Проклятый любовью

…Вернувшись домой, Гарри обнаружил, что Драко уже одет в одежду прислуги и трудится вместе с остальными. Судя по всему, ему поручили мытье и чистку в доме. Блондин стоял на коленях в рабочей форме и тер щеткой один из длинных ковров, что сейчас был снят с лестницы и развешен на заднем дворе. Последние дни довольно ярко и тепло светит солнце, так что ковер высушится быстро. Драко капал несколько капель зелья в воду, окунал щетку, рассыпал порошок из флакона и долго растирал по ворсу. Зрелище, безусловно, порадовало Поттера. Заносчивого аристократа, всегда язвившего и провоцировавшего, всегда старавшегося побольнее ужалить Гарри и его друзей, видеть таким покорным оказалось несказанно приятно. Шею Драко сковывал ремешок с металлическим обручем – магический ошейник, а на плече, предплечье и щиколотке – выжженные печати заключенного. -Как тебе новая должность, Малфой? – спросил Поттер, подойдя ближе и остановившись у самой кромки ковра, с которого лилась вода. Драко не поднял головы, только мельком взглянул на его ботинки. Ничего не сказал. Это Гарри не понравилось. Взяв его за волосы, он оттянул ему голову и заставил смотреть на себя. -Когда я спрашиваю, надо отвечать. Малфой сглотнул. Боги, какой же он худой. Руки, на которых рукава рубашки были закатаны по локоть, имели вид костей и сухожилий. На запястьях кровавые ободки от кандалов, что Драко носил всего лишь две недели, но этого хватило для его тонкой кожи. Такие же и на ногах… И на шее - от ошейника, но его снимать нельзя. Гарант покорности. Снять его способен только тот, кто одевал, ну или допущен к этому процессу на магическом уровне. -Я задал тебе вопрос. -Здесь лучше, чем там, - прошелестел Малфой, вытянувшись за хваткой, но стараясь не смотреть в глаза Поттеру. -Еще бы. Я рад, что ты осваиваешь новые специальности и познаешь, что такое труд, - Гарри отпустил его и прошел дальше. – После ужина зайди ко мне в комнату. …Драко явился в указанное время. Нажал на ручку двери и вошел. Гарри пил огневиски. -А правильным манерам тебя не научили мои слуги?! Малфой не сразу понял, о чем речь. -Ну же, Драко. К тебе так заходила прислуга? Гарри ожидал, что Драко съязвит что-нибудь в ответ, но ничего такого не последовало. Блондин вышел, постучал и спросил: -Мистер Поттер, можно войти? -Теперь – да, - широко улыбнулся Гарри. – Умница, быстро учишься. Присядь. Драко сел на один из стульев напротив своего хозяина. Его лицо выражало равнодушие, которым он, скорее всего, маскировал ненависть. Гарри присмотрелся. Ну, не может же Малфой радоваться своей участи? Как же он, черт возьми, похож на отца. Словно его молодая копия… Только вот Драко – не Люциус. Гарри глубоко вдохнул, вспоминая старшего Малфоя. Самого красивого человека, которого он встречал. Как Гарри в период жестокого созревания в школьные годы скручивало возбуждением, стоило только Люциусу появиться в зоне видимости или пройти мимо, оставляя за собой шлейф своего парфюма. Как Гарри мучился от магических всплесков на его магию. А это похлеще вставшего члена терзало… Когда вся твоя суть изнутри выворачивается без контакта с магией этого человека. Гарри все списывал на подростковые гормоны, потом научился контролировать… Но забыть не мог. И с каждым разом это не стихало, лишь пугающе нарастало и устрашало тем, что не проходит с годами… От Драко такого Гарри не ощущал. Драко, пусть и копия отца, такой же красивый, лицемерный, изнеженный аристократ, разве что еще более нахальный и зарвавшийся в школе… Но почему-то нет этого ощущения тяги… Поттер прекратил сверлить хоречка взглядом и спросил: -Скажи мне. Сколько у тебя братьев и сестер, двоюродных или троюродных? -Довольно много… - тихо проговорил Драко. - По линии Малфой пятеро, и по линии Блэк – от тети Андромеды, двое. -Вы хорошо знакомы? -Не очень… почти нет… -Как думаешь, кому из них досталось наследство твоего отца? -Не знаю… какой-то девице… мне все равно… у меня все отобрали. -Назови их. Перечисли их имена. -Эдвард, Лаура, Кристина, Аннабель, Том и Роза, Генри… это все. -А Элиза? Такой нет? Драко помахал головой. -Нет. -Ты не знаешь или уверен? -Я уверен, что не знаю. -Мог ли кто-то скрыть от тебя это? -Конечно. Все может быть. -Еще вопрос. В каких отношениях были твоя мать и тетка Беллатрисса? -В ужасных, - сказал Драко, не меняясь в лице, словно это общеизвестный факт. – Они ненавидели друг друга. -Ненавидели? Ты уверен в этом? -Когда я был маленьким… тетя Белла пыталась задушить меня подушкой. Меня спас случай, но моя мать узнала обо всем, и с тех пор никогда не пускала тетю Беллу в дом. Та служила Темному Лорду, а моя мать всегда была против темной стороны. Гарри едва не поперхнулся. -Что сделала?? -Она хотела подстроить все так, будто я уснул и не проснулся. И отец лишился бы наследника. -Но зачем?? -Я не знаю. Она сумасшедшая. Все знали, что она безумна. Но зачем ей это? Устранить наследников среди всех Малфоев она не могла, да к тому же она сама вышла замуж за богатого… Получается, Лестрейндж сразу лишил ее доли, а Блэки спихнули ему безумную не просто так, а именно на таких условиях. Чтобы Белла никому не мешала ни в своем роду, ни в чужом не стала помехой. В отчаяньи Белла пытается создать видимость дружбы с сестрой, принудить Нарциссу вписать себя в завещание и уже планируя уничтожить всю их семью… Нет, это слишком подозрительно. Она бы не стала так бросать на себя тень… Кроме того, в завещании ее нет. Есть ее дочь. Но как бы Нарцисса пожелала отдать хоть что-то ее дочери, если Белла совершила ТАКОЕ. У Гарри уже было подозрение, что на Нарциссу попросту кто-то оказывал давление. Какой-то враг ее семьи и Люциуса в частности. Но, зная Нарциссу… и на какой риск она готова идти ради сына… Нет, ни одна мать не позволит по доброй воле ни одному кнату попасть в руки несостоявшейся убийцы ее дитя. Если бы не покровительство Темного Лорда, Нарцисса бы добралась до Беллатриссы и заставила ее ответить за все. Здесь что-то не сходится… Но одно ясно точно: леди Малфой не завещала бы по собственной воле дочери Беллатриссы ни единой доли наследства. -И как ты избежал смерти? -Я не помню… - Драко нахмурился. – Я был мелким… не помню… Целитель приходил и давал мне какие-то зелья. Успокоительные и прочие, для психики. Физически я не успел пострадать. Но мне снились кошмары… -Ты помнишь, как его звали? -Это наш семейный доктор, мистер Хиллз. Поттер кивнул. -Сейчас все досталось дочери твоей тети Беллы. Элизе. -Не знал, что у нее есть дочь, - апатично отреагировал Драко, совершенно не возмутившись тому, что все, что могло принадлежать ему, утекло в ручки дочери той мерзавки, что желала его смерти. – Это все? Поттер вглядывался в его голубоватые глаза, такие равнодушные и уставшие, но такие красивые. Темные круги под глазами явно идут Драко, так подчеркивают его бледность и белые ресницы и брови. -Нет, не все. Гарри выпустил бокал из рук, отлевитировал в сторону, а затем взмахом кончика палочки подцепил край ошейника Малфоя на расстоянии. Драко выгнул шею вслед за направлением силы. -Я могу снять это, - предложил Гарри. – Хочешь? В обмен на хорошее поведение. Ведь если ты станешь вести себя плохо, твоему отцу там придется еще хуже… Не в интересах Драко будет устраивать проблемы. Он это ведь понимает. Но Драко в ужасе затрясло. -Ннет, нет! Его глаза наполнились страхом, что Гарри сейчас расстегнет или порвет ремешок… - Его нельзя снимать! – судорожно заумолял Драко, зная, что просто так расстегнутый ремешок означает мучительную смерть. -Да успокойся, я же не самолично собирался это сделать, а с помощью магического замка, - Гарри отпустил. - Просто предложил. Вижу, что натирает. Драко сбивчиво дышал, не мог и слова выразить, пальцы ощупали ошейник на горле. -Если хочешь убить меня, сделай это быстро… Гарри изумленно нахмурился. - Ты что, хоречек. Зачем мне тебя убивать? И срок отбывать за тебя… Хотел только избавить тебя от этих синяков… и обезболивающее навести… Черт возьми. Ладно. Будем считать, что тебе еще рано на свободу, - усмехнулся невесело. Драко был напряжен. Все его тело, казалось, в каком-то спазме, руки плотно сжаты, но когда он подносил их к ремешку, Гарри заметил дрожь пальцев и кистей рук, что Драко пытался скрыть, но не замечал, что это не удается. Драко старался напрячь все тело, чтобы замаскировать, как оно дрожит, если расслабится. Улыбка Поттера сузилась, померкла полностью. Все-таки, наверно, тяжело ему пришлось даже две недели в этом жутком режиме там, в шахтах. -Иди спать, Драко. Теперь – всё. Малфой недоверчиво глядел на него, ничего не сказал, но поднялся и ушел. …Уйдя в свою комнату, он захлопнул дверь. Медленно подошел к кровати и сел на край, потер лицо уставше. Он видел… Того, кто сам снимает ошейник… Магия разрывала медленно и мучительно, пока тот заключенный не умер. Драко затопило снова ужасом, перед глазами все поплыло, картинка исчезла. Только свежие воспоминания, такие ясные и яркие… Все красное из-за ядов, руки, лица заключенных. Драко выдали маску, очки и перчатки, но это не спасало от удушливой красной пыли, и он хватал ртом воздух. Пары оседали на всем, после высыхали от высокой температуры в туннелях и превращались в пыль. Тот, кто снял ошейник, стонал четыре дня и ночи, не давая спать, это был человек из их связки, поэтому избавиться от него было невозможно. Спасти тоже. Хотя, если бы предоставляли мед.помощь.. но ничего подобного не было… Его не уводили работать, так как он не мог даже подняться. На пятый день он еще был жив, к нему подошли надзиратели. Стекла в их респираторах покрывал красный налет, но Драко увидел свое расплывающееся белесое отражение в них. Заключенного отстегнули от общей цепи и унесли. Больше никто ошейник не пытался снять. Ошейник не позволяет причинить себе или кому-то вред, начинает разрушаться, а это то же самое, что снять его - равносильно мучительной гибели, и мало кто оказывался настолько сильным. Слишком многие желали бы быстро покончить с собой, но в тюрьмах нужна рабочая сила. Смерть разыгрывали в соревнованиях время от времени, надзиратели от скуки забавлялись с заключенными, устраивали всякие состязания, и того, кто выигрывал, убивали. Быстро и безболезненно. Желающих было много, а прав на самосуды у надзирателей – мало. Пока на это закрывали глаза вышестоящие инстанции. Все это Драко узнал за то недолгое время, что пробыл там. Драко чувствовал, что не может избавиться от этих мыслей, не может переключиться, что на него накатывает паникой. С новой силой. Что он не может успокоиться. Он задыхался. В ушах шумело, и сквозь просветления в глазах Драко увидел, как все вокруг меняется, едет, корежится. Стены искривились и покраснели, обои с блекло-зеленым рисунком побагровели, по ним начала сочиться кровь. Как в родном меноре, когда ПСы убивали магглов, и их кровь стекала вниз по стенам. Только Драко понимал, что это не их кровь, ее тут быть не может, разумеется. Это наверно, ртуть… Да… как в шахтах. Красное вещество скоденсировалось и потекло. Драко взглянул на кровать – она вся тоже была измазано кровью! Он вскрикнул от неожиданности, отдернул руку от спинки кровати. -Драко, мой юный друг, - произнес Темный Лорд. – Ты трусишь? Ну же, будь смелее. Ты должен казнить этого маггла, иначе я сочту, что ты на их стороне! Драко озирался, шумно дыша, но кругом никого не было, только свет то и дело пропадал в глазах, плясали мушки, а краснота то усиливалась, то спадала. -Что же ты медлишь, иди сюда, цыпленочек, - продолжал Темный Лорд. - Я могу снять это. Хочешь? В обмен на хорошее поведение. Ведь если ты станешь вести себя плохо, твоему отцу там придется еще хуже… Он говорил то, что Драко слышал от Поттера. «Этого не может быть, это нереально, нереально….» -Если ты не прирежешь эту магглорожденную свинью, мы накажем тебя. Голос Лорда прямо возле уха. Драко оглянулся. Сзади никого не было, но на секунду ему показалось, что он увидел в углу фигуру тетки Беллатриссы. Она усмехалась. Ее черный силуэт сливался с темнотой, а губы были тоже красными и также меняли свои очертания, искажались, росли и растягивались, как мерцающее пятно. Но стоило Драко отмереть и начать дышать, как силуэт тетки растворился, а процент красноты в комнате уменьшился. Главное сохранять спокойствие. Не паниковать. Дышать трудно, очень трудно. Но надо не ускорять дыхание, так как от этого станет только хуже. Надо дышать равномернее, медленно… и постепенно организм подстроится, воздух начнет поступать в легкие…. Драко так уже делал. Это сложно… но это единственный выход. В каждом пятнышке мерещилась засохшая покоричневевшая кровь… -Ты что, оглох, белокурый наш? – над ним стояла та женщина, экономка. – Я тебя зову, а ты в своих покоях рассиживаться изволишь. -Хозяин уже отпустил меня сегодня… - сказал Драко, стараясь унять сердцебиение, дышать ровнее. Не получалось. Кислород перекрыло, он не поступал в легкие. -Еще не хватало. Спускайся в холл вслед за Арни, поможешь с мебелью. Рядом с ней стоял высокий громадный парень, занимавшийся в этот вечер перетаскиванием тяжестей в холле. Мощная рука Арни подхватила Драко, толкая к выходу. -Оставьте меня в покое! – крикнул Драко придушенно. Его схватили на автомате за ошейник, чтобы потащить за собой. -Не трогай!!! – взвыл он. Инстинктивно Малфой вцепился в руку и в горло парня, но сжал так сильно, что магия ошейника сочла это атакой, а не самозащитой, и Драко ощутил мощную боль изнутри. Слово взорвались органы. Что-то вроде круцио. Воздух выбило из легких, а потом Драко почувствовал, как из носа, глаз и ушей льется кровь. Дышать стало невозможно.