Проклятый любовью

…Наутро Драко обнаружил на своей тумбе у кровати небольшой флакон с зельем. Прочитал этикетку: лечебное общего действия, восстанавливающее. Такие готовил крестный. Его зелья такого типа были самыми быстродействующими и сохраняли свою силу надолго. Теперь, используя зелья, Драко всегда будет вспоминать Снейпа. И всегда при виде каждой скляночки, стоящей на полке или на прилавке магазина, будет щемить в груди. Он повертел баночку в руке. Кто принес его сюда? Для него? Поттер позаботился? Драко сходил в ванную комнату, оделся. Рассвет уже наступил, прислуга уже должна завтракать, чтобы успеть приготовить завтрак хозяевам и приступать к другим делам. Надо поторопиться. Но Драко задержался на пару минут – взял флакон и сделал пару глотков. По телу прошлась обволакивающая прохлада, настойка из трав и кореньев. Магическая лечебная энергия напитала сосуды, и Драко показалось, что прибавилось сил. Дышать стало легче. Зелья восстанавливают даже лучше медицинских заклинаний. Когда Драко подавал Поттеру завтрак, хозяин спросил: -Как себя чувствуешь? Зелье помогло? У блондина дрогнула рука, он чуть не пролил кофе, когда выставлял чашку Гарри на стол. -Что с тобой? -Я... Драко почувствовал, что слегка охрип. - Что случилось? Тот помахал головой. -Ннет… ничего. -Я спрашиваю, в чем дело? Видя, что от давления становится только хуже, и Драко начинает как-то плохо дышать, Гарри сбавил обороты. - Ты можешь сказать мне. Обещаю, все останется между нами. Если есть проблема, мы ее решим. Слышишь? -Нет, Гарри.. - удалось выговорить Малфою. - Я не могу... -Не можешь что? Спустя какое-то время Драко сказал: -Я собирался сказать, правда.. Хотел сказать сразу, но это не удалось... Что я не был честен. Я знаю, ты просил быть честным с тобой... Я не хотел, чтобы так получилось... Поттер нахмурился. -Что именно? Что случилось? -Я не сказал правду. Я не вейла. -Что? – Гарри опешил. - Но... -Это мой отец. Поттер отпрянул, уставившись на него. -Почему ты скрыл это? И почему тебя привели ко мне? -Я хотел сказать, но... Гарри вдруг осознал. -Ты предал своего отца? - спросил он опустившимся голосом, чувствуя, как вновь наполняется злобным разочарованием, и всмотрелся в глаза Драко. - Ты обманул моих парней, выдавая себя за вейлу, и оставил своего отца гнить в шахтах, паскуда?! Худшего, чем предательство близкого человека, Гарри не знал. Драко от изумления застыл. -Нет! Нет, нет! Клянусь... Выслушай. Произошла ошибка… так получилось не по моей вине... -Ты что, считаешь, что правда бы не вскрылась?! - рявкнул Поттер. - Малфой, ты реально дурак, возомнивший себя великим интриганом? «Вскрылась бы, конечно... – пронеслось в мыслях Драко. - Но я подумал, что если освобожусь сам, то спасу и его. А если нет... Гарри, я не знал, что меня тут ждет у тебя. Я шел в неизвестность. Я полагал, что ты собираешься использовать вейлу, как раба для утех и издевательств. Как Волдеморт... И такой судьбы я отцу не желал. Я думал, сказать правду опасно.. Если с тобой действительно можно будет поговорить, то скажу все как есть. А если ты станешь мстить мне за все и измываться, то ни к чему... И без того узнаешь и вейлу принудишь к чему угодно, так я хотя бы отсрочу этот момент... Я не знал, что ты правда хотел помочь, мне казалось, что даже на последнем суде ты уже был против нас, потому что так для тебя самого безопаснее… чем проявлять лояльность к бывшим ПСам... Прошу пожалуйста прости...» - все это Драко хотел сказать, но не мог. Ему становилось снова плохо. Сейчас бы еще несколько глотков зелья, они бы помогли. А возможно, ему надо под капельницу с таким зельем. Но все это Драко не мог произнести, потому что легкие отказывались нормально дышать. Его парализовало, хотя он приказывал себе дышать, и вся сила шла на принуждение организма продолжать делать вдох-выдох. -Постой… - Гарри осенило. – А была ли вейла у вашего босса вообще? Или это все спланированная задолго стратежка по-малфоевски? В духе подброшенного дневника в руки маленькой девочки? Ты решил выбраться таким образом. Что получал Эйвери за вранье? Ну? Говори! Драко в страхе умолк, боясь сказать что-то не то и разозлить Поттера еще больше. - Затем, когда я пойму, что ты не вейла, я вытащу твоего отца. Когда вскроется, что вейлы нет, а ты сам об этом якобы не знал, вы оба уже будете на слишком хорошем счету, пустите пыль в глаза, как вам, бедняжкам, пришлось тяжело… и у Поттера не хватит духу сдать вас обратно. Так ты полагал? Вы с отцом так придумали? -Гарри… поменяй нас местами. - Драко смотрел на него с надеждой. - Пожалуйста. Забери отца к себе, а меня туда.. пожалуйста, Гарри… он там погибнет… Поттер приблизил лицо к его лицу, всматриваясь в эти полные несчастья глаза. -Я лжецов, выслуживающихся лицемеров, как ты, ненавижу, - холодно произнес он. - Тебя, Драко, я не по доброте душевной спасал. Как же ты на самом деле жалок. И омерзителен. А твой отец еще более гнусная тварь, чем ты. Что ты тут плетешь мне, уже плевать. Я вас, ублюдков мерзких, знаю! Хитрожопый ты мерзавец. Думаешь, способен меня за идиота держать?! Ты сегодня же отправишься в темницы, только еще ниже на этаж! И твоего папашу я видеть не желаю! Вас обоих! Чтоб вы там загнулись поскорее! Лапшу навешивать мне на уши он будет, как же! Ты если врать собираешься, так ври убедительнее хотя бы. Неудачник. И прикидываться овечкой тут не надо. «Отправь меня обратно». Как благородно. Ты рассчитывал на этом сыграть, да? Поттер же дурак, купится на это вранье, разыгранное по-дешевке. Какое лицемерие! Эта уловка – разжалобить меня, чтобы я освободил тебя за такой благородный порыв – смахивает больше на сценку из маггловской трагедии. Какой же ты жалкий слизеринский ублюдок. У Драко внутри все обмерло, пропало куда-то. Он не мог ответить ничего, стоя в немом шоке, только испуганно взирал на разъяренного, ослепленного гневом гриффа. Понимал, что любое сказанное слово сейчас никак не поможет, только ухудшит положение. Страх заставил оцепенеть в первые мгновения, но внезапно стало отпускать… все легче и легче.. В конце концов, какая разница… для себя он уже принял худший исход и особо не надеялся на то, что Поттер разрешит остаться тут. Надеялся только спасти отца… не вышло.. и правда, какой же он неудачник… «Прости, папа, я не сумел… я провалил все.. не договорился… неудачник… так и есть…» Драко наконец сглотнул. Ошейник стал таким тяжелым, таким жестким… он так сильно натирал и причинял боль. Драко вспомнил, какие ужасные следы от ошейников были у заключенных, которых посадили давно. может, со временем, ошейник натрет ему горло так сильно, что оно перережется само? Гарри что-то продолжал говорить, но Драко смотрел на его губы, кривящиеся в презрении, произносящие что-то жестокое и абсолютно ложное, и думал о том, как исхитриться покончить с собой. -Отвечай! Ты слышал, что я спросил, мерзавец белобрысый? Драко ничего не слышал, сказать тоже ничего не мог, просто язык отнялся. -Ты что, нарочно меня выбесить решил?! – крикнул Поттер. Гарри вызвал охрану и своего секретаря, приказал увести заключенного, после чего отправить в тюрьму, в камеру этажом ниже, чем прежде. …Драко увели. Чертов Малфой. Лживая тварь. Отец пытался в суде защитить его, а тот плевал на него! Решил проскочить, выдал себя за вейлу, мерзавец. Этот трусливый сукин сын даже отца родного продаст. Ублюдыш, ну ей-богу. Не может по-хорошему, ну не может! Да и пусть подыхает в шахтах. Вместе с тем Гарри ощущал, что сердце против. И утихомирить его окажется более трудной задачей, чем он предполагал… ...Работа отнимала много сил, Гарри вел несколько дел, да еще и пытался нарыть что-то на Элизу. Обедать не получалось, только съесть пару сэндвичей и выпить кофе. К ужину должны были прийти друзья, но из-за того, что Гарри экстренно отправился выслеживать подозреваемого в другой город, вернулся ближе к ночи. Друзья ждали его, их уже угостили и расположили в гостиной. Рон сидел у камина, что-то жевал, как всегда, Гермиона пила глинтвейн, а Гарри разглядывал на свет пламени огневиски в своем стакане. Гнев немного стих, и Поттер был мрачен. Ужинал в основном молча, изредка реагируя на реплики, больше слушал, что рассказывают другие. -На работе нелады? - спросил Рон. Гарри помотал головой. -Устал, как собака. Да еще отправил вчера Малфоя в шахты обратно. -Что?? Почему? -Потому что единственное, на что он способен, это наебывать таких кретинов, как я. Заметив непонимающие лица, он пояснил: -Пиздит он снова, ублюдыш. Вернее, почему «снова». Он никогда и не прекращал. - Гарри, ты понимаешь, что это не игрушки? – серьезно спросила Герм. -Знаешь что! Я и так был слишком терпелив. Я вообще мог его не вызволять оттуда. -Да что он натворил? Вы же вроде как пришли к общему знаменателю? -Он соврал, как подонок, что вейла. Друзья растерянно глядели на него. -Драко не понимает всей тяжести своего положения. Просто так никто не отдает никакого заключенного, не позволяет выбраться из шахт. Чего стоило добиться этого... Как же он меня выбесил, сученыш. Я же реально помочь хотел. А он... Воспользовался ситуацией. Думал проскочить. Ещё и напел мне в уши про то, что так само случайно вышло. -И что, выходит, это все миф про вейлу, которую использовал Волдеморт? Как тогда он омолаживался? – поинтересовался Уизли. -Засчет убийств людей? Магглов? – уточнила девушка. -Не знаю, - покачал головой Гарри. - Драко сказал, что вейла – его отец. Я даже подумал, что все это блеф, но маги отдела тайн еще месяц назад предоставили подтверждающую информацию о секретных ритуалах Волдеморта, и все сошлось на семействе Малфой. В какой-то момент я сам начал подозревать, что все это – спланированная операция с целью пустить нас по ложному следу. Но.. если Драко не соврал, значит, нужно вызволить его отца из подземелий, пока до вейлы не добрались невыразимцы. -Отдай распоряжения, пусть там, в шахтах, проверят, всего делов-то, - сказал Уизли. -Нет, Рон. Лучше не распространяться об этом больше, и так уже опасность для вейлы возросла снова попасть в лапы тиранов и садистов. Я сам все узнаю, поговорю с Малфоем-старшим. И придется что-то решать. В том числе с Драко. Как-то спасать его, не наделав шуму на первых порах. Оставлять его там… все равно что в гроб заколотить. Все замолчали, прикинув. Гарри допил последний глоток и отставил стакан на столик. -Может, он и не соврал, Гарри. Это вполне ведь похоже на правду, я про то, что привели его вместо Люциуса по ошибке, - проговорила Гермиона в итоге. – Может, Драко не собирался обманывать тебя. Не руби с плеча. Надо разобраться во всем. Гарри вздохнул, мысленно вспоминая Люциуса. Еще вчера, как только гнев на хоречка стих, и разум с логикой робко постучались в дверь гриффиндорского сознания, Гарри осознал, что все сходится, и картина выглядит цельной, если Люциус был вейлой Темного лорда. Во-первых, выстраивается схема пожирательских магритуалов и подпитки. Во-вторых, становится ясной история Абраксаса Малфоя и всего его рода, всех его долгов и попыток выжить в пищевой цепочке тиранов, убедительно настаивавших, что аристократия обязана примкнуть к ним, иначе худо будет всем их семьям. Становится понятно поведение самого Люциуса, вертевшегося, как уж на сковороде. Становится объясним даже феномен хоречка, выглядевшего как зарвавшийся богатый сынок с неокрепшей психикой и продажной душонкой, а на деле – человека с травмами и душевными расстройствами, не принадлежащего фактически самому себе, марионетки. И сам Люциус, даже внешне – то, каким он всегда представал. Как его воспринимал Гарри. Все это становится объяснимо, если принять во внимание, что Люциус – вейла. Его примагничивающая красота и нечеловеческая внешность, сочетающаяся к тому же со слизеринским умом и великолепным чувством такта. Природа вейлы давала ему сверхчеловечью и даже сверхмагическую силу, но она же и убила его, сделав безвольной куклой садиста, пытавшегося узурпировать власть. Гарри понял, что вейла – это ответ на вопрос, почему Люциус всегда влек его. Гарри отрицал этот интерес, душил в себе его на корню. Но на самом деле, регулярно думал о старшем Малфое, ненавидя себя за порочную симпатию. Как вообще можно интересоваться человеком одного с тобой пола, да еще годящимся в отцы, женатым, да еще и слизеринцем... Как надо притягивать, чтобы перечеркнуть это и все равно интересовать?? Гарри подозревал, что тут не обходится без магии, поэтому не спешил записывать себя в извращенца. Правда, он полагал, что это просто недешевое, высококачественное и очень редкое зелье или нарциссическое заклинание, которое использовал аристократ по собственному желанию… Вейла – теперь все становилось на свои места… Если Люциус действительно вейла, то он представляет интерес для многих колдомедиков исследовательского магического центра, а он подконтролен отделу тайн. И, как водится, если интерес медиков чисто научный и созидательный, то интерес властей сугубо военный и экономический. И неизвестно, что хуже, быть рабом одного чокнутого агрессора, питавшего иллюзии о завоевании мира, или стать вещью в руках хладнокровных и расчетливых политиков магического мира, которые тоже пожелают извлечь секрет вечной жизни из силы вейлы для самих себя, и поставить на поток объедки с нее для простого народа, чтобы иметь с этого доход. Это не Дамблдор с Макгонагалл, которые никогда не станут использовать кровь единорога, слезы феникса или ласку вейлы насильственно и в корыстных целях. Свободные вейлы охраняются, заключенные – расходный материал. Сейчас Гарри еще имеет влияние, может сделать из заключенного свою частную собственность, чтобы уберечь, пусть Малфои этого и не понимают пока, видят в этом только рабство и унижение.. Но вечно так продолжаться не будет. Невыразимцы с Поттером давно на ножах, они сделают все, чтобы добиться результатов в свою пользу. Вейлу нельзя оставлять в шахтах, до нее там быстро доберутся. -Скорее всего, Драко просто опять попытался соврать, чтобы спастись, - проговорил Поттер. - Выдать себя за магическое существо… И не понимает, что теперь уже не владеет ситуацией, делает лишь хуже и себе, и отцу. Чем дольше он не будет доверять мне – мне, который его спас, черт возьми! Я сполна доказал ему, что я не враг! – тем больше риск дестабилизации. -Ты был с ним чересчур жесток. -Я лишь пытался заставить его слушаться и пресечь любые саботажи! И, по всей видимости, не зря! -С Драко не работают методы, как с убийцами в шахтах, Гарри. Это только запугало его, - попыталась оправдать его Гермиона. - Я не смогу помогать ему, если он будет мешать. У него что, слизеринская чуйка отказала? Они ведь страстью к самоуничтожению ради великих целей не отличались никогда… Разве он не понимает, что я помогаю ему без материальной выгоды? Он из мира, где все покупается за деньги и любая позиция в свете базируется на том, кто ее купил. А теперь, когда он остался без гроша… Он не сознает, что я просто так, рискуя своим положением, пытаюсь помогать ему? Это поразительно. Насколько он далек от реала. Ну ничего, в подземельях его иллюзии уже развеялись, надо полагать. Начнет контактировать, я надеюсь. -Гарри, Драко не может действовать по своему выбору. Его попытки вывертеться продиктованы тем, что он загнан в угол, - сказала Гермиона. Гарри покачал головой. -Ты просто не была в тот день на заседании. Люциус надеялся смягчить приговор для Драко. А тот плевал на отца с высокой колокольни. -Люциус мог лгать и делать это ради того, чтобы смягчить приговор для себя, а не сына. Это же Люциус, он на все способен, не забывай. -Драко не выдавал его тайну - ждал, что сам воспользуется ею, ублюдыш. -А может, опасался за жизнь отца и не болтал лишнего? - спросила Гермиона. - А Люциус решил каким угодно способом выпихнуть сына из этих ужасных шахт, где только смерть. Драко что сказал тебе? Гарри замолчал. А ведь Драко никак не объяснил. Сказал, что произошла ошибка, и все… Гарри начал орать и просто не дал ему договорить. -Еще аврором зовешься, - подытожила подруга. -Ну, знаешь! Я следствия веду вынужденно, потому что начальство требует. Я спец по задержанию преступников. Мне разбираться в их судьбах допизды. -О! Давай не оправдывайся. Остынь. Поговори с Малфоями. Люциус может быть полезным, если учесть его интересы. Да... Гарри наверно так и убедил себя. Что просто делает что-то в интересах восстановления справедливости. А вовсе не потому, что мысли о Люциусе всегда бередили. Все годы в школе, и после - не утихло, сколько бы Поттер не закрывался от этого. Выбросить светловолосого лорда из головы становилось все сложнее. Судьба сама толкала их обоих навстречу. Гарри признал сам себе, что даже Драко всегда был нитью, связующей с Люциусом, той фигурой, что косвенно обеспечивает контакт с ним и немного приближает возможность хотя бы пересечься взглядами, проходя мимо друг друга. Гарри яростно и жестоко усмирял в себе эту страсть, запрещая любые намеки. Чтобы никто и никогда не уличил бы его в этой слабости. Но никогда не переставал думать о Люциусе. Теперь Гарри не просто имел полную власть над Малфоями, но и оправдание своей страсти в виде магического влияния вейлы, в котором вязнешь, как в патоке. До нынешнего момента Гарри даже старался не слишком часто интересоваться о Люциусе в тюрьме – не желал, чтобы его интерес не имел причины. Всегда нужно искать повод – допрос или еще что-то по работе… Когда запугивал Драко, что с его отцом может сделать что угодно – Гарри, разумеется, не собирался исполнять никаких угроз. Лишь хотел заставить хоречка пойти на контакт. Ошибся – с Драко давление не работает, только хуже делает, принудить насильно к доверию невозможно. Теперь все стремительно менялось. Гарри больше не хотел прикрываться секретными приказами. Сам верховный министр Кингсли Бруствер отдавал распоряжения, чтобы магсущество не досталось оппозиционерам. Но для Гарри это означало лишь то, что сейчас он может использовать шанс вытащить своих неоправданных подсудимых из мясорубки, дать им убежище под своим контролем.