Юность в путах желаний

Вспышка гнева Лань Цижэня напугала старейшин до замечательной покорности. Все дальнейшие предложения Лань Сичэня — усиление патрулей вдоль южных границ Гусу Лань, выделение значительной части казны на ускорение производства нефритовых жетонов для активации массива-лабиринта Лань Цинчжао и обязательное присутствие наставницы женской половины на всех собраниях Ордена — были приняты с минимальным сопротивлением. Наставница Си выглядела крайне смущённой последним пунктом, на её лице читалось стыдливое выражение. Учитывая, что именно она натравила совет на главу Ордена, ей ещё повезло, что тот не был злопамятным. После окончания собрания зал быстро опустел. Лань Сичэнь вышел последним, пропустив вперёд Лань Цижэня, Лань Ванцзи и Вэй Усяня. — Спасибо за поддержку, дядя, — сказал он, когда они вышли из павильона. — Сичэнь, о чём ты думал? — спросил Лань Цижэнь. — Я знал, что ты доверчив, но не считал тебя безрассудным! Ты хоть на секунду задумался о столетних традициях, прежде чем высказывать такие предложения перед старейшинами? Было ясно, о каких именно предложениях шла речь. — Я считаю честность лучшей политикой, — ответил Лань Сичэнь. — И изменение программы для учениц не кажется мне плохой идеей. — Будем надеяться! — вспылил его дядя. — Ведь ты только что перечеркнул наследие предков! Хотел бы я, чтобы ты считал это чем-то большим, чем просто «неплохой идеей»! Клянусь Лань Анем, если это был каприз, ты ещё глупее, чем я боялся! Собравшись с духом, Лань Сичэнь поднял подбородок: — Это не... каприз. Я искренне верю в то, что сказал, дядя. Лань Цижэнь сердито выдохнул через нос: — Ты проявляешь глупость молодости, Сичэнь, считая себя умнее всех предыдущих поколений вместе взятых! Женщины не созданы для боя. Если твоя «гениальная» идея провалится, не жди моей поддержки вновь! Лань Сичэнь слегка вздрогнул, печально глядя на дядю. — Учитывая бурную историю твоего отца и пренебрежение твоего брата приличиями ради страсти, надеюсь, ты понимаешь, что не можешь позволить себе ни малейшей ошибки! Уши Лань Ванцзи вспыхнули. Вэй Усянь рядом почувствовал, как его собственное лицо заливается жаром. Не обращая внимания на их смущение, старик продолжал гнуть свою линию: — Ты — глава Ордена Гусу Лань. Ты, прежде всех, должен подавать пример и руководствоваться логикой, а не эмоциями. Ты не можешь терять голову из-за первой же девушки, вызвавшей у тебя трепет! Сейчас не время для таких отвлечений! Если я замечу хоть намёк на твою увлечённость, её немедленно выдворят из Облачных Глубин. Ты меня понял? Лань Сичэнь выглядел совершенно ошеломлённым. Наконец он вздохнул и опустил взгляд. Это была чистая капитуляция. — Твоё руководство молодо и неустойчиво, — сказал Лань Цижэнь, явно удовлетворённый вызванной реакцией. — Ради твоего же блага я надеюсь, что в будущем ты не будешь вести себя так глупо. А теперь я пойду и приму наказание за то, что откровенно солгал собственным старейшинам! — Пожалуйста, дядя, Вы сделали это ради меня. Позвольте мне понести наказание вместо Вас, — умолял племянник. — Ни слова больше, Сичэнь! Моя ложь — моя, и наказание должно быть моим! Разве ты думаешь, что сможете быть полезным кому-либо, если ухудшишь своё состояние, добавив наказание к травмам? Иди лучше и сиди за своим столом! — Увидев убитый взгляд Лань Сичэня, он резко добавил: — Если ты сломаешься из-за такой ерунды, то не справишься с руководством Орденом в будущем! Раздражённо взмахнув рукавом, старик развернулся и зашагал прочь. Все молча наблюдали, как он удаляется по тропинке. Когда он скрылся за поворотом, Вэй Усянь положил руку на плечо Лань Сичэня, чтобы выразить свою поддержку. Тот поник под его прикосновением. — Дядя против. Я должен был это предвидеть. — Когда будут результаты, ему придётся смириться. Я сделаю всё возможное, чтобы это произошло, — пообещал Вэй Усянь и ободряюще улыбнулся. — Ты поступил правильно. — Мн, — согласился Лань Ванцзи. — Ты тоже так думаешь, Ванцзи? — спросил Лань Сичэнь с надеждой в глазах. Его младший брат склонил голову. — Ученицы обладают нераскрытым потенциалом. Дядя, должно быть, не имеет опыта общения с женщинами, если считает, что они не годятся для боя. Ло Цинъян обезоружила Вэй Ина сегодня утром. — Что... эй! — возмутился Вэй Усянь. — Я просто отвлёкся! Лань Чжань! — Это не оправдание. Ты всё равно проиграл, — спокойно парировал Лань Ванцзи. — Не могу поверить, что ты осмеял меня перед нашим же братом! Разве ты не знаешь, что мне нужно поддерживать репутацию? Дабо только что доверил мне новые классы, если он узнает, что я проиграл Мянь-Мянь, он точно отдаст их ей! — Устаревшая репутация заслуживает того, чтобы её потеряли. — Всё, ты будешь замучен щекоткой! Глаза Лань Ванцзи, до этого спокойные, мгновенно расширились от тревоги. Этого краткого момента удивления Вэй Усяню хватило. Точным движением он вонзил пальцы в бока Лань Ванцзи и начал щекотать — его жертва издала приглушённый звук, прежде чем её руки были схвачены. — Вэй Ин! — Что, я же предупредил! Не моя вина, что ты слишком медленный, чтобы увернуться! — рассмеялся Вэй Усянь, извиваясь в его захвате. — Эй, Лань Чжань, раз я только что победил тебя, значит ли это, что ты проиграл Мянь-Мянь по доверенности? — Это так не работает, — возразил Лань Ванцзи. Рядом Лань Сичэнь тихо хихикал в рукав. — Ванцзи, не стоит дразнить А-Сяня, если не готов к ответной реакции. Вэй Усянь ухмыльнулся. — Хотя бы ты меня поддерживаешь, дабо! Лань Сичэнь фыркнул. — Вы двое, только не позволяйте старейшинам видеть такие ваши выходки. Иначе старейшина Цзу ещё больше усомнится в квалификации А-Сяня учить его внучку. Вэй Усянь вдруг осознал, что теперь ему действительно придётся тренировать Цзу Чжэньчжэнь. Он скривился. — Может, Мянь-Мянь всё-таки должна учить девушек? Ей как-то удалось завоевать расположение девы Цзу, а эта зануда до сих пор смотрит на меня, будто я заразный. — А-Сянь, — мягко пожурил его Лань Сичэнь, не в силах скрыть улыбку. Но вдруг в его глазах появилась задумчивость. — Вообще-то... может, ты мог бы спросить деву Ло, не хотела бы она помочь тебе? Она уже знает младших учениц и достаточно искусна, чтобы составить тебе конкуренцию в спарринге — похоже, она была бы ценным помощником. После всего случившегося ей не помешало бы отвлечься... а чувство цели могло бы смягчить её неприязнь к Облачным Глубинам... — Да, конечно, я спрошу её, — легко согласился Вэй Усянь. Однако он не смог удержаться и склонил голову, чтобы пристальнее рассмотреть надежду на лице Лань Сичэня. Он уже знал, что его дабо уважает Ло Цинъян, но теперь, особенно после слов старейшины, Вэй Усянь вдруг задумался, может ли она стать для него чем-то большим, чем просто друг. Может, ему стоит замолвить за него словечко перед Ло Цинъян? Иметь её невесткой было бы замечательно! Тем более теперь, когда она и Лань Ванцзи официально друзья и называют друг друга по имени. А не думал ли Вэй Усянь недавно, как хорошо было бы Лань Сичэню поскорее жениться и завести детей, чтобы Лань Ванцзи никогда не рисковал стать главой Ордена? Улыбка Вэй Усяня стала ещё шире. — Я обязательно спрошу её и скажу, что это твоя идея! — объявил он. — А мы с Лань Чжанем постараемся занять её тренировками, чтобы она не грустила! Лань Ванцзи бросил на него взгляд, вероятно подозревая, откуда взялся этот внезапный энтузиазм. Лань Сичэнь же просто склонил голову. — Спасибо, А-Сянь. Я знал, что могу на тебя положиться. — Он слегка вздохнул. — Что ж, мне пора возвращаться к работе, как сказал дядя. Мэйшань Юй вчера просили разрешения присоединиться к альянсу, и мне ещё нужно подготовить ответ. — Мн! — согласился Вэй Усянь, отдавая честь вместе с Лань Ванцзи. — Не перетруждайся, дабо, ты ещё восстанавливаешься! — Не обещаю, — усмехнулся Лань Сичэнь, отвечая на приветствие. * * * — Интересно, кто этот молодой господин из Ордена Цзинь, который направляется в Пристань Лотоса, — сказал Вэй Усянь Лань Ванцзи по дороге в цзинши. — Может, Цзинь Гуаншань несёт чушь, и Павлин вообще не был ранен, а тайком ушёл из Башни Кои, чтобы помочь шицзе. Лань Ванцзи слегка нахмурился, явно размышляя о том же. — Вряд ли в этом змеином гнезде найдётся ещё кто-то, кто добровольно совершит добрый поступок. Может, госпожа Цзинь поехала с ним, она всегда хорошо относилась к шицзе. — Цзинь Гуаншань использовал их травмы как оправдание убийства членов малых Орденов, — скептически напомнил Лань Ванцзи. Разозлённый Вэй Усянь пнул несколько камешков на тропе. — Да, знаю. Даже он не был бы настолько глуп, если бы не был уверен, что ему это сойдёт с рук… Чёрт, вся эта история откровенно воняет. Готов поспорить, через несколько лет выяснится, что те Ордена были ему политически неугодны. Не верю, что они были настолько самоубийственны, чтобы нанимать наёмников для нападения на драгоценного наследника Башни Кои и жену главы Ордена. В этом нет никакого смысла. Лань Ванцзи кивнул. — Хорошо, что мы привезли Мянь-Мянь в Облачные Глубины. — Вэй Усянь в ярости сорвал несколько листьев с куста. — Было подозрительно, что её глава Ордена нам так и не ответил. Мне следовало насторожиться. К счастью, Мянь-Мянь осталась здесь. — ...Она может винить себя за то, что не сражалась вместе с членами своего Ордена, — сказал Лань Ванцзи. Вэй Усянь вздохнул. — Она была без сознания, когда мы забрали её с собой. Это не было её решением приехать в Гусу. — Мн. Они прошли мимо группы младших учеников, появившихся у ворот. Все радостно поклонились им. Немного повеселев, Вэй Усянь оглянулся на них и улыбнулся. — Ну да ладно. По крайней мере, брат Сичэнь решил отправить кого-то в Юньмэн, чтобы выяснить, кто этот молодой господин Цзинь. Если это какой-то неопытный кузен Павлина, может, дядя Лань наконец согласится послать и учеников Лань. Лань Ванцзи рядом промолчал. Что-то в его суженных глазах заставило Вэй Усяня наклонить голову к плечу и замереть, с любопытством ожидая, пока он заговорит. — Когда Не Хуайсан предупредил тебя о флоте Вэней, он не назвал причин, по которым обратился именно к тебе, — наконец начал Лань Ванцзи. — Оглядываясь назад, правильнее было бы связаться с Гусу Лань через официальные каналы. Он объяснился с тех пор? Немного удивлённый, Вэй Усянь почесал затылок, вспоминая. — Ну нет... но разве его старший брат не уехал тогда в Пинъян? Может, Не-сюн не знает, как пользоваться официальными табличками для связи, и решил, что написать мне напрямую будет быстрее? Лань Ванцзи всё ещё выглядел подозрительным. — Чифэн-цзунь не может быть единственным в Нечистом Царстве, кто умеет пользоваться табличками. Если Не Хуайсан действительно не способен, он мог попросить ученика. Написать тебе ради удобства кажется слишком неуважительным, учитывая срочность сообщения. — Хм... — Вэй Усянь задумчиво нахмурился. — Может, он хотел, чтобы я предупредил Цзянов... хотя они уже сами знали о нападении. Хотя с другой стороны, Хуайсан не мог знать этого наверняка... Теперь, когда я думаю об этом, мне действительно интересно, как он так быстро узнал о флоте Вэней... — Вопросы лучше догадок, — предложил Лань Ванцзи. — Знаешь что, ты прав, Лань Чжань! Если подумать, Хуайсан ведёт себя слишком подозрительно! — Вэй Усянь достал из мешочка-цянькунь печать с птицей, которой он обменялся с Не Хуайсаном, и продолжил: — Может, этот любопытный господин даже знает что-то о ситуации в Башне Кои. Честно говоря, я бы удивился, если бы это было не так. Лань Ванцзи склонил голову. — Пусть оправдается. Вэй Усянь сел на декоративный камень у тропинки, размышляя, что написать. — Хуайсан опасный пройдоха, нельзя давать ему слишком много информации, иначе он использует её, чтобы выкрутиться. Хм... Ухмыльнувшись пришедшей идее, Вэй Усянь написал: «Нападение на Пристань Лотоса и скандал в Башне Кои. Без секретов — что ты знаешь, что планируешь? Источники тоже, пожалуйста». — Вот! Пусть Хуайсан разгадывает загадки! — воскликнул он, подув на письмо, чтобы чернила быстрее высохли. Довольный, он быстро сложил бумажный лист и отправил. Остаток пути до цзинши он с нетерпением ждал ответа друга. Когда к тому времени, как Лань Ванцзи ушёл готовить обед, ответа всё ещё не было, Вэй Усянь заскучал и вместо этого написал шицзе. Цзян Яньли очень обеспокоилась, услышав о предполагаемых травмах Цзинь Цзысюаня и его матери, и была шокирована действиями Цзинь Гуаншаня. Она сообщила, что Шао Лихуа снова проверила Пристань Лотоса и увидела, что фиолетовое сияние защитного массива всё ещё видно на горизонте. Когда Лань Ванцзи вернулся с обедом, Вэй Усянь уже забыл, что отправлял письмо Не Хуайсану. Поэтому он очень удивился, когда ответ, наконец, пришёл, как раз когда он собирался отправить в рот ложку острого супа с яйцом. Его план заставить Не Хуайсана попотеть, казалось, сработал — письмо было не только длинным, но и звучало откровенно извиняюще. «Вэй-сюн, ты очень жесток, внезапно допрашивая этого бедного друга! Знай, что старший брат заставлял меня тренироваться, когда пришло твоё сообщение — он так громко закричал, что я чуть не заколол себя от испуга! Что касается Пристани Лотоса, я просто подумал, что ты никогда не простишь меня, если я не сообщу тебе сразу, как только услышу! Вэй-сюн, верь или нет, но я действительно стараюсь быть хорошим другом — и кроме того, ты можешь быть очень страшным, когда злишься! Честно, я узнал об этом случайно! Знакомый одного торговца произведениями искусства, которого я пригласил на ужин, упомянул друга своего кузена — корабела из Цзяочжоу, который жаловался на неприятного молодого заклинателя, мешавшего ему чинить лодки в лучшем борделе города. Конечно, я стал копать глубже и узнал, что целый флот кораблей с фениксами на носу и солнцами на парусах плывёт вниз по реке Чан! Естественно, я сразу написал тебе! Уверен, ты поступил бы так же на моём месте, Вэй-сюн! О Цзинях слухи ходят странные. Я почти ничего не знаю наверняка и не стал бы тебе писать, если бы ты не вынудил меня, Вэй-сюн! Предупреждаю — это всего лишь догадки, и я не несу ответственности, если ты будешь действовать на их основе! Я не смог выяснить, на какой ночной охоте пострадали Павлин и его мать. Цзинь Цзысюань всегда берёт духовных псов на охоту, но, по словам служанки торговца, поставляющего мясо для псарен Ланьлина, собаки не выходили со времён возвращения из Цишани. Зато есть движение. В Башне Кои появились новые жильцы — молодая женщина и маленький ребёнок, якобы её сын. Если верить слухам, их поселили в Благоухающем зале возле покоев самого Цзинь Гуаншаня! Башня Кои необычайно молчалива, и мне не удалось узнать подробностей (повторяю — я не ручаюсь за достоверность!), но ходят слухи, что женщина может стать первой наложницей Цзинь Гуаншаня! Самое странное — молчание госпожи Цзинь. Не верю, что даже серьёзная травма помешала бы ей лишить мужа мужского достоинства. Это заставляет меня думать, что она действительно при смерти. Особенно учитывая, что мальчик якобы очень похож на маленького Цзинь Цзысюаня. Готов поспорить на свой лучший веер и редких чёрных какаду, что у них один отец! На этом всё! Пожалуйста, Вэй-сюн, если будешь писать снова, делай это, когда старший брат не заставляет меня держать саблю размером с мой торс! Моя жизнь действительно была в опасности. С уважением, твой друг из Цинхэ». — Какого чёрта? — Вэй Усянь перевёл взгляд на Лань Ванцзи, читавшего через его плечо. — Значит, Цзинь Гуаншань дождался, пока его жена выйдет из строя, чтобы привести одну из своих бывших любовниц с ребёнком? — Это правильный поступок, — возразил Лань Ванцзи. — Если есть ребёнок, отец должен взять ответственность. Это честно. — Конечно, но, Лань Чжань, ты забываешь, что Цзинь Гуаншань не самый честный человек. Тот факт, что у него, наверное, больше непризнанных детей, чем звёзд на небе, это подтверждает. Что такого особенного в этом ребёнке, что он вдруг проявил ответственность? Лань Ванцзи нахмурился, явно озадаченный. Вэй Усянь уже писал новое письмо: «Что ещё ты знаешь о женщине и ребёнке?» Не Хуайсан ответил очень быстро: «Вэй-сюн, какой сюрприз! С такой скоростью ответа можно подумать, что ты ждёшь вестей от меня, как несчастная возлюбленная! Если Ванцзи-сюн тоже читает это, пусть знает — это шутка! Я знаю немного: служанка торговца, знакомого с поставщиком вина на кухню Башни Кои, сказала, что женщину зовут Мо Луи и она вторая юная госпожа из знатной семьи Деревни Мо. Хотя по материнской линии она простого происхождения, она необычайно красива и ещё молода. Мальчик — большая загадка. Но Цзинь Гуаншань публично заявил, что не допустит нового вреда своей семье. То, что он поселил их в Башне Кои, почти подтверждает, что они теперь часть семьи, не так ли?» — Это не очень помогает, — вздохнул Вэй Усянь. — Деревня Мо... Уверен, я никогда о ней не слышал. — Такое место есть возле города Хайян, недалеко от границы с Ланьлином, — подсказал Лань Ванцзи. — Правда? — Вэй Усянь не слишком заинтересовался. Он не сомневался, что у Цзинь Гуаншаня были связи с женщинами во всех местах, где он бывал. Он написал ещё одно письмо: «Что ты знаешь о молодом господине Цзинь, направляющемся в Пристань Лотоса?» Не Хуайсан ответил ещё быстрее: «Честно, Вэй-сюн, кажется, ты теперь информирован лучше меня! Может, мне стоит задавать вопросы тебе? Я ничего не знаю, признаюсь, до сих пор почти не слышал об этом. Но вот в чём я уверен... Среди друзей и братьев Цзинь Гуаншань довольно громко осуждал госпожу Юй за её агрессию в Цишане. По его словам, она возглавила атаку на учеников Вэнь и убила многих без провокации!» — Какой бред насчёт госпожи Юй, возглавляющей атаку против учеников Вэнь?! — возмущённо воскликнул Вэй Усянь. — Из всех присутствовавших в Цишани она больше всех была против того, чтобы оставаться! — Она была самым старшим заклинателем на месте, — вслух предположил Лань Ванцзи. — Со стороны это могло показаться естественным. — Павлин же был там всё время! Разве его отец не спросил его, что произошло? Это полнейший бред! Внезапно Лань Ванцзи замер рядом с ним. — Что? Что такое? — спросил Вэй Усянь. — Вэй Ин. Ты помнишь слова Су Миньшаня в Молине? — А? — совершенно озадаченный, Вэй Усянь отбросил последнее письмо Не Хуайсана в стопку с двумя другими. — Зачем ты вспомнил этого подонка? — Он утверждал, что Цзинь Гуаншань получил ультиматум от Вэнь Жоханя, — объяснил Лань Ванцзи. — Су Миньшань также заявлял, что две недели был с силами Вэнь Сюя, и за это время ученики Вэнь начали упоминать об этом. Если он говорил правду, значит, ультиматум был выдан в течение двух недель после провала атаки Вэнь Сюя на Облачные Глубины. Вэй Усянь был впечатлён памятью Лань Ванцзи — он сам уже позабыл большую часть той болтовни Су Шэ. Медленно кивнув, он попытался уловить ход мысли. — Учитывая время, необходимое курьеру для доставки писем из Безночного города в Башню Кои и обратно — или для самого Цзинь Гуаншаня, чтобы долететь в Безночный город и получить ультиматум лично — а также время, за которое новости дошли бы до учеников Вэнь Сюя, можно предположить, что ультиматум был реакцией на поражение Вэнь Сюя. — Ладно... да, это логично, — согласился Вэй Усянь. — Но к чему ты клонишь? Независимо от того, когда и почему его выдали, мы уже знаем, что он означал, верно? Цзинь Гуаншань выставил себя дураком во время обсуждения альянса и не присоединился. Я думал, мы это уже обсудили. — Подумай, Вэй Ин, — настаивал Лань Ванцзи. — Сюнчжан и Чифэн-цзунь покинули Облачные Глубины, чтобы пригласить глав Орденов на нашу свадьбу и обсуждение альянса, через неделю и четыре дня после изгнания Вэнь Сюя из Гусу. Вэнь Жохань должен был связаться с Цзинь Гуаншанем раньше. И, если он не предсказал образование альянса заранее, он не мог знать о нём вовремя, чтобы угрожать последнему не присоединяться. Вэй Усянь застыл. — Это... но... — Су Миньшань намекал, что ультиматум был выполнен действиями Цзинь Гуаншаня во время конференции, — медленно проговорил Лань Ванцзи, явно обдумывая на ходу. — Но если учесть временные рамки, это не может быть правдой. Цзинь Гуаншань знаком с Вэнь Жоханем и боится его. Вэнь Жохань нетерпелив. Цзинь Гуаншань действовал бы как можно скорее... Вэй Ин. Ещё до отказа от альянса он внезапно разорвал помолвку сына. — Но тогда... что Вэнь Жохань получил бы от... — Вэй Усянь уставился на Лань Ванцзи. — Ты думаешь, Вэнь Жохань сообщил Цзинь Гуаншаню о планах атаковать Орден Цзян?! Лицо Лань Ванцзи стало мрачным. — Это было бы требованием окончательного доказательства лояльности. Разорвав помолвку Цзинь Цзысюаня, он расчищал путь к Пристани Лотоса. Вэй Усянь отчаянно замотал головой, не желая верить. И всё же это было слишком легко представить. Он вспомнил, как Цзинь Гуаншань льстил Вэнь Жоханю во время соревнований по стрельбе из лука. Хотя тот его полностью игнорировал, Вэнь Жохань наверняка заметил. Стал ли он осторожнее после того, как первая атака на великий Орден пошла не по плану? Понравилась ли ему идея иметь союзника, которого можно полностью контролировать? — Но тогда... тогда кто этот молодой господин Ордена Цзинь, идущий к Пристани Лотоса? — слабо пробормотал Вэй Усянь. — Ты думаешь...? — Возможно, эти подкрепления предназначены не Юньмэн Цзян. — Нет! Не может быть! — вскричал Вэй Усянь, ощущая нарастающую панику. — Мы пока не знаем — может, это всё же Цзинь Цзысюань, может, он сбежал из Башни Кои! Павлин никогда не позволит отцу атаковать Пристань Лотоса, пока там шицзе! Лань Ванцзи нахмурился, за его глазами уже крутились новые мысли. — Что… что ещё… какого чёрта, Лань Чжань, этого не может быть! — закричал Вэй Усянь, вскакивая с пола и хватаясь за волосы. Быстро поднявшись следом, Лань Ванцзи схватил его за плечи. — Вэй Ин! Убийца, ранивший сюнчжана. Он говорил загадками. «Вы и ваши друзья были обречены ещё до того, как собрались вместе». На нём не было знаков принадлежности к Цишань Вэнь, но он был заклинателем. Цзинь Цзысюаня и госпожу Цзинь ранили заклинатели-наёмники, расчищая путь Цзинь Гуаншаню. Слишком много совпадений! Вэй Усянь только отчаянно мотал головой. — Разрыв помолвки твоей шицзе был очень внезапным, — настойчиво сказал Лань Ванцзи. — Ты сам говорил, многие находили это странным. — Это было очень внезапно... — слабо согласился Вэй Усянь. Сердце стучало у него в ушах. — Все знали, как Цзинь Цзысюань стал ценить помолвку. Её внезапная отмена вызвала много вопросов. — ...Цзинь Гуаншань очень заботится о сохранении лица. — Если только те, перед кем он теряет лицо, скоро перестанут его беспокоить. — Ты думаешь... — Вэй Усянь попытался успокоить дыхание. — Ты, правда, считаешь, что он сотрудничает с Вэнь Жоханем? Лань Ванцзи пристально посмотрел ему в глаза, крепко держа за плечи. — Если Не Хуайсан прав, то Цзинь Гуаншань уже обвинил госпожу Юй в убийстве учеников Вэнь перед союзниками. Он готовит оправдание уничтожению Юньмэн Цзян. Точно как с малыми Орденами в Ланьлине. Всё сходилось. Это объясняло то, что раньше не поддавалось объяснению. Цзинь Гуаншань ждал возможности доказать лояльность Вэнь Жоханю. Он знал, что Пристань Лотоса будет следующей целью, но вместо предупреждения искал способы разорвать помолвку сына. Когда Цзян Яньли приехала в Гусу, он нашёл предлог. Теперь он отправил отряд учеников Цзинь в Пристань Лотоса, чтобы присоединиться к Вэнь Чао. Сомнений не оставалось. Если это правда, когда барьер падёт, начнётся кровавая резня, и никто внутри не выживет. * * * Они сразу же побежали в кабинет Лань Цижэня. После того как Лань Ванцзи изложил свою теорию, а Вэй Усянь передал письма Не Хуайсана, старейшина долго молчал. — Сейчас барьер Пристани Лотоса ещё держится. Но рано или поздно он падёт — закончатся ресурсы или Вэнь найдут способ, — быстро проговорил Вэй Усянь и вцепился в стол, чтобы не размахивать руками. — Неважно, как. Факт в том, что он не вечен! — Если Ланьлин Цзинь и Цишань Вэнь действительно сотрудничают, у Гусу Лань появятся враги не только на южных, но и на всех северных границах, — добавил Лань Ванцзи, чётко выговаривая слова. — А если падёт Юньмэн, Цзянлин окажется в окружении со всех сторон, кроме восточного побережья. — Ты считаешь изыскания Не Хуайсана достоверными? — наконец спросил Лань Цижэнь, с явным скепсисом разглядывая письма. — Он, может, и был никудышным учеником, но только потому, что его ум не был приспособлен к учёбе! — горячо возразил Вэй Усянь. — Среди всех, кого я знаю, способности Не Хуайсана собирать информацию не имеют равных! Он может вести себя как дурак, но ни разу его сведения не оказались ложными! Старейшина сузил глаза и снова замолчал. Затем, нахмурившись, он перелистал присланные Не Хуайсаном страницы. Наконец он поднял взгляд. — Усянь, что ты знаешь о защитном массиве Юньмэн Цзян? Надежда хлынула в Вэй Усяня, словно поток. — К сожалению, немного. Госпожа Юй никогда не любила, когда я касался конфиденциальных документов. Мастер талисманов Ордена Цзян однажды сказал мне, что для него требуется восемь заклинателей, так что, полагаю, массив основан на точной геометрической симметрии. Такие массивы часто создают куполообразные барьеры — в теории прочные, но на практике довольно хрупкие. Если хотя бы один ученик перестанет направлять энергию или будет направлять её значительно больше или меньше других, всё рухнет. Им придётся часто сменяться, чтобы избежать разрушения. Лицо Лань Цижэня оставалось нечитаемым. Он глубоко задумался на долгое время. Затем посмотрел на племянника. — Ванцзи, твоя теория жизнеспособна. Разрыв Цзинь Гуаншанем помолвки сына показался мне очень странным. И в его теле никогда не было ни одной честной кости. Если он посчитает, что встать на сторону Вэнь Жоханя выгоднее, чем присоединиться к нам против него, он так и поступит. Вэй Усянь, по спине которого пробежал возбуждённый трепет, вскочил на колени и упёрся руками в стол старейшины. — Значит, мы едем?! — Нет, — сказал Лань Цижэнь. Прежде чем Вэй Усянь успел возразить, он продолжил: — Это значит, что еду я. Вэй Усянь уставился на него, всё ещё нависая над столом. — Что?! — Сичэнь всё ещё восстанавливается, — строго ответил Лань Цижэнь. — И никакая возросшая политическая значимость не отменяет того, что ты — главная цель. Ты и Ванцзи останетесь здесь и продолжите защищать Облачные Глубины. — Вы не можете держать меня запертым в Гусу вечно! — закричал Вэй Усянь. — Я хочу помочь! — Отбрось гордыню и прими суждение старшего о ситуации! — рявкнул Лань Цижэнь. — Вы даже не даёте мне шанса! — Быстро соображая, Вэй Усянь добавил: — Я знаю Юньмэн и Пристань Лотоса лучше всех в Облачных Глубинах! Там есть тайные тропы через болота, скрытые входы на территорию Ордена! Было бы глупо не взять меня! — Ты всё ещё слишком эмоционально привязан к семье Цзян! — крикнул в ответ Лань Цижэнь. — Я не могу доверить тебе сохранять хладнокровие! — Если Вы не возьмёте меня с собой, я последую тайком. — Усянь!!! Вэй Усянь упрямо поднял подбородок. — Это подвергнет меня большей опасности, чем если Вы просто разрешите мне поехать. Старейшина погрозил ему пальцем, лицо его покраснело от возмущения. — Ты... это не рынок, где можно торговаться! Я приказываю тебе остаться, и ты останешься! Обсуждение окончено! — Тогда с нетерпением жду встречи в Юньмэне, дядя. — Я запечатаю тебя в цзинши!!! — Я изучил все печати и защитные массивы в библиотеке Гусу Лань. Нет ни одной, на взлом которой мне потребовалось бы больше шести шичэней. Лань Цижэнь насупился и замолчал, явно исчерпав аргументы. Вэй Усянь воспользовался моментом. — Пожалуйста, дядя, — взмолился он, отодвинувшись и склонившись так низко, что лбом коснулся пола. — Прошу вас. Умоляю. Позвольте мне поехать. Позвольте помочь. Я не смогу жить в мире с собой, если буду знать, что мог что-то сделать, но не сделал. Пожалуйста, дядя, отпустите меня. Лань Цижэнь не ответил сразу. Вэй Усянь оставался в поклоне и ждал. Он надеялся, что то, что старейшина пока не начал снова кричать, — хороший знак. Наконец, после долгого молчания, из-за стола раздался глубокий недовольный вздох. — ...Ты не отойдёшь от меня ни на шаг, — раздался в комнате резкий голос Лань Цижэня. — Ни один из вас! Если я не скажу иначе, вы будете там, где я могу вас видеть! Вэй Усянь с широко раскрытыми глазами поднялся. — И ты будешь в мантии Ланей и со своей лобной лентой! — приказал Лань Цижэнь. — И Бичень, и Суйбянь будут скрыты заклинанием! Вы не будете называть друг друга по имени там, где вас могут услышать! — Да! Да! Спасибо! — Вэй Усянь поспешно снова поклонился. — Спасибо, дядя! — Мы уезжаем через четверть шичэня! — рявкнул Лань Цижэнь. — Будьте готовы, иначе я уеду без вас!