ночь в течение двух лет он искал его, и в этот раз он был так близок к тому, чтобы наконец поймать его. В суматохе театра Кевину снова удалось улизнуть, но теперь, возможно, и Рико появился способ найти его снова. Если повезёт, этот мальчишка приведёт его прямиком к Кевину, и он наконец сможет вернуть свою любимую игрушку домой. Возможно, в процессе ему удастся разорвать Миньярда на кусочки. Рико направился к столу, прокручивая в голове черты лица Нила. Было даже жаль, что эти голубые глаза так легко отделались, но у него появится шанс заставить их плакать чуточку позже, когда работа будет сделана. Он сел, устремив взгляд на камин, и тогда его сердце замерло. Точно такие же глаза смотрели на него с портрета генерала Натана Веснински, правой руки его отца и бывшего принца-консорта. До Рико доходили слухи, но он отмахивался от них. Избалованная принцесса и её восьмилетний сын ни за что бы не выжили в одиночку во время войны и суровой русской зимы. Мэри и Натаниэль были мертвы и похоронены под обломками последних десяти лет. Только если… Если они выжили, Рико знал, что никто не был бы так благодарен за их поимку, как отец этой семейки. Он позвал своего помощника. — Отныне мы обращаем внимание на всё, что имеет отношение к Хэтфорду, даже самые нелепые слухи. Разыщи любую информацию, которая вообще есть, и принеси мне. Как только солдат поклонился и ушёл, Рико уставился на портрет Натана, довольно улыбаясь, пока план созревал в его голове.