Юность в путах желаний

             Первое, что сделал Лань Ванцзи, как только старший брат ушёл, — усадил Вэй Усяня за стол и заставил выпить принесённый чай.       На вкус он был довольно горьким, но приятно согревал живот, и после того, как они немного поговорили о простых вещах, Вэй Усянь почувствовал, как веки его становятся тяжелее, а тело расслабляется под действием чая.       Если и было место, где Вэй Усянь мог полностью опустить защиту, то это, вероятно, цзинши. Послушно допив третью чашку под присмотром Лань Ванцзи, они погрузились в мирную атмосферу.       По просьбе Вэй Усяня Лань Ванцзи прочитал его любимое стихотворение — в основном из желания утонуть в его плавном голосе и позволить внешнему миру на мгновение исчезнуть.       Когда чтение второго любимого стихотворения подошло к концу (Вэй Усянь к этому моменту уже растаял под убаюкивающим голосом Лань Ванцзи), тот выдержал небольшую паузу и лишь затем отложил книгу в сторону.       — Вэй Ин. Можно спросить?       Вэй Усянь улыбнулся ему:       — Хм? Конечно. Что угодно, тебе не нужно спрашивать разрешения, Лань Чжань.       Лань Ванцзи посмотрел на него с тихой настойчивостью:       — Я хочу узнать, что произошло ранее. Ты упомянул, что тебя наказали несправедливо.       Вэй Усянь выдохнул:       — Ах, ну, это...       Лань Ванцзи внимательно изучал его:       — Ты сказал, что госпожа Юй порола тебя.       Вэй Усянь переплел их пальцы и успокаивающе погладил его руку:       — Лань Чжань, правда, не стоит беспокоиться.       Лань Ванцзи перехватил его руку, останавливая движения:       — Вэй Ин.       Вэй Усянь вздохнул.       — Ты сказал, что мог бы заплакать, но это не остановило бы её. — Вэй Усянь избегал его взгляда, тема неприятно шевельнулась в животе.       — Вэй Ин, — повторил Лань Ванцзи, касаясь щеки возлюбленного и поворачивая его лицо к себе, чтобы их взгляды встретились. — Не расскажешь, что она сделала?       Вэй Усянь снова вздохнул и положил руку поверх той, что касалась его щеки:       — Всё не так плохо, Лань Чжань. Правда. У меня сильное золотое ядро, в конце концов. — Он слегка поддразнивающе улыбнулся. — Как тебе известно.       Лань Ванцзи хмыкнул и провел большими пальцами по его скулам:       — То, что рана заживёт, не оправдывает её нанесения.       Вэй Усянь тихо рассмеялся, тронутый его серьёзностью. Он попытался придумать, как развеять его беспокойство, и ему пришла идея:       — Хочешь посмотреть?       Лань Ванцзи вопросительно хмыкнул:       — Посмотреть что?       Вэй Усянь улыбнулся:       — Мою спину.       Лань Ванцзи замолчал на мгновение, затем опустил руку с его щеки на плечо:       — Если Вэй Ин не против.       Его глаза горели странной напряженностью.       Вэй Усянь рассмеялся и поймал руку Лань Ванцзи, чтобы поцеловать ладонь:       — Лань Чжань, почему я должен быть против? Спина — это просто спина, верно? Я никогда не стеснялся. Да и там не на что смотреть. Я просто хочу тебя успокоить.       Лань Ванцзи всё ещё смотрел странно сосредоточенно — его глаза скользили вниз по телу Вэй Усяня и обратно, прежде чем он просто ответил:       — Хорошо.       Вэй Усяню вдруг пришло в голову, что быть без рубашки среди боевых братьев жарким летом в Пристани Лотоса и обнажать верхнюю часть тела перед Лань Ванцзи в его доме, когда они одни и уже поздно, — две большие разницы.       — Ах... ладно, — согласился он, и внезапная нервозность начала покалывать вдоль его позвоночника.       — Мн, — промычал Лань Ванцзи, не отводя глаз.       — Ну, тогда я просто... — начал Вэй Усянь, чувствуя себя странно от того, что именно это, после всего, что они уже делали, смущает его так сильно.       Он нерешительно дотянулся до пояса, нашёл узел, спрятанный под верхним слоем, и развязал его с лёгким нервным смешком.       Избегая обжигающего взгляда, он почувствовал, как пояс ослабляется и падает, а верхняя одежда слегка распахивается.       Отложив пояс в сторону, он выдохнул и стянул верхнюю мантию, после чего встал на колени, чтобы освободить подол, собранный под ногами.       Мантия присоединился к поясу на полу, и Вэй Усянь снова поднял руки, оставаясь на коленях, чтобы развязать завязки второго слоя одежды и позволить ему соскользнуть с плеч.       Лань Ванцзи уже видел его в одной нижней мантии, когда он ночевал в цзинши, так что этот момент не должен был ощущаться так напряжённо, но Вэй Усянь не мог избавиться от чувства, что светлые глаза его возлюбленного чрезмерно сосредоточены на каждом новом участке его тела, открывающемся под спадающей тканью.       Ему пришлось снова глубоко вдохнуть, пальцы слегка подрагивали, когда он дотянулся до узла на боку нижней мантии, но он не мог оторвать взгляд от Лань Ванцзи. И вдруг всё стало казаться слишком затянувшимся.       — Позволь мне, — попросил Лань Ванцзи, тоже поднимаясь на колени, чтобы их глаза оказались на одном уровне, и Вэй Усянь даже не подумал сопротивляться, когда бледные руки без колебаний потянулись вперёд, в мгновение ока развязывая последний узел, скрывающий его кожу от мира.       Одежда распахнулась, и Вэй Усянь вздрогнул, когда прохладный воздух цзинши коснулся обнажённого живота.       Лань Ванцзи долго смотрел на открывшуюся кожу, его лицо было так близко, что тёплое дыхание касалось груди Вэй Усяня, вызывая мурашки. Затем Лань Ванцзи мягко стянул его нижнюю мантию, позволяя ей соскользнуть и обнажить плечи.       Наступила короткая тишина, во время которой Вэй Усянь просто наблюдал, как Лань Ванцзи изучает его кожу с интенсивной сосредоточенностью, словно заворожённый. А потом он без церемоний поднял руку и положил ладонь на обнажённую грудь Вэй Усяня.       — Хах, — выдохнул тот, вздрогнув от прикосновения, и его собственные руки инстинктивно поднялись, чтобы ухватиться за плечи возлюбленного.       Ладонь Лань Ванцзи была тёплой, и теперь, когда он обратил на это внимание, его поразило, как много места она занимала на его груди.       Вторая рука быстро присоединилась к первой, кончики пальцев заскользили по коже, исследуя плоский живот Вэй Усяня, заставляя мышцы дёргаться от новых вздрагиваний. Тонкие, почти невидимые волоски на коже вставали дыбом от нежного прикосновения.       Лань Ванцзи удовлетворённо хмыкнул, чувствуя, как Вэй Усянь ёрзает, и провёл одной ладонью вниз, а другой вбок, оставляя за собой покалывающую кожу, а затем взял Вэй Усяня за талию, пальцы оказались ближе к его спине, чем Вэй Усянь мог себе представить.       — Лань Чжань... — пробормотал Вэй Усянь, не зная, что именно хочет сказать, и Лань Ванцзи поднял взгляд от своих рук, охватывающих его тело, чтобы встретиться с ним глазами.       Вэй Усяню показалось, что в золотистой глубине его глаз смешались жар и удовлетворение, и он снова вздрогнул, когда Лань Ванцзи потянул его за талию к себе, одновременно наклоняясь для поцелуя.       Лань Ванцзи позволил рукам игриво скользнуть к выступающим тазовым косточкам, выглядывающим из-под последней детали одежды, сохраняющей хоть какие-то остатки приличия, прежде чем снова обхватил талию Вэй Усяня. Всё это время он целовал его почти небрежно.       Когда Лань Ванцзи оторвался от возлюбленного, глаза Вэй Усяня были закрыты, дыхание слегка участилось, и он едва удержался, чтобы не потянуться вперёд за его губами.       Лань Ванцзи снова хмыкнул:       — Повернись.       Потребовалось время, чтобы слова дошли до сознания Вэй Усяня.       — А? — спросил он, открывая глаза.       Лань Ванцзи провёл большим пальцем по его боку:       — Покажи мне свою спину. Повернись.       Его голос был спокойным и слегка хрипловатым.       Вэй Усянь моргнул, наконец, оторвав взгляд от влажного блеска на губах Лань Ванцзи, и понял его намёк.       — А... Ах, да, моя спина, — слегка рассмеялся он. — Эм, дай мне... вот, я повернусь.       Лань Ванцзи кивнул, слегка позабавлено наблюдая, как Вэй Усянь убирает руки с его широких плеч, чтобы опереться на пол и развернуться, подставив спину.       — Как я говорил, там всё не так уж плохо. Большая часть уже зажила, и почти ничего не видно, — сказал он, чувствуя необходимость говорить, пока не видит лица возлюбленного.       Вэй Усянь вздрогнул, когда Лань Ванцзи откинул его хвост на плечо, полностью открывая спину.       На мгновение воцарилась тишина, затем осторожная ладонь легла на кожу и заскользила от лопаток к пояснице.       — Есть пара шрамов, которые, наверное, заметнее, — продолжил Вэй Усянь, голос его слегка дрогнул. — Я сам их не видел, но Цзян Чэн говорил, что они странные. Наверное, не самое красивое зрелище, да, Лань Чжань?       Лань Ванцзи провёл пальцем вдоль его позвоночника, остановившись ниже подмышки.       — Три, — раздался его низкий голос, отвлекая Вэй Усяня от дрожи.       — А? Три?       — Три шрама более заметны, — объяснил Лань Ванцзи, начав новый путь от левого плеча к правой лопатке.       Вэй Усянь вздрогнул сильнее:       — Наверное, это самые свежие. Со временем исчезнут.       — Болит? — спросил Лань Ванцзи, убирая руки, и Вэй Усянь тут же захотел их назад.       — Нет. Просто покалывает, — заверил он, голос его дрожал.       Лань Ванцзи, казалось, немного колебался, прежде чем снова положил пальцы на его спину, на этот раз на левый бок, и заскользил вверх к основанию шеи.       Вэй Усянь резко выдохнул, затем рассмеялся, его голос звучал так, словно он запыхался:       — Надеюсь, они не слишком уродливые, Лань Чжань? Я их никогда не видел.       — В тебе нет ничего уродливого, — тихо заявил Лань Ванцзи, и у Вэй Усяня было лишь мгновение, чтобы подготовиться, прежде чем тёплые губы коснулись его обнажённого плеча, а мягкие волосы защекотали кожу.       — Ах... — вырвалось у него, и дрожь пробежала по спине, когда Лань Ванцзи снова обхватил его талию — изящные пальцы сомкнулись на животе, а лоб упёрся в плечо.       — Было больно тогда? — спросил Лань Ванцзи.       Вэй Усянь был загипнотизирован длиной этих пальцев и потому не сразу понял вопрос.       — Эм, что? — растерянно переспросил он.       Лань Ванцзи поцеловал его спину:       — Когда она это сделала. Было больно?       Вэй Усяню вдруг захотелось откинуться назад и прижаться к тёплому телу.       — Ах, да... вроде того, — признался он, не особо следя за словами, пока ладонь Лань Ванцзи скользила вверх, прижимаясь к грудине.       — Почему она это сделала? — низкий голос прозвучал прямо у уха, и Вэй Усянь поддался искушению, позволив руке на груди прижать его к торсу Лань Ванцзи.       — Я... не помню, — растерянно пробормотал он, хватаясь за руку возлюбленного, который тем временем уверенно притягивал его к себе, усаживая на колени. — Наверное, опять выкинул какую-то глупость...       Лань Ванцзи хмыкнул, целуя его шею, и Вэй Усянь откинул голову, давая ему больше доступа.       — Кто знает о её действиях? — спросил Лань Ванцзи, губы его коснулись нежного местечка за ухом.       — Это не секрет, — ответил Вэй Усянь, готовый в этот момент покорно отвечать на любой его вопрос.       Лань Ванцзи открыл рот, прижался к его шее, и горячий язык скользнул вверх к плечу. Вэй Усянь слабо застонал — ничто в мире не могло быть более запретным, чем ощущение влажного языка на коже.       — Глава Цзян тоже знает? — прозвучал следующий вопрос, дыхание обжигало влажную кожу.       — Да, — кивнул Вэй Усянь. — Да, он знает.       За спиной раздался резкий выдох, и прежде чем Вэй Усянь успел удивиться, почему прикосновения прекратились, Лань Ванцзи крепко обнял его, прижав лоб к плечу.       — Они должны заплатить, — прошептал он в кожу возлюбленного невероятно тёмным голосом.       — А? — переспросил Вэй Усянь, голова его ещё была словно в тумане.       Лань Ванцзи глубоко вдохнул:       — Они должны заплатить за всё, что сделали с тобой.       Он звучал почти угрожающе, и по коже Вэй Усяня снова пробежала дрожь.       — Ай-я, Лань Чжань, — тихо произнёс он, прижимаясь щекой к его голове. — Это в прошлом. Какой в этом смысл?       Лань Ванцзи выпрямился, поймал его взгляд.       — Вэй Ин. Если бы это случилось с кем-то другим, разве ты не считал бы, что виновный заслуживает наказания?       Вэй Усянь был застигнут врасплох.       — Ну, наверное... но это случилось не с кем-то другим, — кивнул он, уверенный в своей правоте. — Я могу это вынести, так что всё в порядке.       Лань Ванцзи выдохнул с лёгким раздражением:       — Вэй Ин. Ты сам признал, что их действия не были оправданы. Почему же ты должен быть исключением?       Вэй Усянь вздохнул:       — Это не так просто, Лань Чжань. Я бы предпочёл оставить прошлое в прошлом и забыть о нём. Да и какой смысл сейчас их наказывать? — Он рассмеялся, сама мысль казалась ему абсурдной. — Кто вообще мог бы это сделать? И главное — я не хочу, чтобы Цзян Чэн, шицзе и другие страдали из-за того, что случилось со мной. Ладно?       Лань Ванцзи выглядел совершенно не убеждённым.       Вэй Усянь улыбнулся:       — Лань Чжань, не упрямься. Я ведь всё равно не возвращаюсь в Юньмэн. Давай оставим прошлое позади и будем смотреть в будущее, а? — Он быстро поцеловал его милый нос, и Лань Ванцзи, наконец, расслабился, используя близость их лиц, чтобы поцеловать его в губы.       Вэй Усянь рассмеялся в поцелуй, предпочитая исследовать его рот, а не говорить о неприятном.       Лань Ванцзи тоже не скупился на ласки, не оставляя ни одного участка кожи без внимания. Вэй Усянь захихикал, когда его развернули на коленях, чтобы получить лучший доступ к шее и ключицам.       Он вздрогнул, осознав, что любые следы на его коже теперь точно будут оставлены Лань Ванцзи.       С официальной помолвкой скоро весь мир совершенствования узнает об их отношениях. Больше никаких глупых слухов.       Закончив отмечать кожу Вэй Усяня, Лань Ванцзи притянул его ближе, чтобы их тела соприкоснулись, и спрятал лицо у него на плече.       Вэй Усянь погладил его по спине:       — Тебе нравится, Лань Чжань? — дразняще прошептал он. — Меня часто называли красивым. Второй молодой господин Лань согласен?       Лань Ванцзи провёл рукой вдоль его позвоночника, обхватив шею, и хмыкнул:       — Вэй Ин прекрасно знает, как выглядит.       Вэй Усянь рассмеялся, вновь запыхавшись:       — А если Вэй Ин хочет убедиться? Ведь нет никого прекраснее и утончённее второго молодого господина Лань. Как я могу спать спокойно, не зная его мнения?       Лань Ванцзи поднял голову, его взгляд явно обвинял возлюбленного в выпрашивании комплиментов, но затем он всё равно наклонился, чтобы поцеловать Вэй Усяня в лоб:       — Вэй Ин прекрасен.       Даже ожидая этих слов, Вэй Усянь покраснел.       — Ай-я, Лань Чжань. Может, лучше назвать меня просто красивым? — смущённо пробормотал он.       Лань Ванцзи фыркнул:       — И это тоже.       Вэй Усянь рассмеялся:       — Эр-гэгэ, как вышло, что я тут сижу без рубашки, беззащитный перед блуждающими руками и взглядами, а ты всё ещё полностью одет? Разве это справедливо?       Лань Ванцзи сузил глаза:       — Что Вэй Ин хочет сказать?       — Ах, ну... — Вэй Усянь замялся, не решаясь прямо потребовать, чтобы тот тоже разоблачился.       Лань Ванцзи подождал, затем развеселился:       — Нам нужно готовиться ко сну. Завтра рано уезжать в Юньмэн.       Вэй Усянь надулся:       — Лань Чжань, ты знаешь, что это не аргумент. Я никогда не ложился рано, эр-гэгэ. Не хочу спать. Ты не соблазнишь меня долгом.       Хотя его нытьё не выглядело серьёзным, Вэй Усянь действительно не мог представить ничего менее желанного, чем покинуть цзинши ради гостевой комнаты Цзянов.       Хотя... разрешат ли ему теперь там спать?       Лань Ванцзи молча изучал его лицо:       — Ты уверен?       — Конечно, уверен! — фыркнул Вэй Усянь.       Ему следовало бы научиться распознавать выражение, которое сейчас было на лице Лань Ванцзи, предугадывать его безумие.       Но он ещё не научился, поэтому совершенно не ожидал, что его внезапно поднимут на руки, крепко обхватив под спиной и коленями. Положение и лёгкость движения были так невероятны, что он не сразу осознал, что происходит, а его уже несли через комнату.       — Лань Чжань! — наконец вскрикнул он. — Что... опусти меня! — засмеялся он и прерывисто задышал. — Ты не можешь... Лань Чжань, что ты задумал?       Лань Ванцзи выглядел невозмутимым:       — Думаю, я могу уговорить тебя лечь спать другими способами.       Вэй Усянь покраснел и только теперь заметил, что их путь лежит к кровати.       — Лань Чжань! — пискнул он. — Ты не можешь... серьёзно, я... я не могу тут спать!       Ответа не последовало, и в следующее мгновение он уже сидел на кровати.       — А если кто-то заметит? Если завтра придут будить тебя, а тут я?       Лань Ванцзи задумчиво хмыкнул и опустился на колени, чтобы снять с Вэй Усяня ботинки.       Прежде чем тот успел возмутиться, что не стоит так унижаться, Лань Ванцзи уже поднялся:       — Никто не придёт. Не нужно.       — Ты... Лань Чжань, ты что, смеёшься надо мной из-за того, что я поздно встаю? — недоверчиво спросил Вэй Усянь.       — Я бы не стал, — последовал ответ, и Вэй Усянь был уверен, что в его глазах искрится веселье. Но точно разглядеть не успел — Лань Ванцзи уже отошёл к шкафу.       — Лань Чжань! Что ты теперь задумал? — заныл Вэй Усянь.       Лань Ванцзи достал белые одежды:       — Вэй Ин хочет спать без одежды?       — Без... — Вэй Усянь вдруг осознал, что сидит на кровати Лань Ванцзи в одних штанах и носках.       — Конечно нет! — вскрикнул он, краснея.       Лань Ванцзи приблизился с явно довольным выражением и протянул ему белую нижнюю рубашку.       Вэй Усянь надулся, выхватил одежду и быстро натянул на себя:       — Мог бы просто отдать мою.       — Хм, — промычал Лань Ванцзи, складывая его вещи. — Вэй Ин предпочёл бы это?       — Ты! — возмутился Вэй Усянь. — Лань Чжань, не будь таким самодовольным.       Лань Ванцзи фыркнул, и Вэй Усянь уже собирался что-то сказать, но слова застряли в горле, когда возлюбленный начал снимать свои одежды.       — Что... — пробормотал Вэй Усянь, заворожено следя за руками, развязывающими белый пояс, нефритовый жетон звенел при каждом движении.       Лань Ванцзи, казалось, не замечал его широко распахнутых глаз, и без стеснения снимал слой за слоем и аккуратно складывал их в стороне.       Когда осталась последняя рубашка, Вэй Усянь понадеялся, что он остановится, но нет — она была сброшена так же легко, как и всё остальное.       И вот перед ним предстал полуобнажённый Лань Ванцзи.       В Юньмэне он часто шутил с боевыми братьями о том, кто выглядит лучше без рубашки, а их грубые игры обычно сводились к тому, чтобы помериться силой, посмеяться и подразнить друг друга.       Мужская форма всегда была для Вэй Усяня чем-то, что легко оценить, и такие вещи были просто забавой, никогда не воспринимались всерьёз.       Но сейчас все шутки, которые он мог бы отпустить в адрес других, исчезли из его головы. Он не мог оторвать взгляд от белоснежного тела перед ним, от этих плеч и этих рук, - Боже, - от гладкой кожи, обтягивающей твёрдые мышцы, пока Лань Ванцзи подбирал свои одежды, чтобы отнести их в корзину в углу — вероятно, для стирки.       Знать, что Лань Ванцзи физически превосходит их поколение, видеть его в бою, ощущать, как он легко справляется с любым весом, — это одно. Но видеть доказательство воочию — совсем другое.       Лань Ванцзи выглядел нереальным.       Он был слишком идеален. Слишком, слишком, чертовски идеален!       Боже.       Его талия была стройной, а живот — будто высечен самими богами. Чёрные волосы ниспадали на сильную спину и идеально пропорциональную грудь. Вэй Усянь не мог найти ни единого изъяна. Телосложение Лань Ванцзи было таким, о котором большинство мужчин не смело даже мечтать.       Когда Лань Ванцзи снова приблизился к кровати, на этот раз беря приготовленную для себя ночную рубашку, Вэй Усянь задался вопросом, как, чёрт возьми, он оказался лишь вторым в списке завидных женихов. Что вообще могло превзойти это? И он был глубоко удовлетворён, что этот вид предназначен только для его глаз.       Он, наконец, поднял взгляд на лицо Лань Ванцзи, когда тот завязывал пояс ночной рубашки, и увидел в его бледных глазах искорки веселья.       — Вэй Ин поможет мне с волосами? — спросил он, и Вэй Усянь вышел из оцепенения.       — Волосами? — переспросил он, взгляд скользнул к гуаню Лань Ванцзи, и просьба стала ясна, когда он увидел подаренную им шпильку. — Да. Конечно, Лань Чжань.       Его сердце трепетало, когда Лань Ванцзи опустился на кровать рядом с ним и повернулся, чтобы Вэй Усяню было удобно дотянуться до его пучка. Осторожно вынув шпильку и сняв простой гуань, он освободил шелковистые волосы, которые тотчас рассыпались по плечам, словно струя антрацитово-чёрных чернил.       Вэй Усянь не спеша провёл пальцами по длинным прямым локонам, делая вид, что просто расправляет их.       Но вскоре Лань Ванцзи снова повернулся и принялся освобождать волосы Вэй Усяня, ловко стащив его красную ленту, прежде чем так же аккуратно расправить пряди.       — Нам следует поспать, — бархатный голос напомнил он Вэй Усяню, который уже начал клевать носом.       И кто бы стал спорить?       Вэй Усянь действительно не нашёл причин не прижаться всем телом к тёплой и идеальной груди Лань Ванцзи, заставив того издать один из тех смешков, которые он уже успел полюбить и жаждал услышать снова. А затем возлюбленный притянул его к себе, пока укладывался рядом, и быстро накрыл их обоих одеялом.       Вэй Усянь улыбнулся в его грудь, счастье требовало выхода.       — Лань Чжань, — пробормотал он в белый воротник. — Ты счастлив?       Лань Ванцзи в ответ прижался щекой к его макушке.       — Очень, — тихо ответил он, и Вэй Усянь наградил его лёгким поцелуем в грудь.       — Мн. Я тоже, — прошептал он.       А вскоре после этого его настиг сон.