Райский сад

Каждый день Ги Хека был отработан до мелочей, как заранее запрограммированная программа в компьютере. Подъём в одно и тоже время. Банные процедуры, завтрак и кофе, чёрный, без сахара. Одна и та же дорога на работу. Те же сотрудники, одинаковые дежурные фразы и натянутые на лица пустые улыбки. Новый день не отличался от предыдущего. Он был тем же мужчиной, что и раньше. Тем же человеком, который когда-то заинтересовал Его… Пожалуй, с Него всё и началось. Ги Хек встретил Его, в не самый лучший период в своей жизни, всё шло наперекосяк. Всё, чего хотелось мужчине это утонуть в алкоголе, чтобы не думать, как вскрыть себе вены чайной ложкой. Он ворвался в его унылые будни, как заноза входит под кожу — глубоко и неприятно, хочется выкорчевать её чем-то острым, да побыстрее. От Его навязчивого внимания тоже хотелось избавиться, как от этой самой занозы. Только это оказалось не легким делом, заранее проигрышным. Этот человек сломал его, перекроил, сделал под свой лад и наслаждался полученным шедевром. Ги Хеку потребовалось время, чтобы принять нового себя, вжиться в непривычную роль, но он освоился. И даже более — вошёл в раж. Почувствовав вкус чужой крови, Ги Хек уже не мог остановиться. С познанием себя Ги Хек ощутил и это — он стал зависим не только от убийств, но и от этого человека. Не сразу, но постепенно, Ги Хек заметил за собой, что он ищет глазами этого человека, нуждается в Его одобрении, жаждет Его взглядов. Эти чувства росли с каждым днём. Становились всё болезненнее. Превращались в нечто почти осязаемое, нездоровое, тёмное. Заставляли Ги Хека вновь чувствовать себя почти разбитым. Казалось, что у клея, что скрепил разбитые осколки закончился срок годности и он уже не мог соединять кусочки в единый предмет. Он осыпался, как песочный замок на ветру. Мужчина остро нуждался в Нём, как в глотке свежего воздуха. Вот почему Ги Хек сразу же не влюбил новичка из триста третьей. Ги Хек не понимал, чем он так привлёк Его. Что кроме смазливой мордашки в нём есть ещё? Почему Его внимание сконцентрировано на этом заурядном человечишке? И почему Он больше не смотрит на него? Горечь оседала на языке. Внутри бурлил огонь. Поднималась буря и Ги Хек не понимал, как её сдержать. Он почти не задумывался, когда плюнул на это ничтожество. С него хватит и того, что ему приходиться быть с ним вежливым, и вообще позволять ему дышать, только потому что так хочет Он. Для самого Ги Хека это непозволительная роскошь. С каким удовлетворением он бы задушил этого пацана. О, он бы наслаждался каждым мгновением. Наблюдал, как тот судорожно пытается вздохнуть, как лопаются сосуды в его глазах, как синеют губы и вздуваются вены, которым он перекрывает кислород. Ги Хек с радостью бы наблюдал, как из карих глаз уходит жизнь, как теплая кожа постепенно остывает. Но нет. Он не может этого сделать. Он будет недоволен. Всё, чем приходиться довольствоваться Ги Хеку — злой плевок в спину. Глаза устают от яркого экрана рабочего компьютера. Ги Хек сжимает и разжимает кулаки, утихомиривая свою злость. Он должен успокоиться. Мужчина не позволит себе ошибиться из-за вспышки ярости. Он по-прежнему не хочет разочаровать этого человека. Как и любой среднестатистический человек, который работает на не любимой работе, Чон У ненавидел понедельники. С тяжелым сердцем он оторвал свою задницу от кровати и принялся готовиться к новому дню и тому, что он с собой принесёт. С тех пор, как Чон У получил плевок в спину от на вид приличного соседа, тот на глаза ему не попадался. О, Чон У хотелось обсудить с ним несколько вопросов. Например, что такого он ему сделал, чтобы получить такое отношение к себе? Они никогда особо не общались. Пару раз сталкивались и всё. Зачем? Почему? Что творится у этого мужика в голове? Идти куда-либо не хотелось. Чон У вяло наблюдал, как поднимается пар из его кружки с кофе. Яркий аромат дразнил ноздри, но шевелиться было лениво. И только напоминание в телефоне, заставило Чон У прийти в себя. Мужчина засобирался активнее. Не хотелось получать нагоняй за опоздание, у начальства итак хватает поводов до него докопаться. Не нужно добавлять им лишние. Чон У закрывал свою дверь на ключ, когда нос к носу столкнулся с этим извращенцем. Сердце в груди испугано ёкнуло. Так близко он его ещё не видел. Хотелось возмутиться и оттолкнуть, вот только тело, словно одеревенело и приросло к месту. Нам Бок стоял близко-близко и Чон У буквально мог ощутить на себе его дыхание. Он таращился на него из-под стёкол своих очков и ничего не говорил. Чон У потребовалось время, чтобы прийти в себя и ощутить свои конечности. Вместе с тем мужчину захлестнула злость. — Хочешь убью? — тихо прошептал Нам Бок. В его правой руке сверкнул кухонный нож. Чон У вновь лишился дара речи. По телу пробежал холодок. Он глупо открывал рот, словно рыба, выброшенная на берег приливом. И стоял столбом не зная, что предпринять. Липкий страх охватил каждую мышцу. Резкий выброс адреналина в кровь, заставил Чон У действовать, он оттолкнул мужчину и уже собирался ударить его, как вмешался ещё один человек. — Что здесь происходит? — Чон У повернул голову и увидел того самого соседа из триста второй, что не так давно плюнул в него. Это не самое приятное утро для Чон У. Ещё недавно он думал о встрече с ним, но вот сейчас подошёл бы кто угодно, только не этот. А вдруг они решат объединиться? С двумя справиться одновременно будет гораздо сложнее. Особенно, когда в руках одного из них нож, а у Чон У только его собственные кулаки. Однако опасения Чон У не подтвердились. Мужчина из триста второй не собирался на него нападать. Он терпеливо повторил свой вопрос, так как никто на него отвечать не собирался. Чон У ещё не пришёл в себя. Он не мог успокоиться. Его мысли были разрознены, а злость затмевала разум, из-за чего мужчина не мог сосредоточиться. Нам Бок никак не отреагировал. Он спрятал нож и как не бывало ушёл, оставив двух мужчин одних в коридоре. Бровь Ги Хека приподнялась вверх. Чон У сделал пару глубоких вдохов. Его возмущение выливалось через край, как вода из неисправной раковины. Хотелось рвать и метать. Мужчина разрывался от желания разнести дверь соседа извращенца и засунуть ему этот самый нож поглубже в задницу. Чон У хотелось послать к чёрту этого непонятного соседа, который то вежливо интересуется его делами, то через секунду плюёт ему в спину. Он не чувствовал к нему и капли благодарности. Нисколько. Однако время поджимало и Чон У грозило опоздание на работу. А ведь он так не хотел добавлять себе неприятности. Чон У протёр лицо ладонями, приводя мысли в порядок. — Ничего, — сквозь зубы процедил Чон У, и не оглядываясь ушёл. Он не увидел, каким взглядом его провожал Ги Хек. Ему было всё равно. Не зря он ненавидел понедельники. Но ещё никогда они не были такими отвратными. На работе ничего нового не происходило. Джэ Хо на месте не оказалось, зато Бён Мин не преминул упомянуть какой Чон У бездельник, что позволяет себе опаздывать и ничего не делать, только из-за того, что дружит с начальником. Чон У как никогда в жизни хотелось ударить своего непосредственного руководителя. Тот никогда ему не помогает, только и делает, что ссыплет нравоучениями и оскорблениями. Как же бесит! Чон У закусил щёку изнутри, до жгучей боли, до железного вкуса собственной крови, чтобы ни сказать ничего в ответ. Ему стоило неимоверных усилий не сломать эту пустую башку. Мужчина молча принялся за работу, пытаясь отвлечься от тяжелых дум. Вечером ему предстояло возвращаться в общежитие, и это угнетало его. Стрелка на циферблате часов показывала восемь, когда Чон У покинул офис. Он нехотя переставлял ноги, уныло плетясь домой. Как же не хотелось туда возвращаться. Плечи и спина болели из-за нахождения в одном и том же положении несколько часов. Глаза болели из-за монитора. Чон У то и дело потирал их. Не смотря на усталость в сон его не клонило. Он вообще сомневался, что сможет спокойно уснуть. Проходя мимо магазина, Чон У зашёл в него и купил несколько банок пива. Пожалуй, расслабиться хотя бы немного, это то чего хотел мужчина. Ноги сами принесли его на крышу Эдема. Он смотрел на мерцающие огни города, равномерно вдыхая сухой воздух. В руке болтался пакет с полными банками, но Чон У не спешил их доставать. Время замерло в этом мгновении тишины. Казалось, он ждал чего-то. Сам не зная, чего. Он ощущал каждой клеточкой своего тела острую потребность в чём-то, чего Чон У не понимал. Когда дверь, ведущая на крышу, скрипнула и в её проёме появился человек — пазл встал на свои места, собравшись в единую правильную картину.