Оковы времени

Я ненавижу время и смерть близких. Почему? Потому что это долгое ожидание чего-то, ожидание того, что что-то случится, и все это вызывает негативные эмоции. Смерть близких — это больно. Я знаю, я пережил это: из всех моих родных в живых осталась только сестра. Отец умер на работе, когда мне было пять лет, а сестре три года, так что маме пришлось одной следить и воспитывать. Ей приходилось работать одной и перерабатывать. Но когда мне стукнуло одиннадцать лет, она умерла от болезни и вечных переработок. Так что мне пришлось одному следить за сестрой, из-за этого я решил бросить школу и браться за любую работу, дабы прокормить сестру и дать ей самое лучшее образование. К чему я клоню? А к тому, что я щас воляюсь на полу в своей крови и смотрю, как моя подруга тоже вся в крови, умирает, валяется на полу, уже потеряв сознание от потери крови. Это вызывает гнев к себе. Почему она пошла, почему? У тебя же все хорошо, у тебя хорошая работа. Тебе не за чем было идти со мной. Потому что я пошел, да? Ха, это забавно и грустно. Я мог сам прийти, я мог сам все сделать, я мог украсить сам, я мог… А что я мог? Да ничего я не мог сделать. — Лана… — Прохрипел тихо Эбби. — На этом все и закончится? Я ощущаю, как мое сердце останавливается. — Эбилин. — Тихо сказал имя своей сестры, принимая позу эмбриона, хватаясь за голову, и из глаз потекли слезы. — Ты осталась одна. Он уже хотел закрыть глаза в ожидании смерти, но перед ним появилось системное окно золотого цвета, по бокам которого были две больших шестеренки. [Система времени приветствует хранителя. Начислено пять тиков.] ×Галлюцинация перед смертью? Ну куда же без этого.× Подумал он. [Обнаружено, что хранитель в предсмертном состоянии.] [Будет использован один тик для возвращения во времени.] После этого сообщения пространство начало искажаться, и Эбби погрузился в темноту.

***

Эбби резко открыл глаза и сел на кровать, начав осматриваться по сторонам. — Это был сон? — Сказал он, глотая слюну, и уже хотел лечь на кровать, как тут перед его лицом появился ярко-желтый экран. [Успешное возвращение во времени.] Эбби смотрел на это выпученными глазами. — Что… — Не успел он что-то сказать, как тут же почувствовал, как его желудок начало выворачивать наизнанку, а во рту появился привкус рвоты, и еда начала лезть наружу. Он побежал в туалет. Забежав в туалет, начал блевать. Параллельно этому он ощущал, как его кости ломило от боли. Спустя пару минут все прекратилось. — Что щас было? — Тяжело дыша, сказал Эбби. [Побочный эффект первичного хроносдвига. Сопротивление временного континуума.] — Да что ты такое? — спросил Эбби. [Я система, которая будет вам помогать.] — Что… [Другими словами, я ваш личный помощник, который поможет в решении проблем.] — Допустим, тогда почему я… — хотел он спросить, но боль в животе и голод не дали закончить. — Ладно, потом спрошу, щас лучше поесть чего-нибудь. Выйдя из туалета, он направился на кухню. Зйдя в помещение, он подошел к небольшому календарю. «1947 год. 15 мая. Суббота». Его пальцы дрожали, прикасаясь к бумаге, словно он боялся, что она рассыплется в прах, как и его старый мир. Голод грыз его изнутри, но мысли пульсировали быстрее, чем он мог их осмыслить. Система. Время. Возвращение. — Эбби? — раздался тонкий голос из коридора. Он обернулся. На пороге стояла его сестра, Эбилин, живая, здоровая, с невинными глазами, которые еще не видели всей грязи этого мира. Ее волосы были растрепаны, а в руках она держала потрепанную куклу. — Братишка, ты в порядке? — спросила она с беспокойством. Эбби почувствовал, как комок подступил к горлу. Он хотел броситься к ней, обнять, как будто это могло стереть все, что произошло. Но вместо этого он просто кивнул. — Да, просто… странный сон. Эбилин улыбнулась, доверяя ему. Она обняла его за талию, и он почувствовал, как его сердце сжалось. Он не мог позволить оставить ее одну. — Пойдем, поедим чего-нибудь, — сказала она, таща его за руку к столу. — Прости, но не сегодня, — он отпустил ее руку и погладил по голове. — У меня много работы на сегодня, так что прости, не сегодня. Я успею сделать салат на завтрак. — Фу, салат! — она сморщила нос. — Не ной, — он усмехнулся, но в глазах была тревога. — Сегодня приду поздно, принесу тебе пряников. Глазки девочки засияли от радости. — Хорошо, братик. Девочка села на деревянный стул и положила рядом свою куклу, пока Эбби доставал кастрюлю с салатом. Поставив ее и тарелку, он наложил остатки и пододвинул блюдо сестре. Она с неохотой начала есть. Эбби погладил голову сестры рукой, после чего пошел и собрался. — Пока, братик. — Пока, и не забудь сделать уроки, — сказал Эбби, уходя и закрывая дверь.