Скандинавский бог огня, хитрости и обмана

До весны оставалось 16 дней, а маленький швед так и не заглянул ко мне ни разу. Светать стало раньше, казалось солнце стояло прямо над всем нашим штатом и только над нами. В эту ночь мне отчего-то спалось гораздо лучше, чем в последнее время. Будто весь воздух был насыщен чем-то сладким и успокаивающим. Открыв глаза я не сразу понял, что в комнате я был не один. На пуфике-мешке расположился блондин в подаренных ему мною джинсах, которые он носил практически всегда и в серой излюбленной им длиннорукавке. Я был счастлив. Подойдя к нему, не удосужившись даже одеться, я сел на корточки и стал его разглядывать. Мышонок спит, не подозревая, что с ним хочет поиграться кот. Я, задрав его кофту, приковал свой взгляд на проколы, которые в прошлый раз мне не хватило времени разглядеть повнимательнее. Поразительно, когда он их сделал? Получается, все это время я отзывался, как о консервативном педанте о том, у которого железяки в сосках. Я подул ему на них и он слегка выгнулся, сонно промычав. Я подул еще раз и усмехнулся его реакциям- соски затвердели. Когда я уже потянулся к нему, он распахнул глаза. —утро доброе, принцесса. Как спалось, удобно?- просиял я. тот зажмурился и ещё раз широко поднял веки, приходя в себя. Он покраснел и хотел что-то сказать, но сперва он ахнул, выронив какое-то ругательство. —Что ты делал?- огрызнулся он, опуская кофту. —Ничего, просто проверил, красуется ли на тебе тот огромный синяк. Все хорошо, от него почти не осталось и следа.- отмахнулся я. хотя я действительно обратил на это внимание в том числе. У него забегали глаза по моему телу. —fan! Который час? Мне нужно на учёбу!- он подорвался с места, но я, взяв его за плечи, усадил обратно. —Приятель, сегодня суббота. Тебе некуда спешить. —Что ты ко мне пристал, Джатти!? —Я!? Ты забрался ко мне в комнату, пока я спал! Каковы твои мотивы, м? Небось подглядывал за мной!?- я ругался лишь в шутку, но тот занервничал не по-детски. —Åh, jag är ledsen för Jatti! Я просто читал! Я округлил глаза и рассмеялся, тот застыл в ступоре. —малыш, какой же ты смешной!- я положил голову ему на поднятые коленки, но отдернулся, как от огня.- они еще болят?- тот отрицательно покачал головой.- хорошо. —конечно не болят, прошел почти месяц. —да, и почти два, как ты не бывал в этой комнате.- пожал я плечами и вдруг заметил, как он смутился этой фразой. — мне интересно, ты прибежал ко мне потому что испугался ночных кошмаров, боялся спать без меня, или неужели ты..- я усмехнулся, всматриваясь в его мимику.- ты все это время заглядывал ко мне, как только я засыпал? Наверное я был прав, точно сказать не могу, но Эрикссон раскраснелся и судорожно поспешил на выход. —извини, пока! —в следующий раз не стесняйся, ложись прямо ко мне!- крикнул я ему вслед.

***

В наших взаимоотношениях ни раз проскальзывал эротизм, отрицать это было бы глупо. Хоть он всегда и был либо обсуловоен обстоятельствами либо обыгрывался в шутливой манере, не неся за собой никаких глубинных чувств. Однако сейчас я испытывал беспричинное влечение, кое объяснить себе логическим способом мне не удалось. Пер напротив стал избегать любого взаимодействия, но самым страшным было не это, а то, что я был действительно готов что-то предпринять. Прежде наше общение, за исключением нескольких инцидентов, держалось лишь на том, что я засыпал в его присутствии. Чтож, если гора не идёт к Магомету, то Магомед идёт к горе. Настоящей пропастью между нами стала моя работа. И я буду нечестен, если скажу, что эта подработка приносит мне удовольствие- режим сна поехал к чертям, с шведом не вижусь, на солнце не бываю, сплошные нервы и бесконечная тяга выпить. —уволился? —да, уволился! —почему?- Аврора преодолела комнату и посмотрела мне в глаза. —мне там не нравится. —не нравится!? —да, не нравится! —почему?- она развернулась и подошла к окну. Я немного промолчал, невыносимо долго выпуская воздух из лёгких. —я не хочу работать в сумерках. Утром отстреляюсь, а потом уже работать, вот так хочу.- проговорил я с такой заманчивой интонацией, будто это решение принял сугубо для вечерних посиделок в баре. Она сперва довольно хмыкнула, но после скептически улыбнулась: —ты уверен, что это единственная причина? —по крайней мере она главная.- это не было ложью, в приоритете у меня составить такой график, в котором будет место шведу, он моя причина увольнения. а уже потом я думал о своем удобстве. —главная, значит. И как сильно эта причина тебе важна? —очень важна.

***

Проснулся я, конечно, поздно. Я наслаждался, впервые за долгое время, размеренным будничным пятничным утром, когда я никуда не спешил, наоборот, я старался скоротать время до обеда, когда вернётся Пер. А пока, я блуждал по берегу, собирая камушки. Один из них особенно бросался в глаза- он был выгравирован морем, что сгладило его углы. На первый взгляд это был обыкновенный известняк, но я заметил слюду, затем уже разглядел, что на надрезе виднелся полупрозрачный небесный цвет и у меня закрался неподдельный интерес к этому камню. Я поскорее отнес его домой, чтобы слегка отпалироваь и отмыть в мыльном растворе. Воспользовавшись наждачной бумагой, оксидом и стаканом, я взял кусочек джинсы и нанёс зубную пасту. Проведя по пасте, я добился желаемого цвета: это оказался халцедон, сердце которого казалось плотным, но края слегка просвечивали. Голубой цвет был такой воздушный, такой переливающийся и вкусный на вид. Минул обед. Эрикссон, должно быть, уже дома. Я помчался в библиотеку, где обнаружил его там. Я рассматривал его, прежде чем приблизиться: он заколол передние пряди волос сзади, он был одет легче, чем следовало- я был в теплом худи, а он в шёлковой перламутровой рубашке. Я обычно писал престижной биковской ручкой производства его родины, которые стали использоваться повсеместно не так давно, но я лишь сейчас обратил внимание, что Пер использовал перьевую авторучку с деревянным корпусом и металлической насадкой, будто специально, чтобы выводить свой каллиграфический отточенный почерк. Наконец, я подошёл к столу и сел напротив. —привет, Пер. —почему ты не на работе?- бросил тот, не отрываясь от бумаг. Он выглядел разочарованным моим присутствием и я вздохнул. —посмотри на меня, пожалуйста. —прости, Джатти, мне нужно учиться. —ты только что вернулся из университета и заканчиваешь ты с уроками поздней ночью. Ты успеваешь хоть что-то, кроме как заниматься? —Ja, конечно. Я плаваю. —ночью. И когда же ты спишь? —у меня бессонница. —у тебя есть снотворное. —ты просил не злоупотреблять им. —и ты меня послушался.- я расплылся в хищной улыбке.- умничка. Пер застыл и на секунду поднял взгляд, но тут же продолжил писать. —у меня есть кое-что, что может спасти тебя во время бессонных ночей. —что?- он сделал вид, что в него никак не попали мои слова, но нельзя было не заметить, как изменилась его пластика. —отвлекись, малыш.- прошептал я и тот отрицательно покачал головой. - пожалуйста.- когда моя мольба осталась проигнорированной, я поднялся с места и встал у него за спиной. Я продел руки у него под подмышками и вытащил из его замерших рук перо. Затем я достал минерал и раздалось еле слышное аханье. Я покрутил камушком в тени на фоне учебников, а потом перевел на свет, чтобы продемонстрировать сияние драгоценности. —Это халцедон. Так как он небесного цвета, он символизирует гармонию. Он приносит ясность мыслей, эмоциональное равновесие, спокойствие.- я вложил камень ему в руки, чтобы освободить свои для объятья. Я выдохнул ему на ухо.- дарует умиротворение и творческий настрой. Но что самое главное..- я прошёлся руками по его грудной клетке.- он способен излечить бессонницу и.. —это чудесно!- он попытался вырваться из моих лап и я напоследок сжал его мышцы в руках, прежде чем отпустить.- Åh..о.. Очень красивый. Где ты его нашёл? Я уткнулся лбом о его затылок, но тот увернулся. —ты перебил меня, Пер. Я нашел его на берегу и довел до хорошего состояния для тебя. Я дарю его тебе. Он заберёт твои ночные терзания и облегчит выражение твоих чувств, это действительно важно, приятель. Это именно то, в чем ты нуждаешься. Носи его с собой и вспоминай обо мне.- я похлопал его по плечу и направился к выходу.

***

Итак! Пора разобраться с этим! Я сел за стол, образ которого за полгода плотно прижился с покладистым худеньким студентом из Швеции, и разделил тетрадь на два столбика. Первый гласил: Что мне нравится в маленьком шведе: 1. Как он играет на гитаре 2. вкус в музыке 3. Он мило мурлыкает себе под нос. Он здорово поёт 4. У него красивое лицо 5. Тело тоже 6. Он забавно стонет у него приятный голос 7. Как он прикольно прижимает подбородок, когда улыбается или смеётся 8. Его улыбка и смех 9. Его слезы Я сверил столбик взглядом и почесал затылок. Теперь нужно подумать над вторым: Что мне не нравится в нем: 1. Я не педик. Он мужчина 2. Он избегает меня 3. Гематома на боку 4. Велотрусы Я вздохнул и внес изменения в первый столбец: 9. Велотрусы Итого, 9 приемуществ против 3-х. Синяк пройдёт, над его поведением тоже можно поработать, остаётся лишь то, что я естественно не был голубым. Никогда. Нет. Но так же, я не был человеком, который стал бы себе врать. Мое хорошее отношение можно списать на дружеское, а мой стояк- на козни гормонов, не более. Но вот то, как я глупо улыбаюсь, когда думаю о нем, это уже оправдать ничем нельзя. Я постарался вспомнить, испытывал ли я подобное к кому-нибудь из своих друзей, но в итоге пришёл к выводу, что даже к девушкам, в которых я был влюблён я не чувствовал такого трепета. Чтож, завтра мой первый нерабочий понедельник, т.к уволился я незамедлительно сразу после смены в четверг, как только добился выплаты зарплаты. Я еще даже не рассказал отцу и тот наверное решил, что я просто взял выходной, как я это сделал в свой день рождения. Он либо обрадуется, либо начнёт меня упрекать в моей праздности и безделье, но я скоро найду новую работу. Такую, какую смогу совмещать с моей новой, я бы сказал, пассией.

***

Проснулся я рано, но не настолько, чтобы застать Пера. Сперва я решил помочь отцу по хозяйству, но время тянулось так медленно, у меня было бескрайнее количество энергии, я справлялся с задачами слишком быстро, поэтому я решил отправиться в центр Сарасоты за продовольствием. Я размеренно ехал по Ривервуд-авеню, наслаждаясь палящим солнцем. Я высунул руку из окна и потянул ее в сторону пальм т кустарников. Минув квартал, я свернул на Уоррингтон-стрит, где купил шелковицу, личи, мясо, овощи и нектарины. Вернувшись домой, я занес в холодильник продукты и, прихватив с собой нектарин, направился в комнату. Я сел на кровать и понял, что под одеялом что-то, а вернее кто-то был. Я ухмыльнулся, когда моя догадка подтвердилась и, отдернув простыни, я увидел спящую шведскую принцессу, которая прослышала одну из моих кассет. Чертовски хитрый мальчишка! Я осторожно сел на него, чтобы не разбудить раньше времени, резко выдернул наушники и схватил его за запястье. Проснувшись, у него на лице застыл ужас и он даже не посмел ничего вымолвить. —вздумал меня обмануть, чертяга!? —åh?... Nej! Nej, Jatti, jag, Uhm.. —не некай, милый мой! —Ты не должен быть здесь..- прошептал он в страхе. —Я!? Ладно..Поправь меня, если я ошибаюсь: после колледжа ты приходил ко мне и отсыпался, пока я был на работе, ведь по ночам у тебя бессонница. Потом, ты, ближе к вечеру, отправляешься в библиотеку и, раньше ты завершал учебу, пока я засыпал, а сейчас ты наведывался ко мне в комнату уже после того, как я мог бы завести с тобой разговор. Ты не хотел, чтобы я знал, что ты не можешь не посещать меня, но однажды выдал себя, уснув на пуфике. Глубокой ночью ты тихонько выходил и плавал до того момента, пока не будет пора собираться в университет. Я прав? —нет! —нет? А как тогда? я нахмурился, ожидая услышать резкие аргументы против, однако Пер порадовал меня: —вернее.. Почти прав.. Я плаваю не каждую ночь, а лишь большую часть из них и.. Я стараюсь плавать до тех пор, пока не выматываюсь, чтобы поспать у себя час-другой до выхода..Но да, высыпаюсь я именно у тебя, поэтому, когда ты в пятницу взял выходной, я очень.. Очень нервничал, что теперь не усну. —Вот как? Но днём ты можешь спать у себя в комнате, соседи не стали бы тебе мешать, их наверное может и не быть вовсе в такое время! Пер отвел взгляд и я изумлённо усмехнулся. —Да ну! Серьёзно? —заткнись.. —ты не можешь нормально уснуть без ощущения моего.. Подожди, тебе просто комфортнее в моей комнате или..тебя успокаивает мой запах? —отстань, Джатти! —Так вот куда стали пропадать мои вещи! Ты наверное после ночного плавания засыпал с ними в обнимку, а на следующий день возвращал, но брал что-то другое!? Как мило, Дью! — прекрати!- он зажмурился и стал пытаться вырваться из хватки. Представляю, он наверное испугался, что за этих выходок я мог бы ему устроить скандал или даже привлечь к уголовной ответственности, но это было даже оскорбительно, что он продолжает думать, будто я готов обойтись с ним, как с обычным постояльцем. Его слёзы, выступающие из закрытых глаз, показались мне настолько неуместными, такими неправильными и глупыми, что эмоции ударили мне в мозг. Я помнил, что если я отпущу его руки, то тот начнет ими размахивать и я осторожно сцеловал влагу. Тот распахнул глаза и несколько секунд, тяжело дыша, переводил дух. —я должен отплатить?- еле слышно предположил он. Мне стало окончательно противно от того, какого он обо мне мнения, но при этом я ощутил нарастающее напряжение в животе. —почему я с такой внимательностью отношусь к тебе, а ты даже не пытаешься меня понять?- я вздохнул и посмотрел его голое туловище.- к чему такая интимность? —нет! Это не.. Я не хотел ложиться в уличной одежде.. Я хожу в душ, прежде чем лечь к тебе в постель! Так что.. —Да, запомни на всю жизнь, лучше ходить в душ прежде чем лечь к кому-то в постель.- подмигнул я, разгоняя заряженную атмосферу. Тот вспыхнул и выругался.- загладишь вину? —Да. Да, заглажу и, клянусь, больше тебя не потревожу. Я закатил глаза и потянулся за нектарином. —Ты очень хитрый, Дью. Очень, но ты не подумал, что если бы ко мне в комнату решил зайти отец, схлопотали бы мы оба? —Если ты считаешь, что я хитрый, думаешь, я бы не смог что-нибудь придумать? —Да, пожалуй, ты бы мог. Думаю, единственный случай, когда тебе не удалось провести человека вокруг пальца, это, ты понимаешь..- я провел ладонью по месту, где был синяк и тот слегка, едва уловимо выгнулся от холодного прикосновения.- теперь в этом списке буду и я. Меня обмануть тебе не удастся. —Обещаю, я больше не буду заходить к тебе. —О, нет, напротив, твое наказание заключается в том, что ты будешь как можно больше ко мне заглядывать, понял? —что?- он округлил глаза. Неужели он так слеп!? —Хитрый мальчик, но такой глупый. И тебе необязательно прям уж каждый раз заходить в душ. Мне нравится твой природный запах. Я огляделся и взял кассету, которую он слушал. —много ты таких позаимствовал?- тот кивнул.- молодец, образовываешься. Раньше наверное приходилось прятать ото всех свою музыку и поэтому толком ее не слушал, да? Понимаю. Но ты должен был попросить у меня, не так ли? —так. — что же мне с тобой делать.. Будешь исправляться? —прости. —я не просил извиняться, я спросил, будешь ли ты исправляться? —да, буду.- его голос слегка дрогнул. —тогда вот.- я прислонил фрукт к его устам.- ешь. медленно. Пер потянулся руками к моим, но я покачал головой. —Из моих рук. Давай.- приказал я и тот осторожно сделал укус. Сок неумолимо потек у него с губ по подбородку.- почему ты заплакал? —отъбись.-буркнул тот и я нажал рукой ему на пах, призывая ответь.- fan..думал, ты захочешь использовать меня, как шлюху, подрочить мной или как ты там еще гово...- я с силой вжал плод ему в рот, затыкая его. —никогда не вырывай моих слов из контекста и не интерпретируй их так, как тебе вздумается, Содо. Ты прекрасно помнишь, что я имел в виду и если вдруг я захочу тебя выебать, то я не сделаю этого до тех пор, пока ты не согласишься, ты меня понял? он закивал и я отдалил нектарин на приемлемое расстояние, за ним с чмокающим звуком потянулась паутинка слюны шведа. —ешь дальше и больше не болтай чепухи.- я провел большим пальцем по его вновь намокшим глазам и продолжил наблюдать, как он поглощает мякоть, будто расцеловывая ее.- приподнимись, подавишься. —mph, ja.- он поднялся на локтях и секундый отрыв губ от плода действительно произвёл такое впечатление, будто я наблюдаю за поцелуем. Когда он доел, все его тело было в сладком соке. —ай-ай-ай, принцесса, вам так в пансионе велели лакомиться?- усмехнулся я, проводя пальцами по липким каплям.- можно попробовать? —Что? - он с прилитой к губам кровью вернул голову на подушку, но, мяукнув, вновь приподнялся из-за ощущения моего языка на своем теле.— нет! Нель.. Нельзя, Джатти, не надо! —ты сам мне разрешил, очень сладко! —тебе не кажется, что мы как-то странно дружим?- проскулил он. Я принял задумчивый вид. —разве что самую малость.

***

Кажется, этот инцидент положительно повлиял на нас обоих, и Эрикссон усовершенствовал свой режим дня, по крайней мере теперь он не тратил нервы на беспокойство о том, что его поймают. После колледжа он сперва отсыпался у меня, пока помогал отцу, потом ему не нужно было дожидаться, когда я усну, он стал выполнять домашние задания значительно быстрее из-за чего смог ложиться раньше, даже несмотря на то, что он по-прежнему плавал после полуночи. Удивительно, он так любит находиться в воде, будто там остужает свой пыл. В пятницу я направился на кухню в одних трусах, не позаботившись о том недоразумении, что в них образовалось за ночь. Пер в колледже, наша кухня с корпусом для постояльцев не пересекается, отец по плану сейчас проверяет отчеты на ресепшене- переживать не о чем. Зайдя за порог, я опешил. —О!..Джи, оденься! Позорище..- махнул на меня отец, закрывая шведу глаза. —Что он тут делает!? Пер, почему не на учебе?- я недовольно оперся руками о бедра. —Оденься!- процедил отец. Вот заладил, ни одной дамы в помещении, а столько возмущения! Он меня с пеленок видал, в чем мать родила, а Дью.. А Дью тоже не промах. Тем не менее, я побрел к себе в комнату, натягивая спортивки. —не забывай, что он еще ребёнок. — да что ты?- изогнул я бровь, оборачиваясь через плечо.- не ты мне говорил, что мы ровесники? — Да, но они, скандинавы, суровый народ, они не позволяют себе таких вольностей! Я не сдержал смешка, припоминая разом всю "суровость" и непозволительную вольность шведа. —Давно проветривал!?.- отец подошел к окну и распахнул его. —Ты что тут распоряжаешься!? —У тебя Пером пахнет. —закрой окно!- вспылил я, приближаясь и тот недоуменно обернулся.- я сам закрою! —Пер расчихался. Он может заразить соседей, нужно выделить ему место на чердаке. —Ой, а пусть живет у меня! Мне как раз нечем заняться, пока я безработный. буду приглядывать за ним, м? —что значит безработный!? Ты бездельник, Джи! —Да, я великий бездельник и давай пока у меня нет серьёзных обязанностей, на моей совести будет здоровье хлюпика. пожалуйста, пап! —не называй мальчика хлюпиком. —хорошо, зяблик. Отец покрутил руками вокруг головы и выругался на испанском. —ты хочешь его тут запереть, чтоб издеваться!? —ну конечно, я же изверг! Папа́, ну посуди, я не учусь, не работаю, а чердак пыльный-препыльный..К тому же там сквозит! Он там пуще прежнего разболеется! — ну.- отец неуверенно кивнул, а потом расплылся в море коротких кивков.- твоя взяла.

***

—Не сиди на холодном.- вздохнул я, накидывая на него плед. —Я не понимаю, как я мог заболеть.- шмыгнул тот. —Пер, ты привык кутаться в своей Швеции и, прибыв в солнечный штат, где вечное лето, позабыл, что здесь есть своя зима. Ты хоть раз видел меня за эти три месяца в шортах?- он, выдержав паузу, отрицательно махнул головой.- вот. А ты, то в майке, то в этих.. Велотрусах.. —шортах. —шортах. Еще и плаваешь по ночам. Нет на солнышке поплавать! — но я же закалённый! Я выдохнул и, подцепив его за плечо, придвинул к себе поближе. —Именно поэтому ты всю зиму одевался легче, чем я. Но из-за этого у тебя снизился иммунитет. Нет ничего удивительно в том, что твой организм переохладился. Ты не сверхчеловек. —да? А кто же я? — ты..- я вобрал воздух в лёгкие, рассматривая пролетающего мимо ласточкого коршуна. - ты ангел. —tvärtom!- он рассмеялся.- наоборот! —демон?-вскинул я брови, удивлённо улыбнувшись. —кажется, да. —Ну, тогда мы похожи.

***

—Спасибо, что выделил мне место. Я постараюсь не доставить лишних хлопот.- проговорил он так, будто мы познакомились сегодня утром и, в силу ужасной катастрофы, я сжалился и пригрел себе осиротелого незнакомца. Стоя в дверях со своим чемоданом, он походил на приблудшую дворняжку. —детка, не ломай комедию, падай уже.- бросил я, приподнимая голову с подушки. Тот робко лег на матрас на полу и, подготовив шорты на смену, под одеялом начал стягивать штаны.- что ты как не родной? Раздевайся и залезай ко мне. Он перевернулся на бок спиной ко мне и, случайно задрав одеяло так, что мне открывался обзор на все, что он так пытался скрыть, вытащил из-под одеяла джинсы. —не говори глупости! —если то, что я тебе предложил- глупости, то ты ни разу в жизни не пробирался тайком в комнату лучшего друга и не спал в его постели голышом. —замол...Åh.. Och..fan..eh.. —Ты чего?- я, подняв брови, навострил уши, пытаясь понять, что с ним происходит и, наконец, он всего навсего чихнул.- whah! ¡crece grande! Будь здоров, детка! —спасибо.. Я понимаю, о чем ты, но тогда я был один, сейчас это будет неадекватно. Он взял шорты и натягивая их, у него зашевелилась лесенка позвонков, а бедра приходилось приподнимать. — ты же понимаешь, что я положил матрас для отвода глаз, ты можешь лечь ко мне. —я заражу тебя. —пускай, проведем в этой комнате вечность, по очереди заражая друг друга. - он чихнул.- будь здоров, радость моя. Поправь правую чать шорт. —что?- он обернулся через плечо и, закатив глаза, с головой укутался в перелины.- Fan! Så jävla pinsamt! Jag kan inte andas, han såg allt, jag vill åka hem, Jag vill skjuta mig själv! Fucked up! —Fucked up? Серьёзно? Не ругайся так, это не самое страшное, что с тобой случалось. У меня только один вопрос, у тебя всегда белье белое, или это совпадение? Он закричал в подушку и я больше не мог смотреть на его смущение. —Jag vill åka hem. Ты хочешь домой? Ты уже во второй раз говоришь.- прошептал я, захватывая укутанного его в объятия, чтобы усадить на колени. Он немного побрыкался, но лишь сильнее запутался в покрывала, вызывая у меня смешок. —нет, мне лучше с тобой. То есть.. То есть не с тобой! а здесь.. Ну, ты, конечно, но..- приглушённо шебуршал он под покрывалом, шмыгая носом. —Я понял. Я примерно представляю, как ты жил до встречи со мной. Он наконец выбрался из кокона, шумно глотнув воздух. Затем он перевалился с меня обратно на матрас и я не стал ложиться, я просто сидел рядом. —гха, дышать не могу!- он попытался сделать вдох носом, но он был забит. Я взял с тумбочки интраназальный кортикостероид и пшыкнул ему в нос.- ой, ох.. Ja, спасибо. —почему ты сделал их? —кого?- он перевернулся на бок и приподнялся на локте, собирая волосы в кулак и играясь с ними. Я задарал его кофту и прошелся по соскам, заставив его свернуться в комочек- не трогай! Я хмыкнул и заулыбался, как идиот. —тебе наверное привычно находиться у меня, но я чувствую себя, будто у нас ночёвка. —так и есть, ночью я тебя ни разу не спал. —спал, на пуфике. —да, точно, но то вышло случайно! —ладно, ну так, почему ты их проколол, если все равно скрываешь их?- я всё-таки прилег рядом с ним и начал расчёсывать пальцами его волосы. —Хотел почувствовать, что принадлежу себе. Хотел, чтобы у меня было, пусть и скрытое от чужих глаз, но доказательство того, что я не стал таким, каковым меня пытались сделать. Напоминание себе о том, кто я есть и к чему стремлюсь. —а каким тебя хотели сделать? —педантичным формалистом. Он внезапно встал и почапал босыми ножками к столику. —извини, я..-он высморкался.- извини. Только не усни со мной, еще чихну на тебя. —пускай! Зато я тебя убаюкаю. —Din dåre! Я серьёзно!- он засмеялся. —как ты меня сейчас назвал? —дурачком.- он пошел ко мне и, кажется сейчас бы вернулся на матрас, но, обойдя меня, сел на мою кровать и положил ноги мне на спину. Я облокотился на них и на пару секунд опрокинул голову, разгадывая его лицо вверх тормашками.- ты обидишься, если я спрошу? —меня невозможно обидеть. —Возможно. Когда я тебя недооцениваю, ты обижаешься. —спрашивай уже, а! —где твоя мама? Я повернулся к нему лицом, хватая его пятки в руки. Положив их себе на колени, я промычал, пытаясь подобрать слова, в итоге не стал "уходить" далеко. —Она оказалась педантичной формалисткой. —Как моя. —Да. Думаю, поэтому наши отцы дружили. —Ja, только тебе повезло остаться с отцом. —Повезло ли?- я поймал его растерянный взгляд и попытался не выйти из образа.- был бы сейчас скрупулёзным отпрыском Гарварда, ходил с накрахмаленным воротником и богатой невестой. —А я, оставили бы меня с папой, сейчас бы сидел с косячком и шпынял бы тебя этими самыми ногами! Он изобразил, будто сейчас отпинает меня и я, уже по обыкновению, укусил его за лодыжку. —Ты неизменен, Дью! По какому бы сценарию ты не пошёл, все равно ты придёшь в тому, что попробуешь травку и изобьёшь меня пяткой, позволь напомнить, даже трижды. —уже четырежды!- он толкнул меня и я свалился на его матрас. Вот сейчас я постарался его запомнить, вот сейчас он был настоящий, эмоциональный, искренний, дерзкий, вспыльчивый, честный, открытый. Истинная красота его раскрылась в сочетании с распахнутою мне душой. Он не мог не заметить изменение в моем взгляде, будто между нами повисло напряжение, которые не было таким гнетущим, если бы я сейчас мог его.. Поцеловать? Да, наверное, мне бы этого хотелось. Даже не наверное, а точно. Он робко поднялся с моей кровати и, пошатнувшись, сел мне на бедра. Сел. Мне. На бедра. Я сплю? Он оседлал меня! Блядь, хорошо что я был в штанах, но если он сейчас не встанет с меня, то и они меня не защитят. Я лежал, облокачиваясь на локтях и смотрел на него снизу вверх. Почему он это сделал? Я не смею пошевелиться, вдруг спугну. Неужели он решил сделать первый шаг? Блядь! У меня сейчас вены лопнут! Он оперся руками мне о живот и приподнял зад, но мигом опустил его обратно. Я даже не знаю, хочу я его попросить, ради всего святого, не ерзать так на мне, или наоборот. Я с проклятиями вспоминаю тот день, когда он был под амилнитритом и я даже ничего не сделал.. Как не сделал? Я помню, как он ощущался на мне. И это ощущение еще больше затуманивало разум, вырывая меня из реальности. —Han lyssnar inte på mig!- хныкал он. Что он сказал?? —что?- завораженно прошептал я. —помоги мне. —Да. Да, с чем?- я взял его за бёдра и уже был готов взять его, не меняя позы. —с чем!? Ты не видишь? —вижу.- я прошёлся руками по его талии и, вернув обратно, слегка приподнял его бедра, чтобы передвинуть его на изрядно вставший член. Еще я не успел воплотить задуманное, как он изнеможенно простонал. —Jatti, jag mår dåligt! ah.. Ge mig en kram.. —детка, я не понимаю. —э-э, ничего, просто.. быстрее.. Быстрее, ого. Я, затаив дыхание, приготовился к исполнению заветного желания, но тот упал мне на грудь. —ты капуша, Джатти.- прошептал он. Бля, спугнул всё-таки!- У меня потемнело в глазах и я упал, прости. Я пытался встать, но мне плохо, правда плохо, я не специально, прости, я не хотел. —что? —что с тобой? Я хотел, чтобы ты переложил меня, я старался держаться, чтобы не отключиться, так что я не виноват, что сейчас лежу на тебе, ладно? Прости. Я посмотрел в его влажные глаза и заметил, что у него покраснел нос и губы, а цвет кожи побледнел на несколько оттенков. Дьявол, из-за плохо самочувствия он обессилен, он просто оступился и нуждался в помощи, а я чуть не трахнул маленького шведа с температурой. —Прости, детка! Сейчас..- я обнял его и, привств, уложил в койку и укрыл. —который час?- он шмыгнул и у него устало закатились глаза. Я бросил взгляд на часы, кладя руку ему на горячий лоб. —ровно полночь. С первым марта, малыш. —ja, весна настала.