Неправильно

…Чувство, которое возникает после того, как встаёшь перед рассветом, чтобы приготовить завтрак своему хозяину. Какое оно? Неизвестно, каким оно должно быть, но лично для Луки оно сейчас самое светлое. Он радостно домывает посуду после готовки и слышит бурчание в коридоре.  Протирая глаза, на кухню заходит сонный мужчина.  —Доброе утро,—улыбается рыжеволосый слуга,—Как спалось? —Отлично,—отвечает Болтон, взгляд его падает на стол,—Оу, ты уже с утра за плитой? В ответ прозвучал довольная ухмылка, вопроизведённая очень по доброму: —А как же, хозяин? Болтон в ответ хихикнул и пошёл умываться.  После мужчина позавтракал и ушёл в подвал, сказав Луке пока не напрягаться, поблагодарив за завтрак. Верный фамильяр остался наверху мыть посуду, чувствуя, как его тело заполняется тёплыми ощущениями. На душе было легко и спокойно. За полгода он стал ещё дружнее с хозяином.  Домыв посуду, Лука просто молча встал посреди кухни. Ему наказали немного отдохнуть, через окно проливался осторожный свет утреннего ноября. Он пока просто скитался по дому, но скитался с удовольствием и удовлетворением, мягко и призрачно улыбаясь. Прошло какое-то количество времени. Из мрачного, но излюбленного Болтоном подвала послышался зов. Мужчина проговорил уже не чужое для него имя. Имя это было Лука. Слуга сразу же нырнул под пол, моментально придя к хозяину.  —Вы меня звали, хозяин?—наклонил голову в бок фамильяр, улыбаясь мягко.  —О, да,—немного даже напугался Болтон, когда увидел знакомое лицо так скоро,—Э, я хотел попросить тебя… Путешественник указал в свой дневник, в которой иногда зарисовывал различных тварей, после того, как их опишет: —Можешь пожалуйста помочь мне нарисовать такую сирену? Я описал её внешность, но мои навыки рисования значительно хромают… —Конечно, хозяин,—взял в руки карандаш Лука, принявшись рисовать.  Слуге было безумно приятно, когда Болтон просил его о чём-то. Фамильяру было особенно приятно оказывать услуги мужчине. Вообще, в последнее время Лука был как-то сильно рад находиться рядом с хозяином. Болтон иногда хвалил его, даже пару раз назвал «умничкой» за эти полгода совместного проживания, что фамильяр вспоминал с неконтролируемой улыбкой на лице. Болтон правда был другим для Луки. Особенным… Лука сильно не задумывался, что Болтон думал о нём, ему просто нравилось помогать ему и слушать его скромную похвалу.  …Спокойными поздними вечерами, находясь в полной тишине, Лука даже позволял себе думать, что они с Болтоном представляют из себя неплохой дуэт… Сейчас тоже был поздний вечер. Болтон с Лукой сидели за столом, пили чай. Они сейчас ненавязчиво говорили о чём-то. Все их дела были сделаны, так что можно было намного расслабиться. Что-то трепетно сжималось в сердце Луки, когда хозяин рассказывал ему о разных людях я базара или своих приключениях. На лице появлялась улыбка, когда он слышал знакомый голос. Они каким-то образом перешли от базара до совсем иной темы. Болтон начал обсуждать какую-то женщину с сумеречного места, а потом как-то заговорил про отношения… —Хозяин,—сказал Лука нервно и тяжело,—А…А Вы бы хотели иметь пару? Он пару раз заикнулся, пока спрашивал это, чувствовал мурашки на спине.  —Пару?—задумался Болтон и сказал, вздохнув,—На самом деле, не хотел бы...  И сердце фамильяра замерло. Он не мог дышать. Сейчас было очень тяжело скрыть эмоции, как обычно, но он всё также не подал виду, что ему больно. Сделал вид, что он не разочарован и не разбит. —Ещё в молодости я пытался найти кого-нибудь, но сейчас точно нет, это слишком…сложно.—Отводил свои зелёные глаза путешественник, продолжая свой ответ,—Аа…К чему был вопрос? —Просто,—опустошённо смотрел в никуда Лука, глупо улыбаясь,—интересно стало… Ком в горле душил его. Всё разом рухнуло. На что он только надеялся? На что он только рассчитывал?.. Болтон - взрослый мужчина, предпочитающий одиночество. Чаще всего он даже со своими приятелями не слишком откровенен, так что уж говорить про пару?..Ну, если бы он и хотел быть с кем-то, он бы выбрал уж точно не фамильяра… Точно не ничтожное существо, которое даже не является человеком. Определённо точно ему нужен человек, друг, но никак не жалкий артефакт, которому просто дали каплю сознания. Они допили свой чай после вопроса Луки и разошлись. Болтон выключил большую часть света и ушёл спать, ничего больше не сказав Луке. Фамильяр свернулся калачиком на диване, выключив последнюю люстру, горевшую в доме. Мрак поглотил его и комнату. Он закрыл свои жёлтые глаза, закрыл лицо руками, сжался сильнее. Это было невыносимо. Было ужасно пусто на душе, было очень-очень сильно жгуче в груди, словно тонким лезвием прошлись по самому её центру, оставив кровоточить и вскоре умирать.