Юность в путах желаний

Следующее утро принесло в горы Гусу чуть более тёплый воздух, небо было ясным, и бледный солнечный свет растопил часть снега. Оставшийся снег, к полному восторгу Вэй Усяня, стал липким и влажным, и при первом прикосновении он понял, что он идеально держит форму. Не в силах упустить такой шанс, Вэй Усянь помчался в большой обеденный зал быстрее, чем когда-либо, чтобы спрятаться в голых кустах у главного входа, с прекрасным круглым и тяжёлым снежком у ног. При первых признаках фиолетового вдали по тропинке он быстро швырнул снежок, на мгновение насладившись картиной, как Цзян Чэн получает снег прямо в лицо, прежде чем рассмеялся и бросился прочь, игнорируя знакомый возмущённый выкрик своего имени. Как только Вэй Усянь вошёл через семейный вход и сел рядом с Лань Ванцзи, он постарался выглядеть как можно более послушным — сдержанное выражение лица, скромные движения, — украдкой с наслаждением наблюдая, как Цзян Чэн пытается стряхнуть комья мокрого снега с капюшона и волос, время от времени бросая на него убийственные взгляды. Не Хуайсан рядом с ним устало махал веером и едва заметно улыбался. Только передача острого масла от верного Лань Ванцзи отвлекла Вэй Усяня от забавной картины. Он посмотрел на возлюбленного и просиял, заметив, как тот снова и снова скользит взглядом по его одежде. Сегодня Вэй Усянь выбрал комплект с более лёгкой полупрозрачной чёрной мантией, подходящей наступившему потеплению. Казалось, Лань Ванцзи одобряет. Сердце Вэй Усяня вновь сжалось от нестерпимого желания сократить дистанцию, которая разделяла их последние дни. Наклонившись чуть вперёд, он заглянул за спину Лань Ванцзи, чтобы увидеть его дядю, и лишь тогда осознал: Лань Сичэнь снова отсутствовал за семейной трапезой. Может, он завтракает с Не Минцзюэ, чтобы попрощаться? Решительно предположив, что это точно так, Вэй Усянь быстрее доел свою порцию, чтобы выйти из зала вместе с Лань Ванцзи, который бросал на него вопросительные взгляды по мере ускорения движений его палочек. Однако в итоге все усилия Вэй Усяня оказались напрасны! — Сюнчжан вчера поздно вечером отправился на ночную охоту с Чифэн-цзунем, — сказал Лань Ванцзи, когда они вышли, и Вэй Усянь предложил встретиться после уроков. Он выглядел сожалеющим. — Дядя переложил на меня часть обязанностей сюнчжана в его отсутствие. Мне нужно будет заняться ими после занятий. Вэй Усянь не смог сдержать стон. — Я думал, Орден Не уедет сегодня! Какая ночная охота? Он воспользовался возможностью повиснуть на руке Лань Ванцзи на коротком расстоянии, которое они могли пройти вместе, прежде чем разойтись по классам. — Только не говори, что они уехали на несколько дней, Лань Чжань! Судьба, казалось, всерьёз испытывала его! Неужели она не понимала, что ему нужно, чтобы Орден Не уехал как можно скорее, и тогда Лань Цижэнь наконец официально объявит другим Орденам об их помолвке?! Вэй Усянь честно не знал, сможет ли он долго сдерживаться — тепло, исходящее от руки Лань Ванцзи, уже было слишком соблазнительным. К счастью, Лань Ванцзи покачал головой. — Были сообщения о беспокойном кладбище на окраине города Цайи. Я предполагаю, что это не займёт у них много времени. Вэй Усянь вздохнул с облегчением. Лань Сичэнь и Не Минцзюэ, вероятно, просто хотели провести больше времени вместе как друзья. — Значит, они вернутся сегодня? Лань Ванцзи кивнул. — Скорее всего. Вэй Усянь ухмыльнулся, прижавшись к тёплому боку Лань Ванцзи, мех на его капюшоне щекотал щёку. — И тогда Орден Не уедет? — Предположительно. Вэй Усянь с удовольствием положил голову на твёрдое плечо Лань Ванцзи. — Составить тебе компанию, пока ты выполняешь работу брата Сичэня? Или я могу помочь, если хочешь? Лань Ванцзи обнял его за талию, и Вэй Усянь радостно ахнул. — Вэй Ин недавно упоминал, что хочет поиграть в снегу, — возразил Лань Ванцзи. Вэй Усянь вздохнул, желая прижаться ещё ближе, но между их телами уже не оставалось места. — Но Вэй Ин хочет играть и с Лань Чжанем тоже, — проворчал он. Лань Ванцзи задумался. — Завтра. Вэй Усянь отстранился, чтобы Лань Ванцзи увидел его надутые губы, и сердце его забилось чаще, когда он заметил, как взгляд возлюбленного стал мягким. — Вэй Ин должен отдохнуть и не перетруждаться сегодня, — снова настаивал он, голос его был настолько нежным, что Вэй Усянь не смог отказать. — Ладно-ладно, — проворчал он. — Раз уж ты этого требуешь, у меня нет выбора, кроме как развлечь себя. Хм. Может, позже схожу в лес? Лань Ванцзи сузил глаза. — Твои занятия заканчиваются незадолго до обеда, верно? Вэй Усянь поднял любопытный взгляд. — Да, примерно во время уши, а что? Лань Ванцзи поправил его одежду. — Вэй Ин должен зайти на кухню и поесть перед выходом. Растроганный Вэй Усянь просиял и провёл рукой по ладони Лань Ванцзи. — Хорошо! Если вспомню, обязательно так и сделаю. Лань Ванцзи строго посмотрел на него. — Не пренебрегай здоровьем. Вэй Усянь мурлыкнул в ответ, нежно поглаживая его пальцы. Ему и правда не хотелось расставаться, хотя они уже дошли до перекрёстка, ведущего к ланьши. — Ради Лань Чжаня я не забуду, — пробормотал он, позволяя руке подняться выше и забраться в белый рукав Лань Ванцзи, к мягкой внутренней стороне запястья. Золотые глаза тяжело смотрели на него, прежде чем Лань Ванцзи внезапно резко двинулся, его свободная рука молниеносно взметнулась вверх, чтобы шлёпнуть что-то в воздухе с глухим стуком. Вэй Усянь уставился на маленькую кучку снега, которую Лань Ванцзи жестоко швырнул на землю, затем его взгляд скользнул дальше по тропинке, где стоял Цзян Чэн с всё ещё вытянутой для броска рукой. — Цзян Чэн! — закричал Вэй Усянь, в голосе его звучало явное неодобрение. — Ты мог попасть в Лань Чжаня, негодяй! — Бросать снежки в Облачных Глубинах запрещено, — добавил Лань Ванцзи, его голос был тихим и резким. Вэй Усянь едва сдержал ухмылку и поспешно прикрыл рот рукавом. — Я... Он начал первый! — запротестовал Цзян Чэн. — Цзян Чэн, как жестоко обвинять меня без доказательств! Ты даже нападаешь без причины! Что, если бы Лань Чжаня не было здесь, чтобы героически защитить меня! — причитал Вэй Усянь, изображая из себя беспомощную девицу, ещё более театрально повиснув на руке Лань Ванцзи. — Ты... — начал Цзян Чэн, но его прервал гонг, возвещающий о скором начале утренних занятий. — Ах! Взгляни на время, мне нужно спешить, а то опоздаю! — весело воскликнул Вэй Усянь. Он быстро чмокнул Лань Ванцзи в щёку и бросился прочь по тропинке, уверенный, что у Цзян Чэна не хватит духу последовать за ним. Хихикая, он успешно добежал до закрытой территории, так и не дав Цзян Чэну шанса на месть. Как же удобно, что приглашённые ученики не имели права здесь находиться! Довольный собой, Вэй Усянь направился к учебным корпусам. * * * Так как сегодня был четвёртый день недели, ученики класса талисманов Лань Цинчжао провели первую половину утра, представляя друг другу то, над чем работали последние несколько дней. Вэй Усянь и Лань Чуаньли по очереди объясняли свои задания одноклассникам. После презентаций класс погрузился в оживлённое обсуждение непреднамеренных побочных эффектов талисманов и способов их избежать. Лань Цинчжао позволила им поговорить некоторое время, прежде чем взяла слово и объяснила, что хотя такие ошибки могут быть как незначительными, так и катастрофическими, часто они также могут вдохновлять и открывать новые пути для исследований. Она отпустила их незадолго до обеда, порекомендовав книгу о самых случайно открытых эффектах талисманов в истории. Вэй Усянь с нетерпением ждал возможности её прочитать. После он некоторое время бродил по закрытой территории с Лань Чуаньли, с большим удовольствием обсуждая талисман для подогрева еды, над которым работали Се Цзюань и её напарница — он необъяснимо вызывал странные взрывы слизи при каждой попытке активации. Вэй Усянь как раз собирался объяснить, почему взрывы слизи могут быть полезны в редких случаях, когда по тропинке к ним приблизились несколько юных учеников Лань, все они несли в руках тяжёлые свитки. Увидев его, они поспешно переглянулись и, несмотря на занятые руки, попытались поклониться, чтобы вежливо поприветствовать его. Вэй Усянь вздохнул, глядя на их серьёзные лица, в то время как Лань Чуаньли смотрел на это с явным развлечением. — Чуаньли-сюн, неужели я настолько устрашающ? — сокрушался Вэй Усянь, наблюдая, как юноши спешат прочь. — Ты же не думаешь, что должен кланяться мне при встрече, правда? Лань Чуаньли усмехнулся. — Ну, я могу назвать себя твоим другом! Пока что ты не дал мне повода думать, что ты настаиваешь на этом. Вэй Усянь недоверчиво поднял бровь. — Настаиваю? С чего бы? Я всё тот же человек, что и всегда, ещё несколько дней назад никто даже не смотрел в мою сторону! Его друг наклонил голову. — Ну, тебя практически возвели в главную семью во всём, кроме имени, разве нет? — сказал он, звуча немного удивлённо. — Сяньшэн даже лично дежурил у постели не только маленького Ванцзи, но и у твоей, пока ты был ранен. А когда тот Су Миньшань напал на тебя, его наказали за предательство клана! Все потом говорили об этом — сяньшэн, должно быть, уже считает тебя своим племянником! Глаза Вэй Усяня расширились. — Э-э... так ли это? — Ах, ну… — Лань Чуаньли слегка рассмеялся, оглядываясь по сторонам. — Конечно, я не слушал сплетни или что-то в этом роде. — Он выглядел весьма довольным. — Это, несомненно, было бы запрещено, и ты не слышал этого от меня, но иногда… ну, нельзя винить людей за то, что они интересуются тобой, теперь, когда тебе удалось растопить суровое сердце нашего наставника! — Э-э… — Вэй Усянь нервно засмеялся. — Его сердце? Лань Чуаньли с улыбкой кивнул. — Несомненно! Даже его собственные племянники никогда не получали такой очевидной благосклонности! — настаивал он, прежде чем широко ухмыльнулся. — Это заставляет остальных следовать его примеру. Не обращай внимания, скоро ты, вероятно, привыкнешь. Что ж. Вскоре им пришлось расстаться, так как Лань Чуаньли пообещал матери сопровождать её в Цайи, чтобы она могла принести невесте своего сына свежий имбирный чай (Лань Чуаньли вздохнул с любовным раздражением, что Юань Сян, будучи дочерью аптекаря, наверняка и сама знала о пользе имбиря против зимних недугов). Вэй Усянь размышлял над словами друга всю дорогу, пока шёл к хунши. Неужели Лань Цижэнь и правда… благоволил ему? Вэй Усянь был уверен, что заметил бы это! Мысль казалась странной, ведь наставник Гусу Лань начинал с более чем негативного мнения о нём, и хотя Вэй Усянь знал, что Лань Цижэнь начал ценить его на каком-то уровне, даже заявил, что чувствует ответственность за него, это всё же отличалось от… от благосклонности. Не так ли? В голове Вэй Усяня внезапно всплыло воспоминание, как Лань Цижэнь отчитывал Лань Ванцзи в лазарете, сердито ругая племянника за вольности, но при этом он ни единым словом не упрекнув самого Вэй Усяня. Не может быть. Неужели Лань Цижэнь был настолько открыто пристрастен, что это заметил весь Орден? В правилах Гусу Лань наверняка было не меньше тридцати запретов на такое! И всё же, заходя в хунши, Вэй Усянь не мог не вспомнить, как старик взял за привычку провожать его по вечерам. Хотя Вэй Усянь до сих пор предполагал, что причина в том, чтобы предотвратить его поздние визиты в цзинши, такие действия действительно могли казаться… заботливыми. Встряхнувшись, Вэй Усянь отогнал эти мысли. Благоволил ли ему Лань Цижэнь или нет — это его личное дело. Вэй Усянь знал, что не стоит зазнаваться из-за такого. * * * Следуя предложению Лань Ванцзи, Вэй Усянь планировал провести свободное время, исследуя лес — ему было интересно, как снег мог преобразить дикие пейзажи вокруг Облачных Глубин. Он решил взять с собой кинжал-сороку просто так. Может, даже представится случай им воспользоваться! Также мысленно отметил, что вечером стоит посетить занятия мастера меча Цая, как упоминал Лань Цижэнь. Было бы хорошо снова войти в регулярный режим тренировок, поэтому он решил посещать их чаще. Как только он прикрепил кинжал рядом с Суйбянем, живот предательски заурчал, и Вэй Усянь вздохнул: его тело, похоже, присоединилось к заговору Лань Ванцзи, чтобы заставить его соблюдать режим питания. — Только не вздумай избаловаться, — проворчал он, тыкая себя в живот, и сделал крюк к кухне. Лань Ванцзи наверняка каким-то образом узнает, если Вэй Усянь пропустит обед. Кухни снова выглядели оживлёнными, густой пар из окон казался ещё плотнее на холодном воздухе. Когда Вэй Усянь подошёл к дверям, он услышал, как слуги перекликаются внутри. Он раздумывал, постучаться (рискуя не быть услышанным) или просто грубо войти, когда услышал тяжёлые шаги за спиной. — Молодой господин, могу я вам чем-то помочь? — резко спросил женский голос, и, обернувшись, Вэй Усянь увидел дородную женщину в переднике поверх служебной одежды. В руках она несла большой бочонок с водой. — А, добрый день, я хотел спросить, можно ли получить обед пораньше, — вежливо объяснил Вэй Усянь. Женщина подняла бровь, оглядела его с ног до головы и поставила бочонок. — Кто спрашивает? — Меня зовут Вэй Усянь. Э-э, я не хочу мешать, если сейчас неудобное время… — Молодой господин Вэй? — переспросила она. — Жених второго молодого господина Ланя? Вэй Усянь вежливо улыбнулся. — Именно он! — Хм, — ответила она и поклонилась. — Если молодой господин подождёт минутку? Женщина быстро исчезла внутри, как только Вэй Усянь кивнул, оставив его с бочонком. Вскоре она вернулась с плетёной корзиной. — Второй молодой господин Лань утром распорядился приготовить это для своего жениха, — без лишних слов объяснила она, протягивая корзину. — Полагаю, это то, что молодой господин хотел забрать? Вэй Усянь с удивлением посмотрел на корзину. — Э-э… Лань Чжань заказал это для меня? Женщина кивнула и с усилием подняла бочонок. — Острые рисовые клёцки, сушёные финики и жареные грецкие орехи, — перечислила она, словно ожидая подтверждения. — А также дополнительную бутылочку острого масла, которое он готовит. Всё должно быть готово к началу уши. Вэй Усянь уставился на неё. — …Масло, которое он готовит? Женщина начала выглядеть немного нетерпеливой. — Да, второй молодой господин Лань сам заботится об этом. — Она вздохнула. — Не позволяет нам помогать, хотя я и не знаю, как его готовить. Ах, если больше ничего не нужно, молодой господин позволит мне идти? Вэй Усянь, чувствуя себя немного ошеломлённым, просто кивнул. — Да. Конечно, я не хотел вас задерживать. Женщина исчезла на кухне, а Вэй Усянь остался с корзиной в руках. Когда он наконец пришёл в себя, из его горла вырвался стон, и он с отчаянием заглянул внутрь. Там действительно была еда, которую она упомянула: клёцки, завёрнутые и согретые талисманом. Там же лежала аккуратная записка. «Вернись до темноты. Возьми с собой пальто». — Лань Чжань, ты невозможен! — возмутился Вэй Усянь. — Как ты можешь так поступать, пока Орден Не не уехал из Гусу! Я даже не могу… Мы не можем…! Лань Ванцзи был серьёзно опасен для его сердца! Как он смел быть таким милым? Он даже сам готовил для Вэй Усяня острое масло! Кто так делает?! Он что, планирует довести своего жениха до сердечного приступа? Вэй Усянь был в ярости и немедленно бросился бы искать второго молодого господина Ланя, чтобы потребовать объяснений — а заодно выпросить парочку (или очень-очень много) поцелуев, но — будь прокляты Лань Цижэнь, Орден Не и все остальные, — он не мог этого сделать, потому что знал, что лекции для приглашённых учеников ещё не закончились! Раздражённо топая, он направился к воротам Облачных Глубин, твёрдо решив как можно скорее найти что-то особенное для Лань Ванцзи. Чёрт возьми, раз уж тот решил превзойти всех женихов, когда-либо существовавших на свете, Вэй Усянь должен постараться не отставать, верно? Он не мог допустить, чтобы кто-то подумал, что он недостаточно ценит Лань Ванцзи! Такой расклад его категорически не устраивал! * * * Следующие несколько шичэней Вэй Усянь провёл, бродя по окрестностям Гусу, взбираясь по крутым тропинкам сквозь тихий шелест заснеженного леса, одной рукой вертя кинжал-сороку, а другой сжимая ручку плетёной корзины с едой. Гусу славился своими прекрасными пейзажами в любое время года, и на этот раз слухи более чем оправдывались — вид был поистине захватывающим, даже если нетронутый снег делал ходьбу довольно утомительной. Изредка ему попадались звериные тропы, и Вэй Усянь некоторое время шёл по следам, похожим на оленьи, позволяя мыслям блуждать, а настроению — успокоиться. Когда солнце уже заметно продвинулось по небу, он добрался до плоского валуна, с которого открывался вид на небольшую поляну,. Поскольку живот напоминал о себе, он решил сделать перерыв и перекусить тем, что Лань Ванцзи заказал для него на кухне. Жуя идеально острые и всё ещё тёплые рисовые клёцки, он подумал, что еда действительно кажется вкуснее, когда ешь её на свежем воздухе. Только он отправил в рот последний жареный орех, как тихий шорох привлёк его внимание. Прищурившись, Вэй Усянь разглядел что-то маленькое, шевелящееся под голыми ветвями куста. Осторожно отставив пустую корзину, он схватил кинжал и пытался разглядеть, какое животное могло вызвать этот подозрительный шум. Опознать его было странно сложно, пока оно не совершило ошибку, подпрыгнув вперёд ещё раз. Вэй Усянь ухмыльнулся, узнав подрагивающие уши кролика, чья шёрстка была такого же белоснежного цвета, как и окружающий снег. Он приготовил кинжал, уже размышляя, не попросить ли кухню Облачных Глубин приготовить из кролика рагу, как вдруг вспомнил реакцию Лань Ванцзи на купленный ему фонарик с этим пушистым зверьком. ...Лань Ванцзи нравились кролики, не так ли? У Вэй Усяня внезапно возникла другая идея — возможно, даже более блестящая, чем рагу. Разве он не предлагал как-то поймать Лань Ванцзи друзей для обнимашек? Он был почти уверен, что Лань Ванцзи тогда недостаточно активно возражал против этой идеи. Как раз в этот момент рядом с первым кроликом появился второй. Вэй Усянь осторожно убрал кинжал. Он не знал, чем можно подманить животных ближе. Кролики едят листья и тому подобное, верно? Он бросил взгляд на бамбуковые листья, в которые были завёрнуты клёцки, пожал плечами, подобрал их и осторожно спрыгнул с валуна, мягко приземлившись в нетронутый снег поляны. Животные обычно недолюбливали его, а сам он всегда интересовался скорее их вкусом, чем возможностью погладить, так что это его никогда особо не беспокоило. Но сейчас он надеялся, что то, что отпугивало животных, не заставит этих двоих сразу же исчезнуть. Он осторожно приблизился к месту, где кролики грызли ветки, их розовые носики усердно подрагивали. Может, они пара? Вэй Усянь не знал, образуют ли кролики пары на всю жизнь, но и белых диких кроликов он раньше не видел — в Юньмэне они были коричневыми и, как он теперь заметил, гораздо мельче. Такими упитанными эти двое могли стать разве что при отсутствии хищников в этих лесах. Когда он уже достаточно приблизился, чтобы задуматься о прыжке, кролики заметили его. Их пушистые головки резко поднялись, а маленькие блестящие глазки уставились прямо ему душу. Вэй Усянь замер, когда один из них начал отпрыгивать обратно к кустам. Он улыбнулся как можно безобиднее и присел на корточки, пытаясь повторить манеру своей шицзе, которая умела уговорить старого толстого кота с рынка Пристани Лотоса подойти и позволить почесать себя за ухом. — Привет! — мягко позвал он, протягивая бамбуковые листья в сторону кроликов. Вэй Усянь был уверен, что у кроликов не должно быть выражений на мордочках, но эти двое определённо выглядели подозрительными. — Подходите ближе, друзья, у меня есть угощение, — пообещал он, потряхивая листьями. Похоже, хищников здесь и правда было мало, потому что через мгновение кролики приблизились, странно ручные для диких животных. Первый прыгнул вперёд, сократив расстояние между ними наполовину. Там он остановился, и его розовый нос бешено затрясся, будто пытаясь учуять, стоит ли зелёная штука в руке Вэй Усяня ещё большего приближения. — Давайте, я хочу познакомить вас с самым удивительным человеком, которого знаю, — добавил Вэй Усянь, стараясь не дёргаться от возбуждения, когда второй кролик последовал за первым, который, не двигаясь с места, вытянулся на передних лапках, становясь как можно длиннее. — Его дядя заставил его работать весь день, поэтому он не смог пойти со мной, но вам он точно понравится! Чувство победы охватило Вэй Усяня, когда первый кролик наконец решил подойти совсем близко, а второй последовал за ним. Они были очень упитанными — жаль, что теперь, когда они должны были стать новыми друзьями Лань Ванцзи, их нельзя было приготовить. Первый кролик уже обнюхивал бамбуковый лист, а Вэй Усянь замер, наблюдая, как его маленькая мордочка исследует угощение. Второй, казавшийся крупнее и застенчивее, присоединился к нему. Вскоре стало ясно, что, хотя кролики и едят листья, варёный бамбук к их рациону не относится. Первый кролик даже не попытался откусить, развернулся и собрался уходить. Но Вэй Усянь не мог позволить этому случиться. Воспользовавшись моментом, он резко протянул руки и схватил обоих за уши. — Ха-ха! — торжествующе воскликнул он, наблюдая, как они барахтаются. — Ни один кролик не может победить меня! — Эй, вы двое, не смотрите на меня так, — ворчал он, поднося кроликов к лицу, чтобы лучше до них достучаться. — Я даже не собираюсь вас есть! Вам ещё повезло! Меньший кролик попытался лягнуть его в лицо, заставив Вэй Усяня вскрикнуть и отдернуть ёрзающее тельце подальше. — Ведите себя прилично, господа кролики! Вы отправляетесь со мной в Облачные Глубины! Там нельзя хулиганить — это против правил! Довольный удачной охотой, Вэй Усянь отнёс кроликов к оставленной корзине. Подумав, он решил, что она определённо достаточно велика, чтобы вместить их обоих. Кролики тут же попытались сбежать, когда он поместил их внутрь, и только быстрая реакция Вэй Усяня помешала им выпрыгнуть снова. — Вы ведёте себя так, будто эта корзина не намного уютнее холодного снега, по которому вы скакали, — отчитал он их и захлопнул крышку. — Там, куда мы идём, будет гораздо теплее. — Он отряхнул руки, чувствуя себя победителем. — Можно даже сказать, что я оказываю вам услугу! Подняв корзину с кроликами и стараясь держать её ровно, он отправился обратно. — Обещаю, вам определённо понравится Лань Чжань.