Начать сначала

День выписки застал Ки Хуна врасплох. Он не успел подготовить себя к тому, что придётся делить одно пространство с Ин Хо, живя с ним в его доме. Лучше уж розовый Мотель, в котором почти не было нормальных удобств, чем это. Одевшись, мужчина посмотрел в зеркало, забрал вещи и вышел в коридор, в котором стояла непривычная тишина для буднего дня. Ин Хо ждал у стены. Лицо его как обычно было непроницаемым и невозможно было понять, о чём он думает. Когда Сон открыл дверь, тот лишь чуть повернул голову. — Готовы? — тихо спросил Хван. Бывший игрок кивнул, крепче сжав ручку дорожной сумки. Ин Хо оттолкнулся от стены и шагнул вперёд. Между ними было расстояние в несколько шагов, но воздух будто сгустился. — Дорога займёт около часа, — сказал мужчина, не оборачиваясь. Ха Ын планировали выписать только через три дня, и Ки Хун бы предпочёл провести это время рядом с ней, но Ин Хо нанял няню, которая позже тоже переедет в загородный дом Хвана. Сон не был в восторге от этой новости. Но чего-то такого и стоило ожидать. Он надеялся, что за эти несколько дней сможет убедить Ин Хо, что он в состоянии заботиться о ребёнке сам. Дверь госпиталя закрылась за спиной, выпуская Ки Хуна на холод. На улице пахло сыростью. Середина ноября в пригороде Сеула, рядом с морем, была не самым лучшим временем для прогулок. Хван шёл чуть впереди, не оглядываясь. Его шаги были уверенными, будто он знал, что Сон всё равно последует за ним. Он остановился у машины и, не сказав ни слова, открыл заднюю дверь. Обычный вежливый жест, который поднял волну раздражения в Ки Хуне. Для чего это? Он был в состоянии сам о себе позаботиться. Пальцы сильнее сжали ремень сумки. Он поднял недовольный взгляд и Ин Хо выдержал его спокойно. Сон сделал шаг к машине и, прежде чем сесть, тихо пробурчал: — Не стоило. Ин Хо не ответил. Только закрыл за ним дверь и обошёл автомобиль, чтобы сесть за руль. Это было неожиданно. Ки Хун ожидал, что у Ин Хо есть личный водитель. Машина тронулась в неловкой тишине. Внутри салона было тепло, но напряжение не отпускало. Ки Хун смотрел в окно, стараясь сосредоточиться, но взгляд невольно возвращался к Ин Хо. Он иногда поднимал глаза, бросая короткий взгляд в зеркало заднего вида. Их глаза иногда встречались в отражении, и оба одновременно отворачивались. Ки Хун к окну, Ин Хо на дорогу.

***

Ки Хун за время пути успел задремать и когда почувствовал прикосновение к плечу, вздрогнул. Ин Хо извинился за то, что напугал, просто на голос Сон не реагировал и сообщил, что они приехали. Выдохнув, бывший игрок вышел на улицу. Вдохнул прохладный воздух и окинул взглядом территорию. Дома стояли друг от друга на достаточном расстоянии, что способствовало уединению. Ки Хун не был удивлён электронному замку на воротах. Ин Хо ввёл пин-код, и ворота с тихим щелчком медленно открылись, впуская их внутрь. Сон шёл позади бывшего товарища, разглядывая детали двора. Здесь был порядок во всём. Каждый элемент словно говорил о контроле. Дом встретил тишиной, но её почти сразу же нарушил вышедший навстречу мужчинам Джун Хо. Он искренне улыбнулся, поинтерисовавшись самочувствием Ки Хуна. В дни перед выпиской у детектива не было свободного времени, чтобы навестить его. Он то был занят на работе, решив вернуться на прежнюю должность, то перевозил необходимые вещи в дом брата. — Всё нормально, спасибо. — Мне нужно отлучиться. Чувствуйте себя как дома, господин Сон, — предупредил Хван старший и, не дожидаясь ответа, поспешил уйти. Ки Хун проводил его настороженным взглядом. — Давайте помогу, — Джун Хо забрал сумку у Ки Хуна и направился вглубь дома. Он был одноэтажный, поэтому комнаты, которые могли бы уместиться на втором этаже, находились внизу. Между ними было достаточно расстояния, чтобы никого не тревожить. Звукоизоляция тоже этому способствовала. Пока шли, Ки Хун успел осмотреть интерьер: светло-тёмные тона, дорогая мебель. Дом Ин Хо был точной копией своего хозяина. — Моя комната чуть дальше по коридору, — предупредил Хван, остановившись у одной из дверей. — Прости, что тебе приходится находиться тут из-за меня. — Ничего. Зато спустя столько лет Ин Хо не сбегает молча. Я его понял, но до сих пор не могу до конца всё осознать. Но, думаю, мы сможем снова наладить отношения. Я пойду, не буду мешать. А вы отдыхайте. В комнате сохранялся такой же стиль, как и во всём доме. Оставив вещи у двери, Ки Хун сел на край кровати. Внутри всё ещё работала привычная бдительность: глаза изучали замок на двери, возможные укромные места — рефлекс, который не позволит упасть в ложное чувство безопасности. Ки Хун на миг закрыл глаза и позволил себе короткий негромкий выдох. Расслабляться окончательно не хотел. Глубоко в душе щемило: доверие — не подарок, оно так просто не даётся. Особенно после предательства. Оно проверяется на прочность временем. Усталость давила на плечи и мужчина решил дать себе немного времени на отдых. Не раздеваясь, лёг на подушки, накрывшись пледом и почти сразу же провалился в тревожный сон.

***

Ки Хун проснулся ближе к вечеру. Он не сразу понял, где находится. На это ушло пару секунд, после чего мужчина выдохнул с раздражением. В доме стояла оглушающая тишина, которая заставляла слышать собственные мысли, а их Ки Хун слышать не хотел. Комната была наполнена тусклым светом, который пробивался сквозь шторы, окрашивая стены в бледно-серые тона. Он долго лежал, не двигаясь, чувствуя, как в висках гудит кровь. Будто всё тело сопротивлялось возвращению в реальность. Он медленно сел, потер лицо ладонями. Две недели в госпитале не сделали его крепче. Мужчина чувствовал себя опустошённым. Душ помог собраться, но не успокоил. Ни вода, ни смена одежды не могли смыть усталость последних лет. Рано или поздно всё равно пришлось бы выйти из комнаты, поэтому Сон не стал оттягивать этот момент. С кухни тянулся аромат свежесваренного кофе. Ки Хун ожидал увидеть там обоих братьев, но застал только младшего. Он стоял у стола, наливая кофе в чашку. Рядом стояла тарелка с бутербродами. Услышав шаги, Джун Хо обернулся и вежливо кивнул. — Добрый вечер. Как самочувствие? — Голова раскалывается, — тихо ответил Ки Хун, опускаясь за стол. — Может, кофе? — Буду благодарен. Через некоторое время Джун Хо поставил перед ним чашку с горячим чёрным кофе и тарелку с бутербродом: тёмный хлеб, тонкий слой масла, аккуратный ломтик ветчины и зелень. Детектив сел напротив, но держался слегка в стороне, не пытаясь залезть в личное. На кухне повисло неловкое молчание. — Ин Хо вернулся? — решившись, спросил Ки Хун после нескольких минут тишины. Джун Хо замялся, затем покачал головой: — Нет. Написал, что вернётся поздно. Ки Хун ощутил, как в груди сжимается холодок подозрительности. Когда утром Ин Хо привёз его домой и сразу уехал, он особо не обратил на это внимание. Сейчас же мозг, натренированный ждать подвоха, немедленно заполнился версиями. Сон пытался не давать волю этим мыслям, но они, как мелкие насекомые, заползали в самые укромные места. Связано ли это было с играми? Джун Хо заметил изменение в выражении лица старшего товарища и сказал, подбирая слова: — Но это не значит, что его занятость связана с играми, — он уловил недовольный взгляд Ки Хуна на себе и добавил более мягко: — Он пытается измениться. Я вижу это. Сон вздохнул. — Ты его оправдываешь? — спросил Ки Хун тихо, без злости, но с какой-то выжженной усталостью, которая звучала даже сильнее любого обвинения. Джун Хо не ответил сразу. Он медленно поставил чашку на стол, провёл пальцами по краю блюдца. Взгляд его был устремлён куда-то в сторону, будто он обдумывал каждое слово, прежде чем решиться произнести. — Нет, — наконец сказал он спокойно. — Я просто знаю, что ему тоже тяжело. Мы оба знаем, что он не святой. Я тоже злился на него много лет из-за его молчания. И, наверное, часть меня всё ещё злится. Но если он пытается… хоть немного, хоть через поступки, неужели, это ничего не значит? Сон отвёл взгляд, будто бы не выдержав. — Я не знаю, — сказал он тихо. — Не могу отделаться от мысли, что всё происходящее сейчас — очередная игра. Джун Хо посмотрел на него внимательно, с сочувствием. Хотел что-то добавить, но промолчал. Он понимал, что спорить сейчас бессмысленно. Не потому, что Ки Хун не прав, а потому что слишком рано. Слишком свежи раны, слишком много недоверия между его братом и этим мужчиной. Детектив отодвинул стул и поднялся. — Если что-то будет нужно, я буду у себя. Ки Хун не ответил. Только едва заметно кивнул глядя в чашку, в которой остывал кофе, и провёл ладонью по лицу, пытаясь прогнать усталость.

***

Ки Хун проснулся резко, словно вынырнул из-под воды. Воздух был густой, пропитанный тем липким потом, что остаётся после дурных снов. Сердце колотилось в груди, дыхание сбилось. Он не сразу понял, где находится. Тьма за окном и тишина напомнили: не больничная палата, не общежитие. А дом Ин Хо. Он медленно сел на кровати, провёл ладонью по лицу. Голова ныла, будто внутри кто-то стучал молотком. Сна больше не было. Сигарет, как назло, тоже. Он поморщился, встал и вышел из комнаты. Коридор был полон теней, и только приглушённый свет из кухни, давал понять, что кому-то тоже не спится. Когда Ки Хун заглянул, первое, что он увидел — это силуэт Ин Хо у окна. Тот стоял оперевшись рукой о подоконник, и смотрел куда-то в темноту сада. На столе открытый ноутбук, несколько папок, рядом чашка кофе, из которой ещё поднимался лёгкий пар. Ин Хо выглядел спокойно. Ки Хун остановился на пороге. Несколько секунд просто наблюдал. — Не спится? — спросил Ин Хо, не оборачиваясь. Ки Хун молча прошёл к столу, налил себе кофе из оставшегося в кофеварке, сделал первый глоток и обжёг язык. — Кошмар, — коротко ответил. — Больше не усну. Слишком тихо. В мотеле был слышен шум машин, и это хоть немного, но успокаивало. Ин Хо чуть заметно кивнул, наконец обернувшись. — Тишина пугает тех, кто слишком долго жил в шуме. — Да, — мрачно усмехнулся Ки Хун. Несколько секунд они просто молча смотрели друг на друга: взгляд в взгляд, будто проверяя, кто из них моргнёт первым. Ки Хун отвёл глаза на ноутбук и аккуратно спросил: — У тебя были дела, связанные с играми? — он старался, чтобы голос звучал спокойно, но в груди уже что-то сжималось. Ин Хо не стал уклоняться. — Да, — ответил тихо. Сон будто обжёгся этим словом. В груди мгновенно поднялась волна холода, по коже пробежала дрожь, и всё вокруг вдруг стало каким-то слишком резким, чужим. Он едва удержал чашку в руках. Ин Хо посмотрел на него долгим, внимательным взглядом. — Не в том смысле, — сказал он спокойно. — Я не вернулся туда, если вы об этом. Я закрываю хвосты. Убираю то, что осталось после. Ки Хун поднял глаза. Взгляд его был настороженным, почти недоверчивым. — Ты уверен, что не втянешься снова? Это ведь всегда начинается со слов «только закончить одно дело». Ин Хо слегка опёрся о подоконник, скрестив руки на груди. Тишина снова заполнила кухню. Часы на стене тикали ровно, как отсчёт до чего-то неотвратимого. Ки Хун долго смотрел на тёмное окно, где отражались их силуэты: два человека, связанные прошлым, от которого невозможно отмыться. Мужчина допил кофе и, не глядя, поставил чашку в раковину. Когда он вышел, Ин Хо снова повернулся к окну, устремляя взгляд в темноту сада. Холодный воздух ударил в лицо, когда Ки Хун вышел на веранду. Воздух был пропитан свежестью и лёгким запахом хвои. Он будто прочищал голову. Мужчина спустился на ступеньки и сел, оперевшись локтями о колени. Он не знал, сколько прошло времени, когда дверь за спиной тихо скрипнула. Ин Хо остановился рядом, потом сел на ступеньку чуть поодаль, оставив между ними небольшое расстояние. Некоторое время они просто сидели, слушая ночь. Первым заговорил Ин Хо: — Сегодня я встречался с последователями Иль Нама. Ки Хун чуть повернул голову. — Они потребовали отчёт. Хотят знать, почему я не предоставил полные данные о прошедших играх. Забавно, что это случилось именно в день вашей выписки, — он коротко усмехнулся. — После этого я поехал на квартиру Иль Нама. О ней, кроме меня никто не знает. У него там вся база данных о играх. После его смерти все пароли перешли человеку, которому старик доверял больше всего. Повезло, что он не стал ничего менять. Я стёр кое-что. Ки Хун прищурился. — Что именно? Ин Хо ответил не сразу, будто проверяя, стоит ли говорить: — Данные о вас. И обо мне. Система больше не свяжет нас с играми напрямую. Если, конечно, никто не начнёт копать слишком глубоко. — Рискуешь, — тихо сказал Ки Хун. — Знаю. Но если повезёт, они не скоро это заметят. На какое-то время повисла тишина. Тёплый свет из дома падал на ступеньки, подчёркивая контур плеч обоих. Ин Хо сидел ровно, как всегда, руки сцеплены, взгляд устремлён куда-то в темноту. Ки Хун смотрел на него исподлобья, вглядывался в черты лица, словно пытался что-то понять. — Спасибо, — наконец произнёс он. Ин Хо повернул голову. — За что? — За правду. Ин Хо кивнул, будто принял эти слова как нечто большее, чем простая вежливость. Некоторое время они снова молчали. Ночь обволакивала, становилась почти уютной. Ки Хун впервые за долгое время почувствовал странное спокойствие. Когда он поднялся, чтобы уйти, то остановился у двери. — Если будешь завтра в городе, купи сигарет. Ин Хо поднял на него взгляд. — Может, стоит завязать? Подумайте о здоровье. Ки Хун усмехнулся. — Поздно. Он ушёл внутрь, оставив дверь чуть приоткрытой. Ин Хо остался сидеть на крыльце, слушая, как за спиной стихает звук шагов.