"Если бы желания были понями 2"

      Едва выйдя из камина, Элли тут же ощутила, что приславшая ей сову троица — не просто сородичи, а и вовсе из её выводка. Впрочем, те тоже её сразу ощутили-узнали. Разумеется, ни один из них не отреагировал открыто: трутень и две рабочих особи продолжали спокойно потягивать газировку, хотя вновь образовавшаяся мыслесвязь между их четвёркой буквально вибрировала от стремительного обмена сообщениями. За десяток секунд, которых хватило Элли только на то, чтобы взмахом палочки избавиться от каминного пепла и, оглядев помещение, отойти в сторону, дабы не блокировать проход другим посетителям, решившим избрать этот вариант прибытия в «Дырявый котёл», троица беглецов получила ответы на все свои вопросы.       Элли была в своём старом обличье, том, которое использовала, когда хотела выглядеть взрослой, том самом, что показала гоблинам. Притворившись, что только сейчас заметила их троих, уже не беглянка направилась к столу с сородичами. По мере приближения она внимательно изучала их облики, заодно критикуя каждый выявленный ею недочёт. Сейчас, конечно, нилинг менять уже принятый облик не будет, тем более на глазах всего паба, но при следующем превращении они её замечания учтут. В любом случае конкретно эти облики они уж точно больше никогда не станут использовать.       Трио беглецов, в свою очередь также сделав вид, что только её заметили, тепло поприветствовало подошедшую.       — Элли, как я рада тебя видеть! — воскликнула Эсси, вставая, чтобы обнять присоединившуюся к ним подругу.       Эмми тоже встала и обняла её, едва первая инфильтратор отпустила пришедшую. Эрл ограничился вставанием и, перегнувшись через стол, пожал ей руку.       — Надеюсь, я не опоздала, — сказала Элли.       — Нет, — ответила ей Эмми, улыбаясь в ответ и продолжая удерживать Элли за руки. — Совсем нет, ты как раз вовремя. Мы просто сидели здесь и расслаблялись, ждали, пока ты появишься.       В этот момент к их столику подошла официантка, намереваясь принять их заказ.       — Нет, спасибо, ничего не нужно, — спешно ответила Элли. — Они лишь ждали меня, и если мы не уйдём прямо сейчас, то опоздаем на вечеринку-сюрприз.       Всё это, конечно, было постановкой, которую они придумали и разыграли ради немногих сидевших вокруг людей, параллельно ведя бурное обсуждение того, как справиться с ситуацией. Наконец Элли улыбнулась своим брату и сёстрам и кивнула в сторону камина. Спустя несколько мгновений все четверо уже вышли в особняке де Риппе.       — Здесь безопасно, — коротко бросила Элли, направляясь к креслу — прежде чем обсуждать интересующие их вопросы, она хотела убедиться, что её подозрения верны.       Стянув робу через голову, Элли вытащила из кармана палочку и сбросила маскировку, оставшись в своём изначальном человеческом облике. Помедлив пару секунд, остальные трое тоже развеяли иллюзорные формы и остались стоять, держа в руках свои кошельки и ключи, а Эмми ко всему прочему держала в руке ещё и подержанную палочку.       — Следуйте за мной, — сказала Элли, покачав головой, и повела их наверх в свою официальную спальню — дверь в устроенную там гардеробную была зеркальной.       — Ты совсем другая, — сказала Эмми, критически осмотрев Элли и сравнив её внешность в отражении с собой, Эсси и Эрлом.       Не совсем понятно, что хотела показать им Элли, когда привела на верхний этаж, но судя по её реакции, явно не это. Впрочем, она сама тоже перестала пялиться на новоприбывших и теперь разглядывала своё отражение в зеркале. Забавно, что, пусть все четверо были одного возраста, Элли выглядела более… зрелой: немного выше — совсем чуть-чуть, но вполне заметно, черты её лица были более тонкими, без характерной детской округлости, да и фигура явно демонстрировала признаки взросления — талия была чуть лучше очерчена, а грудь не совсем плоская.       Увидь их сейчас кто вместе, сразу же подумал бы, что они родственники. Впрочем, если троица новоприбывших явно походили на младшего брата с сёстрами-близняшками, то Элли выглядела скорее как их двоюродная сестра на год старше близняшек.       А ещё вокруг Элли была некая… возможно, стоит сказать «аура», за неимением лучшего термина. Некий ореол властности. Да и в голосе её внезапно прорезались командные нотки. Когда Элли сказала, нет — велела следовать за ней, тройка беглецов немедленно подчинилась, без вопросов и без комментариев. Она сказала — они выполнили. Они не обязаны были подчиняться, но что-то в её голосе говорило, что им следует поступить именно так. Как ученица, отвечающая своему наставнику, не задумывается, должна ли она это делать.       Возможно, это длительное пребывание в одиночестве придало ей налёт властности, как старшим лингам в улье? Что ни говори, новообретённая сестра держалась куда увереннее их.       Элли нахмурилась и, глядя в зеркало, встряхнулась и вздохнула.       — Обсудим это позже, — сказала она. — Я хотела, чтобы вы увидели: здесь мы все — человеческие нимфы, то есть дети, если говорить в принятых здесь терминах. И когда мы сбрасываем маскировку, то не превращаемся для местных в монстров, а становимся детьми, неотличимыми от других человеческих детей. — Затем Элли повернулась и критически осмотрела их троих. — Люди, как вы заметили, всегда носят одежду. Носят практически в каждый момент их жизни, кроме купания и совокупления. А некоторые даже и для продолжения рода не раздеваются.       Прожив в мире людей без малого год, Элли, конечно же, не теряла времени впустую и по мере рассказа щедро делилась увиденными ею образами и примерами, иллюстрирующими произнесённые слова, через их коллективный разум, которого так долго была лишена. Наблюдение за студентами Хогвартса, клиентами мадам Паддифут, а затем и за собственными арендаторами оказалось делом интересным, полезным и поучительным.       — В принципе, хоть в особняке, хоть в улье, который я устроила внизу, мы вполне можем обойтись и без неё, — продолжила пообжившаяся здесь инфильтратор-кадет. — Но я, если честно, сомневаюсь, что стоит так делать — слишком небрежное отношение к одежде может вызвать пристальное внимание чужаков и в итоге нас выдать. К тому же кожа, — Элли постучала пальцами по левой руке, — не чета нашему хитину: довольно чувствительна и практически никак не защищает даже от малейших повреждений. Даже привычные нам мягкотелые пони крепче этих людей!       Естественно, все трое не сдержали удивления, тут же распространившегося по мыслесвязи.       — Именно так, — продолжила де Риппе. — Это один из очевидных недостатков нашего нового облика. Даже от самого лёгкого удара остаются синяки и шишки. А случайно зацепившись за что-нибудь, можно повредить или даже порезать кожу, отчего пойдёт кровь, как у пони! Это одна из причин, почему люди с таким упорством всегда и везде носят одежду.       Видя на их лицах уже не скрываемое удивление, Элли кивнула.       — У меня есть запасная одежда, которую вы пока можете надеть, но завтра мы вернёмся в Косой переулок и купим вам всем подходящую, — и махнула рукой, чтобы предотвратить их возражения. — Не забывайте, иллюзии работают на нормальных людей ровно до тех пор, пока кто-то из них случайно не прикоснётся к вам. Как, думаете, они отреагируют, когда не почувствуют одежды? Предугадать подобные случайные прикосновения невозможно, а дать раскрыть свой секрет из-за такой мелочи непозволительно даже личинкам. Хуже того, есть маги и ведьмы, которые видят сквозь иллюзии. И они наверняка захотят узнать, во-первых, как маленькие дети сумели создать столь совершенную иллюзию, а во-вторых, почему эти самые дети ходят под ней голышом. Поэтому запомните: одежда является обязательной всегда, когда вы покидаете свои соты… спальни.       Элли тяжело вздохнула.       — Вы просто не представляете, как же вам повезло. Я совершенно случайно обнаружила, что и в магическом, и в маггловском мире есть несколько мест, где наложены стационарные заклинания, которые сбрасывают нашу маскировку и оглушают попытавшегося скрыться под ней — точно так же, как это умеют делать единороги. Пони довольно активно делятся этими заклинаниями с людьми, поэтому лучше оставаться в наших естественных обликах как можно дольше. К счастью, пока таких заклинаний не слишком много, но те, что есть, расположены в очень неудобных местах, и никогда не угадаешь, где наткнёшься на следующее. Уже не раз бывало, когда они появлялись в тех местах, которые я буквально вчера посещала без всяких проблем. Впрочем, — усмехнулась девочка, — у меня почти и не возникала необходимость прибегать к маскировке! — и принялась делиться с ними примерами того, как ей удалось собирать любовь, не меняя облика. — Хотя, — добавила де Риппе, — нам, вероятно, следует делать это на регулярной основе, когда нас никто не видит, просто чтобы попрактиковаться.       С другой стороны, — снова усмехнулась Элли, — мелкие изменения, такие как цвет волос или глаз, — свои слова она проиллюстрировала соответствующими переменами в облике, — не вызывают срабатывания заклинания. Похоже, что только полное превращение в другую форму заставляет его действовать. Например, если сделаю так, — в быстрой волне зелёного пламени Элли превратилась в долговязого мальчика с рыжими волосами, — заклинание сбросит с меня маскировку и вырубит.       Они кивнули, подтверждая, что поняли.       — Но теперь, когда нас стало больше… — Все трое вдруг почувствовали охвативший Элли восторг, — …мы можем поэкспериментировать и выяснить, как далеко сможем зайти, прежде чем активируется заклинание, а потом сбежим, прежде чем нас кто-нибудь найдёт.       Новички снова кивнули. В этом новом мире им уже не раз приходилось самим на практике выяснять ответы на возникавшие у них вопросы и догадки. И некоторые из этих ответов довольно сильно отличались от того, что, как их учили, стоит ждать, общаясь с пони.       — А ещё вам нужны волшебные палочки.       Троица беглецов в очередной раз кивнула, усваивая её опыт, приобретённый в лавке Олливандера.       — Учитывая ваш возраст — по крайней мере, предполагаемый возраст ваших людских обликов, думаю, скоро здесь объявятся совы с письмами из Хогвартса для вас. — Элли нахмурилась и снова принялась их придирчиво рассматривать. — Скорее всего, вас зачислят на первый курс, но поскольку у вас есть теперь мой опыт, вам будет до ужаса скучно, пока не начнётся практика. Надо бы обдумать эту проблему. Может, нам стоит попытаться убедить их принять вас на второй курс? Скажем, что вы уже брали частные уроки у репетиторов? Впрочем, ладно, — сказала де Риппе, тряхнув головой, будто выбрасывая из неё эти пока что не самые нужные мысли, — сначала мне стоит устроить вам экскурсию.       Элли развернулась и вышла из спальни.       — О, точно! — внезапно вскинулась она уже за дверью и обернулась к последовавшим за ней сородичам. — Вы, случаем, не голодные? У меня тут хранится приличный запас банок с любовью.       По дороге к запасам еды девочка принялась делиться с ними своим опытом сбора любви в Хогвартсе. И те трое явно обрадовались, когда узнали, что в Хогвартсе достаточно еды для поддержания их группы. Что ж, пока осталось время до начала занятий в Хогвартсе, у новоприбывших как раз есть возможность проанализировать всё, что она знала об этом новом мире. Всё-таки одно дело — узнать о чём-то из их коллективного разума, и совсем другое — лично изучить детали и забить нужные действия и рефлексы в мышечную память, чтобы не тратить время на поиск нужной информации. Эта лишняя секунда, необходимая на поиск и запоминание, в сочетании с отсутствием наработанной практики использования извлечённого из чужой памяти может означать разницу между выживанием и смертью.       Через три дня им в окно постучалась сова с пригласительными письмами для троицы бывших беглецов. Уже на следующий день они купили себе в Косом палочки и школьные принадлежности.

۸-_-۸

      От вереницы эквестрийцев, заявившихся девятнадцатого августа в «Дырявый котёл», челюсти у всех присутствующих чуть ли не до пола поотвисали. Впрочем, мало кто останется равнодушным, увидев, как в паб врывается тридцать девять детей, будущих учеников, щеголяющих волосами возмутительно ярких цветов, да ещё и в сопровождении родителей со столь же пёстрыми причёсками. Именно благодаря этой их особой черте — ярким, словно на них вылили содержимое склада зельевара-косметолога, цветам волос — все присутствующие поняли, что это те самые иностранцы, о которых ходило так много слухов — так называемые атланты. Разумеется, ни у кого из зрителей не было возможности узнать в этих детях семерых единорогов, тринадцать пегасов и девятнадцать земных пони. А ещё за разглядыванием ярко окрашенных шевелюр новоприбывших поначалу никто даже не обратил внимание, что только девятеро из группы будущих первоклашек были мальчиками.       Помимо учеников, в паб набилось ещё около сотни взрослых — родители и сопровождающие их всех сотрудники посольства, и все — с такими же невероятно длинными, ярко окрашенными волосами.       Гарри лицезрение толпы столь ярких во всех смыслах индивидуальностей в посольстве по-своему шокировало. Он, конечно, давно уже привык видеть пони с шёрсткой и гривами всех цветов и оттенков радуги, но целая толпа людей с такой же окраской волос… мягко говоря, поражала. Невольно мальчик задался вопросом, не подтолкнёт ли их прибытие к появлению среди магов и ведьм моды на заклинания смены цвета волос.       Вспоминая, что дядя Вернон говорил о подростках, Гарри почти не сомневался, что уже скоро увидит что-то подобное в немагическом мире. Его дядя не раз ворчал, что подростки готовы на всё, лишь бы «продемонстрировать» свой бунт против порядочных, уважаемых родителей. И от души лупил Гарри, чтобы тот даже не думал ни о чём подобном.       Буквально пару дней назад мама рассказала Гарри, что обычный набор поступающих в Хогвартс за последние несколько лет снизился до сорока человек. Столь катастрофическое падение было вызвано действиями подручных Тёмного лорда, перебивших немало потенциальных родителей среди магглов и полукровок — предателей крови, как насмешливо называли последних Пожиратели смерти, считая и тех, и других «недостойными» жизни и рождения детей.       Во время Войны крови, как некоторые её называли, в Отделе магических происшествий и катастроф было немало шпионов, которые всеми силами поддерживали Пожирателей Смерти, поставляя им информацию. После изучения всех известных фактов принцессы пришли к выводу, что ПСы считали убийство юных магглорожденных и их семей даже не злодейством, а простой очисткой стада от нежелательных помесей.       В число отправленных в Хогвартс новых учеников вошли самые лучшие, умные и смелые жеребчики и кобылки, которых только могла предложить Эквестрия. Из сорока тысяч школьников подходящего возраста не меньше тысячи вызвались добровольцами. Таким образом, тридцать девять учеников, прошедших отбор в Эквестрии, должны были довести число первоклашек до уровня, что был в Хогвартсе до войны на истребление. Правда, их появление оказалось сопряжено с некоторыми проблемами для школы — в частности, с учётом эквестрийцев число первоклассников почти вдвое превысило ожидаемое в этом году число детей. И принцессы прекрасно понимали, что Хогвартс, как и любая другая школа, не способен справиться с таким резким наплывом учеников.       А ведь в следующем году всё будет только хуже, но уже не из-за пони. Принцессы из прочитанных ими книг по истории магии выяснили, что после сообщения о том, что лорд Волан-де-Морт умер, маги праздновали это событие с размахом, да таким, что год спустя больница магических болезней и травм им. Святого Мунго сообщила о «бэби-буме» — родители снова осмелились заводить детей и, видимо, поспешили наверстать упущенное из-за войны время. К счастью, когда в следующем году в школу пойдут «бэби-бумеры», помощники, выделенные принцессами, уже научатся всему необходимому и смогут справиться с дальнейшим расширением классов.       Правда, Гарри, исходя из своих наблюдений за магами и ведьмами, был абсолютно уверен, что сам магический народ прихода бэби-бума не заметил, и потому не сомневался, что на будущий год профессора будут удивлённо хлопать глазами, поражённые «внезапным» увеличением количества новых учеников.       К сожалению, принцессы подозревали, что многие Пожиратели смерти, в своё время избежавшие плена или Азкабана, по-прежнему продолжали свои атаки, пользуясь помощью сторонников, засевших в стенах Министерства. Что, впрочем, неудивительно, учитывая отношение министерских чиновников: едва в Министерстве становилось известно о детском магическом выбросе в маггловской семье, последствия спешно ликвидировались, после чего авроры и прочие сотрудники Министерства словно забывали о существовании несовершеннолетних магглорожденных до следующего инцидента. Если же подобные случаи больше не повторялись, то чиновники приходили к единственно правильной и верной (естественно, по их мнению) мысли, что родители-магглы переехали на новое место жительства, поскольку в Министерстве попросту отсутствовали хоть какие-то социальные службы, проводившие регулярные проверки и способные заметить, что недавно ставшая источником выброса семья вдруг погибла в подозрительном несчастном случае буквально через пару недель или месяцев после оного. Короче говоря, пока обстоятельства дела не требовали немедленного явления обливиатора, чиновники попросту игнорировали происходящее, поскольку «проблемы магглов их (магов) не волнуют» (ответ кого-то из чиновников, когда мама задала этот вопрос в Министерстве).       В результате в обозримом будущем число выходцев из маггловских семей в рядах учеников Хогвартса окажется искусственно занижено — по крайней мере, до тех пор, пока Министерство не выловит всех Пожирателей смерти, ответственных за подобные нападения. Между тем, даже без магглорожденных, рост числа чистокровных и полукровок, поступающих в первый класс, уже станет немалым потрясением для системы образования.       Чтобы никому из более чем тысячи жеребчиков и жеребёнок не было обидно, будущих эквестрийских учеников Хогвартса отбирали лотереей. И Гарри почему-то не сомневался, что большинство «проигравших» только с облегчением выдохнули, «упустив» возможность учиться в земной школе магии. Хотя, спроси их кто об этом, они наверняка будут яростно это отрицать.       Поскольку жеребятам перед поступлением нужно было привыкнуть к своему новому облику и изучить особенности мира Магической Британии (ну и чтобы на них среагировала система рассылки писем Хогвартса, как объяснила Гарри его мама), они уже с июня вместе с родителями жили в посольстве в Литтл-Уингинге. За эти месяцы эквестрийцы привыкали ходить на двух ногах, а также изучали культуру ведьм и то, что от них будут ожидать. Не прошло и недели с момента переезда жеребят в их новый дом, а тем, кому уже исполнилось одиннадцать, стали приходить письма с приглашением в Хогвартс. Те же, чей день рождения приходился на конец июля и август, получили свои письма в последнюю неделю июля.       Тем временем потрясённые происходящим в «Дырявом котле» ведьмы и маги только и могли в шоке наблюдать, как пришельцы почти непрерывным потоком покидают камин. Нет, посетители, конечно, ещё в прошлом году успели услышать о трёх необычных иностранках в стенах Хогвартса и даже видели кое-какие колдографии, но одно дело — увидеть трёх ведьмочек, пусть и необычных, на колдографии, и совсем другое — своими глазами наблюдать за почти двумя сотнями эквестрийцев, цветастой ордой пронёсшихся по крошечному пабу. Новоприбывшие быстро разбивались на группы по полтора-два десятка человек, куда входили ученики с их родителями и обязательно гид, знакомый с магическим миром. Образовавшаяся группа направлялась в небольшую обнесённую стеной территорию за пабом и выходила оттуда в переулок, пока за их спинами формировалась следующая.       Том, владелец паба, за последние несколько недель успевший познакомиться как с родителями, так и с их сопровождающими, тепло приветствовал большинство взрослых эквестрийцев — те уже не раз появлялись здесь, стремясь заранее изучить Косой переулок, чтобы, когда придёт время, сделать все дела без лишних хлопот. Эквестрийцы на собственном опыте знали: личное знакомство с владельцем магазина — это важный шаг к тому, чтобы всё прошло гладко, особенно с их не по годам развитыми и своенравными подопечными.       Выходя в переулок, каждая группа сразу направлялась к своему, заранее намеченному магазину, чтобы не создавать толкучки в торговых точках и не слишком напрягать продавцов.       После года жизни в Эквестрии Гарри прекрасно понимал, что такое количество учеников станет хорошим ускоряющим пенделем как для магазинов, так и для всей магической экономики в целом, поскольку спрос на товары и услуги резко вырастет. Но вот о чём местные маги точно не подозревают — что все учащиеся, как и он сам, финансировались из королевской казны. Принцессы считали это выгодной инвестицией в будущее Эквестрии, поскольку в будущем выпускники Хогвартса станут ядром их нового общества. Они знали, что их враги в родном мире быстро откроют для себя все преимущества владения волшебными палочками, и хотели, чтобы «их маленькие пони» на голову опередили любого, кто захочет попытаться воспользоваться новыми знаниями во вред эквестрийцам. Более того, они решили постараться удерживать в секрете технологию изготовления волшебных палочек как можно дольше — ближайшие годы палочки будут производиться исключительно в закрытых, укреплённых, тщательно охраняемых и проверяемых зданиях, а судьба отдельных концентраторов будет отслеживаться, пока это будет возможно.       Увы, даже столь драконовские меры безопасности вряд ли помогут избежать воровства, но это хотя бы немного компенсировалось тем, что украденные палочки никогда не работают у похитителя так же хорошо, как для своего истинного владельца. В конце концов, это палочка выбирает ведьму, а не наоборот.       При виде последней группы, вышедшей из камина, посетители паба испытали чуть ли не физическое облегчение — рыжеволосое семейство, возглавляемое шествующим впереди Гарри, было всем хорошо известно. Посетители настолько расслабились, что практически никто не заметил затесавшихся среди Уизли Гермиону и Миртл. Хоть их группа была меньше всех предыдущих — всего тринадцать чело… э-э-э… разумных, она хотя бы состояла из всем знакомых персон. Даже Скуталу, Свити Белль и Эппл Блум — троих иностранок в группе — почти все присутствующие ведьмы и маги легко узнали — в основном благодаря фотографиям в «Ежедневном пророке».       Издание, конечно же, было заранее извещено о сегодняшнем посещении иностранцами Косого переулка, так что их фотограф и корреспондент прибыли в «Дырявый котёл» в тот момент, когда из камина выходила третья группа будущих учеников. В результате они, как и ожидалось, смогли запечатлеть момент прибытия Гарри Поттера с друзьями и подружками.       Немногим ранее «Ежедневный пророк» уже успел упомянуть, что в этом году в первый класс Хогвартс примет нескольких «атлантов». В той статье также говорилось, что по непонятной причине иностранцы предпочитают называться «эквестрийцы». Как писала газета, иностранцев заинтересовала новая для них магия — с использованием волшебных палочек. «А куда ещё они могли пойти её изучать кроме Хогвартса, лучшей школы в Англии и Европе», — самодовольно подытоживала газета.       Впрочем, Гарри не сомневался: репортёры даже не подозревали, что этих «эквестрийцев» окажется так много — настолько, что они составят практически половину всего набора. До мальчика даже доходили слухи (притом, он знал, целиком и полностью правдивые), обсуждавшиеся в основном среди простых магов и ведьм, в которых утверждалось, что атлантов у себя на родине даже больше, чем всё население магической Англии. Однако чиновники, а также ведьмы и маги породовитее отбрасывали даже мысль о возможности подобного, демонстрируя свои обычные высокомерие и закоснелость. Тем не менее, наблюдая за реакцией присутствующих, Гарри заметил, что, видя, сколько иностранных юных магов и ведьмочек сегодня прибыло поступать в школу, некоторые посетители «Дырявого котла» постепенно приходили к мысли, что слухи могут оказаться и правдой. По крайней мере, атлантов явно было не меньше, чем британских магов и ведьм, иначе откуда они бы набрали столько первоклашек?!       Фотограф «Ежедневного пророка» взялся за дело всерьёз лишь тогда, когда из камина показались первые Уизли. Гарри ни секунды не сомневался, что всё его путешествие по Косому переулку будет тщательнейшее задокументировано и выложено уже в следующем выпуске. Гарри понимал, что его прибытие в паб одновременно с толпой будущих учеников было отнюдь не случайным совпадением — его поход по магазинам явно будет не единственным сегодняшним событием, которое займёт основную часть отведённой для этого газетной полосы.       Тем временем из камина перестали появляться люди с ярко окрашенными волосами, а только нормальные маги и ведьмы, и посетители паба наконец-то смогли выдохнуть и немного расслабиться. Причём все входившие, как один, ворчали из-за того, что камин так долго был недоступен, и спрашивали Тома, что за проблема с ним возникла.       Гарри лишь усмехнулся, когда близнецы умчались сами по себе, вряд ли услышав, как миссис Уизли приказала им «вести себя как следует, а не то…» — к тому моменту они уже растворились в толпе переполненной торговой улицы. Как будто эти привычные слова смогут заставить их отказаться от запланированного! А он знал, что рыжие намеревались тщательно изучить переулок и найти подходящее место, где можно будет открыть их новый бизнес: если раньше доставка совиной почтой была приемлемой, то теперь, с увеличением оборота, магазин становился насущной необходимостью. В последнее время близнецы порой варили зелья чуть ли не круглые сутки, делая более дюжины различных продуктов на основе «открытий» Свити Белль, отчего у них уже успели возникнуть нешуточные проблемы, поскольку им банально не хватало сов для рассылки всех заказов в срок. И это притом, что мистер Малфой взял на себя все дела, связанные с их конфетами, меняющими пол! Фактически, в Хогвартсе близнецов удерживало только требование сдать СОВ, чтобы они имели право продолжать пользоваться палочками.       Несмотря на то, что эквестрийское посольство заранее предупредило всех торговцев о планах посетить Косой переулок всеми их учениками именно в этот день, а также сообщило ожидаемое число учеников, Гарри почему-то не сомневался, что без длинных очередей дело не обойдётся. Увы, реальность не обманула его ожиданий. Было только раннее утро, а владелец «Слаг и Джиггерс» уже выглядел взмокшим и запыхавшимся, словно вагон с углём в одиночку разгрузил, когда Гарри сотоварищи зашёл в магазин после того, как оный покинула предыдущая группа эквестрийцев. Да и присутствие фотографа с репортёром, следовавших за Гарри словно на привязи, нисколько не помогало расслабиться. Тем не менее продавец сделал всё возможное, чтобы каждый из них получил необходимое для предстоящего года.       Проблемы у него начались чуть ли не с приходом первой же группы иностранцев. В отличие от прочих учеников, входивших в его дверь, эквестрийцы игнорировали стандартный «Хогвартский набор», который обычно все и покупали. Предполагая, что в этом году всё пройдёт как обычно, разве что учеников будет поболее, он запасся именно ими в ожидании увеличения продаж — и прогадал, поскольку «атланты» последовали рекомендациям Гарри с Меткоискательницами и Рэрити, да и принцессы посоветовали родителям покупать более качественные и дорогие ингредиенты и наборы, только не самые дорогие — в тех, как правило, присутствуют крайне специфические принадлежности и инструменты, которые могут пригодиться разве что профессиональному зельевару, а обычному магу — хоть ученику, хоть взрослому — никогда в жизни не понадобятся.       К приходу Гарри несчастный лавочник уже и не знал, что отвечать покупателям. Конечно, он всегда держал под рукой десятка полтора наборов «де люкс» для чистокровных учеников… но не сорок же! В итоге, видя, как первые две группы почти подчистую смели его запасы лучших наборов, маг и без всякого дара предвидения понял, что товар закончится задолго до полудня, отчего был вынужден пообещать всем последующим покупателям, что пришлёт заказанные ими комплекты совой. Впрочем, сами покупатели — как ученики, так и их родители — нисколько не расстроились: меньше с собой придётся таскать.       Гарри заметил, что магазин мадам Малкин «Мантии на все случаи жизни» буквально осаждала толпа желающих попасть внутрь и невольно обрадовался, что Рэрити подправила их мантии ещё в Понивилле. Правда, последнее время она постоянно жаловалась, что ей становится всё сложнее достать шёлк акромантула. Похоже, из-за того, что эта ткань не производилась в их мире, а закупалась в магической Британии, одежда из неё из-за чрезвычайной редкости в Эквестрии стала очень востребованной, а если вспомнить, насколько в Эквестрии рынок покупателей обширнее, чем на Земле, Элемент Щедрости в итоге практически до нуля выгребла запасы этой волшебной во всех смыслах ткани по эту сторону портала.       — Если кто-то сможет найти стабильный источник шёлка акромантула, он сказочно разбогатеет, продавая его здесь! — ворчала тогда Рэрити, примеряя на Гарри обновку.       К счастью, закончилась примерка довольно быстро. Впрочем, слова единорожки заставили Гарри задуматься. Он знал, что недалеко от Хогвартса есть колония акромантулов. Может, получится уговорить Хагрида заключить с ними сделку? Ну, чтобы они давали по несколько фунтов шелка, допустим, за корову? «То есть за земную корову», — мысленно добавил Гарри, невольно поёжившись — он и представить себе не мог, что для подобного обмена могут использовать животных с Эквуса!       Впрочем, вдруг подумалось мальчику, будет забавно понаблюдать за магами, когда они через несколько месяцев внезапно обнаружат скромного полувеликана в списке десяти основных вкладчиков Гринготтса. И всё, что нужно будет для этого сделать — уговорить Арагога сотрудничать.       А вот очередь в книжный магазин «Флориш и Блоттс» оказалась для Гарри сюрпризом, тем более что на первый взгляд она почти сплошь состояла из ведьм, которые должны были закончить Хогвартс годы, а то и десятилетия назад. Только когда их группа подошла ближе, он понял, что вся эта толпа образовалась из-за какого-то известного автора, подписывавшего здесь свои книги. Некий Гилдерой Локхарт — о котором Гарри, если честно, слышал впервые — по всей видимости, написал целую серию бестселлеров: «Духи на дорогах», «Йоркширские йети», «Бродяжничество с банши», «Встречи с вампирами», «Каникулы с каргой», «Мародёрство с монстрами», «Победа над привидением», «Тропою троллей», «Отдых с оборотнями», «Увеселение с упырями», «Краткий справочник по приключениям Гилдероя Локхарта», «Домашние вредители. Справочник» и «Сто один практический способ применения всевкусных драже Берти Боттса». Последним шедевром его пера стал «Феерический Я», который Локхарт и подписывал в книжном магазине.       В тот момент они потеряли миссис Уизли — женщина отчаянно кинулась в толпу, и та поглотила её без остатка. К счастью, всё оказалось не так страшно: она всего лишь захотела заполучить автографы на своём наборе книг для курса ЗОТИ. Правда, Гарри с трудом сдержал удивление, когда увидел, что и Гермиона присоединилась к ней. Впрочем, останавливать подругу не стал — на примере Рейнбоу Дэш и её одержимости книгами про Дэринг Ду он уже знал, насколько сильно может радоваться истинный фанат от того, что любимый автор подписал ему книгу.       А ещё, похоже, эта толпа спасла ему жизнь, или как минимум свободу — даже обнаружив, что в магазин вошёл никто иной как Гарри Поттер, Гилдерой не смог вот так сразу прорваться к нему сквозь обступивших писателя возбуждённых женщин. Мальчику же хватило одного взгляда на мага в голубой мантии и остроконечной шляпе, изящно сидящей на его вьющихся золотистых волосах, чтобы понять: с этим человеком Гарри не хочет иметь ничего общего, а потому он сделал вид, что не слышит, как Локхарт, размахивая руками, зовёт его по имени, и поспешил ретироваться от него подальше.       К сожалению, из-за того, что магазин был переполнен, вдоволь побродить среди полок, просматривая их содержимое, оказалось практически невозможно, поэтому Гарри сотоварищи не осталось ничего иного, как быстро приобрести уже лежащие возле кассы и рассортированные по годам обучения подборки учебников и снова собраться перед магазином. При этом у Гарри, разглядывавшего тянущуюся далеко за двери магазина очередь, стали закрадываться сомнения, что миссис Уизли и Гермиона вырвутся оттуда в ближайшее время… стоп, да они ещё даже не вошли внутрь!       Перси ушёл сразу, как забрал свои книги, поэтому Рон и Гарри с подругами по табуну решили немного побродить по переулку. Родителям они сказали, что встретятся с ними в «Дырявом котле» позже, на что мистер Уизли заявил, что это прекрасная идея — похоже, он решил затащить родителей Гермионы в паб, чтобы немного выпить и поболтать с ними о разных маггловских штучках.       Гарри с Меткоискательницами немало так задумались, когда внезапно увидели, как буквально перед ними из одного магазина в другой прошла группа, где были Даймонд Тиара и Сильвер Спун с родителями. А ведь на вечеринке в честь дня рождения Гарри ни одна из них даже словом не заикнулась, что идёт в первый класс Хогвартса. Это что, получается, их отцы подёргали за нужные ниточки буквально в последнюю минуту?       Тем не менее им было приятно увидеть хотя бы пару знакомых лиц среди новичков в Хогвартсе.       В колдовском магазине приколов Гэмбла и Джейпса их группе повезло наткнуться на близнецов, к которым уже успел присоединиться Ли Джордан. Вскоре, правда, их группам пришлось вновь разойтись, впрочем, перед этим Гарри с друзьями по наводке близнецов прикупили и отправили кое-какие из имевшихся в магазине товаров домой, на адрес Пинки Пай. И, конечно же, кое-что и для собственного употребления в Хогвартсе.       Общую обстановку решили слегка оживить три группы, состоявшие из пегасов: обернувшись пони, они воспарили над головами толпившихся внизу людей. Некоторые из них на личном опыте убедились, что, поднявшись выше определённой высоты, оказываешься за пределами Косого переулка и больше его не видишь. Единственный способ вернуться — снова пройти через тот маленький дворик рядом с «Дырявым котлом». Критическая высота, похоже, пролегала футах в десяти над крышами домов магической улицы.       Гвардейцы уже успели выяснить границы действия магического поля, прикрывающего Косой переулок — они ни секунды не сомневались, что пони-будь обязательно решит проверить, сможет ли вылететь из переулка и вернуться обратно. Поэтому несколько стражников-пегасов были размещены на крышах окружающих переулок маггловских построек, чтобы перехватывать этих «потеряшек» и сопровождать обратно в Косой переулок.       Гарри обратил внимание, что несколько стражников также стояли на перекрёстке Косого и Лютного переулков, пытаясь вести себя непринуждённо, словно совершенно случайно там оказались. Судя по всему, это был пост, установленный для того, чтобы не дать любопытным пони сунуть туда свой нос и увидеть все те неблаговидные заведения, которые там скрывались. Время от времени он замечал, как очередной будущий ученик или ученица сбегали от своих опекунов, после чего уже через считанные секунды их тащили назад, не обращая внимания на их причитания, что они лишь хотели взглянуть одним глазком. Не избежали сей участи и некоторые взрослые.       Помимо них Гарри заметил как минимум двух пегасов, которые выглядывали из-за крыш, наблюдая за перекрёстком. Их, похоже, специально разместили там проследить, что ни одному из постоянных обитателей этого сомнительного места не удастся соблазнить кого-то из подданных принцесс покинуть безопасную главную улицу.       Наконец, посетив ещё несколько небольших лавок и магазинчиков, которые остальная толпа учеников с родителями, занятых покупками к школе, пока ещё игнорировала, группа Гарри направилась в паб. Отведав отличный обед из рыбы с жареным картофелем, они вернулись в Нору.