Сказочный патруль: Приспешник тьмы.

На следующий день. Кабинет Профессора Звездочёта/Профессора КРИВОЗУБА. На уроке профессора Звездочёта, который, как всегда, сидел на своём высоком стуле, слегка по-лягушачьи подрагивая перепончатыми пальцами, ничего особенного не происходило. Его огромные глаза медленно моргали, голос звучал лениво и тягуче, будто он сам вот-вот заснёт. — Итак, — произнёс он, перекатывая мел по доске так, будто это была редкая драгоценность, — к пятнице… сдаёте небольшое сочинение по теме «Созвездия и их влияние на магический поток». Ничего сложного, так что не ищите повод пожаловаться, — он хмыкнул, и его жабьи глаза забавно блеснули. Ученики переглянулись, кто-то облегчённо вздохнул. Для всех стало очевидно, что сегодня обошлось без сложных практических заданий, без многочасовых вычислений звёздных карт. Звездочёт довольно хлопнул в ладоши — его перепонки негромко щёлкнули — и отпустил весь класс. — Всё, свободны. Используйте время с умом… или как умеете, — протянул он и снова уставился в телескоп, будто им уже больше никто не нужен. Ученики едва не хором выдохнули от радости. Стук стульев, шорох бумаг, довольные возгласы — и через минуту аудитория опустела. Для Алёнки это стало настоящим облегчением. Впервые за последние дни у неё появилось свободное время, а значит, шанс сделать то, что она откладывала с самого начала — поговорить с Варей, Машей и Снежкой. Извиниться. Объясниться. Сказать хоть что-то, что облегчит её совесть. Она могла бы снова попросить помощи у Алисы, но той в колледже не было — Алиса отправилась в Сказочный мир, решать проблемы с часовой башней. И даже если бы она была здесь, перемотка времени была невозможна. Алиса пыталась объяснить: что-то про «нелинейность потоков», «парадоксы», «цепные реакции во временной структуре»… но для Алёнки это всё звучало как пустая тарабарщина. Единственное, что она поняла, — «ничего не выйдет». Эта мысль застряла в голове, как заусенец. Отмотать время назад и всё исправить не получится. Никаких «если бы», никаких шансов переписать прошлое. Оставалась лишь реальность — пострадавшие подруги и чувство вины, которое давило на грудь. Алёнка сжала кулаки и глубоко вдохнула. «Значит, нужно просто… поговорить с ними. Сказать всё, как есть. Даже если они будут злиться. Даже если не простят…» Внутри всё сжалось от этой мысли, но вместе с тем появилось и странное ощущение решимости. Может, это и был её шанс. Она поднялась с места, бросила тетрадь в сумку и направилась к выходу, ощущая, как её сердце колотится всё сильнее. Сегодня она наконец-то сделает первый шаг. Выходя из кабинета, Алёнка остановилась на мгновение, чтобы перевести дух. Сердце колотилось, ладони вспотели. Она огляделась по сторонам и заметила троицу — Варю, Машу и Снежку — они как раз шли по коридору, обсуждая что-то между собой. — Девчонки! — выкрикнула она, не выдержав, и звук её голоса эхом прокатился по пустеющему коридору. Троица остановилась. Варя первой повернулась — её взгляд был холодным, губы сжаты в тонкую линию. Маша тоже обернулась, но на её лице читалась странная смесь грусти и тихого осуждения. Снежка, опираясь на костыли, глянула на Алёнку дольше других, и в её глазах светилась не злость, а скорее боль — та, что не выражается словами. Алёнка замедлила шаг и, подойдя ближе, почувствовала, как внутри всё сжимается. Казалось, воздух стал тяжелее. — Мы можем поговорить?.. Ну… если у вас есть время, и если вы не против… — робко начала она, не смея поднять глаза. — Мы тебя слушаем, — сухо отрезала Варя, даже не дав договорить. Этот тон был ледяным, и Алёнка непроизвольно вздрогнула. Она нервно сглотнула, заставляя себя встретить взгляд Вари, и, набрав воздуха, заговорила: — Девочки… я… хочу извиниться перед вами. — Голос её дрогнул, но она продолжила, сжимая пальцы в кулаки. — Я понимаю, что совершила ужасный поступок. На флайтболе… я не должна была так поступать. Я просто… я не знала, как всё обернётся… Варя резко вскинула руку, словно отсекая её слова. — Извини, Алёнка, но нет, — сказала она холодно, отчеканивая каждое слово. — Что?.. — выдохнула Алёнка, словно не поверив. Мир вокруг будто замер. Она перевела взгляд на Машу, и в её глазах светилась мольба. — Маш… — тихо позвала она, почти шёпотом. Но Маша лишь отвела взгляд, словно не решаясь что-либо сказать. — Снежка… — выдохнула Алёнка, надеясь хотя бы на её поддержку. Снежка долго смотрела на подругу, и на секунду показалось, что она ответит. Но потом, опустив голову, медленно отвернулась, сжимая костыли так, что побелели пальцы. Тишина растянулась между ними. Для Алёнки эти несколько секунд казались вечностью — в ушах стучала кровь, в груди нарастала боль. — Если это всё, что ты хотела сказать… — первой нарушила молчание Варя, её голос был твёрдым, но в нём звучала скрытая усталость, — то у нас есть дела поважнее. — Постойте! — вдруг выкрикнула Алёнка, её голос прозвучал отчаянно, словно последняя попытка удержать что-то важное. Девочки, уже готовые отвернуться и уйти, снова остановились и обернулись к ней. Их взгляды были тяжёлыми, колючими, и от этого у Алёнки внутри всё сжималось. Она стояла, не зная, что сказать. Мысли путались, дыхание сбивалось, а колени слегка дрожали, будто вот-вот подкосятся. Несколько мучительно долгих секунд она просто молчала, но потом, собрав остатки храбрости, наконец произнесла: — Может... я могла бы что-то сделать... чтобы вы... смогли простить меня? — её голос дрожал, слова выходили с трудом, словно застревали в горле. Варя тяжело выдохнула, на секунду прикрыв глаза, и устало коснулась пальцами уголка глаза, будто сдерживая раздражение или усталость. После этого она открыла глаза и посмотрела прямо на Алёнку. — И ты думаешь, что этим можно исправить всё? Что-то одно, и мы вдруг забудем то, что было? — её голос звучал спокойно, но в этой спокойности чувствовалась холодная твёрдость, словно ледяная стена, в которую Алёнка только что ударилась. Варя сказала это, и в её взгляде не было злобы — только усталость и разочарование. Но именно это било по Алёнке сильнее, чем любые крики или обвинения. Алёнка перевела взгляд на Машу, в её глазах теплилась слабая надежда. — Маш... я правда... я готова на всё, лишь бы ты... вы снова приняли меня... — её голос звучал почти умоляюще. Маша сжала руки в замок, её плечи слегка дрогнули. Она опустила взгляд в пол, будто боялась встретиться глазами с подругой. — Я не могу, Алёна, — произнесла она тихо, но в её голосе сквозила горечь. — Каждый раз, когда я вспоминаю тот день... я вижу не чужого человека, а тебя. И это самое больное. Сердце Алёнки болезненно сжалось. Но она не сдавалась и, почти со слезами, посмотрела на Снежку. — А ты?.. Снежка... хоть ты... — прошептала она. Снежка стояла, опираясь на костыли. В её глазах было больше печали, чем упрёка. Она молча смотрела на Алёнку несколько секунд, потом тяжело вздохнула. — Мне тоже больно, — наконец сказала она мягко. — Я хочу снова верить тебе, хочу... но сейчас я не могу. Прости, Алёнка. Эти слова добили её сильнее всего: в них не было ни злости, ни насмешки, лишь горькая правда. Между ними повисло тяжёлое молчание. Алёнка почувствовала, как земля уходит из-под ног — её попытка примирения рухнула прямо на её глазах. Варя, Маша и Снежка переглянулись, и Варя первой двинулась вперёд, уводя подруг за собой. — Идёмте, девочки, — бросила она через плечо. Маша последовала за ней, опустив голову. Снежка задержалась на секунду, ещё раз глянула на Алёнку — взгляд её был полон печали, Снежка слегка прикусила губу, будто собиралась что-то добавить. Но ни одно слово так и не сорвалось с её уст. Она тяжело вздохнула, отвела взгляд и, опираясь на костыли, развернулась. Алёнка осталась стоять посреди коридора, чувствуя, как её горло сжимается, а в глазах предательски щиплет. Всё вокруг стало странно тихим, будто сам колледж отвернулся от неё. Коридор казался слишком длинным, слишком пустым. Она опустила голову, её плечи опали. «Вот и всё…» — подумала она, чувствуя, как холод прокатывается по спине. Но где-то внутри появилось странное ощущение — не конец, а начало чего-то нового. Боль, горечь, решимость — всё смешалось. Она глубоко вдохнула, пытаясь не расплакаться, и медленно пошла в другую сторону, чувствуя, что впереди её ждёт ещё более трудный путь. — Ну надо же, посмотрите-ка, кто тут у нас, — раздался насмешливый голос, который Алёнка меньше всего хотела слышать в этот момент. Она резко обернулась. В нескольких шагах от неё стояла Любава — всё такая же надменная, с самодовольной улыбкой. Рядом, словно тени, стояли её неизменные спутницы: Настасья, высокая и широкоплечая, больше похожая на богатыря, чем на волшебницу (магией она и правда не владела, но кулаки её заменяли любые заклинания), и Кики — маленькая, взъерошенная, с жёлтыми глазами, всегда готовая к колкостям. Их ухмылки были синхронны, будто они заранее репетировали эту сцену. — Чего тебе, Любава… — произнесла Алёнка, стараясь сдержать раздражение, но голос всё равно прозвучал жёстче, чем она хотела. — Ой, ну что ты, — протянула Любава, сложив руки на груди и делая вид, что её слова полны заботы. — Я же не враг тебе. — Она медленно шагнула ближе, и в её голосе прозвучала едва заметная издёвка. — Признаться честно, мне тебя даже жалко. — Жалко? — переспросила Алёнка, сжав кулаки, но Любава её перебила. — Ну да, — продолжила она с улыбкой, от которой хотелось провалиться сквозь землю. — Так нелепо получилось, правда? Твои подруги — раз, и отвернулись от тебя. Даже Снежка, бедняжка, на костылях, и та предпочла пойти за Варей, а не за тобой. Наверное, больно? Её подружки не выдержали и громко расхохотались, Настасья при этом хлопнула себя по колену, а Кики даже издала тонкий визгливый смешок. Смех их был неприятным, будто хруст стекла под ногами. Алёнка почувствовала, как по её коже пробежал холодок. Её сердце забилось быстрее, щеки вспыхнули от унижения. Она сжала зубы, чтобы не сказать лишнего, а ногти больно впились в ладони. — Знаешь, Любава, — выдохнула она, — у меня нет времени на твои глупости. И, не дав им насладиться своим раздражением, Алёнка резко развернулась и пошла прочь, стараясь не бежать, но шаги её становились всё быстрее. Смех троицы звучал ей в спину, эхом отражаясь от стен, словно издевательский звон колокольчиков. С каждым шагом злость внутри Алёнки росла. Она чувствовала, что её обида и унижение сливаются в одно тягучее, жгучее чувство. «Когда-нибудь, — подумала она, — вы перестанете смеяться». Но вместо того чтобы сорваться, она глубоко вдохнула, прикусила губу и продолжила идти вперёд, решив хотя бы сейчас не дать им повода радоваться её слабости. Аудитория профессора Кривозуба гудела лишь от тихих шагов и шуршания перьев по пергаменту. На стенах светились магические лампы, мягко отбрасывая голубоватый свет, а в воздухе ощущалось лёгкое напряжение — сегодня был тестовый день. — Итак, — произнёс профессор, ударив костяшками по кафедре так, что многие вздрогнули. — Сегодня мы проверяем вашу защиту. Цель проста: удержать магический купол как можно дольше. Сила удара будет постепенно возрастать, а вы должны показать, насколько готовы к реальному бою. Ученики выстроились в полукруг. В центре уже появилось тренировочное заклинание — сфера из светящейся энергии, готовая бить по щитам. Первым вызвали Эя, того самого невидимку. Все заметили, как воздух слегка дрогнул — значит, он вышел вперёд. Его прозрачная фигура сформировала купол, но едва первый энергетический импульс ударил по защите, щит треснул и рассыпался, а Эй отлетел на пару шагов назад. — Провал, — сухо отметил Кривозуб, делая пометку в журнале. — Следующий. Волод вышел уверенно, но результат оказался не лучше: его купол развалился после второго удара, и парня слегка отбросило. — Слабая концентрация, — нахмурился профессор. — На тренировках работать вдвое больше. Настасья даже не вышла на полосу — она, как обычно, пожала плечами и сказала: — Профессор, вы же знаете, у меня магии нет. Кривозуб устало махнул рукой, и её имя в журнале просто перечеркнули. Кики выглядела нервной, но всё-таки решилась. Её купол появился неровным, с проплешинами, и каждый удар по нему заставлял её буквально вздрагивать. Последний импульс едва не сбил её с ног, но она устояла. — С трудом, но держала до конца, — хмыкнул Кривозуб. — Мог бы поставить «три», но пока это тестовый вариант, без поощрений. Кики выдохнула с облегчением и поспешила обратно к подружкам. Снежка сидела в стороне, её костыли прислонены к стене. Профессор даже не стал вызывать её, только коротко кивнул: — Освобождена по состоянию здоровья. Несмеяна, напротив, вышла уверенно. Её купол был почти идеальным — ровный, прозрачный, с лёгким сиянием. Она выдержала все удары, и даже когда профессор повысил мощность импульсов, её защита не дрогнула. — Могла бы заработать «четвёрку», — признал Кривозуб, делая пометку в журнале. — Но сегодня тестовый день, оценок не ставлю. Несмеяна лишь кивнула, спокойно возвращаясь на место. Алёнка, наблюдая за всем этим, ощущала, как её пальцы сжимаются в кулаки. Она знала, что и сама должна будет пройти этот тест — и понимала, что не имеет права на провал. — Неплохо справились, Несмеяна, — произнёс профессор Кривозуб, делая отметку в журнале. Его голос прозвучал сухо, но в нём чувствовалось удовлетворение. — Так… кто у нас следующий… Он провёл пальцем по списку и, наконец, произнёс: — Алёна Рыжова! Алёнка вздрогнула, словно её окатили холодной водой. Сердце больно ударилось о рёбра. Она поднялась с места, чувствуя, как на неё устремились десятки взглядов одноклассников. В ушах зазвенело от напряжения. — Вперёд, Рыжова, у нас тут очередь, — сухо бросил профессор, не отрывая взгляда от журнала. Алёнка глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки. Сделав шаг, она почувствовала, как пол под ногами слегка отдаёт вибрацией от работающей турели. Каждый её шаг казался слишком громким. Она дошла до центра зала и остановилась на противоположном краю площадки, прямо напротив магической турели. Та с тихим гулом повернулась к ней, кристалл в её центре медленно засиял, готовясь к атаке. Алёнка машинально вытерла потные ладони о подол мантии, пытаясь не показать страха. Она знала, что в этот момент за ней наблюдают все — и профессор, и её одноклассники, и даже те, кто только что вернулся на места. — Сосредоточься, — прозвучал голос Кривозуба. — Купол должен быть стабильным с первой же секунды. Любая ошибка — и ты получишь по шлему. Алёнка кивнула, глубоко вдохнула и подняла руки, готовясь создать защиту. В животе неприятно сжалось, словно предупреждая её, что сейчас что-то пойдёт не так. На счёт турели. Компактное тренировочное устройство, предназначенное для испытания защитных заклинаний учеников. Турель не наносит летального урона — она имитирует реальные боевые ситуации с помощью контролируемых магических зарядов, помогая студентам развивать реакцию и совершенствовать навыки защиты. Внешний вид: Корпус: Сферический или цилиндрический, примерно по колено взрослому человеку. Выполнен из тёмного металла, по поверхности которого выгравированы светящиеся руны. При активации они вспыхивают мягким светом, создавая ощущение магической энергии внутри. Основание: Турель может стоять на треноге или парить над землёй с помощью антигравитационной платформы, что позволяет ей перемещаться по арене на небольшой скорости. Ядро: В центре корпуса расположен полупрозрачный кристалл, испускающий мягкое свечение. Его цвет меняется в зависимости от режима атаки: Синий — щадящий импульс. Красный — силовой заряд. Зелёный — ослабляющие чары. Фокусатор: Вместо привычного ствола — вращающееся магическое кольцо, формирующее энергетические сгустки. Во время зарядки вокруг кольца появляются искры или светящиеся символы рун. Функционал: Режимы атаки: 1. Импульсный — быстрые, слабые заряды, легко блокируемые щитами. 2. Накопительный — 3–5 секунд зарядки, после чего выпускается мощный сгусток энергии. 3. Случайный паттерн — хаотичные атаки, заставляющие ученика адаптироваться на лету. Уровни сложности: можно настраивать мощность зарядов, частоту стрельбы и скорость перемещения. Обучающий режим: после каждой атаки отображает голографическую подсказку с демонстрацией идеального блока или уклонения. Магическая защита: Руны на корпусе создают прочный магический барьер, предотвращающий разрушение турели. При критических повреждениях устройство мгновенно телепортируется в безопасную точку и отключается, чтобы избежать травм или повреждений оборудования. — Вы готовы, Рыжова? — голос профессора Кривозуба прозвучал гулко, будто ударил по тишине аудитории. — Д… да, — ответила Алёнка, пытаясь, чтобы голос не дрожал, и шагнула чуть вперёд. Она глубоко вдохнула, сосредоточилась и активировала магический купол. Вокруг неё разлилось яркое пламя, очерчивая сферу, которая на секунду озарила весь зал теплым золотым светом. Алёнка стояла в центре, стиснув зубы, готовая выдержать испытание. Турель издала низкий гул, кристалл в её центре засиял, заряжаясь. — Внимание, — коротко произнёс Кривозуб. Раздался резкий хлопок, и первый энергетический заряд сорвался с турели. Он летел прямо на Алёнку, оставляя за собой тонкую светящуюся линию. Девочка зажмурилась, сжав кулаки. В тот же миг по залу прокатился резкий, неприятный звук — будто треснуло толстое стекло. Купол разлетелся искрами, мгновенно погас, а снаряд ударил в пол в паре шагов от Алёнки, оставив обугленное пятно. На секунду в классе воцарилась тишина. Потом послышался смех. Эй и Волод переглянулись и громко расхохотались. Кики прыснула в кулак, Настасья покачала головой с усмешкой, а Любава, едва сдерживая смех, откровенно хмыкнула: — Вот это защита, Рыжова, прямо пример для учебника! Даже Несмеяна — вечно заносчивая — слегка приподняла уголок губ, наслаждаясь зрелищем. Только Корвин никак не отреагировал, продолжая равнодушно листать свой конспект, словно всё происходящее его не касалось. Алёнка почувствовала, как лицо заливает жар — то ли от стыда, то ли от ярости. Она опустила взгляд в пол, боясь встретиться глазами с кем-либо. Варя сидела с каменным лицом, но её слегка нахмуренные брови говорили, что она недовольна увиденным — хотя вряд ли это было сочувствие. Маша отвела взгляд в сторону, не желая встречаться с Алёнкой глазами. Снежка тихо нахмурилась, и на её лице проступила явная грусть — видно было, что ей неприятно видеть подругу в таком положении. — Я разочарован вами, Рыжова, — холодно произнёс профессор Кривозуб, убирая запись в журнал. Его глаза сверкнули недовольством. — Надеюсь, на официальном тестировании вы покажете хоть что-то лучше. Иначе… даже не знаю, что с вами делать. Эти слова ударили по Алёнке сильнее, чем насмешки одноклассников. Она молча кивнула, чувствуя, что ком подступает к горлу, и быстрым шагом вернулась на своё место, стараясь не смотреть ни на кого. Спортивный Зал. Преподаватель: Владислава Владимировича/Морок/Влад/Владик. Наступил урок физкультуры. Все ученики, за исключением Снежки, были в спортивной форме — яркие тренировочные костюмы, туго завязанные шнурки на магических кроссовках, потёртые перчатки для работы с снарядами. Коридор спортивного зала наполнялся лёгким гулом голосов и скрипом обуви по паркету. Влад проходил по списку, проверяя, все ли присутствуют. Его взгляд был внимательным и строгим, он замечал каждый пропуск, каждый намёк на попытку увильнуть от нагрузки. — Так, — произнёс он, останавливаясь в центре зала. — Сегодня бегаем десять кругов, и без остановок. Мне не нужны оправдания, усталость — это не повод останавливаться! Он резко повернулся к Снежке, которая стояла рядом и слегка прихрамывала из-за травмы ноги. — А ты, Снежка, — продолжил Влад, мягче, но твёрдо — к окончанию урока сдашь мне эту книжку. Я проверю, как усвоила теорию магии через практику. Снежка кивнула, прижимая учебное пособие к груди, и осторожно направилась к скамейке без спинки. Её шаги были медленнее, чем у остальных, но решимость в глазах говорила, что она не собирается сдаваться. Влад не терял времени. Он взял в руки свисток, свистнул резко и громко — звук разрезал воздух, эхом отзываясь от стен спортивного зала. — Бегом, марш! — скомандовал он, и все ученики мгновенно начали пробежку, шагая в строгом порядке и пытаясь держать одинаковый ритм. Паркет скрипел под ногами, дыхание учащалось, и зал наполнялся звуками шагов, смешанными с лёгким шумом магической энергии, исходящей от учеников, которые пытались поддерживать силу своих тел и заклинаний одновременно. Алёнка, краснея от усилий, старалась не отставать от остальных, хотя ноги подкашивались от усталости. Несмеяна энергично бежала впереди, оглядываясь с усмешкой на тех, кто отставал. Варя, напротив, бежала строго по линии, словно выполняла ритуал — каждый шаг точен и выверен. Маша, стараясь не потерять дыхание, временами оглядывала Снежку, как бы подбадривая подругу взглядом. Влад шёл вдоль круга, наблюдая за всем происходящим, проверяя технику бега, положение тела и дыхание учеников. Его глаза иногда задерживались на тех, кто начал сбавлять темп, и он тут же подавал короткий, строгий сигнал рукой или криком: — Внимание, держите темп! Не расслабляйтесь! Шум шагов, смешанный со свистком и командами Владислава, создавал ощущение строгой дисциплины, но одновременно в воздухе витала энергия соревновательности — каждый хотел показать себя лучше других, не уступить ни шагу. После того как основной блок упражнений был завершён, урок перешёл в фазу разминки. Ученики поочерёдно выполняли подтягивания, лёгкие приседания, наклоны и растяжку, а затем переходили к более сложным упражнениям — прыжки с утяжелителями, баланс на одной ноге, ускорения с магическим сопротивлением. Спустя примерно половину урока, даже самые выносливые начали чувствовать усталость: руки горели от напряжения, дыхание учащалось, мышцы стягивались, а магическая энергия учащённых учеников начала медленно рассеиваться. — Так, перерыв десять минут, — произнёс Влад, окидывая взглядом класс, — а после… — он задержал взгляд на волейбольном мяче, который стоял у стены, — можете сыграть в волейбол. Он легко бросил мяч в сторону группы, и ученики с радостью начали обмениваться ударами. Звуки столкновения мяча с руками и полом, смех и крики раздались по залу, придавая атмосфере расслабленности и лёгкой соревновательности. Алёнка откинулась на стену, прижавшись спиной к холодной поверхности. Она чувствовала, как мышцы постепенно расслабляются, но в груди оставалась тяжесть. Она пыталась отдохнуть, закрыла глаза и глубоко вздохнула, позволяя себе несколько секунд покоя. Когда же взгляд её невольно пробежался по залу, она заметила Любаву, Кики и Настасью, стоявших немного в стороне и тихо перешёптывавшихся, едва сдерживая смех. Их взгляды периодически останавливались на Алёнке, и это мгновенно заставило её почувствовать себя неловко. Сердце ёкнуло, и по спине пробежал холодок. Алёнка с трудом отвела взгляд от них и посмотрела на своих бывших подруг — Варю, Машу и Снежку. Они сидели на скамейке, спокойно беседуя и смеясь между собой, словно ничего и не произошло. Глубокая печаль и чувство собственной изоляции захлестнули её. Ей стало больно и одиноко. Влад, заметив её напряжённость, подошёл к ней, его шаги звучали твёрдо и уверенно по деревянному полу. — Рыжова, — произнёс он, слегка наклонив голову, чтобы привлечь её внимание. Алёнка вздрогнула и обратила на него взгляд, пытаясь сосредоточиться. — Ко мне в кабинет, — сказал он, — обсудим твою успеваемость по физкультуре. Он повернулся и уверенно направился к выходу из зала, а Алёнка с трудом поднялась со скамьи, чувствуя, как ноги будто ватные от усталости, и медленно пошла за преподавателем. Каждое движение давалось с усилием: мышцы ноют, дыхание учащённое, сердце стучит, а мысли не давали покоя — о тренировке, о подругах, о собственных ошибках и страхах. Дойдя до кабинета, она едва успевала переставлять ноги, но понимала: разговор с Владом неизбежен, и теперь её ждёт не только физическое испытание, но и моральное — необходимость объясниться и доказать, что она способна справиться со всеми трудностями. — Ну… — произнесла Алёнка, слегка опустив взгляд. — Что насчёт моей успеваемости? Влад недовольно приподнял бровь, а затем лёгким, почти дружеским, но всё же строгим подзатыльником напомнил о дисциплине. — Ай! За что? — возмутилась Алёнка, отпрыгнув назад, чувствуя, как по коже пробежал лёгкий холодок от неожиданности. — Боже, рыжая, не тупи, — пробурчал Влад, устало покачав головой. — Я не о твоей успеваемости хотел с тобой говорить. Алёнка нахмурилась, слегка наклонив голову набок, и с непониманием посмотрела на него: — Ну а о чём тогда? — спросила она, пытаясь уловить смысл его слов. Влад отставил взгляд в сторону, недовольно вздохнул и медленно повернулся к Алёнке: — О девочках, — произнёс он, сдерживая тон строгого наставника. Алёнка замерла на месте. Слова Владислава ударили прямо в сердце — сначала шок, а затем тягучая грусть разлилась по груди. Она молча опустила плечи и повернулась чуть в сторону, пытаясь унять волну переживаний, которая накатила на неё после воспоминаний о Варе, Маше и Снежке. — Рыжая, — продолжил Влад, используя привычную кличку, — сейчас не до твоих нюней. Ты должна помириться с… — Я пыталась! — резко перебила его Алёнка, голос дрожал от смеси обиды и отчаяния. — Пыталась… Владик… Слова «Владик» сорвались с её губ непроизвольно, почти детским оттенком, который мог бы вызвать раздражение у строгого наставника. Но Влад лишь глубоко вздохнул и отвернулся, не реагируя на прозвище. Сейчас не было времени на раздражение или шутки — важнее было то, что его слова касались самой сути: девочки и то, как Алёнка должна действовать, чтобы восстановить хотя бы часть доверия и дружбы. Алёнка опустила взгляд, почувствовав тяжесть собственной вины и невозможность мгновенно исправить ситуацию. Она понимала: разговор с Владом был лишь началом того, что придётся пройти, и впереди её ждала непростая дорога — к примирению с подругами и к осознанию своих ошибок. Но кроме всего этого в голове Алёнки постоянно крутилось одно и то же: Вейл. Тот самый незнакомец, который на протяжении этих трёх дней словно исчез из поля зрения — и это, с одной стороны, было даже хорошо. Не нужно было идти в его логово в глубь леса, рискуя жизнью. Хотя, если честно, для Алёнки это почти не имело значения — она бы пошла, если бы понадобилось. Но оставался один вопрос, который не давал ей покоя: как получить доказательства его злодеяний? Как доказать преподавателям и себе самой, что этот человек способен на всё, что угрожает её друзьям? Мысли метались, словно рой пчёл: варианты, планы, невозможные сценарии — всё одновременно. Алёнка понимала, что действовать нужно осторожно, но в то же время решительно. Любая ошибка могла стоить жизни её подругам, а это чувство ответственности тянуло вниз, делая шаги будто тяжелыми, а голову — слишком загруженной. Влад, который всё это время находился рядом, пытался что-то сказать, касающееся девочек, но она не слышала. Она была полностью погружена в свои мысли, в попытки найти хоть малейший выход из ситуации. Он повторял слова, подсказывал варианты действий, но всё это для Алёнки казалось пустым шумом — её сознание было забито только одной мыслью: Вейл и его угроза. Влад заметил это. Его глаза сжались в узкую линию, на лице появилась тень недовольства. Он понял, что слова не доходят, что она не слышит его, что её внимание полностью захвачено другим. С тихим, но строгим вздохом Влад подошёл к задумавшейся Алёнке и, без предупреждения, дал ей подзатыльник. Но этот раз подзатыльник был куда мощнее, чем предыдущий — словно напоминание, что внимание нужно сосредоточить, что время на раздумья есть, но оно не ждёт. Алёнка вздрогнула, от неожиданности её мысли мгновенно прервались. Она почувствовала удар как сигнал: пора собираться, решать и действовать. И хотя боль покалывала в висках, в голове наконец прояснилось: нужно действовать аккуратно, но решительно, искать доказательства и одновременно быть рядом с подругами. Влад, не произнеся ни слова, отошёл на шаг назад, наблюдая, как Алёнка наконец пришла в себя и сосредоточилась на том, что действительно важно. — Дорогая моя Алёна, — неожиданно мягко произнёс Влад, и эти слова прозвучали так непривычно, что Алёнка на миг растерялась. Она впервые слышала подобные слова от бывшего трёхсотлетнего князя, который теперь оказался в теле восемнадцатилетнего парня. — в его голосе было столько странной, почти отеческой доброты, что это сбило её с толку. — Я твой друг, Рыжая, — продолжил он с той же мягкой улыбкой, отчего Алёнка и вовсе растерялась. — И пытаюсь помочь тебе, помочь тебе наладить отношения с твоими подругами, чтобы ты наконец перестала ходить с этой вечной грустью на лице. Но в следующую секунду выражение Влада резко переменилось — словно вспышка молнии озарила его лицо. Его брови сошлись, а в глазах сверкнул гнев. — ПОКА ТЫ, — рявкнул он так, что Алёнка вздрогнула всем телом, — В ЭТО ВРЕМЯ О ЧЁМ-ТО СЕБЕ ТАМ МЕЧТАЕШЬ!? Громкий голос Влада, обычно спокойного и сдержанного, словно ударил её по ушам. У Алёнки по спине пробежал холодок, сердце болезненно сжалось. Она никогда не видела его таким — грозным, серьёзным, даже немного страшным. Мысли вихрем пронеслись в голове: "Кого мне теперь бояться больше — Владика или Вейла?" От этой мысли стало не по себе ещё сильнее. — И Я НАДЕЮСЬ, — продолжил Влад, всё ещё тяжело дыша, но постепенно сбавляя тон, — ЧТО ТЫ ДУМАЕШЬ О ТОМ, ЧТОБЫ ПОМИРИТЬСЯ С ДЕВОЧКАМИ?! Последние слова прозвучали уже тише, но от этого не менее серьёзно. Влад выпрямился, провёл рукой по волосам, будто стряхивая с себя гнев, и уже спокойнее добавил: — Ведь так? Алёнка стояла на месте, чувствуя, как подрагивают колени. Слова застряли где-то в горле, а голос, казалось, не слушался её. Она пыталась что-то сказать, но вместо этого лишь выдохнула, опустив взгляд в пол. Что ему ответить? — металась мысль. Что я вообще думаю? О Вейле? О том, что, если я не остановлю его, мои подруги могут пострадать снова? Или о том, как мне вымолить у них прощение, если они даже не хотят смотреть на меня?.. Тишина между ними на мгновение стала невыносимо густой. — Я… — выдавила из себя Алёнка, голос дрожал, словно она пыталась вытолкнуть слова сквозь комок, застрявший в горле. Она открыла рот, чтобы продолжить, но в этот момент по коридорам колледжа раздался звонкий звук — звонок на следующий урок. Он пронзил тишину, как удар колокола, заставив девушку вздрогнуть. — З-звонок… — едва слышно прошептала она, будто это объясняло всё, что она так и не успела сказать. Влад закрыл глаза и медленно провёл ладонью по лицу, после чего легонько хлопнул себя по лбу. — Ох, рыжая… — протянул он устало, но уже без злости, глядя на неё. В голосе слышалась смесь раздражения и заботы. — Ладно. Собирайся, иди. Ты свободна. Алёнка кивнула, не решаясь поднять на него глаза, и быстрым шагом направилась к двери. Её сердце всё ещё колотилось, а в груди гулко отзывались слова Влада. Когда дверь за ней закрылась, она выдохнула, словно впервые за всё это время позволила себе снова дышать. КОМНАТА СКАЗОЧНОГО ПАТРУЛЯ. (2.0) Осторожно дёрнув за ручку, Алёнка медленно приоткрыла дверь и заглянула внутрь. Комната была пуста — ни следа подруг. Она облегчённо выдохнула, вошла и аккуратно прикрыла за собой дверь, словно боялась потревожить тишину. Скинув рюкзак, она небрежно закинула его на второй этаж своей кровати и сама тут же поднялась следом. Упав лицом в подушку, Алёнка шумно выдохнула. «День сегодня… насыщеннее некуда», — устало подумала она, глядя в никуда. В памяти мелькали события одного за другим: неудавшаяся попытка помириться с подругами, насмешки одноклассников, провал на защите у Кривозуба, изнурительная физра, где она едва не свалилась от усталости. Сейчас, несмотря на вечер, ей не хотелось делать абсолютно ничего. Она лежала, слушая собственное дыхание и стук сердца, и постепенно начала клевать носом — веки становились тяжелее, мысли путались, всё тело требовало сна. Но вдруг её уши уловили тихий звук — шаги. Едва слышные, осторожные, как будто кто-то нарочно старался идти неслышно. Алёнка резко приподнялась, перевернулась на живот, потом села на колени. Сердце забилось быстрее. Она медленно осмотрела комнату: общий стол, на котором они с девочками делали домашние задания, два шкафа, пустая нижняя кровать, дверь в ванную с магической стиральной машинкой и маленькая дверь в уборную — всё выглядело как обычно. «Может, показалось?» — попыталась успокоить себя Алёнка, но чувство тревоги не уходило. И вдруг — боковым зрением — она заметила нечто. Повернув голову к стене, где был её уголок, она увидела устройство, то самое, которое дал ей Вейл. Оно светилось мягким, но жутковатым тёмно-синим светом. — А-а-а! — визг сорвался с её губ прежде, чем она успела подумать. Алёнка отпрянула назад, зацепившись ногой за одеяло, и кубарем скатилась с верхнего яруса кровати на пол. Удар пришёлся на спину, но она даже не почувствовала боли — сердце колотилось так сильно, что заглушало всё остальное. — Боже… — выдохнула Алёнка, поднимаясь с пола, всё ещё чувствуя, как сердце колотится в груди. — Зачем так пугать?.. Её колени дрожали, но она заставила себя встать. В этот момент кибер-паук, сидевший на её кровати, вдруг резким движением подпрыгнул, приземлившись на столик у окна. Его металлические лапки звякнули по дереву, и он тут же стремительно подбежал к самому стеклу. Алёнка осторожно подошла ближе, пытаясь понять, что он делает. Паук торопливо стучал одной из лапок по стеклу — ритмично, настойчиво, будто призывал её обратить внимание. Сначала она лишь нахмурилась, не понимая смысла этих движений, но потом её осенило: он хочет, чтобы она вернулась к Вейлу. — Мне ведь… нужно к нему? — неуверенно спросила Алёнка, словно ожидая подтверждения. Паучок замер, а затем коротко кивнул — движение получилось почти человеческим, что заставило её по спине пробежать холодок. — Я не могу… — тихо сказала она, делая шаг назад. — В этот раз… если в прошлый раз мне ещё как-то удалось, то сейчас — нет. Я не смогу к нему прийти. — Слова давались ей тяжело, но она всё же договорила, словно обращаясь и к пауку, и к самому Вейлу, если тот действительно наблюдал за ней через своего механического слугу. Паук больше не издал ни звука. Лишь на мгновение его крошечные линзы сверкнули, словно он что-то «обдумал», а затем он развернулся, ловко забрался на стену у окна и, не оглядываясь, скрылся в вентиляции. Алёнка осталась стоять посреди комнаты, чувствуя, как её охватывает странная смесь облегчения и тревоги. — И что мне прикажете делать!? — почти с отчаянием вырвалось у Алёнки. — Я же не могу находиться в двух местах сразу! Сердце бешено колотилось, и, не зная, что делать, она опустилась на край кровати Снежки, уставившись в пол. Мысли метались в голове, одна громче другой, пока наконец не появилась та самая идея. — Или же… — шепнула она себе под нос, и в её глазах мелькнула решимость. Алёнка резко поднялась на ноги, выставила руки вперёд и начала тихо шептать заклинание. Воздух вокруг неё задрожал, в комнате повеяло лёгким озоном. Спустя несколько секунд прямо перед ней материализовалась точная копия — её собственный двойник. Алёнка даже не удивилась — она делала это раньше, хоть и знала, что подобные фокусы редко заканчиваются хорошо. — Так, слушай меня внимательно, — строго сказала она, глядя прямо в глаза своему отражению. Двойник молча кивнул, выражение его лица оставалось нейтральным, но внимательным. — Ты ложишься на кровать, — Алёнка указала на верхний ярус своей двухэтажной кровати, — и просто спишь. И ничего больше, слышишь? Ни шагу из комнаты. — Поняла, — ответила копия её же голосом, коротко кивнув. После этого она молча забралась на кровать, аккуратно устроилась под одеялом и закрыла глаза, притворяясь спящей так естественно, что Алёнка на мгновение почувствовала, как будто сама уже лежит там. — Отлично, — выдохнула девушка, на её лице впервые за вечер появилась слабая, но довольная улыбка. Она направилась к двери, но внезапно остановилась. Взгляд упал на её школьную форму — мятый воротничок, следы пыли после падения с кровати. — Нет, так дело не пойдёт, — пробормотала она себе под нос. — Если уж идти, то выглядеть нужно нормально. С этими словами она подошла к шкафу, открыла дверцу и начала быстро перебирать одежду, выбирая что-то более удобное и менее школьное.

***

Прошёл час. Алёнка, переодетая в тёплую спортивную форму, медленно брела по тёмному лесу, пряча руки в карманы. Ветер шевелил её волосы, а сердце билось так, будто хотело выпрыгнуть из груди. Она шла в сторону логова Вейла, упрямо ступая по влажной земле. В голове уже сформировался план: получить доказательства его тёмных дел и передать их Василисе Васильевне. Если всё пройдёт так, как она надеялась, это станет её шансом остановить Вейла, восстановить репутацию и, возможно, наконец помириться с Варей, Машей и Снежкой. "И всё вернётся на круги своя..." — пыталась убедить себя Алёнка, но в глубине души знала, что это будет непросто. Дойдя до склона, где находился вход в подземелье, она глубоко вдохнула, словно готовясь к прыжку в холодную воду, и начала спускаться вниз по каменным ступеням. Каждый шаг отдавался глухим эхом. Пройдя по знакомому коридору, она остановилась у двери той самой комнаты, где по центру располагался огромный полукруг мониторов. Перед тем как войти, Алёнка тихо активировала запись на телефоне и спрятала его в карман. Войдя внутрь, она сразу заметила Вейла. Он стоял спиной к ней, сосредоточенно что-то печатая на клавиатуре, вокруг него мягко мерцали экраны, переливаясь зелёными и синими оттенками. — Явилась, — произнёс он, не оборачиваясь. Его голос был холодным, но будто бы с лёгкой насмешкой. — Да... явилась, — ответила Алёнка, чувствуя, как в горле пересохло. "А что мне ещё оставалось делать?" — пронеслось у неё в голове. Она осторожно подошла ближе, делая шаги так, чтобы не издать лишнего звука. — Ну... какие сегодня будут указания, сэр? — спросила она, пытаясь, чтобы голос звучал ровно, но в её словах всё равно проскользнула нотка страха. — Пока никаких, — коротко ответил Вейл и наконец обернулся. Его взгляд был пристальным, будто он видел её насквозь. — Сядь. Он указал на кресло рядом с рабочим столом. Алёнка молча кивнула, села, обхватив колени руками, и уставилась на пол. Вейл снова повернулся к клавиатуре, пальцы его застучали быстрее. Комната наполнилась тихим звуком нажатий клавиш и гулом техники, а Алёнка лишь сидела, чувствуя, как напряжение растёт с каждой секундой ожидания. Алёнка, стараясь держаться в рамках своего плана, пока что не решалась задавать слишком много вопросов. Она сидела на кресле, скрестив руки и напряжённо вглядывалась в спину Вейла, который методично набирал что-то на клавиатуре. Звук быстрых щелчков клавиш раздражал и давил, будто специально подчёркивал её беспомощность в этой комнате. Спустя пару минут молчания Алёнка всё же решилась. — Эм... слушайте, Вейл... — начала она робко, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. Парень никак не отреагировал. Его пальцы продолжали танцевать по клавиатуре, взгляд был прикован к множеству строк, мелькавших на мониторе. Алёнка сжала пальцы в кулак, глубоко вдохнула и снова попыталась: — А чем вы... ну, чем вы таким занимаетесь? В её голосе сквозили и любопытство, и страх. Она надеялась услышать хоть что-то, за что можно зацепиться, что станет доказательством. Но Вейл, казалось, даже не услышал её — его лицо оставалось каменным, а руки не останавливались. Секунды тянулись мучительно долго. Алёнка опустила взгляд и почувствовала, как уверенность её плана тает. «Всё идёт коту под хвост... ничего у меня не выйдет», — мелькнуло у неё в голове. Она рискнула ещё раз: — Может, ты хотя бы скажешь... зачем попросил меня отнести этих... как их... наблюдателей? На этот раз Вейл ответил, даже не повернувшись к ней: — Паучьи камеры, — произнёс он холодным, отстранённым голосом. — Если это всё, не мешай мне. Я занят. Когда закончу — пойдём. Алёнка вздрогнула от его резкости и неуверенно посмотрела на его силуэт, освещённый мерцающим светом мониторов. — Пойдём куда? — спросила она, удивлённо и в то же время настороженно. Но Вейл промолчал. Щелчки клавиш стали ещё быстрее, будто он намеренно отгородился от неё, не желая отвечать. Алёнка стиснула зубы и опустила глаза в пол. Внутри всё сжималось от чувства неопределённости: "Куда он собирается меня вести? И... что будет, если я пойду?" Минуты тянулись мучительно долго. Вейл по-прежнему был сосредоточен на своих экранах, пальцы неустанно стучали по клавиатуре, а щёлканье клавиш сливалось в монотонный ритм. Алёнка сидела в кресле, сначала внимательно наблюдая за ним, потом украдкой переводя взгляд на странные приборы по углам этого помещения. Но усталость брала своё. После целого дня учёбы, бесконечных размышлений и ещё этой выматывающей ходьбы по лесу до логова, веки её начали тяжело опускаться. Она пыталась сопротивляться, то расправляя плечи, то незаметно кусая губу, но силы стремительно уходили. Монотонное постукивание клавиш, мерцание экранов и ровный, отстранённый голос машин, что изредка отзывались на команды Вейла, действовали словно колыбельная. Алёнка опустила голову на ладони, прикрыла глаза — и в какой-то момент не заметила, как провалилась в сон. С того момента, как она задремала, прошло то ли час, то ли два — Алёнка не могла вспомнить точно. Проснулась она резко: Вейл растормошил её далеко не самыми добрыми методами, и от этого пробуждения в груди до сих пор неприятно колотилось сердце. Без лишних объяснений он сунул ей в руки сумку, и они двинулись к выходу из логова. Ночь в лесу стояла кромешная, словно сама тьма сгущалась между деревьями, не пропуская ни единого луча луны. Чтобы не спотыкаться на каждом шагу, Алёнка призвала огненную сферу, которая мягко плыла над её ладонью, озаряя путь тёплым золотистым светом. Пламя дрожало на ветру, бросая зыбкие тени на лица. Вейл лишь скользнул на неё взглядом, но ни слова не сказал, продолжая идти вперёд так уверенно, словно дорога сама расступалась перед ним. Вскоре лес кончился, и они вышли на луг. Трава шелестела под ногами, и вдалеке вырисовывалась тёмная громада горы. Алёнка прищурилась — где-то у её основания темнела глубокая расщелина. Она не могла избавиться от ощущения, что гора смотрит на неё пустыми глазницами, будто манила внутрь. Добравшись до входа, они остановились. Вейл бросил на неё холодный взгляд. — Следуй за мной, Алёна, — сказал он и первым шагнул в тьму. А через несколько мгновений, когда их поглотили стены расщелины, его голос эхом отразился в камне: — Если не хочешь здесь остаться. Эти слова прозвучали предостережением. Алёнка сглотнула и шагнула следом, понимая: стоит ей замешкаться или потерять из виду его силуэт — и выхода она уже не найдёт. Они продолжили идти по узкому туннелю пещеры. Каменные стены отражали слабый свет огненной сферы, которую Алёнка всё ещё держала в руке, создавая ощущение, что они идут по коридору, вырезанному из самого мрака. Пока Вейл шёл вперёд, не оборачиваясь, Алёнка осторожно достала телефон и включила микрофон — она решила записать каждое слово, надеясь, что в будущем сможет использовать запись как доказательство его действий. — Слушай, Вейл, — произнесла она, стараясь, чтобы голос не дрожал слишком сильно, — можешь ответить мне на вопрос? Парень продолжал идти молча, будто слова Алёнки не достигали его сознания. — Вот скажи, — она сделала паузу, собирая смелость, — а зачем я тебе вообще? Неужели я для чего-то нужна? Вейл остановился. Алёнка сразу сделала то же самое, не отводя взгляда. Парень медленно развернулся к ней, глаза его блестели в слабом свете сферы. Сердце Алёнки колотилось так, что казалось, сейчас оно выскочит из груди. — Пока… — произнёс он, голос звучал спокойно, почти холодно, но потом замялся на несколько секунд, словно выбирая слова, — ты выполняешь мои задания. Он снова развернулся и продолжил идти, оставляя Алёнку наедине с собственными мыслями. Она поспешила идти следом, стараясь не отставать. — А после? — осторожно спросила она, пытаясь не показывать слишком большого страха. — После, — ответил Вейл, не ускоряя шага, — тебе предстоит достать одну вещь из вашего магического колледжа. Алёнка замерла на месте. Её взгляд упал на огненную сферу в руке. Зачем ему колледж? Что он там ищет? И, главное, зачем нужна именно она? Помочь ему проникнуть туда? Подобные мысли метались в её голове, и каждая новая догадка заставляла кровь стынуть в жилах. Она шла следом, пытаясь скрыть тревогу и одновременно размышляя, как быть дальше. Каждое его слово будто давило на неё, словно она уже оказалась в ловушке, откуда не было простого выхода. — А в данный момент, — произнёс Вейл холодным голосом, не оборачиваясь, — ты будешь выполнять мои требования. Он продолжил путь по тёмному извилистому тоннелю, и шаги его гулко отдавались в каменных стенах. Алёнка, стараясь не отставать, всё же не удержалась и снова заговорила: — А... что ты ищешь вообще в колледже? — её голос дрогнул, но она быстро взяла себя в руки и добавила: — И… что мне нужно будет достать оттуда? Рыжеволосая напряжённо вглядывалась в его спину, но Вейл, как и прежде, молчал. Казалось, он даже не собирается отвечать. Тишина длилась так долго, что Алёнка уже начала думать, что он её просто игнорирует. Наконец, спустя несколько томительных секунд, раздался его низкий голос: — Узнаешь потом. Он слегка повернул голову, и в отблеске огненной сферы на его лице промелькнула холодная усмешка. — А сейчас, — продолжил он, — не отставай. Если, конечно, не хочешь остаться здесь… надолго. От этих слов по спине Алёнки пробежал холодок. Она судорожно сглотнула и, крепче сжав ладонью огненную сферу, ускорила шаги. — Хорошо… — ответила она тихо, почти шёпотом, но достаточно громко, чтобы он услышал. Алёнка больше не пыталась задавать вопросы. Ей показалось, что каждый её лишний звук может стоить слишком дорого. — И... ещё... — начала Алёнка, но замолчала, собираясь с мыслями. Она выдохнула и наконец произнесла: — Я... не смогу выполнять твои указания. Она даже не заметила, как Вейл резко остановился. В следующий миг она налетела на него и, потеряв равновесие, рухнула на холодный каменный пол. Вейл развернулся и, глядя сверху вниз, какое-то время молча наблюдал за ней. Его глаза поблёскивали в темноте, словно два осколка льда. Несколько секунд длились как вечность. Наконец он наклонился и протянул ей руку. — И почему? — спокойно, но с холодной ноткой в голосе спросил он. Алёнка нерешительно ухватилась за его ладонь и встала, всё ещё не сводя с него взгляда. — У меня... — начала она, но тут же сбилась, подбирая слова. — У меня много дел в магическом колледже. Она быстро заговорила, словно оправдываясь: — Сначала нужно сдать лекцию профессора Кривозуба... потом тест на магическую защиту... а после ещё будут сравнивать учеников в бою и... — Хватит. — оборвал её Вейл. Его голос прозвучал жёстко, и Алёнка непроизвольно вздрогнула. Повисла тишина. Она ждала, что он скажет дальше, а внутри её разрывали тревожные мысли — как же успеть всё и не провалиться окончательно? Наконец он снова заговорил: — Я помогу тебе. С этими словами он отвернулся и продолжил путь, словно ничего особенного не сказал. — Я же говорю, я... — начала Алёнка, но резко осеклась. — С-стоп, что!? Она остановилась на месте, ошарашенная услышанным, и смотрела на его спину. — Ты сказал... поможешь мне?.. — прошептала она, не веря своим ушам. — Но не за бесплатно, — произнёс он, его голос прозвучал особенно холодно в каменных стенах пещеры. — Давай сделаем так. Вейл подошёл ближе, и Алёнка ощутила, как на неё будто навалилась тяжесть его присутствия. Он поднял руку и указал прямо на неё: — Ты помогаешь мне. Затем указал на себя: — Я помогаю тебе. Если говорить проще — услуга за услугу. Договорились? Он протянул ей руку. Алёнка застыла, неуверенно глядя на ладонь перед собой. Внутри её словно боролись два голоса: один кричал, что это ловушка, второй шептал, что иначе ей просто не выжить. Она нервно сжала губы, сердце колотилось, и спустя несколько долгих секунд она всё же протянула свою ладонь, коснувшись его руки. — Да... договорились, — выдавила она дрожащим голосом. На лице Вейла мелькнула еле заметная тень улыбки, так казалось Алёнке на первый взгляд думая что лицезреет у него под маской.

***

Вырезана.

***

— То есть никакого взрыва не было!? — воскликнула Алёнка, не скрывая удивления. Она одновременно собирала кристаллы в свой рюкзак и с подозрением смотрела на Вейла. До этого, когда они только вошли в кристаллическую пещеру, девушка воспользовалась моментом: пока Вейл шёл впереди, она осторожно достала телефон и сделала снимок. На фотографии отчётливо запечатлелись сверкающие стены пещеры и силуэт самого Вейла, идущего перед ней. Этот кадр был для неё маленьким доказательством. — Всё верно, — спокойно отозвался Вейл, поднимая очередной кристалл и аккуратно складывая его в свой рюкзак. — В тот день я лишь устроил обвал в комнате твоих бывших подруг. Эти слова эхом отразились от кристальных сводов. Алёнка замерла на миг, чувствуя, как холодок пробежал по спине. Она снова взглянула на сияющие камни, словно пытаясь скрыть за этим движением свои эмоции. Пещера была огромной — стены сверкали разноцветными гранями, отражая свет магического огня, что держала Алёнка в ладони. Казалось, будто они попали в сердце гигантского самоцвета. Каждый шаг отдавался гулким эхом, а магические искры пробегали по поверхности кристаллов, создавая иллюзию живого дыхания. — А зачем тебе нужны эти кристаллы? — наконец решилась спросить Алёнка, аккуратно кладя особенно крупный осколок в свой рюкзак. На удивление, Вейл не проигнорировал её. — Это для моего проекта, — произнёс он коротко, не поднимая глаз. Алёнка подняла брови. — Проекта? — переспросила она, но Вейл уже не смотрел на неё. Девушка озадаченно наблюдала за ним. В памяти всплыли паучьи наблюдатели, что следили за каждой её мелочью в комнате. Какая связь между этими кристаллами и его механическими устройствами? Она хотела задать ещё вопросы, но сдержалась. Слишком опасно давить на него сейчас. Тишина вновь воцарилась в пещере, нарушаемая лишь звоном кристаллов, падающих в рюкзаки. Спустя какое-то время они собрали достаточно. Рюкзаки заметно потяжелели, и Алёнка с трудом закинула свой на плечи. — Возвращаемся, — коротко сказал Вейл, перекидывая свою сумку через спину. Его голос прозвучал глухо в глубине пещеры, и, поправив ремень на плече, он двинулся к выходу. Алёнка последовала за ним, чувствуя, как увесистый груз тянет её вниз. Но больше всего её тянула мысль: что за «проект» он затеял и какое место в нём отведено ей. Если она конечно как-то связана с этим. Логово Вейла. Добравшись до логова, они вдвоём почти одновременно рухнули на пол возле массивного стола и аккуратно сложили сумки с добытыми кристаллами. — Фу, наконец-то… — облегчённо подумала Алёнка, пытаясь отдышаться. Руки дрожали от усталости, плечи ныли от тяжёлого груза, и ей казалось, что если она сейчас встанет, то просто свалится без сил. Она невольно взглянула на Вейла. Тот стоял неподвижно, сложив руки за спиной, и в упор смотрел на неё. Его холодные серые глаза не мигали, словно пронизывая её насквозь. Алёнка занервничала, сердце забилось чаще. Между ними повисло напряжённое молчание, тянувшееся вечностью. Вдруг Вейл медленно протянул ей руку. — Благодарю за помощь, — неожиданно спокойно сказал он. Алёнка моргнула от удивления. Она не ожидала услышать таких слов от него. На её лице мелькнула робкая, почти натянутая улыбка, и она неуверенно протянула свою ладонь для рукопожатия. — Н-нет проблем… да и было несложно, — пробормотала она, стараясь не показывать волнения. Но в тот самый миг, когда их ладони должны были соприкоснуться, Вейл резко дёрнул руку вперёд. Его хватка оказалась железной: он схватил её за запястье и, без труда подняв, вытянул вверх. — Эй, что ты… — только и успела сказать Алёнка, но осеклась. На её глазах вторая рука Вейла засветилась магическим светом, и в следующее мгновение из её кармана будто сам собой вылетел телефон. Он завис в воздухе, вращаясь, а затем мягко опустился в ладонь Вейла. Парень даже не смотрел на неё — его взгляд был прикован к устройству. Он без лишних слов начал скользить пальцами по экрану, но телефон встретил его холодным сообщением о блокировке. Вейл медленно поднял глаза и холодно спросил: — Какой пароль? — Я не… — начала было Алёнка, но её голос сорвался на пронзительный крик: — ААААА! Боль прошила её руку. Его пальцы, сжимавшие её запястье, словно превращались в тиски. Казалось, кости вот-вот хрустнут. — Я не повторяю вопросы дважды, — произнёс Вейл ровным, почти безэмоциональным голосом, но от этого стало ещё страшнее. Слёзы навернулись на глаза Алёнки, и она, дрожа, выкрикнула пароль. Парень спокойно ввёл комбинацию, экран разблокировался. В ту же секунду он отпустил её руку, и Алёнка, не удержавшись, рухнула на каменный пол, прижимая ноющее запястье к груди. Она тяжело дышала, в груди клокотала обида и злость, но в то же время её душу сковывал липкий страх. Вейл молча листал её телефон, словно выискивая каждую зацепку, каждый намёк на её предательство. Его пальцы двигались спокойно, но в этом спокойствии чувствовалась угроза, от которой Алёнка покрывалась холодным потом. Она сидела на каменном полу, сжимая запястье и стараясь унять дрожь. В груди клокотал ужас: если он найдёт доказательства… фотографии, записи… тогда всё. Мне конец. Каждая секунда тянулась вечностью. Алёнка старалась даже не дышать громко, лишь кусала губы, чтобы не застонать от боли. Но ноющее запястье горело, будто Вейл оставил на нём невидимый клеймо. Минуты проходили. Тишина нарушалась лишь щелчками экрана и его спокойным дыханием. Алёнка надеялась на чудо — что он не заметит нужных файлов, что просто не туда нажмёт. Но её сердце замирало каждый раз, когда он открывал новую папку. И вот, спустя какое-то время, Вейл прищурился, задержав палец на экране чуть дольше, чем раньше. Алёнка похолодела. Он что-то нашёл? Но уже через секунду он провёл рукой в воздухе, и экран мигнул. Телефон, подчиняясь его магии, оторвался от его руки и медленно поднялся в воздух. Он парил над каменным полом, а затем, словно по насмешке, опустился прямо к Алёнке на колени. Она вздрогнула, торопливо взяла его и дрожащими пальцами открыла экран. Галерея была пуста. Все фотографии — исчезли. Записи голоса — тоже. Папки с заметками стерты подчистую. Даже фон и приложения выглядели так, будто телефон только что купили. Её сердце упало. — Благодари судьбу, что твоя рука осталась цела, — холодно сказал Вейл, глядя на неё сверху вниз. Его голос звучал спокойно, но в каждом слове чувствовалась угроза. Он развернулся и пошёл прочь, не удостоив её больше ни взглядом. — В следующий раз, — его слова отозвались гулким эхом по каменным стенам пещеры, — ты можешь остаться без неё. Алёнка сидела на полу, прижимая телефон к груди так, словно тот всё ещё мог защитить её. Но внутри она чувствовала пустоту и отчаяние. Все её старания, все доказательства, которые она добывала с таким риском… стерты одним взмахом руки.

***

Комната патруля 2.0 На улице уже занимался ранний рассвет. Сквозь лёгкий туман пробивался бледный свет, окрашивая небо серо-розовыми оттенками. Алёнка, тяжело дыша после быстрой ходьбы, наконец добралась до стен колледжа. Она осторожно прокралась внутрь, стараясь не привлекать внимания ни преподавателей, ни случайных студентов, которые могли встать раньше времени. Сердце билось так сильно, что казалось — его услышит каждый встречный. Но, к счастью, коридоры были пусты, и Алёнка, едва сдерживая желание сорваться на бег, направилась к своей комнате. Добравшись, она осторожно толкнула дверь и вошла внутрь. Комната встретила её тишиной: Варя, Маша и Снежка мирно спали в своих кроватях. Только размеренное дыхание подруг напоминало, что она не одна. Алёнка облегчённо выдохнула, но её взгляд сразу упал на верхнюю кровать. Там, на её месте, лежала её собственная копия. Клон дремал, будто был самой настоящей Алёнкой, и на секунду ей самой стало жутко от этого зрелища. — Хватит, — шепнула она себе под нос и щёлкнула пальцами. Копия тут же исчезла, рассеявшись в воздухе лёгким облаком искр. Теперь кровать снова принадлежала только ей. Поднявшись на второй ярус, Алёнка скинула сумку и рухнула на подушку. Всё тело болело, голова гудела от усталости и переживаний. Казалось, что наконец-то можно позволить себе закрыть глаза и хотя бы на пару часов забыть обо всём. Она уже начала проваливаться в сон, когда внезапно раздался звонкий трель будильника. Алёнка резко открыла глаза, сердце ёкнуло — ей показалось, будто это снова Вейл что-то подстроил. Но нет, это был обычный будильник, установленный вчера вечером. — Да чтоб тебя… — мысленно выругалась она, закопавшись лицом в подушку. Сон, которого она так ждала, растворился безвозвратно. День только начинался, а сил у неё уже не осталось.