Мой папа Школьный Психолог

Утро у Арсения началось в 6:30. Он сходил в душ и принялся готовить завтрак для себя и гостя, который ночует у него в гостиной, Антона. Выбор пал на яичницу с колбасой и бутерброды с маслом: быстро и вкусно. Тем временем солнечный свет, пробиваясь сквозь занавеску, легонько касался лица Антона. Он застонал, уткнувшись глубже в подушку. Когда завтрак был готов, Арсений пошёл будить Антона. — Антон! Подъём! — раздался бодрый голос Арсения Сергеевича. — Пора собираться в школу. Антон сонно промычал что-то невнятное. — Антон! — голос психолога стал немного строже, но по-прежнему доброжелательным. — Яичница с колбасой остывает! А бутерброды с сыром и ветчиной совсем уж завянут! Пропустишь такой завтрак — и весь день будешь ходить голодным. Антон резко открыл глаза. Запах жареной колбасы и свежего хлеба пронзил его сонное сознание. Он сел в кровати, потирая глаза. – Яичница… с колбасой? – прошептал он, словно не веря своему счастью. – Да, – улыбнулся Арсений Сергеевич, – с лучшим, что есть в нашем холодильнике. А еще какао, если хочешь. Антон вскочил с постели. Дома, в его собственной семье, о завтраке приходилось только мечтать. Никто не готовил ему утром ничего, кроме, может быть, сухого печенья. Это утро было совершенно фантастическим. – Спасибо, Арсений Сергеевич, – пробормотал Антон, чуть покраснев от неожиданной щедрости. – Не за что, Антон, – подмигнул Арсений Сергеевич. – Главное – хорошо позавтракать перед школой. Силы нужны, чтобы справляться со всеми уроками и… с жизненными трудностями. Антон с жадностью принялся за яичницу, проглотив половину порции за пару минут. Бутерброды он ел уже медленнее, наслаждаясь каждым кусочком. – Вкусно, – просто сказал он, уже насытившись. – Вот видишь, – сказал Арсений Сергеевич, наливая себе кофе. – Завтрак – это важно. А теперь – в ванную. Почистим зубы, умоемся и отправимся покорять второе сентября! Умывшись, они оделись и поехали в школу. Арсений аккуратно вел автомобиль, не мешая ученику отдыхать. Когда они добрались до школы, Арсений пришёл в кабинет к Павлу, чтобы поговорить, а Антон пошёл на уроки. — Паш, доброе утро, — начал разговор Арсений. — Арс, доброе утро! Как ночь с Антоном? — ответил друг. — Вообще отлично! Привёл вчера домой, успокоил, накормил, спать уложил, травмы помазал. С утра завтрак сделал — парень от счастья светится, хотя это обычная яичница с колбасой и бутерброды, — сказал Арс, улыбаясь. — Никогда не думал, что дети — это счастье. Почему-то вчера Антон запал мне в душу, и хочется его усыновить. Мои родители не против любых способов появления внуков. Паша задумался: у него есть и жена, и сын, который чуть младше Антона. — Хорошее решение, только как ты это сделаешь? — Деньги есть, с жильём проблем нет, документы в порядке. — Ты прав, — ответил Паша.  После чаепития Арсений ушёл в медицинский кабинет. Начался рабочий день. В обед Арсений поел в школьной столовой и позвал с собой Антона, который также поел и ушёл на последний урок. Беда пришла откуда не ждали: в кабинет Павла Алексеевича зашли сотрудники полиции и опеки. — Здравствуйте, Павел Алексеевич, мы из опеки по поводу ученика вашей школы Антона Шастуна. Он в школе? — спросила девушка. — Здравствуйте, да, он на уроке, — ответил Павел. Сотрудники опеки сели за стол, а директор что-то убирал в папки. — Вы бы тоже сели, разговор долгий будет, — сказала одна из девушек. Павел сел на своё место. — Так что случилось? - Во-первых, поступил сигнал, что ученик не ночевал дома. Во-вторых, дома у него никто не открывает. В-третьих, летом этой семье было уже предупреждение, поэтому есть основания полагать, что что-то не так, - вела разговор девушка с опеки, а в этот момент в кабинете появился Арсений.  -Познакомьтесь, Арсений Сергеевич, человек, который знает, что произошло в семье Антона вчера, - представил друга Воля.  -Здравствуйте, вот что случилось с Антоном. Утром вчера у него был голодный обморок, я как врач привёл его состояние в порядок, и он ушёл домой. Вечером, часов в 8, Антон врезался в меня, был в слезах и с телесными повреждениями. Я привёл его к себе, накормил, опять же привёл в чувства. Он рассказал всё, что происходит дома, - Арсений пересказал то же самое опеки. - Уложил спать, с утра накормил и отвёл в школу. Девушку с опеки ответила, -понятно, спасибо, мы поняли. Приведите Антона, и он поедет с нами. Арсений так и сделал: забрал Антона с урока, и, пока его не увели, сел на корточки перед ним. – Антош, ты должен поехать с органами опеки в детский дом, так надо. Антон обнял Арсения: – Я не хочу, я лучше буду жить где-то, но не там, хотя бы с тобой. Арсений тоже обнял Антона: – Ты также будешь ходить в школу и видеть меня. Я хочу стать твоим опекуном. Давай я дам тебе пару дней, и потом поговорим об этом. – Я тоже этого хочу, – сказал Антон. – Давай пару деньков подумаем, – сказал Арсений. Антон на действия Арсения кивнул, и его повели в машину, и повезли в детский дом. Прошло пару дней, и у Антона и Арсения появилась привычка пить чай и общаться, а также делать уроки Антона вместе.  Антон сидел на стуле, теребя край футболки. Арсений Сергеевич, улыбчивый, но серьёзный, сидел напротив. На столе стояли две чашки с чаем, почти нетронутые. Антон долго решался начать разговор, но в итоге собрался и сказал: — Арсений Сергеевич… Я… я всё ещё думаю об этом. — О чём, Антош? О том, что ты жил в детском доме? — спросил его Арсений. Антон кивает: — Да… и о том, что вы сказали… Арсений Сергеевич отвечает: — О том, что я предложил тебе стать моей семьёй? Я понимаю, это непростое решение. Антон долго собирался с ответом: — Да… Детский дом… Это… не очень. Но там были ребята… — Я знаю. Друзья важны. Но дом — это больше, чем просто друзья. Это место, где тебя любят, где о тебе заботятся, где ты чувствуешь себя в безопасности. Ты этого достоин, Антон. Антон спросил: — А… а как насчёт фамилии и отчества? — Да, это изменится, если ты захочешь. Ты получишь мою фамилию Попов, и отчество будет Арсеньевич. Это будет означать, что ты — моя семья, мой сын. Но ты останешься Антоном. Антон ответил: — Я хочу этого, чтобы как бы была новая жизнь, а мои… биологические родители…? — Как ты знаешь, Антон, суд лишил их родительских прав. Это значит, что они больше не могут заботиться о тебе. Но это не значит, что ты забываешь о них. Ты всегда можешь помнить, что это были твои родители. Хотя можно их и забыть, как тебе комфортнее будет. Антон долго молчит и смотрит в пол. Затем поднимает голову: — А… а вы будете меня ругать, если я что-то сделаю не так? Попов тепло улыбается: — Конечно, буду. Но не для того, чтобы тебя наказать, а чтобы помочь тебе стать лучше. В любой семье бывают правила, но самое главное — это любовь и поддержка. Антон немного улыбается, на душе становится тепло: — Хорошо… Я согласен. Хочу быть вашим сыном. Арсений Сергеевич протягивает руку: — Прекрасно, Антош. Это замечательная новость. Я очень рад. Антон берёт руку Арсения Сергеевича, и оба немного улыбаются. В воздухе витает ощущение надежды и нового начала. В такой приятной атмосфере Антон и Арсений выпили чай и сделали уроки и отчёт. Затем Арсений повёз Антона в место, где он пока живёт. Их двоих впереди ждёт что-то новое и интересное.