Юность в путах желаний

Вэй Усянь проснулся от того, что по нему снова и снова водили руками — то касаясь щеки, то беря за руки, то отбрасывая волосы ото лба, словно проверяя на жар Это было действительно приятно — человек, прикасавшийся к нему, пах Лань Ванцзи, и у него были такие же сильные руки, поэтому Вэй Усянь решил просто снова заснуть и позволить ему делать что угодно. Он был вынужден пересмотреть этот план, когда Лань Ванцзи перешёл от простых прикосновений к активному встряхиванию его за плечи, явно с некоторой срочностью. Всё ещё желая поспать, Вэй Усянь не шевелил ни единым мускулом, надеясь, что это заставит Лань Ванцзи перестать пытаться его разбудить. — Вэй Ин, — обеспокоенный голос Лань Ванцзи прорезал его сонливость. — Вэй Ин. Вэй Ин. Наконец приоткрыв глаза, Вэй Усянь затуманенным взглядом уставился в лицо Лань Ванцзи, нависшее прямо над ним. — М-м... Чжань? Ч-что? Лань Ванцзи просто смотрел на него. Он перестал трясти Вэй Усяня — вместо этого теперь он полностью замер. Всё ещё сонный, Вэй Усянь схватил его за шею и притянул вниз, осыпая поцелуями всё лицо. Он остановился и попытался протереть глаза, чтобы немного проснуться, только когда осознал, что Лань Ванцзи в его объятиях напряжён как доска. — Лань Чжань? Ч-что не так? Ты... ай! Что…?! Мир перевернулся, когда Вэй Усяня схватили и посадили, затем немедленно прижали к подоконнику за кроватью. — Лань Чжань! Ты… Лань Чжань? — возмутился Вэй Усянь, недовольный таким обращением ранним утром и не понимая, что происходит. Он вздрогнул, когда Лань Ванцзи прижался к нему и страстно захватил его губы своими. О. О, да, ладно, так тоже хорошо. Это было очень хорошо, вообще-то. Резко проникнувшись ситуацией, Вэй Усянь раздвинул ноги, приглашая Лань Ванцзи ближе, с готовностью застонав от горячего прикосновения их языков. Движения Лань Ванцзи в ответ стали агрессивнее — язык сменился зубами, а руки схватили запястья Вэй Усяня, прижали их к закрытому окну за его спиной так сильно, что оно затряслось в раме. Вспыхнув жаром по всему телу, Вэй Усянь переплел ноги за сильной спиной Лань Ванцзи, смеясь и ёрзая, когда тот укусил его за нижнюю губу, затем за щёку, челюсть и место под ухом. Добравшись до соединения шеи и плеча Вэй Усяня, Лань Ванцзи, казалось, потерял последние остатки сдержанности — без предупреждения он вонзил зубы в плоть с немалой силой. Вэй Усянь вскрикнул и откинул голову, боль пробежала по позвоночнику. Одурманенный сонным наслаждением, он обмяк в ожидании, что Лань Ванцзи продолжит его терзать. Потребовалось несколько мгновений, чтобы прийти в себя и осознать, что Лань Ванцзи, на самом деле, никого не терзал. Вместо этого он снова замер и напрягся, взгляд его застрял где-то на груди Вэй Усяня. — ...Что не так? Почему остановился? — спросил Вэй Усянь, пытаясь заставить кровь снова прилить к голове, чтобы подумать и понять, в чём проблема, и, желательно, что нужно сделать, чтобы Лань Ванцзи продолжил начатое. Лань Ванцзи сглотнул, щёлкнув горлом. Вэй Усянь озадаченно посмотрел вниз, чтобы понять, что так его потрясло. Пока Лань Ванцзи толкал его, одежда Вэй Усяня немного разошлась, обнажив большую часть груди. Хотя сам он не мог этого увидеть, Вэй Усянь был почти уверен — Лань Ванцзи пристально смотрел на шрам над его сердцем. Собираясь пообещать, что уже совсем не болит, Вэй Усянь поднял глаза — и остолбенел, увидев яростный гнев во взгляде Лань Ванцзи. В дверь постучали. Лань Ванцзи резко повернул голову. Вэй Усянь вздрогнул, когда подоконник позади него треснул — дерево не выдержало силы, с которой Лань Ванцзи вдавил в него ладони. Его тело двинулось, словно защищая Вэй Усяня от того, кто был за дверью, загоняя его в угол у стены. — Ханьгуан-цзюнь, молодой господин Вэй. Незнакомый голос. Ученик Ордена Лань. — Этот скромный ученик принёс записку от Цзэу-цзюня для двух молодых господ. Резкий выдох сорвался с губ Лань Ванцзи — нечто среднее между раздражением и облегчением. Отстранившись от Вэй Усяня, он чётко и холодно приказал: — Я приму её через мгновение. Жди за мостом. — Да, Ханьгуан-цзюнь, — тут же согласился ученик. Послышались удаляющиеся шаги. Лань Ванцзи собрался встать с кровати, но Вэй Усянь схватил его за руки. Ладони его мужа были усыпаны мелкими щепками от разбитого подоконника. Нахмурившись, Вэй Усянь смахнул их. Лань Ванцзи развернул их руки, так что теперь это он держал Вэй Усяня. — Пойдём, — сказал он. «Пойдём» — мы не можем заставлять ученика ждать, несомненно. Не «пойдём» — давай обсудим, что только что произошло. Не зная, как сформулировать свои вопросы (и даже не будучи уверен, какие именно вопросы у него есть), Вэй Усянь позволил вытащить себя из постели — пальцы Лань Ванцзи сжимали его с лёгкостью пера. * * * Вэй Усянь не знал, что думать о настроении Лань Ванцзи. Записка, принесённая учеником, содержала приглашение от Лань Сичэня — они должны были встретиться в кабинете его дяди, чтобы обсудить стратегию и военные дела. Их ждали к позднему утру, так что у Лань Ванцзи было время сначала зайти на кухню и приготовить завтрак для Вэй Усяня. Не найдя лучшего занятия, Вэй Усянь отправился с ним. Не то чтобы Лань Ванцзи выглядел так, будто о нём нужно было беспокоиться. Как и в любое другое утро, проведённое вместе, Вэй Усянь болтал без умолку о всём, что случилось с момента его пробуждения — об отвратительном лекарстве главного целителя Го, о бессмысленных дыхательных упражнениях, о возможных любезных именах для ребёнка Юань Сян и Лань Чуаньли, о приключениях с Лань Жуй — а Лань Ванцзи внимательно слушал, поддакивая в нужных местах, его лицо оставалось бесстрастным. Вэй Усянь был на взводе. После срыва Лань Ванцзи в читальной комнате, его обморока от истощения и странного поведения этим утром невозможно было не волноваться хоть немного. Но больше всего его беспокоило, что он не имел ни малейшего понятия, что творится в голове Лань Ванцзи. Он привык с относительной лёгкостью читать его лицо. Теперь же маска равнодушия казалась более отточенной. Выточенной до совершенства опытом, свидетелем которого Вэй Усянь не был. К тому же Лань Ванцзи был невероятно молчалив. Фактически, всё утро Вэй Усянь говорил за двоих. И старик, и Лань Сичэнь упоминали, что Лань Ванцзи стал ещё более замкнутым, даже по его меркам. Вэй Усянь начал опасаться, что полгода без его болтовни в любое время суток могли заставить Лань Ванцзи разучиться поддерживать светские беседы. Что ж, если так, Вэй Усяню просто нужно было научить его заново! По пути в кабинет Лань Цижэня он предпринял первую попытку — задал вопрос, требующий большего, чем «да» или «нет», так что ответ на него нельзя было просто промычать: — Я чувствую себя неподготовленным, идя на встречу, ничего не зная. Лань Чжань, подготовь меня, расскажи хоть немного о состоянии войны. Как обстоят дела? Тишина. Затем, без всякой интонации: — Плохо. Честно говоря, не самый обнадёживающий результат. Получив такой ответ, Вэй Усянь не осмелился сразу запрашивать детали. Впрочем, для этого, видимо, и была назначена встреча. Лань Сичэнь тепло поприветствовал их по прибытии. К удивлению Вэй Усяня, там присутствовала и Ло Цинъян — она стояла с прямой спиной, положив руку на меч, за большим столом с разложенной картой. Лань Цижэнь, снова укутанный в плотную мантию, мрачно наблюдал за ней из противоположного угла комнаты. — Ванцзи, А-Сянь. Надеюсь, ученик, которого я послал, не побеспокоил вас, — начал Лань Сичэнь, когда все приветствия были закончены. — Я счёл нужным известить вас как можно скорее, чтобы вы могли спланировать день. — Всё в порядке, не беспокойся, — сказал Вэй Усянь. Конечно, он знал о встрече ещё со вчерашнего дня, так что речь Лань Сичэня явно предназначалась Лань Ванцзи, но поскольку тот не был расположен говорить, Вэй Усянь счёл правильным ответить за него. Лань Сичэнь подвёл их к карте. Она явно была старинной и очень ценной, с впечатляющей детализацией. Маленькие деревянные фишки с символами Орденов были расставлены с точностью, указывая текущее расположение сил. Сосредоточившись на изучении информации, Вэй Усянь внимательно слушал и наблюдал, как Лань Сичэнь передвигает фишки, показывая развитие событий за последние пять с половиной месяцев. Несмотря на все попытки Лань Сичэня говорить оптимистично, быстро стало ясно, что краткий ответ Лань Ванцзи был точным. В целом, Альянс «Выстрел в Солнце» терпел больше поражений, чем одерживал побед. Зима пришла как раз вовремя, чтобы дать столь необходимую им передышку. Все попытки удержать Юньмэн от Вэнь Жоханя и Цзинь Гуаншаня провалились. С ужасом Вэй Усянь наблюдал, как Лань Сичэнь передвигает фишки Коалиции по карте, расползаясь от Пристани Лотоса вдоль реки Чан, поглощая город за городом, Орден за Орденом. В итоге осталось лишь два небольших неподконтрольных участка — крутые северные горы, где обитал Орден Шиянь Хуан, и узкая полоска земли у границы Цзяннани, где располагался Орден Хунъань Инь. Лань Вэньянь был отправлен туда с учениками Лань, чтобы поддержать сопротивление маленького Ордена. Тиншань Хэ и Танси Ян тоже внесли свой вклад, хотя по несколько иным причинам. Хотя Хэ Су удалось воссоединиться со своими уцелевшими учениками, сам Тиншань оставался под контролем Цишань Вэнь. И Чжэцзян, где находился Тиншань, и Фуцзянь, родина Танси Яна, были захвачены врагом, так что оба Ордена сражались в Хунъане отчасти потому, что им некуда было возвращаться. С другой стороны, хотя Цзяннань была полностью окружёна уже много месяцев, Гусу Лань пока не понёс катастрофических потерь. Эчжоу пал и был отвоёван, а Лань Ванцзи добился значительного прогресса в Ланьлине. Теперь он командовал четырьмя военными лагерями, проведя линию от Хайяна через Жичжао до Вэйчжоу, тем самым закрепив за собой весь восточный полуостров Ланьлин и защищая все Ордены в его пределах. Единственным, кто добился больших успехов в расширении территорий Альянса Выстрела в Солнце, был Не Минцзюэ — несколько месяцев назад ему удалось пробить путь прямо через центр Цишани, соединив Цинхэ с крошечным клочком земли, который Орден Шиянь Хуан до сих пор отважно защищал в Юньмэне. Однако, к сожалению, успехи Не Минцзюэ имели тенденцию быть гораздо менее долговечными, чем у Лань Ванцзи. Чифэн-цзунь, безусловно, мог завоевывать земли — но вопрос заключался в том, мог ли он их удержать. С беспокойством в глазах Лань Сичэнь рассказал о жестокой битве, произошедшей в Хэцзяне. Цинь Цанъе, до сих пор верный Цзинь Гуаншаню, убил заместителя главы Цинхэ Не. Казалось, Не Минцзюэ во многом полагался на этого человека. Его смерть ознаменовала медленное погружение Ордена Не в состояние растущей дезорганизации, а темперамент Не Минцзюэ становился всё более вспыльчивым. — Я подумывал отправить тебя помочь человеку Минцзюэ-сюна в Пинъяне, А-Сянь, — сказал Лань Сичэнь. — Берега Жёлтой реки часто переходили из рук в руки. Силы Вэнь Чао жестоки, но часто сгруппированы в нашу пользу. Было бы полезно окончательно закрепить этот район. Вэй Усянь кивнул, чувствуя, как его пальцы непроизвольно сжимаются на рукояти Суйбяня. Встреча с Вэнь Чао и Вэнь Чжулю вполне его устраивала. Возможно, ему удастся раскрыть секрет техники плавления золотых ядер, если он получит ещё один шанс понаблюдать за ним в действии. С извиняющимся выражением лица Лань Сичэнь взглянул на Лань Ванцзи, чьё молчание было заряжено всеобщим неодобрением. — Мне бы очень хотелось позволить тебе отдохнуть подольше, А-Сянь, но, боюсь, я не могу позволить себе держать одного из лучших бойцов в Облачных Глубинах. При нынешнем состоянии войны другого выбора просто нет. Его слова, несомненно, были адресованы младшему брату. — Я бы очень разозлился, если бы мне не дали сражаться, — улыбнулся Вэй Усянь. — Думаю, я уже отдохнул за несколько жизней. — Только произнеся эти слова, он осознал, что, возможно, это было не самое мудрое заявление. Выражение лица Лань Ванцзи потемнело. — Вэй Ин поедет со мной в Ланьлин, — холодно заявил он, не допуская возражений. На мгновение в кабинете Лань Цижэня воцарилась тишина, напряжение стало настолько густым, что его можно было резать мечом. Наконец Лань Сичэнь вздохнул: — Ванцзи. Из всех наших лагерей твои действуют лучше всего. Тебе не нужна поддержка. А-Сянь будет более полезен буквально в любом другом месте. — Нет, — сказал Лань Ванцзи. Потрясённый его грубостью по отношению к старшему брату, Вэй Усянь почувствовал, как та же тревога, что не покидала его всё утро, снова подняла голову. — Лань Чжань, послушай старшего брата, — тихо сказал он, дёрнув мужа за рукав. — Со мной всё будет в порядке. Лань Ванцзи тут же резко повернулся к нему: — Как в прошлый раз? Глаза Вэй Усяня расширились. Обиженный и сбитый с толку, он отпустил рукав. — Ванцзи, не упрямься! — отчитал его Лань Цижэнь. — Усянь признаёт мудрость и авторитет твоего брата, и ты должен поступать так же! Лань Ванцзи опустил голову, хотя было неясно, в раскаянии или просто отказываясь смотреть на дядю. — Ванцзи, прошу, — снова попытался Лань Сичэнь. — Эм... можно мне кое-что предложить? — впервые с начала собрания подала голос Ло Цинъян. Раздражение Лань Цижэня немедленно обрело новую цель: — Не твоё дело встревать, девочка. — Дядя, прошу тебя, — вмешался Лань Сичэнь. Казалось, сегодня ему было суждено только умолять членов своей семьи. — Я сам попросил Цинъян присутствовать здесь. — Да. Совершенно ненужное решение, — проворчал дядя. — Посторонним не место на семейном совете. Хотя Лань Сичэнь выглядел огорчённым его неодобрением, он не отступил. — Я ценю мнение Цинъян, дядя. И её нельзя назвать посторонней. Ты сам говорил, что как главе Ордена мне нужно создать небольшой, но доверенный круг друзей, на чью преданность и добрый характер я могу положиться. Выражение лица Лань Цижэня стало ещё более кислым. Было очевидно, что, давая этот совет, он не представлял себе кого-то вроде Ло Цинъян в этом самом доверенном круге. Пока шёл спор, Ло Цинъян терпеливо ждала — она заговорила только тогда, когда Лань Сичэнь ободряюще кивнул ей. — Участие Вэй Усяня в лагере в Ланьлине тактически неразумно по многим причинам, помимо той, что упомянул Цзэу-цзюнь. Как один из немногих лагерей на бывшей вражеской территории, они постоянно подвергаются атакам, даже сейчас, когда зима замедлила бои в других местах. Вэй Усянь был важной целью ещё до Пристани Лотоса. Как только Коалиция узнает, что он очнулся и покинул Облачные Глубины, он, скорее всего, снова станет мишенью. И сейчас вероятность этого наиболее высока именно в Ланьлине. Лань Ванцзи сверлил её взглядом. Лань Сичэнь кивнул, задумчиво постукивая по карте. — Верно, — сказал он. — Я почти забыл. В свете этого отправка А-Сяня в Пинъян тоже сопряжена с большим риском, чем я думал. — Я не могу просто не сражаться, — запротестовал Вэй Усянь, не одобряя направление разговора. — Кроме того, я не единственный, у кого есть цель на спине. Чёрт, держу пари, все в этой комнате наверняка в верхней части списка Вэнь Жоханя и Цзинь Гуаншаня. Мне просто придётся с этим справляться. — Возможно, есть способ похитрее, чем просто справляться, — улыбнулась Ло Цинъян. — Как ни странно, среди населения распространено мнение, что ты мёртв. Нет лучшего прикрытия. — Она повернулась к Лань Сичэню. — Я хотела предложить, чтобы Вэй Усянь отправился на фронт под чужим именем. Ещё лучше, если Гусу Лань публично объявит о его смерти. — Подобная ложь недопустима! — рявкнул Лань Цижэнь. — Святость смерти не должна быть запятнана ложью и интригами! Ло Цинъян вежливо склонила голову. — В данный момент Альянс Выстрел в Солнце проигрывает, — сказала она. — Объединение Ланьлин Цзинь и Цишань Вэнь решительно склонило чашу весов в их пользу. Что значат хитроумные планы по сравнению с риском захвата Вэй Усяня? Лань Сичэнь задумчиво кивнул. — Сичэнь, ты же не всерьёз рассматриваешь это! — с недоверием воскликнул его дядя. — Э-э... может, объявлять о моей смерти — это перебор? — нервно рассмеялся Вэй Усянь. Хотя ему, возможно, было не так важно соблюдать святость смерти, как казалось Лань Цижэню, он был уверен, что его шицзе заплачет, если объявят о его гибели, чего он явно не мог допустить. — Если мой маскарад будет достаточно убедительным, не нужно ничего ни подтверждать, ни опровергать, верно? — Да... я тоже предпочёл бы не обманывать наших союзников, если этого можно избежать, — согласился Лань Сичэнь, задумчиво поднеся руку ко рту. — Но какая маскировка будет одновременно подходящей для боя и достаточно скрывающей, чтобы спрятать личность А-Сяня? — У нас нет времени на что-то сложное, — сказала Ло Цинъян. — Может, маска? — Но как мы найдём маску, которая мне подойдёт? — спросил Вэй Усянь. — Прости, но если мне придётся потеть под неудобным куском металла или смотреть через криво вырезанные глазницы во время боя, я лучше просто завяжу лицо тряпкой или типа того. Ло Цинъян медленно кивнула. — Может, стоит спросить госпожу Му? — предложила она. — У неё есть опыт в нестандартных решениях, и её мастерство превосходно. Лань Ванцзи бросил на неё гневный взгляд. — Орден Не не имеет права голоса. Не Хуайсан использовал Вэй Ина как расходный материал. Он и все, кто с ним связан, ненадёжны. — Ванцзи, — успокаивающе произнёс Лань Сичэнь. — Орден Не — наш главный союзник. А Хуайсан всегда был безобиден. Он, должно быть, не осознавал, к каким последствиям приведут его письма. Он был так несчастен после ранения А-Сяня. Лань Ванцзи сузил глаза на старшего брата. — Сюнчжан ошибается в своём сочувствии, — прошипел он. — Мнимое несчастье Не Хуайсана — всего лишь жалкая попытка вызвать жалость и избежать возмездия. Вэй Усянь уставился на него. Он никогда не слышал, чтобы его муж говорил с такой неприкрытой враждебностью. Куда делся его мягкий Лань Чжань? Лань Сичэнь сдался и вздохнул. — Мы заставим госпожу Му поклясться хранить тайну, — решил Лань Цижэнь. — Я согласен с Ванцзи. Действия Не Хуайсана вызывают вопросы, а язык у него длинный. Его невеста не должна рассказывать ему ничего о том, что она для нас сделает, если Усянь будет действовать под прикрытием. На этом всё и решилось.