Скандинавский бог огня, хитрости и обмана

      На рассвете, когда по небу разводами стекает ночь и блекнут звёзды, я рассматривал белую кожу, на которой лунные блики сменялись золотистыми солнечными отливами. Пусть мы и договаривались, что Пер должен большую часть времени проводить в своей комнате и, что очень важно, попадаться на глаза соседям (например, вечером не покидать их, пока те не заснут), с тех пор, как мы возвратились из Каунти-Сарасоты, друг о от друга отлипнуть не могли. Я водил пальцем у него по животу и щекотал его смешками, когда тот сквозь сон морщил нос. Пару следов, оставленные мной, уже поблекли. Мне стало от этого так досадно, что я решил сделать ещё парочку новых. —Джатти, дай поспать.- буркнул швед, переворачиваясь на бок. Было так тихо, что даже как-то шумно. Хотелось с ним поговорить. Я отогнул одеяло и поцеловал его бедро. —Поразительно. —М? —Я люблю того, кто в детстве чуть не проломил мне черепушку игрушечным синтезатором. Может тогда ты мне и снес голову, раз я так схожу с ума? Я почувствовал, как напряглось его тело и, быстро заморгав, он вдруг ахнул и рывком приподнялся. —Так это был ты! —Ты это помнишь!? —Конечно, помню! К нам приехали друзья папы из Америки. Маленький мальчик, выше меня на полторы головы, который уже умел читать, вечно меня задирал. Он дал мне листок и сказал, что там написано "я люблю тебя, папа". Я был так рад, что он помог сделать мне открытку, что скорее понес ее отцу... —Все смеялись, ведь оказалось, что там написано... Как же там было... —"Хлюпик поедет во Флориду с..." твое имя, я тогда его забыл... Я округлил глаза и тот засмеялся. —Что смешного? —Я грустил, когда покидал Швецию. Перед вылетом я виделся с отцом. Он сказал: "мама твою детскую мечту исполняет, так что не расстраивайся". Я тогда не понял, что он имел в виду. —И ты не узнал меня. —Ты был меньше, я и не подумал, что... А ты меня ведь тоже не узнал. —Если честно,- я замялся, не желая признаваться.- я плохо помню все это.. Пер поджал губы и осмысливающе закивал. —Ты злишься? —Немножко. Но ты ведь не мог повлиять на свою память, поэтому нет, не очень. —Хорошо.- я поддерживающей поцеловал его в бок.- ты помнишь, за что ты тогда меня ударил. —Как за что!- встрепенулся тот, но его глаза опустели.- Кажется, всё-таки забыл.. —Я не уверен, но...- я вдруг поднялся с места и подошёл к шкафу.- может, это твое? —Что там?- он приподнялся с места и замер, когда увидел в моих руках потрёпанного тряпичного гномика с красным колпаком и в трогательно-реалестичной клетчатой рубашке и штанах с подтяжками. Пер схватился костястыми пальцами за волосы, уронил их на сердце и вновь понял на голову. —Ты отнял его у меня. —Ты не хотел отдавать.— пожал я плечами.— И тогда твой твой папа сказал надо быть щедрым. —И я был. —Щедрым на удары синтезатором. —Именно!— Он подскочил с места и с задранной футболкой бросился мне в объятия. Я так крепко сжал его в хватке, что мы в обнимку, хохоча свалились обратно в постель.— Дай мне его рассмотреть! Он выхватил игрушку, разглядывая его поблекшие голубые глазёнки, верёвочку на его ботиночках со стертами концами, его пушистые усы, пыльные вельветовые брюки. —И ты хранил его все это время. Почему? —Я...— я протяжно выдохнул, разминая шею.— и сам не знаю почему. Ну буду врать, я не ждал тебя, я тебя толком не помнил. Но все равно хранил и очень любил его. Даже когда мы отдавали все мои игрушки знакомым детям, его я почему-то оставил. Пер поднял на меня влажные вежды и я поцеловал его висок, когда он уткнулся макушкой мне в плечо. —Сегодня суббота, Пер. —Да, и? —Ты знаешь, что это значит? —Что сегодня выходной. —Верно, и? —Что? А! Кошмар, Джатти, у меня долги ведь из-за тебя! За выходные мне нужно все сделать! Я взял его за щёки и с крайне недоуменным видом стал всматриваться в его глаза. Да, я перестарался и нам пришлось продлевать бронь в отеле, соответственно он пропустил не один, а два дня в колледже. Ну и что? Сущие пустяки! —Ну уж нет, милый мой! Я уже позвал Рейна и Аврору. —Как? Зачем? —дорогой Содо, ты когда-нибудь прежде праздновал свой день рождения с друзьями? —Ну, вроде, если это можно назвать празднованием... —Детка, мы едем сегодня в Сарасоту и это не обсуждается. —Но... —Н е о б с у ж д а е т с я! Понял? Пер скептически покосился на меня. —Спрашивается, понял? —Понял.

***

Через четверть часа я уже давал Перу наставление о том, что когда вернусь, тот уже должен быть собран. Я отправился в магазин за дельной вещицей и возвращаюсь, ожидал, что тот выполнил указания. Нет, конечно этот упрямый мальчишка лежал на животе на полу за книжкой, болтая ножками. —Почему не одет? —Я делаю историю. —Мы ведь договорились. —Дай хоть чуть-чуть выучить! —Ладно, чуть-чуть уроков истории никому не помешает.— я запер дверь на ключ и стал медленно к нему приближаться.— Лежи-лежи! Позволишь мне перепадать тебе урок? Я сел рядом с ним, положив одну ногу поверх его двух и стал шебуршать в перевезённом пакете. —Какой еще урок? —Ты что-нибудь знаешь о манипуляторе? —Это человек, который... —Нет, сладкий, я сейчас не о людях. В древнем Риме истерию у женщин лечили интимным массажем, думая, что они доводят их до пароксизма, но на деле это была обыкновенная сексуальная реакция. —Зачем ты мне это рассказываешь!? —Затем, что в конце восемнадцатого века, согласно мифу, врачи изобрели манипулятор, преследуя все те же цели. Пер немного поджал плечи и пальчик его перестал бегать по буквам. —Наивно полагать, что медики не пользовались доверием пациенток в своих интересах: считалось, что во избежании баловства, практика должна происходить под надзором специалистов. —И что с того? —А то, что потом их стали использовать как массажёры: шея, плечи, что угодно... В 1903 году наконец о нем заговорили, как о вибраторе. Пер недоверчиво зыркнул на меня, слово явно показалось ему знакомым. —С 1910-го их стали выпускать с фабрик и повсеместно признавать, как прибор для интимных целей. Хоть и говорили, что всё-таки это помогает от неврозов, бессонниц и прочих недугов. Тебе подходит, не думаешь? —Джатти, заткнись уже наконец! —Вот, о чем и речь. Истерик чистой воды. Ладно, вернёмся к уроку истории: еще через 10 лет их стали продавать свободно. Про них было написано множество книг, как документальных, так и художественных. Он совершил попытку встать, но я его остановил. —Так торопишься опробовать? —Не неси чушь, они жутко дорогие. —Так тебе все же известно о них?— хохотнул я, заставив его вспыхнуть и замяться. —Я лишь видел о них в газете, вот и все.. —Хорошо, теперь можешь посмотреть не просто в газете. —Не верю! Откуда у тебя деньги! —Милый мой мальчик, я всегда знаю как добыть деньги, если мне действительно что-то нужно.— это был тот редкий случай, когда я решался побарыжить. Я стянул с него шорты и мысленно порадовался, что тот все еще был довольно таки разработан. Тем не менее смазкой воспользовался под аккомпанемент его протестов и проклятий. —Здесь даже-ых! А.. Джатти, мы же в хостеле и тут даже нет розетки... —Нам она и не понадобится.— довольно усмехнулся я, засадив ему прибор.— не волнуйся, купил специально для тебя. А на счет хостела, это мы только пока тут, а вечером нас здесь не будет. Сейчас просто проверяю. Он пытается сжать в кулаках ворсинки ковра, но они были слишком короткими и он скребся пальцами и когда я включил прибор он укусил себя за руку, захныкав. Глаза сделались мои совершенно круглые, но после они сощурилась и я выключил манипулятор, дав ему отдышаться. —Не может быть, где провод? Как это... —Если что дистанционные пульты используются с 50-ых, так что это вполне возможно. —Dra ut den, Jatti..— проскулил он и подавился заглушённым стоном, когда я беспощадно включил адскую машину. Возможно, я бы не затормозил, наслаждаясь реакцией шведа, если бы не вспомнил о времени. Я, не вынимая прибора, вытер слегка выбившуюся смазку, надел на него брюки и черную рубашку. —Красавчик, идём? —Как же.. Я буду ходить с этим внутри? —Да, детка, давай, вставай.

***

—У меня закрдывается подозрение, что всю дорогу ты специально ёрзал.— усмехнулся я, подавая ему руку на выходе из машины. —Вздор, просто мне было неудобно! —Поэтому ты бесстыдно терся об сиденье, вздыхая? —Ты садит, Jävla avskum! —Тише-тише, улыбайся, они идут.— я шумно поприветствовал друзей, перекидываясь с ними неразборчивыми перекрикиваниями о том, как давно мы не виделись и как же сегодня знаменательный денёк. Пер обнял их более робко, расплываясь в улыбке от их пламенных поздравлений с прошедшими именинами. Кафе, в которое мы зашли создало настроение где-то между дорогим рестораном и харчевней. Цены были дешевыми, контингент разношёрстный: от пристарелых интеллигентов, решивших расслабиться в столь непритязательном заведении до необезображенеых интеллектом физиономий, играющихся в высшие слои, но на деле с виду это походило на одну большую шутку, тем не менее в таком тропическом лесу нам было комфортно и среднеарифметически это было именно то, в чем мы нуждались. Стоило Перу занять место, как к нему тут же подсел Рейн. Я был не против посидеть с подругой, да и видеть шведа напротив было довольно приятно, но я не мог не ответить эту деталь в голове. Ну и пусть, Рейн-то не знает, что у нас совершенно другой уровень отношений. —Ну, рассказывайте, ребятки!— по обыкновению взяла на себя инициативу в разговоре Аврора. —Да что рассказывать, съездили на пару дней поплавать в лагуне и отлично-отлично провели время.— я замедлился и понизил голос на финальной части своей реплики. —Что делали?— активизировался Космо. —Да так!— запаниковал Эрикссон, не дав мне и рта открыть.— фильм смотрели, плавали, много вкусно кушали. —Да? Что за фильм?— как-то испытывающей, но непринуждённо загорелась девушка. Смятение на лице шведа нельзя было не заметить, но, к его счастью, в этот момент подоспел официант. Пока все консультировались с ним и возились с меню, я под столом достал пульт и устроил небольшую встряску: Пер хныкнул и, поджав плечи, опустил взгляд. —Ты чего?— отвлекся на него Рейн. — Ых... Да я не могу выбрать!— среагировал швед. Они перешептались и когда Пер поднял взгляд на официанта я приготовился.— М.. М, ah fan jag...— он перевел дыхание и попытался сесть поудобнее, но понял, что лучше не двигаться в лишний раз.— мне, пожалуйста, пасту и лимонный пирог. Когда официант принял заказ и откланялся, Дью облегчённо выдохнул. Он злостно зыркал на меня и решил дать ему перерыв. — Летом надо будет вчетвером туда съездить!— воскликнула Аврора после того, как я завершил рассказ о праздновании дня рождения Эрикссона. Хорошо что она не вспомнила спросить про фильм, иначе сейчас бы он был в панике и ужасной ярости.— Содо, ты ведь позволишь в следующий раз нам поехать с вами? — В следующий раз да, конечно.— рассеянно кивнул он.— но летом вы как-нибудь без меня. — Что? Неужели ты так не хочешь нашей компании?— обиженно хохотнул Космо. — Нет, чушь какая! Просто я улетаю. — Когда! — Совсем скоро. — Навсегда? — Еще че? Придумали, сказочники...— голос шведа стал чуть глуше и раскованнее, будто взрослее, будто до этого он говорил голосом какой-нибудь феи, а сейчас у него порезались клыки, хоть тембр и оставался высоким.— я вернусь. Потом они все вручили подарки Перу и он внимательно их рассматривал. Тогда он сказал, что привезёт им сувениры из Швеции. Аврора стала перечислять такое великое множество запросов, что мы разогнались и стали называть самые дорогие фирмы сумок, гитар, машин, в общем беседа вернулась в непринуждённое русло. Я доедал кальмаров в панировке, в то время, как Пер приступил к пирогу, оставив пасту недоеденной. Ишь негодник. Зал медленно, но верно пустел, смена дневных официантов сменилась вечерними, солнце тускло, скрываясь за горизонтом, общество горячо любимых друзей начинало меня утомлять, а швед весь извелся, я чувствовал какой жар от него исходит и поражался, как Рейн ещё не заметил изредка появляющегося электрического жужжания рядом с ним. Конечно мне хотелось грамотно покинуть заведение и поводом станет "недуг" моего спутника. Я начал с минимального режима. Пер уже почти адаптировался, но он не мог не заметить, что если раньше я включал высокий режим совсем на короткий период, сейчас все это что-то затянулось и он незаметно пнул меня ногой под столом. Зря- я лишь чуть повысил интенсивность. Последующие несколько минут его состояние менялось по мере увеличения режима манипулятора. Щёки раскраснелось, в диалоге он участвовать в конце концов перестал, а смотрел в пол, поджав вздрагивающие плечики и тяжело дышал. Внезапно погас свет и музыка стихла. — Что такое?— стал оборачиваться Рейн. — Кажется электричество вырубили.— отозвалась Кейт. — Черт! Содо, ты же не боишься темноты, верно?— пошутил Космо, дружески толкнув соседа в плечо. — А, хаха, нет, конечно...— Пер увернулся от касания, которое сейчас явно ощущалось для него острее. Из-за восцарившей тишины в зале, каждый шорох стал слышен отчётливее и Космо, с чьего лица медленно сползала улыбка, насторожился: — Вы слышите? — Что?— подыграл я. — Этот звук! Что это? — Я ничего не слышу.— Аврора навострила ухо.— ну-ка тихо всем, дайте прислушаюсь. — Да наверное чинят свет просто! Может ремонт у кого-то вдалеке...- закапаниковал Пер. — Содо, Аврора ведь попросила- тише!— наигранно зацикал я языком.— Давай, прислушайся. — Jatti, jag ska döda dig, din jävel! —Förlåt!— с ужасным акцентом извинился я, лишь приблизительно понимая, что говорит мне швед. Что-что, а слово "прости" и его ругательства я успел выучить. — Так, вы что секретничаете!— Аврора скрестила руки.— ну так что за звук? Я кажется слышу, не уверена... — Это не ремонт, это здесь, где-то совсем рядом. — Вам..Knulla.. Вам не плевать? — Ладно, Содо прав, а ты, Рейни, как всегда какой-то нежный! Свисс вообще не реагирует, а, Свисс? — Да-да, жужжит и жужжит, что ж с того?— закивал я. — Вот уж...правда, подумаешь...— процедил Пер, уже откровеннее ерзая на месте- этого было не заметно, благодаря темноте. Что-то больно он разболтался, я думал он сорвётся быстрее! В зал ворвался директор и стал извиняться перед посетителями, распинаюсь о технических неполадках. Воспользовавшись тем, что ребята отвлеклись на него, я наконец повысил интенсивность до предела: на этот раз Дью не отвертелся простым вздохом и не сдержал хоть и приглушённого рукой, но красноречивого стона, он выгнулся, ударившись грудью о стол и сжал скатерти в кулаках. — Содо, ты в порядке? —Nej! Ah... Да, мне... просто...извините!— он встал из-за стола и темный его силуэт скрылся в коридоре, ведущий в уборную. — Что это он?— девушка встревоженно взяла меня за запястье, глядя тому вослед. — Ему нездоровилось, наверное солнце голову напекло. Вы идите, я расплачусь и мы с ним поедем домой. — Домой? Уже? — Аврора, ну раз Содо не здоровится, то, конечно, лучше им поехать домой..Но мы даже не попрощаемся? — Еще успеете, сейчас лучше пусть отдыхает. Все, идите, бестолочи!— я распрощался с ними, рассчитался и поспешил в туалет. Там горела одинокая лампочка, видимо в щитке был выбитый автомат поэтому эту комнату не затронуло. На полу, сгорбившись, сидел ужасно дрожащий Пер, поджав ноги по обе стороны от себя и всхлипывал. Бля! Как он убежал, я не выключил эту хрень и даже не убрал максимальный уровень! — Детка, ты умница...— осторожно подошёл я к нему и коснулся спины, он дрогнул и отшатнулся от прикосновения. — Останови... — Да, конечно...— я пошарил по карманам и когда осознание пришло, зажмурился, проклиная себя. Выронил по пути.— кит, извини, тебе придётся потерпеть. Тот не смог ничего ответить и я сел на корточки рядом с ним. — Ты хорошо держался.— я опустил руку и нащупал выпуклость. Он был сильно тверже меня, наверное уже больно. — Надо же, какой мокрый.. Воу, пиздец, детка, очень сильно... — Håll käften, skitstövel! — Я только слегка коснулся тебя, а ты уже там так просишь. Помочь тебе, м?— я убрал руку и хотел поднять его, но тот захныкал и, повалив меня с корточек, возвысился надо мной. Расположившись у меня на поясе, он взял меня за ворот и впился губами, бесстыдно потираясь об меня там. Я взял его за бедра и ударяясь об них, стал расцеловывать его шею.— Нужно уходить. — Нет, пожалуйста, я больше не могу! — Детка, только не здесь. Поехали от сюда, ладно? — Тогда вытащи это... — Прям... Вот так взять и.. Здесь? — Джатти, да, здесь, сейчас, быстрее! Швед продолжал вилять и, я так и не добравшись до его ширинки, сжал в руках ягодицы. — Ебать!— послышался посторонний голос.— вас засудить за это можно, малолетние... — Кто? Договаривай, приятель.— я снял с себя шведа и подошёл к лысеющиму упитанному мужчине средних лет, пышущему отвратительно едким одеколоном. — Не называй меня приятелем, ублюдок, вы тут... — Тише-тише, погоди..— я обернулся через плечо и обратился к шведу.— детка, выйди-ка в коридор. — Не выдумывай блядь, я хочу просто уйти. — Чем быстрее послушаешься меня, тем быстрее получишь желаемое. Давай, шустрее. — Еще поцелуйтесь, что устроили-то?— мужчина замахнулся, когда хромающий истощённый Пер проходил мимо нас, но я схватил его руку и заломал за спину.— Господи, да что происходит!? — Чертовщина.— бросил Пер перед тем, как скрыться за дверью. — Так, приятель, ты меня что-то разозлил маленько, давай по-быстрому закончим. — Пидор мелкий, заканчивай!— он стал изворачиваться, создавая большее болезненное натяжение в мышцах, что заставляло его закряхтеть и угомониться. — Ладно, учти, что я предпочитаю сверху.— я расплылся в самой широкой улыбке, когда моя маленькая пустая угроза вызвала еще больший ужас и страх, чем я ожидал. Меня искренне удовлетворили его крики, когда порвал ему брюки и бросил невредимого в грязную кабинку. Бить я его не буду, испугался он наверное, когда просто зашел отлить, а тут геи беснуются. К тому же меня ждёт Пер, нужно торопиться. Я вернулся в коридор, где была беспроглядная темнота и еле нашел валяющегося на полу шведа. — Сукина сволочь, я хочу...блять как на английском...— он жалостливо захныкал, я взял его лицо в ладонь, глаза у него были мокрые и слегка косили, голова видно кружилась. — Что хочешь?— я поцеловал его в нос и поправил волосы. Он очень редко забывал слова на английском. —Jag vill cum.— прошептал он. — На английском так и будет, детка. Я подхватил его на руки и перед тем как покинуть это злосчастное заведение, прихватил пакеты с подарками, осталвеные за нашим столом и чудом наткнулся на пульт под столом. — Пиздец!— только и сказал он, когда я нажал на кнопку выключения. Закинул я его на заднее сиденье, что бы он мог лечь поперёк. Он взял меня за плечи, не желая отпускать. — Пер, дай мне сесть за руль и я отвезу нас в мотель. — Я не могу терпеть, пока ты возился с этим... — Это было недолго и я уже все выключил. —idiot! Du förstår inte, jag vill ha dig så mycket nu!— он поцеловал меня и впервые первым стал проталкиваться языком мне в рот. Интуитивно я закрыл дверь машины и, не разрывая поцелуя стал стягивать с него брюки. — Как сильно ты хочешь кончить? — Блядь, ты слепой или глухой?— покряхтел он грубо, но совершенно ласково захныкал, когда я извлёк вибратор и заменил его на пальцы. — Так свободно.. — Джатти, два часа я терпел, если ты продолжишь нежничать как девственная школьница, то я сейчас выйду из машины и сяду на первого, кто будет мне хоть отдалённо напоминать тебя! Я удивлённо распахнул глаза, маленький швед сильно изменился. Точнее, он ужасно сильно возбуждён, потом он придет в себя и будет прятаться от моих передразниваний. Но сейчас думать об этом не было времени, я спустил брюки и скорее вогнал всю длину. Кажется, все те реакции, которые он так тщательно скрывал всё это время сейчас разом выливались из его рта, с каждым разом наполняя меня жаром и...любовью?                   Конец!